Сила, которая управляет звездами

Я пошел в палатку еще немного поспать — неизвестно, удастся ли ночью выспаться с Джаредом. Провалился в тяжелый, беспокойный сон, полный обрывков ночных событий. Проснулся на закате. Выбрался наружу, щурясь от последних лучей солнца. Чувствовал себя скверно: снова жарко, наверное, температура поднялась. Дышать стало еще тяжелее, каждый вдох давался с хрипом и болью в груди. Но я держался. Главное — пережить завтрашний переход к пикапу, а дальше будет легче. Наверное. Кажется, ребята передумали меня хоронить и решили насладиться последним вечером в горах. Джаред, полуголый, с мокрыми волосами, восторженно описывал свои впечатления от купания в водопаде: — Это невероятно! Холодная вода просто вышибает дух, а потом такое чувство, будто заново родился! Вы обязательно должны попробовать! Ванда стояла рядом в купальнике, улыбалась, выжимая длинные темные волосы. Видимо, тоже купалась. Джаред уговаривал Динеша и Ричарда, но они развалились на ковриках и даже не шелохнулись. — Я лучше тут, — буркнул Динеш, передвигая шахматную фигуру. — Ваше купание я уже проходил сегодня утром. Шахматы — безопаснее. Ричард, сосредоточенно глядя на доску, кивнул. Они играли — впервые за долгое время просто играли, без ноутбуков, без кода, без паники. Да уж, понимаю их, подумал я, вспоминая свое ночное купание. Ледяная вода, камни, темнота... Нет уж, спасибо. Я проковылял под тент, опустился на коврик, опираясь спиной о ствол дерева. Ванда тут же подошла, заботливо подложила под спину свернутую толстовку, так что полулежать-полусидеть стало почти комфортно. Джаред принес градусник. 102 с половиной. — Плохо, — обеспокоенно сказал он. — Очень плохо. Снова таблетки, снова чай. Заставили выпить бульон. Я не сопротивлялся. Возможно, потому, что вспомнил ночь, когда попытался взять ситуацию под контроль — и чуть не погиб. Возможно, просто от нехватки сил. Я лежал и смотрел на всех, наблюдая. Как так получилось, что еще неделю назад мы были на вершине мира? Богатые, знаменитые, на обложках журналов. А теперь — сидим где-то в глуши, без связи, оторванные от всего мира… Но, кажется, счастливые. Эта мысль удивила меня. Я присмотрелся внимательнее. Динеш и Ричард за шахматами. Динеш только что потерял ферзя и теперь отчаянно пытался выкрутиться, придумывая невероятные комбинации. Ричард с легкой улыбкой ждал, постукивая пальцами по колену. Джаред, все еще мокрый после водопада, подсел к костру и начал рассказывать Ванде какую-то историю из своего детства в приютах — но рассказывал легко, без обычной боли, даже с юмором. Ванда слушала, улыбалась, иногда кивала. Они были расслаблены. По-настоящему, глубоко расслаблены, как не были годами. Никакого груза ответственности за судьбу мира. Никаких инвесторов, которым надо понравиться. Никаких мыслей о деньгах и о том, как бы твой проект не украли. И я поймал себя на мысли, что тоже... счастлив? Странное слово для меня. Но вчера, когда я шел за таинственным незнакомцем сквозь тьму и боль, я чувствовал именно это. И сейчас, лежа здесь, под тентом, с температурой и сломанными ребрами, я все еще ощущал отголоски того волшебного чувства. Я перевел взгляд на Ванду. Она вдруг отделилась от компании и тихо ушла в сторону обрыва. Мне надоело лежать. Я встал, стараясь не шуметь, и медленно потащился за ней. Солнце уже зашло, но было еще светло — синие сумерки, когда лес замирает перед ночью. Ванда сидела на краю обрыва, спиной ко мне. Наверное, медитирует, подумал я. Но она пошевелилась, достала что-то из набедренной сумки. Я сразу догадался: то самое фото, которое она так быстро прятала вчера. Мне вдруг отчаянно захотелось посмотреть на него. Я тихо подошел и заглянул через плечо Ванды. И вздрогнул. С фотографии смотрел он. Тот самый человек. Проводник. Мой ночной спаситель. Очки, мягкая улыбка, глаза, которые, кажется, видят тебя насквозь. Мысли понеслись сами собой. Картина сложилась мгновенно. — Ты его ищешь? — спросил я. Ванда вздрогнула, резко обернулась. Глаза расширились. — Ты говорила, что это твой близкий человек. И ты его ищешь, да? — повторил я. Она выдохнула, расслабилась. Фото прятать не стала. — Да, — тихо ответила она. — В каком-то смысле. — Поэтому ты привезла нас сюда? — Что ты имеешь в виду? — на лице отразилось искреннее непонимание. — Он здесь. Я видел его прошлой ночью. Ванда издала судорожный вздох и прижала ладонь ко рту. На лице смешались испуг, радость, благоговение. — Что? Ты... Ты уверен? — Да. Абсолютно. Он привел меня к вам. Ванда зажмурилась. Когда открыла глаза, они были полны слез. Она аккуратно спрятала фото, потом резко встала и порывисто обняла меня — так, что ребра пронзила боль, но я стерпел. Она плакала, уткнувшись мне в плечо. — Господи, — бормотала она. — Слава тебе, Господи! — Я... Я уверен, он где-то неподалеку, — сказал я. — Если хочешь, можем поискать вместе. Она отстранилась, посмотрела снизу вверх, покачала головой. — Нет, не нужно, Гилфойл. Его так просто не найти. То, что ты его увидел — большое чудо. — Он что, вроде лесных мудрецов-чудаков? Святой какой-нибудь? Она снова покачала головой, сдерживая слезы. — Пойдем, тебе надо набраться сил перед завтрашним днем. Но я не хотел уходить. — Постой. Я хочу его снова увидеть. Я хочу остаться. — Нет, Гилфойл. Тебе нужно срочно в город, в больницу. Я подозреваю, что у тебя началась пневмония из-за переохлаждения. Как в подтверждение ее слов, меня тут же скрутил приступ кашля. Я согнулся, хватая ртом воздух, ребра горели огнем, в глазах потемнело. Ванда подхватила меня, помогла добраться до палатки. Я едва дышал. Ночь была долгой. Джаред и Ванда по очереди дежурили рядом. Я из последних сил сдерживал кашель, и это было невыносимо больно. Температура скакала, я потел, меня трясло. Меня поили водой, обтирали мокрыми полотенцами. Где-то между приступами я проваливался в забытье, и там снова был он — проводник. Он улыбался, слегка кивал и молчал. К утру я забылся тяжелым сном. Разбудил меня Динеш. Осторожно тряс за плечо, приговаривая: — Эй, Гилфойл, вставай. Надо идти. Он помог мне выбраться из палатки. Я опирался на него — самому стоять было тяжело. Голова ужасно болела и кружилась, меня трясло, каждое движение отдавалось болью во всем теле. Ребята упаковывали вещи, собирали лагерь. — Как ты? — спросил Ричард, подходя. Вместо ответа я спросил: — А где Ванда? — О, хорошие новости! — затараторил Динеш. — Оказывается, есть объездной путь, и он подходит почти к нашей стоянке. Ванда ушла к пикапу, как только стало светать. Она пригонит машину докуда возможно, нам останется пройти около километра. Понятно. Значит, восемь километров в гору с рюкзаком — это часть аттракциона, но вообще можно было и без него обойтись. Типично. Ребята быстро собрались, нацепили рюкзаки. Мне рюкзака не дали — я едва себя нес. Вскоре появилась Ванда, запыхавшаяся, но довольная. — Все готово, — сказала она. — Отсюда минут десять, если налегке. Но с Гилфойлом и рюкзаками должны пройти за полчаса. Динеш и Джаред подхватили меня под руки, и мы двинулись. Было очень тяжело. Меня то и дело хватали приступы кашля — я замирал, задыхался, хрипел, старался дышать часто и мелко, чтобы не провоцировать новый приступ. Идти было невыносимо. Хотелось лечь и умереть прямо здесь, на этой тропе. Я совсем повис на ребятах, они практически тащили меня. И вдруг, когда я уже готов был отключиться, я явственно увидел впереди знакомую спину. Он шел чуть впереди нас, прямо за Вандой, которая показывала дорогу. Неторопливый шаг, знакомая осанка. Я хотел окликнуть, хотел сказать всем, что это он, но голос сорвался в хрип. Я едва мог дышать, не то что говорить. Но внутри меня охватило волнение и радость. Он здесь! Он не бросил меня. Он ведет нас. Я вдруг понял абсолютно четко: он не бросит меня никогда. Он будет всегда рядом. Ванда остановилась, обернулась, крикнула: — Пришли! Наш провожатый тоже обернулся ко мне. И улыбнулся. От этой улыбки мне захотелось плакать и смеяться одновременно. Он снова со мной! И сейчас я смогу познакомить всех с ним. Я покажу Ванде, что он здесь, что ее поиски не напрасны... Я лишь на секунду отвел взгляд — мое внимание привлек пикап, показавшийся из-за деревьев. Когда я снова повернулся, человек исчез. Я заозирался, забормотал: — Где он? Где?... Динеш и Джаред начали оглядываться вместе со мной. — Кто? Тут никого нет. Ты про Ричарда? Он здесь, сзади. — Нет... не Ричард... Но сил больше не было. Меня подхватили, погрузили в пикап. Ребята быстро закинули вещи, и мы тронулись вниз. От тряски было больно, но я все же отключился. Перед глазами стояла его мягкая улыбка. В ушах звучали слова: «Не бойся. Всё будет хорошо».