Когда мы загораемся

ИТАН Я проснулся, как мне показалось, через три минуты, чувствуя себя полным дерьмом. Желудок скрутило, и я едва успел добежать до ванной, прежде чем снова вырвало. Прополз обратно в кровать, и попытался проспать это состояние. В следующий раз, когда проснулся, сквозь окно лился солнечный свет. Было ближе к полудню. Волоча себя в душ, отскреб остатки ночи и сделал все возможное, чтобы выглядеть менее ужасно, чем себя чувствовал. Когда наконец–то отважился спуститься вниз, большинство были на террасе. Я направился прямиком на кухню, отчаянно нуждаясь в кофе и чем–то, чтобы успокоить желудок. ––Доброе утро, солнышко, – раздался неповторимый голос Себастьяна. Я обернулся и увидел, что он прислонился к стойке, усмехаясь. Слабо воззрился на него, и он рассмеялся. – Не слишком хорошо себя чувствуешь? – поддразнил он, и самодовольство в его тоне одновременно раздражало и почему–то умиляло. Я хмыкнул в ответ, пока он неспешно прошелся к холодильнику. – Я бывал и в лучшей форме, – признался я, прислоняясь к стойке для опоры. Себастьян, конечно же, выглядел безупречно без малейших усилий. Темно–синяя льняная рубашка и белоснежные шорты казались сшитыми специально для него. В памяти промелькнуло воспоминание о прошлой ночи, и мое лицо запылало. Он вернулся с пивом в руке и поставил его рядом со мной. – Поверь мне на слово, – сказал он, подталкивая бутылку ко мне с понимающей улыбкой. Я вздохнул, с опаской оглядывая бутылку, прежде чем взять ее и сделать глоток. Это не так ужасно, как я ожидал. – До дна, – ободрил он. Кивнув, сделал еще несколько больших глотков. – Спасибо. Он улыбнулся, его глаза изучали мое лицо. – Если это может тебя хоть как–то утешить, выглядишь ты лучше, чем себя чувствуешь. Я скрыл свою улыбку за следующим глотком. – Мне жаль насчет вчерашней ночи. Себастьян покачал головой. – Тебе не за что извиняться. Мне жаль, что я был в таком дерьмовом настроении вчера. Я сделал шаг чуть ближе, опуская пиво. – Я думаю, Оливер знает. – Ага, – сказал он, пожимая плечами. – Он накричал на меня после того, как вышел из твоей комнаты. – Дерьмо. – Я ни в чем не признался, – заверил он меня. Я кивнул, почувствовав облегчение. – Эй, мне нужно кое–что сказать тебе, – добавил он, и его тон слегка изменился. Я взглянул вверх, наблюдая, как он приближается. Мое сердце екнуло, я повернулся лицом к стойке. – Что? Себастьян положил руку на столешницу рядом со мной, его пальцы коснулись моих. – Я уезжаю сегодня вечером. У нас поздний семейный ланч, и после него я уезжаю с отцом. Меня кольнула досада, но я кивнул. – Ладно. Ты уезжаешь из города? – Я лечу в Сан–Франциско на пару дней. После этого буду в Вашингтоне. Может, вернусь в следующую субботу вечером. Я нахмурился, невольно морщась. – Что? – спросил он, позабавленный моим выражением лица. – Это, типа, отстой. Мне придется возвращаться с Генри, – сказал я, заставив его рассмеяться. – И это единственная причина, по которой это отстой? – Нет. Я, очевидно, не хочу, чтобы ты уезжал, – быстро признался я. Его улыбка смягчилась, и я покачал головой, на мгновение прислонив лоб к его плечу. – Я правда не хотел выгонять тебя из своей комнаты прошлой ночью, ты же знаешь это, да? – пробормотал он. Я пожал плечами, и он тихо рассмеялся, его дыхание было теплым в моих волосах. – В следующий раз, когда придешь искать меня, просто убедись, что ты трезвый. Поверь мне, я ни в чем тебе не откажу. Его большой палец провел по моей челюсти, и наши взгляды встретились. Моя решимость пошатнулась, когда я подумал о том, чтобы попросить его уехать со мной прямо сейчас, подняться наверх, где мы наконец сможем стереть расстояние, между нами. – Эш... – начал я, и мой голос сорвался. – Да? – спросил он, и его губы изогнулись в легкую улыбку. Прежде чем я успел что–то сказать, с террасы раздался голос. – Эш! Мы оба обернулись на звук. Я взглянул на него, и он рассмеялся, качая головой. – Может, этот дом не самое подходящее место, – сказал он, и я кивнул, ощущая, как момент ускользает. Когда мы вышли наружу, солнечный свет заставил меня прищуриться. Себастьян снял свои солнечные очки, висевшие на рубашке, и протянул их мне. – Не могу позволить этим красивым глазам страдать. – Отвали, – сказал я, легонько толкнув его, пока надевал очки. Он направился к своему отцу, а я сел рядом с Шарлоттой. Оливер рядом с ней, разглядывал меня со слабо скрываемым подозрением. Его взгляд скользил между солнечными очками Себастьяна на моем лице и браслетом на моем запястье. Жар прилил к моим щекам, и я быстро убрал руку на колени, подальше от взглядов. Себастьян провел оставшееся время с отцом в кабинете, и я не мог отделаться от нарастающего разочарования, что не увижу его перед отъездом. Он все еще был в кабинете, когда его отец вышел, чтобы попрощаться со всеми. Продолжил ждать, что появится Себастьян, но его не было. После того как остальные разошлись, задержался возле кабинета, не решаясь войти. Уже стемнело, когда я постучал в дверь, старательно проверяя, чтобы никто не видел. Его голос позвал войти, и я заглянул внутрь. Он улыбнулся, поманив меня рукой. Себастьян разговаривал по телефону, сидя за массивным письменным столом, который делал его вид еще более властным. Темные деревянные книжные шкафы выстроились вдоль стен, и в комнате слабо пахло сигаретным дымом и кожей. Я вошел, оглядываясь. Он закончил разговор как раз, когда я подошел, протягивая его солнечные очки. – Я думал, ты уезжаешь, – сказал я. – Я встречаюсь с отцом чуть позже. Он и Вивиан пошли поздороваться с друзьями. Прислонился к столу, протягивая ему очки. – Спасибо. – Не за что. – Он откинулся на спинку кресла, сложив пальцы на коленях, сознательно сдерживая себя. – Ну, я просто хотел попрощаться. – Я буду скучать, – сказал он, его голос был тихим, но уверенным. Сердце пропустило удар, и я опустил голову, положив ладонь на стол. – Будешь? Готов к новым запутанным ссорам? Он рассмеялся. – Может быть, я не буду скучать по этому. – Да, я тоже, – признался, взглянув на него. – Но, думаю, я тоже буду скучать. Его ухмылка стала шире, когда он откинулся еще дальше, выглядя совершенно расслабленным. – Итан Беннетт, ты наконец–то становишься ко мне теплее? Закатил глаза, хотя не мог сдержать улыбку. – Может быть, Эш. Он склонил голову набок, изучая меня. – О чем ты думаешь прямо сейчас? Вздохнул, потирая костяшками пальцев нос. – Скажи ты мне, раз уж ты так хорошо читаешь мои мысли. Он покачал головой. – Не в этот раз. Поэтому я и спросил. Я замешкался, под давлением его взгляда. – Я просто думал, – начал, прочищая горло, – что сейчас я трезвый. Его улыбка стала шире. – Да, я тоже заметил. Вот, я это сказал. Теперь, несомненно, его ход. Но он не шелохнулся. – Итак? – подтолкнул я. – Иди сюда. Я взглянул вниз. На мгновение это осушалось как вызов. Проверка. Можно уйти и продолжать эту взад–вперед вечно, или сдаться. Собравшись с духом, сделал шаг вперед. Он отодвинулся в кресле, давая мне место. Когда я остановился перед ним, он не двинулся, просто смотрел на меня. – Что? – спросил я, озадаченный. – Я все еще жду. Я нахмурился. – Я пришел. Он медленно улыбнулся, покачал головой и похлопал себя по коленям. У меня в животе все перевернулось. – Иди сюда, – повторил он. Я заколебался, инстинктивно качая головой, но его вздох остановил меня. – На этот раз решать тебе. Почему ты все так усложняешь? Себастьян встал, входя в мое личное пространство. Одна рука скользнула к моей шее сзади, другая приподняла мой подбородок, мягко удерживая меня. Я уставился на расстегнутый ворот его рубашки, моя решимость таяла. – Я не пытаюсь усложнять, – мягко сказал он, его голос был успокаивающим контрастом напряжению, между нами. – Я пытаюсь смаковать это и хочу быть уверен, что ты тоже. Пожалуйста, просто сделай, о чем я прошу. Обещаю, тебе понравится. На секунду я закрыл глаза. – Хватит бороться со мной, Итан, – добавил он. Он снова сел, его взгляд удерживал мой, твердый и непоколебимый. – Доверься мне, – прошептал он. невозможно больше продолжать в том же духе. Что худшее может случиться? Мне это не понравится, и я скажу ему остановиться. Это не убьет меня. А убьет меня мысль «а что, если» всю оставшуюся жизнь. Уставившись на свою руку на столе, я успокоил себя. – Можем мы попробовать снова? – мягко спросил Себастьян. Я кивнул, и тихий скрип кожи сказал мне, что он откинулся. – Иди сюда, дорогой. Выдохнул и оттолкнулся от стола. Его губы слегка приоткрылись, когда я приблизился, его взгляд не отрывался от моего. Положив руку ему на плечо, оседлал его колени, сердце бешено колотилось. – Вот так, – сказал я, заслужив тихий смешок. Он не двигался, его предплечья лежали на подлокотниках, самообладание безумно нетронуто. – Ближе, – настоял он. Стиснув челюсти, я наклонился. Его глаза блуждали по моему лицу, на губах играла довольная улыбка. – Хороший мальчик, – пробормотал он. Мои глаза расширились. Я попытался отстраниться, но его руки легли на мои бедра, крепко удерживая меня на месте. – Ты снова обращаешься со мной как с домашним животным, – обвинил я, лицо горело. – Нет, – возразил он, смягчая голос. – Ты просто идеален. Я просто хочу, чтобы ты это знал. Его руки слегка надавили, притягивая меня ближе. – Хватит от меня убегать. Позволь мне позаботиться о тебе, – прошептал он, приподнимаясь и уткнувшись лицом в мою шею. Его губы были теплыми на моей коже. – Все, чего я хочу, это чтобы тебе было хорошо, дорогой. Я закрыл глаза, пытаясь расслабиться, позволяя ему притянуть меня ближе. – Вот так. Обними меня, – пробормотал он. Обвил руками его шею, его губы коснулись места чуть ниже моего уха. Дрожь пробежала по спине. – Я обещаю, буду хорошо заботиться о тебе, Итан. Просто позволь. Глубоко дыша, я расслабился в его объятиях, его слова растворяли мои сомнения. Он поцеловал меня в челюсть, его руки скользнули под мою футболку и поползли вверх по спине. Прикосновение вызвало прилив жара во мне, и я крепче прижался к нему. – Эш, – выдохнул я. – Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал, – сказал он, в его голосе звучало предвкушение. – Посмотри на меня. Наши взгляды встретились. – Поцелуй меня, – сказал я, мой голос был едва слышен. Его губы изогнулись в торжествующую улыбку. – Хороший мальчик, – снова пробормотал он, прежде чем наклониться и прижать свои губы к моим. Боже, это волнующе. Я резко вдохнул, каждый нерв перевозбужден этим крошечным прикосновением. Когда давление усилилось, Себастьян тихо прошептал что–то, удовлетворенный. Его пальцы запутались в моих волосах, удерживая меня, пока его губы двигались по моим, осторожно, заявляя права. Он отстранился ровно настолько, чтобы оставить меня бездыханным, прежде чем вернуться. Его губы приоткрыты, невероятно мягкие, и теплое дыхание коснулось моей кожи, когда я наклонил голову, давая ему больший доступ. Он не колебался, его язык коснулся края моих губ, ища разрешения. Я поцеловал его снова, полностью разомкнув губы, встречая его на полпути. Себастьян на вкус как сигареты и виски – мощная, опьяняющая смесь, которая переполнила мои чувства. Это не должно быть настолько хорошо. Может быть, из–за нарастающего напряжения, запретной притягательности или просто из–за него самого. Независимо от причины, этот поцелуй затмевал все, что я знаю. Не только на моих губах. Я чувствовал это повсюду. Электрический ток, пробегающий по телу. Его щетина слегка царапала мою кожу, идеальный контраст мягкости его губ. Когда он снова отстранился, я чуть не застонал от потери. – Тебе понравилось? – спросил он, его голос был низким, хриплым и разрушительно уверенным. – Да. – Ты хочешь, чтобы я продолжал? Кивнул, не в силах вымолвить слово. Где–то по пути мои руки оставили его шею и вцепились в воротник его рубашки. Притянул его к себе, и он не сопротивлялся, снова завладев моим ртом с большей целеустремленностью. Его поцелуи выверенные, но страстные, он задавал темп, который я более чем готов поддерживать. Себастьян потянул меня за волосы, наклонив голову, углубив поцелуй. Он хорош в этом, слишком хорош. То, что я принимал за высокомерие, не было им вовсе. Это чистая, непоколебимая уверенность, рожденная опытом. С Себастьяном каждое движение мастер–класс по контролю и сдержанности. Я полностью отдался ему, придвигаясь ближе и вплетая пальцы в его пряди. По мере того, как его темп ускорялся, ускорялся и мой, напряжение между нами нарастало. Я крепче сжал его, нуждаясь держаться за него, пока его руки бродили по моей спине, прижимая меня невероятно близко. Затем, внезапно, он отстранился, прислонив лоб к моему. – Помедленнее, - прошептал он, его дыхание стало прерывистым. Глаза оставались закрытыми, выражение незащищенным. Я никогда не видел его таким переполненным. – Я просто следую за тобой, – сказал я шепотом. Он открыл глаза, их интенсивность не имела равных. – Я говорил нам обоим, – признался он с небольшой самоуничижительной улыбкой. Прежде чем я успел ответить, он снова поцеловал меня, и я растаял в нем. На этот раз поцелуй был мягким и затяжным. Низкий стон сорвался с его губ, вызвав во мне трепет. – Почему ты так хорош в этом? – пробормотал он, его брови приподнялись в удивлении, которое выглядело искренним. – Я? – переспросил я недоверчиво. Он кивнул, снова поцеловав меня. Руки Себастьяна скользнули к моим бедрам, и я потянул его за волосы, запрокидывая его голову назад. Целовал его безудержно, на этот раз грубее, чувствуя, как напряжение между нами растворяется в чистой потребности. Его контроль дрогнул, и мне это нравилось. Каждый поцелуй стал откровением, напоминанием о том, как хорош он в этом, как хороши мы вместе. Мои сомнения таяли, заменяясь чистым удовольствием от движения его губ. Как будто ничего больше не существовало. Себастьян наклонился вперед, его губы не отрывались от моих, пока я не почувствовал твердый край стола у себя за спиной. Его руки надавили на меня, приподнимая выше. – Что ты пытаешься сделать? – спросил я, запыхавшись, в то время как его губы переместились к моей челюсти, прокладывая горячую дорожку к шее. – Посадить тебя на стол, – пробормотал он о мою кожу, его руки скользнули под мою футболку и вверх по спине. Это ощущение заставило меня вздрогнуть. Я усмехнулся, мой голос дрожал. – Не очень успешно. Он тихо рассмеялся.  Обхватив мою талию крепкой рукой, он одним плавным движением поднял меня на стол. На мгновение его лоб прижался к моему, пока он переводил дыхание. Когда наши взгляды встретились, его глаза потемнели, полные желания. Его ухмылка вернулась. – Лучше? Мои руки все еще были в его волосах, и я притянул его ближе, кивая. Когда он наклонился, наши губы были в дюйме друг от друга. Раздался резкий стук в дверь. – Эш? – прогремел голос Оливера с другой стороны двери. Мы замерли, вытаращив глаза, пойманные в моменте, который мучительно растянулся. Взгляд Себастьяна метнулся к двери, затем обратно ко мне. – Ты закрыл дверь на ключ? – срочно спросил он шепотом. Я покачал головой, поднималась паника. – Что мне делать? – Под стол, – просто сказал он. Без колебаний я присел, проскользнув под стол, а Себастьян подкатил кресло вперед, заключая меня между своих ног. Мое лицо горело от невероятной интимности этой позы. Это компрометирующее, мягко говоря. – Входи, – позвал Себастьян. Дверь со скрипом открылась, затем закрылась с тихим щелчком. – Извини, ты занят? – голос Оливера приблизился. Я прижал руку ко рту, подавляя нервный смех. – Немного, – ответил Себастьян, его тон был отрывистым. Я чуть не лопнул, впиваясь зубами в руку, чтобы остаться тихим. Слегка наклонившись, прислонился щекой к его бедру. Себастьян вздрогнул, едва заметно, но я почувствовал, и коварная улыбка поползла на мое лицо. Впервые я имею преимущество, и это восхитительно. – Я просто хотел спросить тебя кое о чем перед отъездом, – сказал Оливер. Я услышал скрип стула, когда он садился. Это слишком весело. – Валяй, – небрежно сказал Себастьян, хотя его бедро напряглось под моей щекой. Провел рукой по его колену, наслаждаясь тем, как его мускулы напряглись от прикосновения. Воодушевленный, позволил пальцам пробраться чуть ниже подола его шорт, исследуя поджарую силу его ног. Его дыхание почти незаметно перехватило, и моя ухмылка стала шире. – Я знаю, ты занят работой, но мне интересно, если... – Оли, я никогда не слишком занят для тебя, – быстро прервал его Себастьян. Это ложь, – фыркнул Оливер. Я мягко прижал губы к внутренней стороне его бедра, чувствуя ткань его шорт носом. На этот раз рука Себастьяна опустилась на ногу, его пальцы задрожали возле моих. – Мне жаль, что ты так думаешь. Скажи, что тебе нужно, – сказал он мягко. Я повернул лицо, снова проведя губами по его бедру, позволяя своему дыханию задержаться. Его рука нашла мою челюсть, его большой палец лег чуть ниже моего подбородка, безмолвное предупреждение и мольба о контроле. – Я знаю, что, между нами, все напряженно из–за всей этой истории с Итаном, – сказал Оливер. Если бы он только знал. Большой палец Себастьяна поднялся выше, коснувшись моих губ таким образом, что у меня в животе все перевернулось. – Это понятно. Я уже говорил тебе, что, между нами, ничего нет, – плавно солгал Себастьян, его голос непоколебим. Я слегка покачал головой, бросая ему вызов. Его большой палец сильнее надавил на мои губы, тонкое напоминание вести себя хорошо. – Как скажешь... – скептически проворчал Оливер. – Я так и имею в виду, – вмешался Себастьян. Оливер цокнул языком. – Даже не в этом дело, – пожаловался он. – Оли, я буду счастлив быть твоим шафером. Я не слишком занят, чтобы быть частью твоей жизни, и для меня будет честью, – сказал Себастьян. Я улыбнулся. Он может быть таким добрым, когда хочет. – Как ты догадался? – удивился Оливер. – Мне сказала твоя прекрасная будущая жена. Я облизнул губы, чувствуя, как кончик его пальца скользнул по ним. Оливер вздохнул, и Себастьян тихо усмехнулся. – Не расстраивайся. Она просто пыталась помочь. Я бы сам никогда не догадался. Почему ты просто не спросил меня? Не нужно устраивать целое представление, – достаточно звонка. У Себастьяна такой замечательный голос. Под столом его низкий, глубокий тембр отзывался у меня в груди. Я тихо выдохнул, когда он провел большим пальцем по моей губе. – Эш, я знаю, как плохо обстоят дела с отцом. С тех пор как он сказал, что уходит, он неотступно сидит на твоей шее. Ты провел с ним здесь весь день. Когда такое случалось раньше? Палец Себастьяна замер. – Ты же знаешь, какой папа – маньяк контроля. Он привыкнет и успокоится. Это просто период. – Я думал, он закрыл твой проект, – сказал Оливер. Себастьян снова напрягся. Я нахмурился. – Нет, – отрывисто ответил он. – Но я думал... – голос Оливера неуверенно оборвался. – Нет, – повторил Себастьян твердо. Это что, из–за этого он был в таком плохом настроении вчера? Я мягко сжал его запястье, и он снова начал двигать большим пальцем. Сегодня он казался легче, и не хочу, чтобы он снова скатывался в это состояние, особенно после того, как он наконец поцеловал меня. – Я оставлю эту тему, ладно? Я не хотел обременять тебя. Думал, спрошу, когда дела наладятся, но они не налаживаются, – признался Оливер. Себастьян расслабился, его бедра слегка раздвинулись. – Это не обуза. Кроме того, если не я, ты что, попросишь Генри? Можешь представить, какую холостяцкую вечеринку он устроит? – пошутил Себастьян. Оливер рассмеялся. Так–то лучше. Я провел губами по большому пальцу Себастьяна, и он пошевелился в кресле. – Боже, нет. Насчет этого у меня вообще–то есть некоторые просьбы, – быстро сказал Оливер. – Дай угадаю, никаких стриптизерш? Я улыбнулся, когда рука Себастьяна замерла у моего лица. Он снова начал водить большим пальцем по моей нижней губе, и я высунул язык, чтобы слегка коснуться его, на этот раз с намерением. Его рука мягко обхватила мою челюсть снизу. – Никаких стриптизерш, – согласился Оливер. – Не то, чтобы я их хотел, но удача удержать нашего младшего брата от них подальше, – сказал Себастьян, его голос звучал немного неуверенно. Он глубоко вдохнул, когда я наклонился вперед, позволяя его большому пальцу скользнуть в мой рот и по языку. – И никаких поездок на необитаемый остров тоже, – добавил Оливер. – Это путешествие. Да ладно, Оли, – запротестовал Себастьян. – Ладно, просто не давай Генни слишком сильно помогать, – уступил Оливер. Не в силах устоять, я взял его большой палец полностью в рот, слегка посасывая. Себастьян поправился в кресле. – Обещаю, не дам, – ответил он. Я выпустил его большой палец, направляя указательный в рот. Пока я обвивал его языком, он слегка наклонился вперед. – Ты в порядке? – спросил его Оливер. Триумф забурлил у меня в груди. Я выпустил его и позволил среднему пальцу присоединиться. – Я фантастически, Оли. Мне просто нужно сделать звонок перед отъездом. Почему бы нам не пообедать в воскресенье? Ты можешь пройтись со мной по тому, что ты хочешь, только мы, – предложил Себастьян. – Конечно. Ты вернешься на следующих выходных? – спросил Оливер. Я продолжал водить языком по его пальцам, слегка покусывая их зубами. – Ага, – ответил Себастьян. – Ты последнее время много бываешь в городе, – подозрительно заметил Оливер. – И ожидай, что ты будешь видеть меня еще чаще. Теперь оба моих брата живут там. Плюс, у меня много работы. Ари это нравится. Я остановился, нахмурившись. Кто, черт возьми, такая Ари? – Это на самом деле здорово, Эш. Я рад, – тепло сказал Оливер. Я вцепился зубами в пальцы Себастьяна. Он попытался медленно оттянуть руку, но я удерживал его за запястье. – Значит, увидимся в воскресенье? Извини, мне правда нужно сделать этот звонок, – настоял Себастьян. – Конечно, и спасибо, что согласился, – сказал Оливер, стул скрипнул, когда он встал. – Спасибо, что спросил, Оли. Честно, для меня честь, – ответил Себастьян. Я еще раз пососал его указательный палец, медленно отстраняясь, прежде чем отпустить его руку. – Попрощайся перед отъездом, – крикнул Оливер, его шаги удалялись. – Обязательно, – ответил Себастьян. Дверь щелкнула, и в комнате воцарилась тишина. Себастьян слегка отодвинулся, глядя на меня сверху вниз широкими, позабавленными глазами. Его губы дернулись в ухмылку. – Да? – невинно спросил я. – Что это, черт возьми, было? – спросил он, поднимая руку. Я усмехнулся, мои щеки горели. – А что? Тебе не понравилось? – Я положил руки ему на колени и облокотился на них. Себастьян, казалось, впитывал вид, оставаясь неподвижным. – Определенно понравилось, – сказал он, его голос был низким и хриплым. Я оперся о бедра Себастьяна, собираясь встать, но, прежде чем успел, его рука обхватила мою талию. Ловким движением его рука зацепила меня за ногу сзади, подтягивая на стол, в то время как другая рука придерживала меня. Он наклонился, губы замерли рядом, но я прижал руку к его лицу, останавливая его. – Кто такая Ари? – спросил я, прищурившись. Он ухмыльнулся, его губы дергались от забавы. – Она мой ассистент. Определенно девушка, определенно не заинтересована. – Не насмехайся надо мной, – предупредил я, хотя не мог подавить улыбку, тянувшую уголки губ. – Мне нравится, что ты ревнуешь, даже если это делает тебя немного свирепым, – поддразнил он, его взгляд скользнул к моим губам. – Ты заполучил меня всего, дорогой. И что ты собираешься с этим делать? Жар поднялся к моей шее, я боролся с желанием бросить ему вызов, заставить его ждать. – Ты заставишь меня снова просить об этом? – бросил я вызов, мой голос был твердым, несмотря на то, как он выбивал меня из колеи. Себастьян покачал головой, наклоняясь без колебаний. Его губы врезались в мои, горячие и настойчивые, поцелуй, который требовал всего. Его рука крепче обхватила мою талию, притягивая ближе, в то время как другая рука уперлась в стол. Это было подавляюще, его интенсивность. Ощущение его между моих ног было непохоже ни на что, его размер, его присутствие. Он намного больше меня, внушительный, захватывающий дух. Мой пульс участился, я слегка прикусил его губу, затем втянул ее в рот. Его стон прошелся по моей коже, и я почувствовал, как сместилась власть, пусть даже на мгновение. – Я думал, ты не уверен в этом, – пробормотал он, его губы коснулись моих. – И куда, черт возьми, подевался застенчивый Итан? Прежде чем я успел ответить, он снова поцеловал меня, заглушая любой ответ. Крепко сжал его волосы. Он застонал с одобрением, его тело наклонилось ко мне. Тупая давящая боль стола в спину была небольшим дискомфортом, затмеваемым тем, как он держит меня. Знаю, он сильный. Тело поджарым, но рельефным. Где я смог мельком увидеть его кожу, ее украшали мускулы. Сейчас тоже чувствовал его силу. Он использовал ее не полностью, и в этом есть что–то привлекательное. Осторожно обвил одной ногой его ногу. Он подошел ближе. Воодушевленный, повторил движение другой ногой, притягивая его плотнее к себе. Его рука соскользнула с моей талии и уперлась в стол. Он оперся одной рукой, в то время как другая бродила по мне, его губы никогда не прерывались. ––Тебе нужно перестать это делать, – предупредил он, слегка отстраняясь, его дыхание было горячим на моей коже. Я потянул его за волосы, отказываясь отпускать. – Итан, – прохрипел он, низко и хрипло. – Я трахну тебя на этом столе, если ты не прекратишь. Его слова должны были напугать меня, но в сочетании с его весом и этим низким рокотом это звучало горячо. И я знаю, он чувствует, как я возбужден, прижавшись к нему, и когда наши взгляды встретились, осознание мелькнуло в его глазах. Коварная улыбка изогнула его губы, он, разрушительно красив как никогда. – Хочешь, чтобы я это сделал? Прежде чем я успел ответить, он толкнулся бедрами, трение вызвало волну удовольствия, от которой у меня перехватило дыхание. Я прикусил губу, сдерживая стон, который только подпитал бы его эго. Я толкнул бедрами вверх, наблюдая, как темнеют его глаза. – Сделай это снова. – Определенно не застенчивый, – размышлял он, в его голосе звучало изумление. Он снова двинулся, и на этот раз я не смог сдержаться. Тихий стон вырвался у меня, и он замер, его взгляд схватился с моим. Его рука коснулась моей щеки, его большой палец нежно провел по моей коже. – Ты совершенство, – прошептал он, его голос звучало благоговение. Мое сердце бешено колотилось, когда он наклонился ближе, его губы захватили мои в поцелуе, не оставлявшем места для мыслей. Когда он двигался, ощущение усиливалось. Он скорректировал свой вес, идеально совмещая наши тела, поцелуи становились более голодными. Я выгнулся ему навстречу, обвив рукой его шею. Он воспользовался возможностью, просунув руку под мою спину, стирая оставшееся пространство, между нами. Мой разум блаженно опустел. Пальцы снова нашли его волосы, грубо сжимая, пока я обвивал ногами его, оставляя ему мало места для движения. Он все равно управлял идеально. Его губы были настойчивыми, почти болезненными в своей интенсивности. Его рука спустилась к моей ноге, кончики пальцев впились в кожу, скользя вверх. Они проскользнули под мои шорты, притягивая меня ближе, пока он двигался. Его рука крепко сжала мое бедро, продвигаясь назад. Мелькнуло колебание, но он выбрал идеальный момент, медленно проведя языком, расплавляя мои мысли. Я целовал его в ответ, прижимая свое тело к нему. Его рука продолжала движение, пока не обхватила мою задницу, достаточно большая, чтобы охватить полностью. Он мягко потер, прежде чем крепко сжать. – Мне нужно раздеть тебя, – пробормотал он, его голос стал густым от желания. – Я больше не могу это выносить. Мысль оказаться перед ним обнаженным была пугающей, но обещание почувствовать его кожу на моей непреодолимо. Я кивнул, и он застонал, прислонив лоб к моему. – Ты должен сказать мне остановиться – Я не хочу, чтобы ты останавливался, – прохрипел я. Он снова застонал, звук прошелся, между нами. – Ты слишком невозможен. Нравится тебе дорогой? Я кивнул. Поцелуи Себастьяна стали более голодными, его язык исследовал с интенсивностью. Его руки сжимали меня крепче, ногти слегка впивались в кожу. Я отпустил его волосы, чтобы вместо этого провести по ним пальцами, наслаждаясь тем, как это портит его обычное совершенство. Когда он попытался отстраниться, я крепче сжал его ногами, вцепился в волосы и удерживал его возле себя. Легкая улыбка играла на его губах, он сдавался, осыпая поцелуями мою челюсть. Интенсивность между нами невозможно остановить, ритм наших движений нарастал к чему–то неизбежному. Затем дверь щелкнула и открылась. – Эш, ты уже почти? – раздался голос Генри, когда он вошел. Мы замерли, наши дыхания смешались в маленьком пространстве, между нами, глаза вытаращились, когда мы повернулись к нему. Он резко остановился, его брови взлетели вверх, а по его лицу расползлась ухмылка. – О, я, блядь, так и знал, – рассмеялся он, закрыв за собой дверь. Себастьян резко выдохнул, мягко высвобождаясь из моих объятий. Его руки поддержали меня, когда я сел, мы пытались обрести хотя бы подобие самообладания. Я потер лицо руками, пытаясь осознать унизительную реальность того, что нас застали. По крайней мере, это Генри, а не Оливер. Маленькие милости. – Ты не мог бы, блядь, выйти? – рявкнул Себастьян. Я прижал руку ко рту, чтобы подавить смех, но он все равно прорвался, нервный, прерывистый звук, который становился неконтролируемым. Себастьян посмотрел на меня, озадаченный, что только заставило меня смеяться еще сильнее. Генри усмехнулся, невозмутимый. – Видишь? По крайней мере, у И есть чувство юмора. – Извини, – выдавил я между смешками, мой голос дрожал. – Это просто... нереально. Себастьян вздохнул, проводя рукой по своим уже взъерошенным волосам. – Что тебе нужно? – потребовал он, направляя свое раздражение на Генри. – Расслабься, Эш. Я не нарочно зашел. Я же должен отвезти тебя, помнишь? Я встал, оправив футболку и повернувшись к ним лицом. Генри поднял руки в шутливом жесте сдачи, хотя забава в его глазах не угасла. – Сколько раз я говорил тебе не входить в мое пространство без стука? – тон Себастьяна был отрывистым. – В мою защиту, это всего лишь второй раз, когда я застаю тебя за подобным, а первый был миллион лет назад, – съязвил Генри, его ухмылка стала хитрой. Меня кольнула ревность, острая и неожиданная. Мысль о том, что кто–то другой делил такой момент с Себастьяном, грызла меня, но я быстро отогнал ее. Руки Себастьяна легли на бедра, его поза была твердой. – Генни, не все является шуткой, – сказал он, его голос смягчился, но все еще нес вес. Генри отвел взгляд, его ухмылка слегка померкла. Он пожал плечами, немного смущенно, прежде чем снова фыркнуть со смехом. – Ладно, понял. Итак, ты закончил? – Он бросил на меня быстрый взгляд искоса. – Тебе повезло, что это был я. Оли хотел прийти за тобой. – Оли стучит, – отрывисто сказал Себастьян. Генри закатил глаза. – Я буду ждать в машине, – пробормотал он, поворачиваясь к двери. Он задержался, чтобы снова взглянуть на меня, игривая улыбка изогнула его губы. – Удачи, И, – добавил он, подмигивая, и ушел. Дверь щелкнула, и в комнате воцарилась тишина. Себастьян медленно выдохнул, снова проводя рукой по волосам. – Нам нужно быть умнее насчет этого, – сказал он, поворачиваясь ко мне. – Ты прав. Прости, – сказал я, кивая. Он покачал головой, подходя ближе. Его руки снова нашли путь в мои волосы, когда он наклонился, целуя меня мягко, его губы были нежны. – Не извиняйся. Мне понравилось держать тебя в своих объятиях, – пробормотал он. – Нам просто нужно быть умнее. Закрывать двери на ключ. – Я запомню это на следующий раз. Он ухмыльнулся, касаясь моих губ еще одним поцелуем. – Я напишу тебе позже. Мне правда нужно идти. Он украл еще пару поцелуев, его нежелание уходить было очевидным. – Ладно. Ты вернешься в субботу? – тихо спросил я, не желая, чтобы он уходил. Он кивнул, его ухмылка стала игривой. – Продолжай думать обо мне так же, – поддразнил он, слегка потянув меня за волосы, прежде чем поцеловать глубоко в последний раз. Его губы задержались, голос опустился до низкого бормотания. – В следующий раз я раздену тебя. Ток пронзил меня, предвкушение и тревога одновременно. Его ухмылка стала дьявольской, он повернулся к двери. Я наблюдал, как он уходит, звук закрывающейся двери возвращал меня к реальности. Сев в кресло, потер лицо руками, издав стон. – Черт, – пробормотал я пустой комнате, приглушая голос ладонями.