Когда мы загораемся

ИТАН Это не было лихорадочным или поспешным, как в прошлый раз. Себастьян целовал медленно. Каждое движение было обдуманным, губы скользили по моим с дразнящей нежностью, самый легкий взмах его языка зажигал огонь под моей кожей. – Какая из этих твоя комната? Я указал на дверь справа, слишком увлеченный, чтобы говорить, и притянул к себе. Себастьян не прерывал поцелуй, направлял нас к комнате. Оказавшись внутри, его руки нашли край моей футболки, целенаправленно подтягивая ее вверх. Он не спросил разрешения и не сделал паузу. Поразительная перемена по сравнению с обычной осторожной манерой. Поднял руки, позволяя ему стянуть ее через голову. Когда наши губы на мгновение разомкнулись, я поймал интенсивный взгляд, скользящий по мне. Он продолжал двигаться, направляя меня, пока край кровати не уперся в заднюю часть моих ног. Себастьян отступил на шаг, губы изогнулись в усмешку, руки скользили с моих плеч на грудь. Он слегка толкнул меня, и я приземлился на кровать с удивленным «уфф». – Подвинься назад, – приказал он. Повиновался, не отрывая взгляд. Усмешка Себастьяна стала глубже, с оттенком удовлетворения. Он наклонился вперед, ухватившись за пояс моих спортивных штанов. Внимательно следил за моим лицом, пока стягивал их, жар взгляда заставил мое дыхание сбиваться. Его улыбка стала шире, когда я промолчал. Сбросив снятую ткань на пол, Себастьян взобрался на кровать, его глаза блуждали по мне с такой интенсивностью, от которой моя кожа залилась румянцем. Он коснулся моих ребер, скользнул рукой по груди и наконец легко опустился на шею. Отклонил мой подбородок назад, теплой и твердой рукой, побуждая мою голову повернуться в сторону. – Такой покорный, – пробормотал он. Стиснул челюсти, но заставил себя оставаться расслабленным под прикосновением. – Я же говорил тебе, что не хочу укрощать тебя, Итан. Выходи играть. – Разве ты не хотел, чтобы я отдал тебе контроль? – парировал я, стараясь сохранить голос ровным. Себастьян усмехнулся, его насмешливость сверкнула в темных глазах. – Привет, дорогой. Мило с твоей стороны присоединиться. В ответ моя челюсть сжалась. – Я не понимаю. – Не заставляй себя. – Его рука оставила мою шею, и он лег рядом со мной, его взгляд скользил по всей длине моего тела. Пальцы заиграли с краем моих боксеров. – Ты обычно носишь эти? Кивнул, и он наклонился ближе, губы проложили дорожку вдоль линии челюсти, затем вниз к шее. Он поцеловал впадинку ключицы и место, где шея встречается с плечом. Рука скользнула вниз по моей ноге, ухватившись чуть ниже колена и притягивая меня к себе. – Полагаю, у них действительно есть свои преимущества, – прошептал он. – Что? – спросил я, отвлеченный его губами на мне. Рука Себастьяна поднялась вверх по моей ноге, пальцы проскользнули под ткань моих боксеров. Ладонь покрыла мою голую ягодицу и сжала. Я ахнул от неожиданного прикосновения, а он усмехнулся. – Ты бы подумал о том, чтобы в следующий раз надеть для меня что-то другое? – Например? – Брифы, – легко ответил он. Я нахмурился, ожидая чего-то более скандального. – Они тесные. – Я в курсе, – сказал он с хитрой усмешкой, и снова втянул меня в поцелуй. – Давай снимем их, хорошо? – спросил он, его руки дразня играли с поясом моих боксеров. Я замешкался, выискивая что–то в его взгляде. Он терпеливо улыбался, ожидая. Он проверял меня, оценивал мои пределы. Начинаю понимать его игру. – А ты свои снимать не собираешься? – спросил я, пытаясь сместить динамику. Улыбка Себастьяна не дрогнула. – Не для этого ты меня сюда позвал, – плавно произнес он. Черт возьми. – Так что, ты собираешься трахать меня в одежде? – бросил вызов, все еще пытаясь застать его врасплох. Он усмехнулся, качая головой. – Я не собираюсь трахать тебя сегодня вечером, дорогой, – сказал он, его голос стал низким обещанием. – Но я собираюсь начать готовить тебя к этому. А для этого мне нужно раздеть тебя. Итак, снимаем их? Я прикусил язык и медленно кивнул. Себастьян наклонился, его губы зависли прямо над моими, дыхание дразнило мою кожу. Рука вернулась к моей талии, притягивая ближе, пока он шептал: – Хороший мальчик. – Он мягко поцеловал меня, и отстранился. – Эй, – позвал я, хватая его за запястье, прежде чем он успел отступить. Его темные глаза встретились с моими, любопытные. – Я серьезно, ты тоже можешь снять свои? Прежде чем продолжить? Плечи Себастьяна слегка опустились, по лицу расплылась мягкая улыбка. Без слов он слез с кровати и снял футболку одним плавным движением. Я был прав, он такой же впечатляющий, как я и представлял. Подтянутый и загорелый, кожа обтягивала сухую мускулатуру, грудь равномерно поднималась и опускалась. Я следил за его движениями, пока он снимал спортивные брюки, оставшись в облегающих трусах. – Лучше? – спросил он, возвращаясь на кровать. Кивнул, и он наклонился, приподняв мой подбородок, чтобы снова поцеловать. – Ложись на живот, – прошептал он. Дыхание перехватило. Он провел большим пальцем по моей щеке. – Здесь ты начинаешь доверять мне, дорогой. Я не перейду никакую черту, которую ты не захочешь, чтобы я перешел. Просто скажи слово, и я остановлюсь, – пробормотал он, и губы мягко прижались к моим. Я снова кивнул и перевернулся, лег. Закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Себастьян накрыл меня собой, его тепло окутало меня. Я слегка вздрогнул, когда он наклонился, чтобы поцеловать мою шею. – Расслабься, – прошептал он. Он вытянулся рядом со мной, его тело близко, но не совсем касалось меня. Рука начала медленное исследование, скользя по моей руке, затем по плечу, очерчивая изгиб моей спины. Губы следовали за ней, оставляя след мягких поцелуев вдоль шеи и по плечам. Он снова уговаривал меня расслабиться, и я издал долгий вздох, желая, чтобы напряжение ушло из моего тела. Пальцы Себастьяна нашли путь в мои волосы, и он издал разочарованный стон, я усмехнулся. – Смирись с этим, – поддразнил я. – Пожалуйста, не делай больше ничего подобного, не предупредив меня, – пробормотал он мне в шею. – Я не планирую вторую стрижку на этой неделе, – легко ответил я. – Ничего со своим телом, – уточнил он, его тон стал тверже. Я ухмыльнулся. – Теперь, когда об этом думаю, и же должен делать татуировку на следующей неделе, огромную змею на руке. Что ты об этом думаешь? Себастьян не рассмеялся. Вместо этого заставил меня повернуться к нему лицом. Он переместился, устроившись между моих ног и прижав свое тело к моему. Ухватив мое запястье, прижал его к кровати рядом с моей головой. – Это мое табу, Итан. Не делай ничего подобного, не сказав мне, – повторил он. Смесь эмоций прокатилась по мне стыд, возбуждение и проблеск неповиновения. Тем не менее, я кивнул, и его хватка на моем запястье слегка ослабла. – Это ты заботишься обо мне? – спросил я, тише, чем я планировал. Он кивнул. – Ощущается скорее как то, что ты мной командуешь, – добавил я, и его хватка снова усилилась, заставляя мое сердцебиение бешено колотиться. – Это не командование тобой, – прорычал он. Я насупился, и Себастьян потянулся к моему другому запястью, прижав его к кровати. Он стоял на коленях между моих ног. Руки прочно удерживали меня, его сила была неоспоримой, и бедра прижались ближе, вес давил, это ощущалось подавляюще. Я чувствовал себя в ловушке, пока он смотрел на меня сверху вниз, ожидая, что я уступлю. Себастьян выглядит невероятно. Широкие мускулистые плечи напряглись, он удерживал меня, волосы беспорядочно падали на лоб, интенсивный взгляд прожигал меня насквозь. Хотелось, чтобы моей реакцией был гнев, но тело предало меня, жар собирался внизу живота, желание захватывало верх. Я возбужден. – Я больше не буду этого делать, – выпалил я, надеясь, что эти слова закончат это, прежде чем он заметит эффект, который оказывал на меня. Он ослабил давление на мои запястья, но не отпустил их, его темные глаза на мгновение скользнули вниз, и вернулись к моему лицу. – Это слишком для тебя? – Его голос смягчился, возвращая меня в момент. Я покачал головой, и он наклонился, чтобы поцеловать меня, медленно и глубоко. – Повернись обратно, – скомандовал он. Как только его руки оставили мои запястья, я повиновался, перевернувшись на живот и прижав щеку к прохладным простыням. Облегчение смешалось с предвкушением, когда дыхание коснулось моей шеи. – Я не собираюсь ломать тебя, но мне нужно, чтобы ты согнулся, – сказал Себастьян, его предплечья уперлись по обе стороны от моей головы. Его дыхание опалило мое ухо. – Сделай это для меня, я могу уложить тебя в постель, и обещаю, что вознагражу тебя за это. – Я не хочу… – начал я, но он перебил. – Поверь мне, ты захочешь эти награды. Я не говорю о подарках, дорогой их я с радостью дам тебе даром, – проговорил он вкрадчиво, слова стали греховным обещанием на моей коже. – Я имею в виду, сколько раз я заставлю тебя кончить за одну ночь. Себастьян отстранился, и его руки возобновили исследование, скользя вниз по моей спине и над изгибом талии. Кровать мягко скрипнула, когда он сошел с нее, чтобы стащить мои боксеры, оставив меня обнаженным. Мое сердце колотилось, я лежал, открытый под его взглядом, лицо горело от смеси уязвимости и неоспоримого возбуждения. – Ты и понятия не имеешь, что ты со мной делаешь, да? – Его голос стал тихим, почти благоговейным. – Могу я заставить тебя повернуться? Я тут же покачал головой. Себастьян вернулся на кровать, его руки скользнули по моим лодыжкам, губы оставляли теплые поцелуи вдоль задней стороны моего бедра. Я вздрогнул, но заставил себя оставаться неподвижным. – Тебя создали в совершенстве. Я никогда не видел никого, кто выглядит как ты, даже близко, – пробормотал он. Надеялся, что его слова успокоят мои нервы, желая, чтобы он просто снова поцеловал меня, чтобы я мог потеряться в моменте. Губы переместились к пояснице, затем к плечу, и руки крепко сжимали меня. Он поцеловал мою шею. – У тебя я на ладони, Итан. Я не могу отказать тебе ни в чем, чего ты захочешь, – прошептал он. Его слова бальзам для моих сомнений, каждое из них смягчало напряжение в моем теле. – Позволь мне дать тебе все, чего ты хочешь. Он снова поцеловал мою шею, его язык скользнул по коже. Потом он лег рядом со мной, вычерчивая рукой успокаивающие узоры вдоль моей спины. – Посмотри на меня, – мягко сказал он. Я повернул голову, встретив его взгляд. Его глаза были темными, интенсивными и искренними. Он приподнял мой подбородок рукой. – Я хочу избаловать тебя, мой питомец, – проговорил он вкрадчиво, на губах играла дразнящая улыбка. – Ты не можешь начать называть меня так, – пробормотал я, хотя мой протест получился слабым. Улыбка стала шире, он сократил дистанцию, захватив мои губы в еще один медленный, опьяняющий поцелуй. Рука скользнула к моей талии, притягивая ближе. И в этом поцелуе мое сопротивление полностью ослабло. – Ты позволишь мне? – спросил Себастьян низким голосом. – Позволить тебе что? – Избаловать тебя. Я нахмурился, озадаченный. – Ты объяснишь, что именно ты под этим подразумеваешь? Или я должен просто доверять тебе? Его улыбка стала мягче, он посмотрел мне в глаза. – Ты мне очень нравишься, – сказал он искренне. Я почувствовал тягу в сердце, и впервые позволил себе поверить ему. Рука Себастьяна скользнула к моему бедру, ладонь была горячей. – Это не совсем ответ на мой вопрос, – настаивал я. – Это значит, что я хочу, чтобы ты позволил мне заставить тебя чувствовать себя хорошо. Это значит, что я хочу прикасаться к тебе и смотреть, как ты разваливаешься, – объяснил он. Жар прилил к моему лицу, я сглотнул, заставляя себя встретиться с его взглядом. – Я думал, ты не сдерживаешься. – Я и не сдерживаюсь, – плавно ответил он. – Но я хочу, чтобы ты был готов к этому. Ты хочешь, чтобы я прикасался к тебе? Хотелось, чтобы не было так очевидно, что мне это нравится. Хотелось замаскировать то, как реагирует тело. Но вопрос времени, когда он заметит, и я не уверен, что выдержу его неизбежную самодовольную реакцию. – Не так сильно, как ты хочешь прикоснуться ко мне, съязвил я, цепляясь за последние остатки своего достоинства. Себастьян усмехнулся, его губы изогнулись в улыбку. – Ты и понятия не имеешь. Прежде чем я успел ответить, он снова поцеловал меня, его губы завладели моими с таким голодом, который оставил меня без дыхания. Неожиданно его рука проскользнула, между нами, дразня проведя по мне костяшками пальцев. Поцелуй прервался, когда он улыбнулся, на лице отразилось что–то между насмешкой и изумлением. – А я–то думал, мне придется тебя в это втягивать, – пробормотал он, его глаза были полуприкрыты, когда встретились с моими. – Ты не можешь быть более идеальным. Прежде чем я успел собрать связную мысль, он снова поцеловал меня, его рука сомкнулась на моем члене. Прикосновение было твердым, но исследовательским, изучающим меня, будто он хотел запомнить каждую деталь. Сначала давление было безумно мягким, и я обнаружил, что против воли удерживаю бедра неподвижными. Затем он усилил хватку, проведя большим пальцем по головке, и я прикусил язык, чтобы подавить стон, грозящий вырваться. Он ласкал меня уверенно, движения были умелыми, и я начал терять фокус на всем, кроме ощущения его руки. Я привык к неуверенным прикосновениям или слишком нетерпеливым. Ни те, ни другие не доставляли мне такого же удовольствия, как я доставлял себе сам. Прикосновение Себастьяна было совершенно иным. За несколько движений он уже пристыдил мои собственные усилия. – Почему ты не позволяешь мне слышать тебя? – прошептал он мягко, но настойчиво. Крепко зажмурился, раздраженный тем, как быстро он уловил мою сдержанность. И когда собирался съязвить в ответ, он изменил темп, попав в нужный ритм, и стон сорвался с моих губ. – Намного лучше, – пробормотал он, его язык коснулся моих губ, и он слегка отстранился. Я прикусил губу, пытаясь вернуть контроль, но он потянулся, его пальцы коснулись моего подбородка, заставляя посмотреть на него. – Перестань это делать, – сказал он, между бровей образовалась складка. – У меня есть сосед, – слабо возразил я. Себастьян покачал головой. – Я не прошу тебя кричать, но не заталкивай все внутрь. Я хочу слышать тебя, мне нужно, – сказал он, подчеркивая требование мягким поцелуем. Его рука возобновила движения, и я ахнул, прижав лоб к его лбу. – Вот так, – одобрительно пробормотал он, его голос был низким рокотом, он снова целовал меня. Затем он попытался перевернуть меня на спину, но я оказал сопротивление. – Не надо, – сказал я шепотом. Себастьян замер, его рука остановилась, он изучал меня. – Что тебя смущает? – спросил он, его мягко, но с любопытством. – Ты думаешь, я шучу, когда говорю, как хорошо ты выглядишь? Я покачал головой, отвел взгляд. – Я просто… – начал я, но слова застряли в горле. Я замешкался, затем взглянул вниз, между нами, мое лицо горело, и снова посмотрел на него. Понимание мелькнуло в его глазах, и он тихо усмехнулся. – Я знал, что ты будешь смеяться, – пробормотал я, пытаясь спрятать лицо в подушке. – Это абсурдно смущаться из–за того, что возбужден, – сказал он тепло и уверенно. – Я хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо, помнишь? Промычал в знак согласия, все еще слишком униженный, чтобы отвечать. – И ты серьезно думаешь, что я невосприимчив к тебе? – продолжил он. – Ты думаешь, я могу лежать здесь, прикасаясь к тебе, целуя тебя, слушая тебя, и не быть твердым как камень? Я взглянул на него скептически, но Себастьян снова усмехнулся, хватая мою руку и направляя ее, между нами. Костяшки пальцев коснулись его члена, все еще сдерживаемого трусами, но невозможно не распознать свидетельство его возбуждения. – Видишь? Вот что ты со мной делаешь, – тихо сказал он. – Тебе нечего стыдиться. Позволишь ли ты мне видеть тебя лицом к лицу теперь? Он отпустил мою руку, целуя, ожидая моего ответа. Я закрыл глаза и кивнул. Себастьян улыбнулся в мои губы и возобновил прикосновения, уверенно лаская меня, пока устраивался между моих ног. Его губы переместились к моей челюсти, затем к шее, его рука не дрогнула. Новый угол усилил все, и стон вырвался прежде, чем я успел его остановить. Я шлепнул рукой по своему рту, лицо горело от смущения. Себастьян замер на мгновение, потом мягко отвел мою руку. – Итан, – сказал он серьезно. Я встретил его взгляд, его темные глаза удерживали мои. – Твой сосед не услышит тебя, сейчас три часа ночи. А теперь прекрати это. – Дело не в соседе, – быстро сказал я. – Просто я обычно не бываю громким. – Может, и не был, – сказал он и расплылся в улыбке. – Но со мной ты будешь громким, поверь мне. – Ты слишком высокого мнения о себе, – прошептал я, сдерживая улыбку, пока его рука снова усиливала хватку, посылая через меня волну наслаждения. – Ты должен быть счастлив из–за этого, – поддразнил он. – Ты бы предпочел, чтобы я был паршивым в постели? Чтобы мы прошли через все эти хлопоты, только чтобы разочароваться, когда дело дошло бы до дела? Улыбнулся, ахнув, его движения становились более целенаправленными. – Ладно. Черт. Ты прав, – сказал я, задыхаясь, позволяя себе погрузиться в момент, больше не заботясь о том, слышит ли он меня. – Я никогда не думал, что услышу эти слова из твоих уст. Может, даже лучше, чем твои стоны, – поддразнил Себастьян. Я усмехнулся, закатив глаза. –– Пошел ты.  – Итак, дорогой, – сказал он, и я снова посмотрел на него. Легкая улыбка играла на его губах, но глаза были серьезны. – Я бы с удовольствием не спешил с тобой, шел в твоем темпе, но раз у нас есть дата истечения, мне придется немного подтолкнуть твои границы. Я сглотнул, его слова осели на мне, как вызов. Его рука все еще двигалась по члену, вытягивая еще один стон из моих губ. – Если тебе некомфортно в какой–то момент, мне нужно, чтобы ты сказал мне остановиться. В противном случае я продолжу, – добавил он. Я быстро кивнул, неспособный сформировать связный ответ. – Хорошо, – пробормотал он. – А теперь давай начнем с того, чтобы избавиться от застенчивости, хорошо? Прежде чем я успел спросить, что он имеет в виду, Себастьян отодвинулся назад, сев на пятки и оставив меня полностью открытым. – Черт, – выдохнул я, зажмурившись. – Итан, – мягко позвал он, возвращая мое внимание к себе. – Мне нужно, чтобы ты посмотрел на меня, дорогой. Не закрывай глаза. Снова кивнул, заставляя себя встретиться с его взглядом. Его глаза мелькнули вниз, потемнев, пока блуждали по мне. Его рука ласкала мое бедро, прикосновение было легким, но заземляющим, он провел языком по губам. – Ты должен быть самым высокомерным человеком в мире, знаешь? Как ты можешь быть таким застенчивым, выглядя так? – спросил он, качая головой с недоверием. – Внешность – это еще не все, – автоматически ответил я. Его глаза снова встретились с моими, эмоции охватили его. Понимание или любопытство, не уверен, что именно. – Если ты не веришь мне, подумай вот о чем: Ты, Итан Беннетт, коронная жемчужина моей коллекции. Я жил, путешествовал и трахался по всему миру, и никто, абсолютно никто не приближается к тебе в этот самый момент. – Его голос был ровным, но искренность в его тоне заставила мое сердце бешено колотиться. – Я не твоя игрушка, Себастьян, – напомнил я ему, пытаясь вложить твердость в голос. – Не моя, – легко согласился он. – Это только делает тебя еще лучше. – Его глаза снова скользнули вниз, впивая меня, будто я что–то священное. Его рука отпустила мой член, и я невольно простонал. Он усмехнулся, откинувшись, чтобы взять что–то из своих сброшенных спортивных штанов. Когда он вернулся на кровать, я заметил в его руке лубрикант, и мои глаза расширились. – Что ты… – Я же сказал, мы не будем заниматься сексом сегодня вечером, – плавно перебил он. – Это просто чтобы разогреть тебя. – Но что именно… – То, что я собираюсь сделать, – перебил он, – это вычеркнуть первый оргазм из нашего списка. Ты готов к этому? Не мог найти слов, грудь сжалась, я пытался ответить. Вместо этого из меня вырвался неопределенный звук, заставив его тихо усмехнуться. – Просто доверься мне, дорогой. Я обещаю, тебе понравится, – сказал он, опускаясь и целуя меня медленно. Его рука снова обхватила меня, и я застонал ему в рот, моя решимость рушилась. – Черт, вот так, – прошептал он в мои губы, лаская быстрее и вытягивая еще один стон. Он тихо простонал, его губы переместились к моей шее. Поцелуи были мягкими, задержались на ключице, оставляя след вниз по моему телу. Он остановился у моих бедер, взглянув вверх, чтобы убедиться, что я все еще смотрю. Увидев мой широко раскрытый взгляд, улыбнулся, наклонившись, чтобы поцеловать внутреннюю сторону моего бедра. – Эш, не мог бы ты просто снова поцеловать меня? – спросил я, мой голос дрожал от нервозности. – Нет, дорогой. Мы движемся вперед, – твердо сказал он, устанавливая границу без возможности возражений. Я открыл рот, чтобы возразить, но не успел, он провел языком вдоль нижней стороны моего члена. – Блин, – всхлипнул я, тело дернулось от ощущений. Он улыбнулся, его язык снова скользнул, на этот раз по головке, и потом он принял меня за свои губы. – Блин, – повторил я, дыхание споткнулось. Руки инстинктивно нашли путь в его волосы, крепко сжимая, пока он двигал головой, сося член с умением, которое делало невозможным оставаться тихим. Себастьян, как и следовало ожидать, невероятен в этом. Уверенный, обдуманный и безумно умелый. Каждое движение просчитано, превращая меня в дрожащую массу за секунды. Мой фокус расплылся, единственная ясная мысль в голове отчаянное желание продержаться дольше. – Эш, – простонал я, дергая его за волосы. Он отпустил меня с мягким чмоком, взглянув вверх с усмешкой, от которой у меня перевернулось в животе. – Что такое, дорогой? – спросил он, его рука медленно ласкала меня. – Не мог бы ты замедлить? – выдавил я, мой голос дрожал. – Немного слишком хорошо ощущается? – поддразнил он, его усмешка стала шире, когда я кивнул. – Конечно, милый, – пробормотал он, снова принимая меня в рот, на этот раз настолько глубоко, насколько мог. Ощущение вытянуло из меня сдавленный стон, и я согнул колени, откинув голову назад на кровать. – Ты дрочил сегодня? Я широко раскрыл глаза. – Что? – У этого вопроса есть цель, обещаю, – заверил он, его рука двигалась почти ленивым темпом. – Да, – неохотно признал я. – Когда? – настаивал он. – В душе, – сказал я, сглатывая. – Тот, что ты принимал утром, или тот, что только что принял? – Перед ланчем, – честно ответил я, мое лицо нагревалось под его насмешливым взглядом. – Правда? Ты так разволновался из–за того, что снова увидишь меня? Ты думал обо мне, когда это делал? – Он снова ускорял темп. – Гребаный чудак, – пробормотал я, подталкивая его ногой. Он рассмеялся, лизнув меня еще раз, заставив содрогнуться. – Мне нужно, чтобы ты дал мне немного времени, дорогой. Постарайся сдержаться, пока я не скажу тебе кончить. Если не сможешь, ничего. Мы просто начнем сначала. Себастьян потянулся за лубрикантом, убирая его из моего поля зрения. Его рот возобновил работу, и моя голова прижалась к матрасу, мысли растворялись в наслаждении, которое он мне дарил. Я почти забыл об этом полностью, пока не почувствовал, как его рука скользнула ниже, по моим яичкам. – Эш,– сказал я, неровно. Он покачал головой, принимая меня глубже. Громкий стон вырвался из моего горла, и я потерял себя на мгновение, а его пальцы двинулись еще ниже. Они двигались, надавливая между моих ягодиц, холодные и скользкие и я инстинктивно вздрогнул. Он не остановился. Лишь сильнее надавливал. Я вцепился руками в его волосы, когда почувствовал, как подушечка его пальца коснулась складчатой кожи. – Эш, – попытался я снова, но он заставил меня замолчать, приняв член в горло. Волна наслаждения накрыла меня, откидывая голову назад, я застонал. Он остановился. – Просто расслабься, дорогой. Пожалуйста, сделай это для меня, хорошо? Я кивнул, пытаясь сосредоточиться на ритме его руки, ласкающей меня, и горячем дыхании, касающемся члена, и его рот снова поглотил меня. Давление его пальца усилилось, и когда попытался снова сосредоточиться на нем, понял, что он уже проскользнул внутрь. Ощущение не было болезненным, просто странным, чуждым. Сосредоточился на расслаблении, ослабив хватку на его, поддаваясь новому чувству. Он надавил дальше, хотя это не то, к чему я привык, это было неплохо. Затем он изогнул палец вверх, и это изменило все. Я инстинктивно сжал бедра, зажав его между ними, и резко ахнул. Низкий, одобрительный стон пророкотал во мне, вибрируя, как электричество, вдоль позвоночника. Ноги задрожали, и когда он повторил движение изогнув палец, почти вытаскивая из меня вырвался еще один Ах. Он задал ритм, каждый изгиб вверх посылал толчок через мое тело, сырой и интенсивный. Дыхание сбивалось и превращалось в серию неконтролируемых стонов, мои руки запутались в его волосах, пока я пытался ухватиться за что–то, за что угодно. Это слишком, подавляюще, но затем, каким–то образом, его рот, его рука, его движения все идеально синхронизировалось. Я закатил, и полностью сдался, преследуя наслаждение без оглядки. – Ах, черт, – ахнул я, пока он применял еще большее давление, ускоряя движения. Мое горло пересохло, хриплые, умоляющие стоны выливались. Себастьян не останавливался. Иногда он отпускал мой член, чтобы ласкать меня длинными движениями, потом начинал заново. Его палец двигался устойчиво, надавливая на это безумное место, и невозможно сделать ничего, кроме как сдаться. Где–то в дымке понимал, что должен чувствовать смущение, но мысль едва мелькнула, и растворилась в ощущениях. ––Эш, – попытался я снова, голос дрожал. Это прозвучало скорее, как мольба, чем предупреждение. Он ответил, принимая меня глубже и сглатывая вокруг моего члена. Его лаки ощущались как чистое электричество. Мое тело сжалось туже, разряд приближался, неудержимый. – Блин, ах! – ахнул я, тело напряглось и распуталось одновременно. Ноги сжались вокруг него, не отталкивая, а удерживая на месте, и я кончил с силой, которая оставила меня бездыханным. Я чувствовал каждый пульс, все еще пульсирующий в его руке, его рту. Извинения кружились в глубине сознания, но я не мог собрать энергию, чтобы озвучить их. Вместо этого рухнул на кровать, наконец расслабив железную хватку на его волосах. Себастьян отстранился, и я перевернулся на бок, глаза крепко зажмурены, отголоски оргазма прокатывались по мне. – Черт, – пробормотал я снова, жар поднимался к лицу. В ушах звенело. Все тело гудело от силы разрядки, пока я пытался выровнять дыхание. Краем глаза увидел, как он подошел к раковине, прополоскал рот и вымыл руки. Мое смущение вспыхнуло, и я простонал, закрыв лицо рукой.  Кровать прогнулась под его весом, когда он вернулся, его руки скользнули по моим ребрам, а губы коснулись моего плеча. – Извини, – пробормотал я. – За что ты извиняешься? – Его голос был низким, гудящим на коже, губы перемещались к моей шее. – Я не смог остановить это. Он тихо усмехнулся, прижимая поцелуй к моей шее. Его рука обхватила мое лицо, притягивая к себе, и его губы захватили мои. Я растаял в поцелуе, мои пальцы снова нашли путь в его волосы. – Не извиняйся за это, – пробормотал он в мои губы, затем снова поцеловал меня. – Ты же сказал мне не делать этого и… – Как только ты начал терять себя, позволил мне слышать эти сногсшибательные звуки, мне тоже перестало быть важно. Я просто хотел заставить тебя кончить. Узел в моей груди развязался от его слов. – Ты не злишься? Себастьян улыбнулся, качая головой. – Я не злюсь, – заверил он, углубляя поцелуй. Его рука скользнула в мои волосы, и он простонал с разочарованием, заставляя меня рассмеяться. – Перестань быть таким ребенком из–за этого, – поддразнил я. Себастьян перелез через меня, устроившись между моих ног. Его губы прошлись вдоль моей шеи, и я моргнул, глядя в потолок. Он все еще возбужден. Я понятия не имею, что делать в этой ситуации. – Почему ты снова напрягаешься? – спросил он, в его голосе звучала насмешка. Закрыл глаза, раздраженный. – Ты все еще… Он тихо рассмеялся, звук вибрировал на моей коже. – Да, все еще, – подтвердил он, его губы нашли путь к моей челюсти, затем обратно к губам. – Я не знаю, что с этим делать, – признал я, наблюдая, как его улыбка растет. – Ничего, дорогой, – сказал он, затем замолчал, и задумался. – Хотя, теперь, когда я об этом думаю, неплохая идея немного подтолкнуть тебя и здесь. – Что это значит? Не отвечая, Себастьян схватил мою руку, направляя ее между нами и помещая на твердую длину его члена, все еще сдерживаемую трусами. Моя ладонь легла на него. Он прижал мягкий поцелуй к моим губам. – Тебе нужно перестать бояться его. Это просто член, – сказал он, его дразня, но терпеливо. Он побуждал меня сжать руку вокруг него. – Видишь? Прямо как твой. Он провел языком по моим губам, и я заметил, как разрушительно красив он. Я сглотнул, сжимая руку вокруг его члена, пока он улыбался. – Прямо как твой, – повторил он, и добавил с порочной усмешкой, – только больше. Мое лицо загорелось. – Ты засранец, – пробормотал я. Себастьян громко рассмеялся, его смех наполнил комнату. Я попытался отдернуть руку, но он удерживал ее на месте, его губы коснулись уголка моего рта. – Тш, – сказал я, но он просто мягко поцеловал меня, его смех все еще витал. Будет чудом, если Майя не проснется. – Я просто дразню тебя, дорогой, – сказал Себастьян, проводя большим пальцем по моей щеке. – Тебе не нужно ничего делать. Сейчас этого достаточно. Я встретил его взгляд и почувствовал себя смелым, провел рукой, ощущая, как его член становится тверже под моим прикосновением. Он улыбнулся, но не отреагировал, был спокойным, контролировал себя. Я сжал его более твердо, лаская, экспериментируя. – Чувствуешь себя смелым? – спросил он, склонив голову набок. – Я просто пытаюсь вернуть услугу. Себастьян усмехнулся, просунув руку в свои трусы и мягко убирая мою. – Тебе не нужно ничего возвращать. Когда захочешь, будешь желанным гостем, но пока просто привыкай к мысли, – сказал он, подчеркивая слова быстрым поцелуем, и откатился от меня. Сел на край кровати, потянувшись за своей одеждой. – Ты уходишь? – вопрос вырвался прежде, чем я успел остановить себя. Он взглянул через плечо, знающая улыбка потянула угол его губ. – Планировал. Сейчас просто хочу покурить. Можно мне здесь? – Он поднял сигарету для наглядности. – Конечно, только сделай это там. Себастьян зажег сигарету и прислонился к окну. Мягкий свет с улицы внизу отбрасывал теплое сияние на его кожу, подчеркивая скульптурные линии тела. Я сел, оглядываясь в поисках своих боксеров. – Не одевайся пока. Подожди, пока я не уйду, – сказал он с небольшой улыбкой. Его слова заставили почувствовать себя неловко, но я кивнул, натягивая одеяло и откидываясь на изголовье. Себастьян тихо усмехнулся, и снова повернулся к окну. – Тебе не обязательно, – тихо сказал я. – Не обязательно что? – Уходить. – Слово вышло тише, чем я планировал, почти робко. Себастьян не ответил сразу. Он докурил сигарету молча, раздавив окурок о подоконник. Когда вернулся на кровать, сел рядом со мной, и посмотрел на меня темными глазами. Его пальцы нашли мой подбородок, мягко наклоняя его. – Ты сказал, что согласен, что это будет только про секс. Ты солгал мне? – Его тон был спокойным, но вопрос ударил сильно. Я заставил себя встретиться с его взглядом. – Это не важно. Ты можешь уйти, если хочешь. – Но ты хочешь, чтобы я остался. – Его голос был ровным. Я неохотно кивнул. – Ты уверен, что готов к этому, Итан? Моя грудь сжалась, но я протолкнулся через это. – Я же сказал тебе, что готов. – Но ты хочешь, чтобы я остался, и полагаю, ты все еще не хочешь, чтобы я трахался. Чего еще ты ожидаешь от меня? – Единственное, чего я ожидаю, это чтобы все вернулось к тому, как было, – твердо сказал я. Себастьян промычал в ответ, изучая меня мгновение, и снова взобрался на кровать. Мое сердце пропустило удар от этого жеста. – Мне нужно уйти к шести, – сказал он, взглянув на часы. – Почему бы тебе не вернуться в мою квартиру? – У меня бранч с отцом и Шар, – сказал я. – Ты снова уезжаешь? Себастьян откинулся назад, его руки сложены на груди, он смотрел в потолок. – В понедельник. Мне нужно лететь в Сингапур. Я моргнул, пытаясь сохранить тон обыденным. – Когда ты вернешься? – Не уверен, – пробормотал он, приподняв бровь. – Я пробуду там три дня, но потом нужно вернуться в Мадрид. Еще встреча в Сан–Франциско, но не уверен, что успею вернуться сюда, и снова нужно вылететь. – Почему ты не уверен? – Я не могу все это держать в голове. Ари всем занимается, – сказал он. – Твоя ассистентка. – Она организует мою жизнь. Сопровождает меня в большинстве поездок. Почувствовал укол ревности, иррациональный, но острый. – Предстоит недельная поездка в Барселону, – добавил он. Заставил себя не дуться. Себастьян повернулся на бок, обвив рукой мою талию и потерся носом о мою щеку, потом легко поцеловал челюсть. – Не уверен, когда именно, но, если ты свободен, можешь поехать со мной. Моя челюсть отвисла от удивления. – Что? Мы же договорились держать это в секрете. Как, по–твоему, мы можем уехать из страны вместе и сохранить это в тайне? Себастьян пожал плечами, его губы прокладывали медленные поцелуи вдоль моей шеи. Он проскользнул под одеяло, натянув его до талии. – Скажи, что едешь с другом. Мы летим частным рейсом, бронируем отель на другое имя, носим парики. Я усмехнулся на последнее. – Звучит экстремально. – Одна неделя с тобой в заточении в моей постели того стоит, – пробормотал он, и я улыбнулся. – Повернись, – мягко сказал он. Я перевернулся на бок, он прижимался сзади, просунув одну руку мне под голову и обвив другой мою грудь. – Я бы никогда не принял тебя за того, кто любит обниматься, – поддразнил, чувствуя его теплый выдох на затылке. – Я и не люблю, – прошептал он, низким и насыщенным голосом, – но ты голый, и мне нравится чувствовать тебя рядом. Небольшая улыбка пробралась на мои губы, его запах окутывал меня. Насыщенный, древесный одеколон, смешанный со слабыми оттенками сигарет и виски, но больше всего – он. Его дыхание выровнялось позади меня, и я боролся со сном, желая смаковать этот момент, прежде чем он снова уйдет.