Сила, которая управляет звездами

Мы остановились на поляне. Вывалились из машины — ноги затекли, спина затекла, всё затекло после трех часов тряски по грунтовке. Я разминал плечи и смотрел по сторонам. Отсюда, с этой поляны посреди нигде, открывалось такое, что даже у меня перехватило дыхание. Мы поднялись не очень высоко — может, тысяча футов над уровнем долины, — но лес внизу лежал как на ладони. Секвойи уходили вдаль до самого горизонта, желтые, красные, зеленые, будто кто-то разлил краски и не стал убирать. Дальше, за лесом, начинались горы — синие, в дымке, с белыми шапками облаков на вершинах. А над всем этим — небо. Чистое, холодное, ноябрьское, такое глубокое, что в нем можно было утонуть. Я стоял и смотрел. И впервые за много лет мне не хотелось анализировать. Просто смотреть. — Ни хрена себе, — выдохнул Динеш. — Это... это... Он даже не выругался нормально — слов не хватало. Ричард сделал шаг к обрыву, посмотрел вниз и резко отшатнулся. — Я, кажется, боюсь высоты, — сказал он глухо. — Ты боишься всего, — заметил я. Но без злости. Просто констатация факта. Джаред тут же подскочил к нему: — Ричард, держись подальше от края! Вот сюда, ко мне, здесь безопасно. И не смотри вниз, смотри на горизонт. Ричард послушно отошел. Джаред, успокоив его, машинально полез в карман за телефоном. Посмотрел на экран, повертел в руках, поднял над головой. — Сети нет, — объявил он с ноткой паники в голосе. — Поздравляю, — сказал я. — Ты официально оторван от цивилизации. Я достал из сумки банку пива, открыл и сделал большой глоток. Холодное, горькое, живое. Идеально. Ванда тем временем уже хозяйничала в кузове. — Ребята! — крикнула она. — До заката четыре часа! Нам нужно успеть добраться до места! Помогайте! Она залезла в кузов и начала выбрасывать вещи. Я подошел, ловил их и складывал на землю. Палатки, спальники, тент, какие-то мешки. — Не спим! — Ванда хлопнула в ладоши. — Динеш, распаковывай свой чемодан! Все вещи выкладываем на тент. Мы с Джаредом развернули тент. Ребята начали выкладывать кто что привез. Ричард — свой маленький рюкзачок, из которого вывалились пара футболок и пакет с лапшой. Джаред — аккуратные стопки одежды, завернутые в пакеты, с бирками, подписанные маркером. Я кинул свои вещи — минимум, все необходимое. Потом подошел Динеш. Он открыл свой огромный чемодан, и оттуда, как из рога изобилия, посыпалось... — Это что? — спросил я, глядя на ворох яркой ткани. — Одежда, — гордо ответил Динеш. — Это пляжное полотенце? — Я подцепил носком ботинка махровую простыню с пальмами. — Серьезно? Ты собрался загорать? — А вдруг будет солнце? — Динеш. Мы идем в горы. В ноябре. Ты собираешься раздеваться? — Мало ли... — А это? — я ткнул в бутылочку. — Крем от загара? Ты правда взял крем от загара? Динеш покраснел: — Это увлажняющий! Для лица! В горах ветер, кожа сохнет! — А это? — я вытащил какой-то блестящий предмет. — Зеркальце? Ты собрался краситься? — Отстань! — Да уж, Динеш, у тебя там даже фена нет? Я разочарован. — Не слушай его, — вступился Джаред. — Динеш, на самом деле очень предусмотрительно взял увлажняющий крем. Кожа действительно сохнет в горах. — Заткнись, Джаред, — сказали мы с Динешем хором. Ванда тем временем продолжала вытаскивать снаряжение из пикапа. Две палатки, пять спальников, пять ковриков, котелки, горелка, топорик, веревки, дождевики, канистры с водой, мешки с крупой и консервами. Все это легло на тент. Рядом — куча вещей Динеша, которая занимала половину всего пространства. — Даааа, — протянула Ванда, оглядывая это безобразие. — Ну что ж, посмотрим, что можно сделать. Она позвала: — Гилфойл, Джаред! Вы самые адекватные здесь, вижу. Берите еду. Распределите на пять частей. Чтобы примерно равно по весу. По объему — во вторую очередь. Я кивнул. Работа была понятная, конкретная, без лишних слов. Хорошо. Пока мы копались в пакетах с консервами и крупами, Ванда взялась за вещи. Она быстро, профессионально просматривала кучу Динеша и откладывала в сторону то, что явно не пригодится. — Это не надо, — сказала она, отбрасывая пляжное полотенце. — Это не надо. Это не надо. Это вообще зачем? Динеш смотрел на нее с ужасом: — Но... но мне это нужно! — Тебе нужно пройти восемь километров в гору с рюкзаком, — спокойно ответила Ванда. — Лишний вес — враг. Доверься мне. Я наслаждался. Это было почти так же приятно, как самому стебаться над Динешем — видеть, как кто-то другой делает это профессионально. Но потом Ванда подошла к моей куче еды. — Это что? — спросила она, поднимая упаковку пива. — Пиво, — ответил я. — Много пива. — Всего три упаковки. Нормально. Ванда посмотрела на меня. Потом на пиво. Потом снова на меня. — Гилфойл. Ты потащишь это на себе? В гору? Восемь километров? Я промолчал. — Хорошо, — сказала она. — Оставляем одну. Остальное — вода. Она бесцеремонно убрала две упаковки банок и заменила их пятилитровой канистрой. — Но... — Вода важнее. Будешь благодарить меня на привале. Она продолжила ревизию. Снэки полетели в сторону. Чипсы — в сторону. Половина лапши быстрого приготовления — тоже в сторону. Орешки она, подумав, оставила. — Дааа, — вздохнула она. — Я должна была проконтролировать, что вы покупаете. — Что мы будем есть?! — воскликнул Динеш в отчаянии. — Не парьтесь, — Ванда улыбнулась. — Моих запасов круп и консервов хватит. Будете есть настоящую еду. Полезно для здоровья. Она полезла в кузов и вытащила оттуда пять больших походных рюкзаков. Видавшие виды, с потертыми лямками, пропахшие костром, но крепкие, надежные. — А теперь мастер-класс по укладке рюкзака! — объявила она. — Смотрим и повторяем за мной! Мы взяли по рюкзаку. — Сначала кладем вниз самое тяжелое, — Ванда ловко запихивала консервы на дно. — Потом личные вещи. Трамбуем плотно, чтобы не болталось. Пустых мест быть не должно. Я смотрел, как она работает, и неожиданно поймал себя на мысли, что мне это нравится. Практично. Четко. По делу. Никакой воды, никаких сантиментов. Просто правильная последовательность действий. Через полчаса мы были упакованы. Ванда подошла к каждому, утянула лямки, подогнала рюкзак по фигуре. Кому-то пристегнула палатку, кому-то котелок, кому-то тент. В руки всем дала по канистре с водой. Динеш, едва закинув рюкзак на плечи, сразу заныл: — Мне тяжело! Это невозможно нести! — Пошли, — сказала Ванда. — Через час привыкнешь. Мы выдвинулись. Первые полчаса я думал только о том, как не умереть. Станок рюкзака распределял нагрузку, убирая часть веса со спины и переводя его на ноги. Но тропа шла вверх. Сразу вверх. Круто, без жалости, без передышки. Корни, камни, скользкая хвоя под ногами. Я сразу вспотел, дыхание сбилось. Я смотрел под ноги и считал шаги. Раз, два, три, четыре. Споткнулся. Выровнялся. Дальше. И вдруг понял: мыслей нет. Совсем. Ни про «Pied Piper», ни про ИИ, ни про то, кто дал мне право решать. В голове было только: «Куда поставить ногу. Как перенести вес. Дыши. Выдыхай на усилии. Не сдохни». Хельга шла впереди, Динеш ныл где-то в середине, Ричард молча тащился, Джаред периодически оглядывался — проверить, все ли живы. Меня поставили замыкающим. — Твоя задача, — сказала Ванда перед стартом, — следить, чтобы никто не отстал. И самому не отстать. Я шел шагах в десяти от группы. Достаточно, чтобы не слышать нытья Динеша. Достаточно, чтобы видеть всех. Через час мы остановились. Я сел на камень, достал воду, пил медленно, маленькими глотками, как учила Ванда. Ноги гудели, спина молила о пощаде. Динеш просто лежал на земле, раскинув руки. — Я... не... могу... — хрипел он. — Можешь, — сказала Ванда. — Отдых пять минут, потом дальше. Ричард сидел бледный, пил воду и смотрел в одну точку. Джаред суетился вокруг него, предлагал то соль, то еще воду, то просто погладить по голове. Я закрыл глаза. Всего на минуту. — Вставайте, — услышал я голос Ванды. — Пора. Второй час был легче. Или я просто перестал чувствовать боль. Ноги двигались сами, дыхание выровнялось. Я поймал ритм: шаг — вдох, шаг — выдох. Шаг — вдох, шаг — выдох. Лес вокруг менялся. Сосны стали выше, кустарники — гуще. Воздух — холоднее, прозрачнее. Где-то в ветках кричали птицы, которых я не знал и знать не хотел. На втором привале Динеш уже не ныл — просто молча пил воду и смотрел на Ванду с ужасом и обожанием одновременно. — Молодец, — сказала она ему. — Идёшь хорошо. Динеш просиял. Идиот. Третий час дался тяжелее. Ноги налились свинцом, плечи горели огнем, канистра в руке казалась пудовой гирей. Но я не останавливался. Просто ставил одну ногу перед другой. И вдруг поймал себя на мысли, которая раньше никогда не приходила в голову. А не поселиться ли мне здесь? Не навсегда. Но... на время. Уйти из долины, из мира кода, серверов, стартапов, где каждый хочет тебя надуть или использовать. Уйти туда, где есть только лес, тропа, рюкзак за плечами и цель — дойти до следующего привала. Глупая мысль. Сентиментальная. Непрактичная. Впереди показалась Ванда. Она остановилась на повороте, подождала, пока подтянутся остальные. — Еще немного, — сказала она. — Видите тот хребет? Там наша стоянка. Я посмотрел туда, куда она показывала. Хребет был совсем близко. Или мне просто казалось от усталости. Динеш застонал. Ричард молча побрел дальше. Джаред подбадривающе похлопал его по плечу. Я глубоко вздохнул и пошел следом. Шаг. Вдох. Шаг. Выдох. Никаких мыслей. Только тропа. Только следующий шаг. Хорошо.