Корпоративное чтиво

У Темари был один редкий свободный вечер перед поездкой на Гавайи и, как это обычно бывало, он оказался занят семейным ужином. Ресторан был небольшой, но уютный — место, куда семья Сабаку но приходила уже много лет. За большим круглым столом сидели пятеро: их отец, мать, Темари, Гаара и Канкуро. Канкуро опоздал и, как обычно, появился эффектно — в кожаной куртке, с пакетом из аниме-магазина под мышкой. Темари подняла на него взгляд. — Ты опять купил модель? Канкуро сел на стул, поставил пакет на стол и довольно ухмыльнулся. — Не просто модель. Это Eva-01, лимитированная версия. Гаара, который спокойно пил чай, даже не поднял глаз. — У тебя уже три таких. — Это разные версии, — возмутился Канкуро. — Нельзя сравнивать. Темари вздохнула. — Тебе тридцать лет. — И? — И ты тратишь деньги на роботов из Евангелиона. — Это коллекционные модели, — поправил он. — Искусство. Раса тихо усмехнулся. — А работа у этого искусства есть? Канкуро пожал плечами. — Временно между проектами. Темари скрестила руки. — Ты «временно между проектами» уже третий раз за год. — Это называется свобода. — Это называется безответственность. Канкуро откинулся на стуле. — Темари, ты помощник директора банка. Твоя жизнь — это графики, отчёты и процентные ставки. Тебе просто трудно понять. — Что именно? — Каково это — жить счастливо. Гаара спокойно поставил чашку. — Стабильность тоже может быть формой счастья. Канкуро повернулся к нему. — Ты доктор. Ты буквально выбрал самую напряжённую работу на планете. — Я выбрал полезную работу. — Ты выбрал стресс. — Я выбрал ответственность. Канкуро театрально вздохнул. — Вот именно. Вы оба такие, — он посмотрел сначала на Темари, потом на Гаару. — Строгие. Принципиальные. Правильные. Темари приподняла бровь. — А ты? Он широко улыбнулся. — Я просто выбрал быть счастливым. — С тремя девушками одновременно? — сухо уточнила Темари. — С одной, из твоей работы, кстати, — спокойно поправил он. Карура прикрыла лицо ладонью и строго взглянула на сына. Раса тихо рассмеялся. Гаара посмотрел на брата долгим, очень спокойным взглядом. — Это закончится плохо. — Пока что всё очень даже прекрасно. Темари покачала головой. — Я не понимаю, как она вообще тебя терпит. Канкуро пожал плечами. — Харизма. — Безответственность. — Харизма. — Самовлюблённость. — Харизма. Гаара едва заметно усмехнулся. Темари взяла стакан воды. — Ты когда-нибудь задумывался о будущем? — Конечно. — И? — Когда я состарюсь, я открою магазин моделей Eva. — Потрясающий план, — сухо сказала Темари. — Спасибо. Официант принёс блюда, разговор ненадолго стих. За столом стало спокойнее. Через несколько минут Карура посмотрела на Темари. — Ты говорила, у тебя скоро командировка? — Да. — Куда? — Гавайи. Канкуро резко поднял голову. — Подожди… Гавайи? — Это рабочая поездка. — Это океан. — Это переговоры с инвесторами. — Это пальмы. — Это презентации. — Это пляж. Темари спокойно посмотрела на него. — Я лечу работать. Канкуро покачал головой. — Ты невозможна. Гаара тихо спросил: — Долго? — Три дня. — Серьёзные переговоры? — спросил отец. — Очень. Канкуро наклонился вперёд. — А с кем летишь? Темари на секунду задумалась. — С директорами — из Токио и Киото. — Мужчинами? — Один из них — да, тот, который мой директор. — Твой. Опасно, — сказал Канкуро. — Почему? — Потому что деловые поездки на Гавайи — это начало романтических комедий. Темари закатила глаза. — Это начало презентации для инвестиционного фонда в филиал на Гонолулу. — Звучит хуже. Отец улыбнулся. — Темари всегда относилась к работе серьёзно. Канкуро посмотрел на неё и покачал головой. — Ты знаешь, что самое смешное? — Что? — Ты правда считаешь, что контролируешь всё. — Потому что я готовлюсь. — Жизнь не презентация. Темари спокойно ответила: — Зато хорошая подготовка никогда не мешает. Канкуро улыбнулся. — Посмотрим. Гаара посмотрел на сестру. — Когда вылет? — Рано утром. — Тогда тебе нужно выспаться. — Знаю. Шум ресторана мягко заполнял паузы — звон посуды, приглушённые разговоры, тихая музыка. Карура улыбнулась, глядя на детей. — Кстати, мы же не рассказали вам о поездке. Отец кивнул. — Да, о круизе. Канкуро поднял бровь. — О… том самом круизе, на который вы собирались последние полгода? — Именно, — сказала мать с заметным удовольствием, она наклонилась вперёд. — Это было потрясающе. Огромный лайнер, десять палуб, рестораны, театр… даже бассейн на верхней палубе. Гаара слушал внимательно. Он слегка наклонил голову, словно действительно представлял всё, о чём она говорила. — И куда вы плыли? — спокойно спросил он. — Сначала в Сингапур, потом в Таиланд, — ответил отец. — А потом несколько дней просто в открытом море. Темари кивала, аккуратно разрезая рыбу. — Звучит приятно. — Особенно вечера, — продолжила мать. — Представьте: океан, тёплый ветер, и на палубе играет живая музыка. Темари подняла взгляд. — Вы танцевали? Отец усмехнулся. — Твоя мать танцевала. Я старался не упасть. Карура тихо засмеялась. Гаара едва заметно улыбнулся. — Вам понравилось? — Очень, — сказал отец. — Думаю, мы повторим. Темари кивнула. — Это хорошая идея. А вот Канкуро всё это время выглядел так, словно смотрел документальный фильм, который его совершенно не интересовал. Он подпёр щёку рукой и лениво водил вилкой по тарелке. — Угу… океан… лайнер… музыка… — пробормотал он. Никто не обратил внимания. Мать продолжала рассказывать: — А ещё на четвёртой палубе был стеклянный мост над водой. Когда смотришь вниз — видно только океан… Гаара слушал внимательно, иногда задавая короткие вопросы. Темари время от времени кивала, поддерживая разговор. Канкуро же окончательно потерял интерес. Он оглянулся по сторонам, увидел проходящего официанта и поднял руку. — Простите. Официант остановился. — Да? — Принесите мне виски. Темари медленно повернула голову. — Сейчас? — Да. — Мы ужинаем с родителями. — Именно поэтому. Гаара перевёл на него спокойный взгляд. — Ты мог бы просто слушать. Канкуро пожал плечами. — Я слушал первые десять минут. — И? — Там всё понятно. Лайнер. Океан. Романтика, — он чуть улыбнулся. — А мне нужна помощь, чтобы пережить эту историю до конца. Раса тихо рассмеялся. Карура покачала головой. — Ты невозможен. — Я просто честный, мама, — ответил Канкуро. Официант принёс бокал. Канкуро поднял его. — За круизы. Темари устало вздохнула. — Ты когда-нибудь повзрослеешь? Канкуро сделал глоток и довольно улыбнулся. — Нет. И, знаешь… это часть моего очарования. Темари на секунду закрыла глаза, словно пытаясь собрать последние капли терпения. — Мне нужно в уборную, — спокойно сказала она, отодвигая стул. — Возвращайся, у нас ещё история про капитанский ужин, — с улыбкой добавила Карура. — Я боюсь этой истории, — пробормотал Канкуро, делая ещё глоток виски. Темари лишь покачала головой и направилась через зал. Ресторан был заполнен. Люди разговаривали, официанты проходили между столами, где-то звякали бокалы. Она на несколько минут оказалась в тишине уборной — редкая пауза в шумном вечере. Когда девушка возвращалась обратно, поправляя волосы и уже мысленно готовясь снова слушать рассказ о круизе, она столкнулась с кем-то на повороте коридора. — Простите, — Темари подняла глаза. — …Шикамару? Он стоял перед ней с тем же спокойным выражением лица, будто это была самая обычная встреча. — Темари. Она удивлённо моргнула. — Ты… что здесь делаешь? Он кивнул в сторону зала. — Друзья из Киото приехали на пару дней, я решил показать им Токио и заодно поужинать. А ты? Темари на секунду оглянулась в сторону столов. — А я здесь с семьёй. Шикамару чуть приподнял бровь. — С братьями? — И не только. Родители тоже тут. Он тихо усмехнулся. — Похоже на напряжённый вечер. — Ты даже не представляешь насколько. Они общались всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно, потому что в этот момент за «семейным» столиком Канкуро как раз лениво оглядывал зал… и заметил Темари в компании незнакомого мужчины. Канкуро мгновенно выпрямился. Глаза загорелись интересом. Он поставил стакан на стол и, совершенно не заботясь о том, что вокруг полный ресторан, громко окликнул: — ТЕМАААРИ! Несколько человек обернулись. Темари медленно закрыла глаза. — Нет… — тихо выдохнула она. Но было уже поздно. — ТЕМАРИ! — продолжил Канкуро, махая рукой через весь зал. — ИДИ СЮДА! Она повернулась к Шикамару с выражением обречённого спокойствия. — Я… дико извиняюсь. — За что? — лениво спросил он. — За это. Канкуро уже встал со стула и громко добавил: — И ПРИВЕДИ СВОЕГО КАВАЛЕРА! Родители переглянулись. Гаара медленно перевёл взгляд в сторону сестры. Темари прикрыла глаза рукой. — Я знаю, что ты когда-то подумал, что мы с ним встречаемся, но даже если бы он не был моим братом — я бы никогда не вступила ни в какой вид отношений с этим тюбиком, — тихо сказала она. Шикамару посмотрел в сторону стола, слегка усмехнувшись. — Понятно. — Пожалуйста, — быстро сказала Темари. — Не подходи. Он посмотрел на неё. — Почему? — Потому что Канкуро сейчас устроит сцену. Из зала снова донёсся голос Канкуро: — ТЕМАРИ! НЕ ДЕЛАЙ ВИД, ЧТО НЕ СЛЫШИШЬ! Она глубоко вдохнула. — Тебе правда лучше вернуться к друзьям. Ты не должен… Шикамару лениво пожал плечами. — Я не вижу ничего смертельного. — Поверь, есть. — В чём проблема? — он спокойно добавил: — Я просто познакомлюсь с твоей семьёй. Темари посмотрела на него. — Ты не понимаешь. Он чуть наклонил голову. — Почему же, — и совершенно спокойно сказал: — В конце концов, я твой начальник. Темари на секунду потеряла дар речи, но в реальность её вернул настойчивый, противный голос Канкуро: — ТЕМАРИ! МЫ ЖДЁМ! Темари глубоко вздохнула. — Хорошо, — тихо сказала она. — Но я предупреждала. Шикамару лишь пожал плечами, будто это действительно было чем-то совершенно обычным, и вместе с ней направился к столику. Чем ближе они подходили, тем шире становилась улыбка Канкуро. — Ну наконец-то! — объявил он, разводя руками. — Мы уже начали думать, что ты сбежала. Темари остановилась рядом со столом. — Канкуро… — Представь нам своего кавалера, — невозмутимо продолжил он. — Он не мой кавалер. Это — мой начальник. Шикамару тихо выдохнул, но на лице оставалась привычная спокойная вежливость. Он слегка поклонился. — Шикамару Нара. Рад познакомиться. За столом на секунду стало тихо. Карура наблюдала за ним внимательно — за тем, как он держится, как спокойно смотрит на каждого. Когда он чуть наклонился в знак приветствия, она на мгновение даже прикрыла рот ладонью, словно скрывая лёгкое удивление. Раса поднялся со стула и протянул руку. — Сабаку но Раса, отец Темари. — Очень приятно, — спокойно ответил Шикамару, пожимая руку. — А это моя жена, Карура. — Рада познакомиться, — мягко сказала она. — Взаимно. Шикамару повернулся дальше. Гаара тоже поднялся. — Гаара. Они обменялись коротким рукопожатием. Гаара внимательно посмотрел на него — спокойно, оценивающе. — Рад знакомству. Затем очередь дошла до Канкуро. Тот сидел, развалившись на стуле, и рассматривал Шикамару так, будто перед ним стоял крайне любопытный экспонат. — Канкуро, — сказал он, не вставая. — Главный источник семейных проблем. Шикамару чуть усмехнулся. — Похоже, у нас есть что-то общее. Канкуро поднял бровь. — Уже нравится. Темари тихо вздохнула. Отец тем временем задумчиво посмотрел на них. — Подождите… — сказал он. — Если вы директор Темари… значит, это с вами она летит на Гавайи? Темари уже хотела ответить, но Шикамару спокойно сказал: — Да. Раса кивнул. Несколько секунд он смотрел на него, затем сказал: — Тогда у меня к вам просьба. Шикамару спокойно встретил его взгляд. — Какая? — Позаботьтесь о ней. Темари нахмурилась. — Папа… Но отец продолжил: — Как о коллеге. Она очень серьёзно относится к работе и иногда слишком выматывает себя. Шикамару на секунду посмотрел на Темари. — Я знаю. Прослежу, чтобы она хоть иногда отдыхала. Канкуро, который всё это время наблюдал за сценой с явным интересом, вдруг наклонился вперёд. — У меня есть важный вопрос. Темари медленно закрыла глаза. — Канкуро… — Что? — невинно сказал он и посмотрел на Шикамару. — Нара-сан, вы женаты? Вопрос повис в воздухе. Шикамару даже не выглядел удивлённым. — Нет. Канкуро мгновенно повернулся к родителям. Его лицо приобрело выражение человека, который только что обнаружил крайне ценную информацию. Он заговорщически понизил голос, но так, чтобы слышали все: — Молодой, — он стал загибать пальцы. — Директор банка. И не женат. Он выразительно посмотрел на Каруру и Расу. — Просто делюсь фактами. Темари секунду смотрела на него, а потом без предупреждения стукнула брата по затылку. — Ай! — возмутился Канкуро, хватаясь за голову. — За что?! — За существование, — холодно ответила она. Карура не смогла сдержать тихий смех, даже Гаара едва заметно улыбнулся. А Шикамару, наблюдая за этой сценой, лениво подумал, что этот ужин оказался куда более утомительным, чем любые переговоры с инвесторами. Темари ещё секунду смотрела на брата, потом — на родителей, потом — на совершенно невозмутимого Шикамару, и вдруг резко перевела взгляд на часы на запястье. Её лицо сразу стало собранным — почти деловым. — О, — коротко сказала она. — Вам уже пора. Шикамару чуть приподнял бровь. — Правда? — Да, — быстро ответила Темари. — Вас, наверное, потеряли друзья. Канкуро открыл рот, явно собираясь возразить, но Темари даже не дала ему шанса. — Спасибо, что уделили время моей семье, Нара-сан, — сказала она слишком ровным, слишком вежливым тоном. — Мы не будем больше задерживать вас. И прежде чем кто-то из семьи успел вставить хоть слово, она шагнула ближе, положила ладонь Шикамару между лопаток и совершенно невозмутимо, но весьма настойчиво подтолкнула его в сторону его столика. — Темари, — лениво произнёс он, позволяя сдвинуть себя с места, — мне кажется, меня только что вежливо выгнали. — Именно, — сквозь зубы ответила она с идеально спокойной улыбкой. — А я думал, мы только начали. — Даже не начинай. Они отошли от стола на несколько шагов, и только тогда за спиной раздался возмущённый голос Канкуро: — Эй! Это нечестно! Я ещё не закончил допрос! Темари не обернулась. — А я закончила, — бросила она через плечо. — Мама, ты это видела? — донеслось сзади. — Она буквально уводит его от нас! — Канкуро, не кричи на весь ресторан, иначе тебе прилетит ещё один подзатыльник, — мягко, но твердо сказала Карура и в глазах её блеснул недобрый огонёк, который Канкуро помнил с детства и которой заставил его замолчать. Темари довела Шикамару почти до середины зала и только тогда убрала руку. Он остановился и посмотрел на неё с лёгкой, едва заметной усмешкой. — Сурово. — Это была вынужденная мера. — У тебя… интересный брат. Темари прикрыла глаза. — Не надо. — Нет, правда, — продолжил Шикамару. — Он очень быстро оценивает обстановку. — Он очень быстро создаёт хаос. Шикамару взглянул через её плечо в сторону стола семьи девушки. — Твоя семья мне понравилась. Темари несколько секунд молчала, будто не зная, что на это ответить. — Это потому что ты видел их всего пять минут, — наконец сказала она. — Этого хватило. Шикамару тихо усмехнулся. От его столика кто-то из друзей уже махнул рукой, явно напоминая о себе. Темари заметила это первой и тут же снова стала серьёзной. — Всё. Иди. — Опять выгоняешь? — Да. — Как проблематично. Он чуть наклонил голову, глядя на неё внимательнее, чем обычно. — Увидимся утром в аэропорту. — Увидимся. — Постарайся сегодня ещё немного поспать, а не перепроверять документы до трёх ночи. Темари скрестила руки. — Я и без тебя знаю, что мне делать. — Конечно, — спокойно ответил он. — Именно поэтому твой отец попросил меня проследить, чтобы ты отдыхала. Она прищурилась. — Не смей использовать это против меня. — Даже не думал. Но по его лицу было ясно, что именно это он и будет делать. Темари вздохнула. — Просто иди к своим друзьям, пока Канкуро опять что-то не придумал. Шикамару хмыкнул. Он уже развернулся, но на секунду остановился. — Кстати. — Что? — «Тюбик»? Темари на мгновение замерла, а потом с совершенно невозмутимым лицом ответила: — Тебе послышалось. — Конечно. Он ушёл к своему столику, а Темари постояла ещё пару секунд, проверяя, не собирается ли он обернуться. Не обернулся. Просто спокойно сел обратно к друзьям, будто ничего особенного не произошло. Девушка медленно выдохнула и вернулась к семье. Стоило ей подойти, как Канкуро тут же подался вперёд. — Ну? — Что «ну»? — Почему ты так быстро его увела? — Я никого не уводила. Гаара поднял чашку. — Уводила. Карура улыбнулась. — Очень решительно. Раса кашлянул в кулак, скрывая усмешку. Темари села на место и взяла стакан воды. — Я просто напомнила человеку, что у него вообще-то был свой вечер и свои друзья. — Мгм, — протянул Канкуро. — А выглядело так, будто ты спасала его от нас. — Потому что я спасала. — Зря, — сказал Канкуро. — Я как раз собирался спросить, какие у него намерения. Темари медленно поставила стакан. — Ещё одно слово — и я вылью на тебя воду. — Видите? — Канкуро повернулся к родителям. — Защитная реакция. — Канкуро, — спокойно сказал Гаара. — Всё, молчу, — он помолчал ровно секунду. — Но он правда выглядит, как хороший парень. Темари посмотрела на мать, потом на отца, на Гаару, на совершенно довольного собой Канкуро — и только тихо вздохнула. Вечер продолжился, но теперь он уже точно не мог вернуться в прежнее русло, потому что Канкуро время от времени оглядывался в сторону столика Шикамару, Карура слишком понимающе улыбалась, Раса стал заметно задумчивее, а сама Темари, как ни пыталась сосредоточиться на разговоре о круизе, всё равно слишком хорошо помнила спокойный голос Шикамару, его невозмутимость — и то, как естественно он встал рядом с ней перед её семьёй. * На следующее утро, они встретились в аэропорту Токио. Темари приехала первой, уже с папкой документов, планшетом и чемоданом. Через несколько минут появился Шикамару — с привычным спокойствием и чашкой кофе в руке. — Доброе утро, — сказал он, останавливаясь рядом. — Доброе. — Спала? — Достаточно. Он кивнул, словно проверяя очередной пункт в списке. Через несколько минут к ним подошла Цунаде — уверенная, энергичная, словно долгий перелёт был для неё обычным делом. — Отлично, вы уже здесь, — сказала она. — Регистрация началась. Перелёт до Гавайев был долгим, но прошёл спокойно. Часть времени они работали: ещё раз проходили структуру презентации, уточняли формулировки, просматривали прогнозы. Иногда Цунаде задавала неожиданные вопросы — как это делают инвесторы. — Если фонд потребует долю в стратегическом управлении? — Мы предложим наблюдательный формат, — ответил Шикамару. — А если им покажется недостаточно? — Тогда мы покажем прогноз ликвидности через три года, — спокойно добавила Темари. Цунаде кивнула. — Хорошо. Когда самолёт начал снижаться, в иллюминаторах уже виднелся океан — ярко-голубой, почти нереальный после серых тонов Токио. Хонолулу встретил их тёплым воздухом и солнечным светом, но времени любоваться пейзажами почти не было. Все три дня поездки были расписаны по минутам. В первый день — подготовка и встреча с юристами. Во второй — переговоры с инвесторами. В третий — дополнительные встречи и анализ результатов. Они заселились в отель, быстро оставили вещи и почти сразу собрались в небольшом конференц-зале. Темари разложила документы на столе. — Предлагаю пройти сценарий ещё раз, — сказала она. Шикамару кивнул. — Начнём с вопросов по рискам. Цунаде заняла место у окна, наблюдая за океаном, но внимательно слушала. — Хорошо. Представьте, что я инвестор из Калифорнии. У меня первый вопрос: почему мы должны вкладываться именно в японскую банковскую модель? Шикамару спокойно ответил: — Потому что она доказала устойчивость в условиях долгосрочной экономической стагнации. Темари добавила: — И потому что она уже адаптирована к международным рынкам. Цунаде улыбнулась. — Неплохо. За окнами светился океан и шелестели пальмы, но внутри комнаты всё выглядело так же, как в любом переговорном зале мира — документы, цифры, стратегии и только иногда, когда они делали короткие паузы, Темари на секунду ловила себя на мысли, что находится на другом конце планеты. Но работа снова быстро возвращала её в реальность. Вечер в Гонолулу опускался мягко, незаметно. Дневная жара уступала место тёплому ветру с океана, и город постепенно менял ритм — с делового на более расслабленный. Огни зажигались один за другим, отражаясь в стекле и воде. Переговорная комната на верхнем этаже отеля была освещена мягким светом. Панорамные окна открывали вид на темнеющий океан, но внутри было сосредоточение и напряжение. Американские юристы уже были на месте. Шикамару стоял у окна, заложив руки в карманы, и смотрел вниз, но на самом деле он ничего не видел. Его мысли были заняты цифрами, сценариями, реакциями, которые он просчитывал заранее. — Начнём через три минуты, — тихо сказала Темари, проверяя документы. Её голос был ровным, уверенным. Она сидела за столом, быстро пролистывая планшет и сверяясь с распечатками. Всё было готово. Цунаде наблюдала за ними, стоя чуть в стороне, с бокалом воды в руке. — Вы двое слишком напряжены, — заметила она спокойно. Темари подняла взгляд. — Это важная встреча. — Именно поэтому, — кивнула Цунаде. — Напряжение мешает видеть. Шикамару чуть усмехнулся, не оборачиваясь. — Если мы расслабимся, это точно не поможет. — Ты никогда не умел делать наполовину, — ответила она. Он бросил на неё короткий взгляд, но ничего не сказал. Дверь открылась, вошли юристы. Разговор начался с формальностей — короткие приветствия, обмен визитками, несколько нейтральных фраз, но напряжение ощущалось сразу. Американцы не были настроены тратить время впустую. — Мы ознакомились с вашим предложением, — сказал один из них. — Но у нас есть вопросы. — Это ожидаемо, — спокойно ответил Шикамару, занимая своё место. — Именно для этого мы здесь. Темари уже разложила документы перед каждым. Без лишних слов, без суеты — чётко, по плану. Первый вопрос прозвучал резко. — Риски. Вы недооцениваете локальные особенности. Темари не дала паузе затянуться. — Пятая страница, — сказала она, переворачивая свой экземпляр. — Мы учли три сценария развития. Позвольте объяснить. Она говорила спокойно, точно, не повышая голос. Не защищаясь — объясняя. Вопросы следовали один за другим. Иногда жёсткие, иногда провокационные. Шикамару отвечал редко, но каждый раз — в точку. Он не спорил, не давил. Он направлял. Темари подхватывала, разворачивала, дополняла. Цунаде вмешивалась только тогда, когда это было необходимо — коротко, чётко, с тем весом, который не оставлял пространства для сомнений. Постепенно тон разговора менялся. Скепсис уступал вниманию. Внимание — интересу. Интерес — согласию. Это происходило не сразу. Медленно, почти незаметно, но к середине встречи напряжение уже стало другим. — Это… разумно, — сказал один из юристов, листая документы. — Вы проработали это тщательнее, чем мы ожидали. Темари слегка кивнула. — По-другому мы не умеем. Шикамару наблюдал за реакцией, не упуская деталей. Наклон головы, паузы, взгляд — всё говорило ему больше, чем слова и в какой-то момент он понял. Они согласны, оставалось только оформить это. Последние полчаса прошли легче. Обсуждение перешло в уточнения, сроки, детали реализации. И когда разговор закончился, атмосфера уже была совсем другой. Рукопожатия стали чуть крепче. Улыбки — чуть искреннее. — Это был продуктивный разговор, — сказал один из юристов. — Согласен, — ответил Шикамару. Когда двери закрылись, в комнате повисла тишина. Темари медленно выдохнула, откидываясь на спинку стула. — Мы сделали это. — Практически, — поправила Цунаде. Но даже она не скрывала лёгкой улыбки. Шикамару провёл рукой по затылку. — Хватит и этого. Они спустились в ресторан отеля — с видом на океан, с мягким светом и негромкой музыкой. После напряжённой встречи всё казалось чуть легче, разговоры текли свободнее. Сначала — ещё о работе: сроки, юридические детали, возможные риски. Затем постепенно темы становились проще, легче. Бокалы наполнялись, но никто не позволял себе лишнего — ровно столько, чтобы снять напряжение, но не потерять контроль. Темари держалась так же собранно, как и на встрече, но в её голосе появилась мягкость. Плечи расслабились, взгляд стал живее. Шикамару сидел напротив, лениво вращая бокал в руке, наблюдая за ней. Он говорил мало. Цунаде выглядела расслабленной, но внимательной, как будто даже сейчас продолжала оценивать. — Хорошая работа, — сказала она, когда разговор на секунду затих. — Вы потрудились на славу. Темари кивнула. — Спасибо. Шикамару чуть пожал плечами. — Это было ожидаемо. Цунаде усмехнулась. — Ты даже успех воспринимаешь как должное. — Так проще. — Думаю, на сегодня достаточно. Утром у нас ещё работа, — добавила Цунаде, поставив бокал и поднимаясь на ноги. — Конечно, — кивнув, ответила Темари. Шикамару тоже кивнул. Цунаде задержала на них взгляд на секунду дольше, чем нужно, затем развернулась и ушла. Их столик стал тише. Несколько секунд никто не говорил. Приглушённые разговоры вокруг, лёгкий холод от кондиционеров — всё стало заметнее. Темари взяла бокал, сделала небольшой глоток и, чуть склонив голову, посмотрела на Шикамару. — Ты сегодня был слишком спокойным, — сказала она. — Я всегда спокойный. — Нет, — она чуть улыбнулась. — Сегодня — особенно. Он сделал глоток, потом на секунду задумался, будто что-то вспоминая. — Забавно, — сказал он. — В университете всё было наоборот. Темари приподняла бровь. — В смысле? — Тогда ты всегда выглядела спокойнее, — продолжил он. — А я… — он слегка повёл плечом, — чаще делал вид, что мне всё это не нужно. — Ты не делал вид. Тебе действительно не хотелось ничего делать, — тихо хмыкнув, ответила Темари. — Возможно, — он на секунду замолчал, глядя на бокал. — Я до сих пор не понимаю, почему профессора всегда ставили меня выше. Темари удивлённо посмотрела на него. — Серьёзно? — Да, — спокойно ответил он. — Ты работала больше. Готовилась лучше. У тебя всё было выверено. Она чуть склонила голову. — И? — И всё равно они ставили тебя на второе место, — он поднял на неё взгляд. — Это не имело смысла. Темари несколько секунд смотрела на него, а потом тихо усмехнулась. — Знаешь… я тоже этого не понимала. Он приподнял бровь. — Правда? — Конечно, — она сделала глоток. — Я тратила часы на подготовку, выстраивала аргументы, проверяла всё по несколько раз… а ты приходил, лениво садился и говорил что-то в духе «это неэффективно»… и получал высший балл. Шикамару тихо усмехнулся. — Это потому что это действительно было неэффективно. — О, разумеется, — она закатила глаза. — Просто гений снизошёл до нас, смертных. — Не преувеличивай. Она улыбнулась — чуть теплее, чем обычно. — Знаешь, что было самым раздражающим? — Что? — Ты всегда был прав. Он хмыкнул. — Это не моя вина. — Конечно нет. Между ними на секунду повисла тишина. Темари слегка покрутила бокал в пальцах. — Забавно… — тихо сказала она. — Мой брат вчера сказал почти то же самое, но в другом контексте. Типа «не его вина, что он выбрал быть счастливым». Шикамару посмотрел на неё внимательнее. — Тот самый брат, который объявил меня «молодым, директором банка и не женатым»? Темари прикрыла глаза. — Пожалуйста, не напоминай. Он тихо усмехнулся. — Канкуро, кажется. — Моя мука на всю жизнь, — она вздохнула, но на её губах появилась едва заметная улыбка. — Он вчера весь вечер пытался устроить мне личную жизнь. — Это было очевидно. — Ты видел только начало, — сказала Темари. — После того как ты ушёл, он ещё минут десять строил теории. — Например? Она закатила глаза. — Что поездка на Гавайи — это «начало романтической комедии», — засмеявшись, ответила Темари. Шикамару тихо хмыкнул. — Он любит драму. — Скорее, он любит хаос. Она на секунду задумалась, будто возвращаясь в тот вечер, затем сделала глоток вина. — Но знаешь… — сказала она чуть тише. — Когда отец попросил тебя присмотреть за мной в поездке… Шикамару посмотрел на неё. — Да? — Он сказал это совершенно серьёзно. — Я заметил. — Он редко так делает. Шикамару на секунду задумался. — Значит, он доверяет мне. Темари посмотрела на него. — Думаю, он просто понял, что ты единственный человек, который способен заставить меня иногда остановиться. Он слегка приподнял бровь. — Это звучит как сложная задача. — Так и есть. Между ними снова возникла пауза. За окнами шумел океан, мягкий свет ресторана отражался в стекле. Шикамару вдруг тихо сказал: — Твоя семья… замечательная. Темари тихо усмехнулась. — Это очень дипломатичная формулировка. — Мне понравились. Она посмотрела на него чуть удивлённо. — Даже Канкуро? — Особенно Канкуро. — Ты либо очень терпелив, либо очень странный. — Возможно, и то и другое. Она покачала головой. — Если он когда-нибудь снова тебя увидит, будь готов к утомительным вопросам. — Я уже готов. — Не уверенна. Он чуть усмехнулся. — Справлюсь. Темари некоторое время смотрела на него, будто проверяя, шутит ли он. Потом девушка поставила бокал на стол и тихо сказала: — Думаю, нам уже пора идти. Завтра будет ещё одна важная встреча. — Да, — согласился он. Они вышли из ресторана и стали идти рядом, не спеша. Разговор почти не шёл. Иногда — короткие фразы, вроде: — Нужно будет уточнить по третьему сценарию. — Я уже подготовила правки. Иногда — просто молчание, и это молчание не было неловким. Скорее… слишком осознанным. Лифт мягко поднял их на нужный этаж. Двери открылись — коридор встретил их тишиной и приглушённым светом. Шаги утопали в ковре. В какой-то момент Темари остановилась, сняла туфли и взяла их в руку. — Устала? — спросил Шикамару, бросив на неё короткий взгляд. — Немного, — ответила она. — Не очень люблю каблуки, особенно к концу дня. Он тихо усмехнулся. Они пошли дальше. Теперь шаги Темари были почти бесшумными. Их номера были напротив, оба остановились почти одновременно. — Хорошая работа, Нара-сан. Следующее задание — хорошо выспаться перед завтрашней встречей, поэтому спокойной ночи, — сказала Темари, слегка улыбнувшись. — Спокойной ночи, — ответил Шикамару, серьезно глядя на неё. Она не спешила отводить взгляд. В коридоре было тихо. — Что-то ещё? — спросила она. — Возможно. Шикамару на секунду отвёл взгляд, словно взвешивая, стоит ли продолжать. — Ты когда-нибудь нарушаешь собственные правила? Темари нахмурилась. — Какие именно? — Те, которые ты сама себе устанавливаешь. Она мгновение смотрела на него, потом тихо усмехнулась. — Нет. — Никогда? — Это неэффективно. — Хм… — он слегка кивнул. — Похоже на тебя. — Если ты пытаешься завести философский разговор в коридоре отеля, то уже поздно, Шикамару. Дверь тихо щёлкнула. Она сделала шаг внутрь. — Я имел в виду другое, — сказал он спокойнее. Темари остановилась и посмотрела на него. — Что именно? Шикамару сделал шаг ближе. — Ты всегда держишь дистанцию. Темари чуть напряглась. — Это называется профессионализм. — Но сегодня ты несколько раз забывала об этом. Темари тихо выдохнула. — О чём ты? — Когда мы обсуждали риски, когда ты спорила с юристами и… когда ты смеялась в ресторане, — он чуть наклонил голову. — Ты была… другой. Она отвела взгляд на секунду. — Мы просто закрыли сложную сделку. — Нет, — он сказал это мягко, но уверенно. — Дело не только в этом. Темари медленно подняла взгляд обратно на него. — Шикамару… — Ты сама говорила, — продолжил он тихо, — что личные отношения на работе — плохая идея. Она замерла. — Я действительно так считаю. — Я знаю. Темари чуть сжала пальцы на ремешке туфель. — Тогда зачем ты поднимаешь эту тему? Шикамару смотрел на неё спокойно, но в его взгляде было что-то совсем не ленивое. — Потому что ты сейчас не выглядишь как человек, который думает о правилах. Её дыхание на секунду сбилось. — Ты ошибаешься. — Возможно. Он сделал ещё полшага ближе. Теперь между ними почти не осталось расстояния. В её взгляде мелькнула борьба — привычная холодная логика против чего-то более тёплого и гораздо менее контролируемого. Темари всё ещё держала дверь открытой и не делала шага назад. Шикамару медленно поднял руку, его ладонь мягко коснулась её щеки. Она смотрела на него, и на этот раз в её взгляде уже не было привычного расчёта. Парень начал наклоняться. На секунду в голове Темари вспыхнула почти спасительная мысль. Это всё из-за вина. Они расслабились после переговоров, выпили больше обычного, эмоции просто вышли из-под контроля. Утром всё станет на свои места, и этот момент можно будет списать на усталость и алкоголь. Но мысль не продержалась и секунды. Нет. Они не были пьяны и дело тут было не в вине. Осознание пришло резко и неожиданно спокойно. Шикамару оказался слишком близко — и поцеловал её. На мгновение она замерла. Поцелуй был неожиданным — но не резким. Скорее… давно назревшим. Темари могла отстраниться, но она этого не сделала. Её пальцы сжали туфли в руке, дыхание сбилось, и она ответила. Расстояние между ними исчезло. Та граница, которую они так долго держали, растворилась слишком легко. Шикамару сделал шаг вперёд, и Темари, почти неосознанно, отступила назад — внутрь номера. Дверь осталась приоткрытой. Они оторвались на секунду. Темари смотрела на него, чуть сбившееся дыхание, взгляд — слишком внимательный. — Шикамару… — тихо сказала она. Это могло быть предупреждение. Могло быть вопросом. Он не ответил, только чуть склонил голову, его взгляд стал серьёзнее. — Мы можем остановиться, — сказал он спокойно. Она смотрела на него ещё секунду, но вместо ответа сделала шаг ближе. Этого было достаточно, дверь за их спинами тихо закрылась. Шикамару прижал её к ближайшей стене своим телом, продолжая целовать её губы уже более требовательно. Темари оторвалась от него, чтобы перевести дыхание, но он тут же переключился на её шею и девушка громко выдохнула. Она положила руки на его затылок, запутавшись пальцами в его волосах. Шикамару вернулся к её губам, пока одна его рука, оказавшись под её блузкой, нашла грудь и он нежно сжал её. Это легкое движение будто переключило что-то в ней и Темари, переместив руки на его лицо, стала ещё глубже целовать его. Шикамару тихо выдохнул, будто именно этого и ждал. Его руки сильнее сжали её, и он осторожно, но уверенно отстранил её от стены, делая шаг вглубь комнаты. Они двигались почти вслепую — не отрываясь друг от друга, не разбирая дороги. Где-то в стороне тихо упали туфли, шорох ткани его пиджака растворился в приглушённом свете номера, дыхание сбивалось, смешиваясь. Оказавшись у кровати, Шикамару мягко опустил Темари на покрывало. Одна его рука скользнула вниз, по бедру девушки, задирая подол её юбки. Его мучало желание, явно выпирающее из брюк, но он и не думал торопиться. Он снова поцеловал её — глубже, увереннее. Пальцы нащупали пуговицы её блузки, и он начал расстёгивать их одну за другой, не торопясь, но и не останавливаясь. В какой-то момент, остановившись на полпути, он не выдержал и стал снимать лямки её бюстгальтера и стягивать его вниз, чтобы обнажить грудь. Уловив взглядом желаемый результат, он тут же спустился к её груди и поцеловал. Темари выгибалась на встречу его поцелуям. Пока он целовал её грудь, руки сами спустились ниже. Он на момент отстранился и взглянул вниз, зацепив пальцами её нижнее белье и потянув его к её щиколоткам. Темари вдруг открыла глаза и взглянула на него, тяжело дыша. На её щеках играл румянец, волосы были растрепаны, а глаза немного блестели. — Не надо там… Я не… там… Я не готовилась, — тихо произнесла она. — Что за глупости? — так же тихо ответил Шикамару, раздвигая её ноги. Она уловила его взгляд и замерла — Темари много раз видела глаза Шикамару, хорошо знала их, к примеру — в солнечном свете, его глаза были медово-кофейного оттенка, при тёмном свете они были тёмно-карими — как кора дерева, но сейчас… сам его взгляд был тёмным, незнакомым. Шикамару опустился и стал целовать внутреннюю часть её ноги — от колена до бедра. Темари снова откинула голову и взглянула на потолок, наслаждаясь тёплыми ощущениями. Когда его дыхание обожгло внизу — она чуть дёрнулась и хотела сдвинуть ноги, но он не позволил. Наконец-то, Шикамару медленно приблизился к месту, где сосредоточились все её желания, где его томно ждала волна, которая несомненно накроет её, как только он прикоснется к ней губами. Он задрал её юбку немного выше и провёл языком — сначала снизу вверх, потом сверху вниз, потом по кругу. Темари протяжно выдохнула и закрыла глаза, волна сорвалась и стала блуждать по её телу — от груди, медленно спускаясь вниз, набирая силу с каждым новым движением его языка. Она заерзала на одеяле, опустила руку на свою грудь, лаская её пока Шикамару делал всё, чтобы свести её с ума и заставить забыть о контроле. В какой-то момент, она почувствовала небольшое давление внизу — он аккуратно ввёл в неё два пальца, что заставило Темари застонать громче, чем она сама ожидала. В голове мелькнула последняя адекватная мысль — как слабый свет лампочки, которая вот-вот перегорит: Это неправильно. Он — мой начальник, директор. Я нарушаю свой главный принцип. Но лампочка полностью погасла, когда Шикамару накрыл губами все её сомнения, продолжая двигать пальцами. Темари убрала руку со своей груди и переместила её на его голову, путаясь пальцами в волосах. Она слегка приподнялась, позволяя волне наслаждения накрыть её полностью, затем снова упала на спину, выгнулась и почувствовала дрожь, которая тут же спустилась к её ногам. Её рука соскользнула на одеяло. Шикамару медленно отстранился, накрыв ладонью то место, где секунду назад случилось безумие и стал аккуратно целовать внутреннюю сторону другой её ноги, давая ей время приди в себя и заодно избавляясь от «лишней» влаги на своих губах и подбородке. Он приподнялся над ней, удовлетворенно наблюдая за тем, как она, прикрыв глаза, прикусывает свой указательный палец. Парень быстро избавился от своей рубашки, затем стянул её юбку и откинул всё в сторону. Он снял брюки вместе с трусами, неприятно поморщившись от давления в районе паха. Шикамару опустился к ней, аккуратно поцеловав её шею, от чего Темари тут же вздрогнула, затем поднявшись к её уху, переместившись на щеку и наконец-то добравшись до губ. Темари обняла его за плечи, а он, наконец-то справившись с пуговицами на её блузке, помог ей снять её вместе с бюстгальтером. Оказавшись полностью обнаженными, Шикамару вдруг отстранился от неё. — Сейчас, — тихо сказал он и, поднявшись с кровати, вернулся к своему пиджаку. Парень, не задумываясь, повесил его на спинку стула и стал рыться во внутренних карманах. Он вытянул оттуда небольшую упаковку и развернулся, заметив, что Темари сидит на кровати. На момент, Шикамару застыл, откровенно разглядывая её. — Подойди ближе, — одними губами произнесла девушка. Он медленно кивнул и сделал пару шагов ей навстречу. Оказавшись у кровати, его член был на уровне её головы. Темари не стала делать долгих прелюдий — пару поцелуев в его торс и её губы уже были ниже, цепляя разгоряченную плоть. Она поводила языком по головке и на момент в глазах Шикамару появился туман — белый, густой, пьянящий. Он шумно выдохнул, когда она погрузила его в рот — медленно, дразняще, а затем стала двигаться быстрее. В какой-то момент, она подняла на него глаза и этот её жест почему-то ударил по парню сильнее кувалды. Он понимал, что если всё будет продолжаться — презерватив может не понадобиться и всё закончится тем, что он просто кончит ей в рот, не такого исхода он хотел. Собравшись силами, ведь это было очень тяжело, Шикамару вдруг остановил её и, подняв к себе, снова прильнул к её губам. Он легко толкнул её на кровать, быстро справился с презервативом и тут же накрыл её собой. Шикамару развел её ноги и резко вошел в неё. Темари ахнула ему в плечо, выгнувшись навстречу. Он продолжил двигаться — немного грубее, чем рассчитывал. Время от времени, девушка прикусывала его шею, царапала ему спину и стонала — громче, с каждым его движением. Он провёл языком по её шее, затем снова впился в её губы, потом оторвался и выдохнул, пытаясь не приди к финишу слишком быстро, пытаясь отвлечься на что-то другое, подумать о работе, о чём то не слишком приятном — игнорировать сладкие стоны его помощницы. — Шикамару, — вдруг сорвалось с её губ. — Быстрее… я скоро… — Не скоро, — сквозь зубы, прорычал парень. Он замедлился, затем вышел из неё и перевернул Темари на живот, поставив её на четвереньки. Шикамару нежно поцеловал её спину, затем медленно вошёл, поглаживая её ягодицы, будто запоминая каждый изгиб. Он медленно двигался в ней, входил до конца, что заставляло девушку на момент задерживать дыхание, затем стал постепенно ускоряться. Темари опустила голову и непрерывно стонала, когда нужный темп был достигнут. Шикамару и сам перестал отвлекать себя какими-то мыслями — он позволил себе раствориться в этой ночи. Счёт времени был странным. Волны за окном продолжали прибывать к пляжу, одна за другой, каждый раз забирая часть песка и камней себе. В этот момент, Шикамару признался сам себе — он уже давно хотел её. Может, все те случайные взгляды, которые он позволял себе, были не случайными. Он хорошо изучил её привычки, мимику — то, как она смотрела куда-то наверх, будто именно там было решение проблемы, то, как хмурилась, читая очередной документ, который нуждался в правках, то, как едва заметно улыбалась, когда всё наконец сходилось. Он замечал больше, чем позволял себе показывать. То, как Темари постукивала пальцами по столу, когда думала, закусывала губу, не осознавая этого, могла в один момент быть холодной и собранной, а в следующий — позволить себе короткую, живую реакцию, если что-то действительно её задевало. И всё это… накапливалось. Днями, неделями, месяцами. Сначала — как наблюдение. Потом — как интерес. А затем — как что-то, чему он не хотел давать названия. Шикамару не любил усложнять, но рядом с ней всё почему-то становилось сложным, потому, что он давно понял, что смотрит на неё далеко не так, как на помощника. Шикамару замечал взгляды других мужчин — возможно даже раньше, чем сама Темари и каждый раз он ловил себя на том, что это его раздражает. Темари никогда не давала повода, никому. Держала дистанцию, выстраивала границы, не позволяя перейти их. Возможно это и притягивало ещё сильнее. Она была недосягаемой, для всех, кроме него. С ней было… иначе. Они понимали друг друга без лишних слов. Работали на одном уровне, иногда — даже на опережение. Она подхватывала его мысли, он — её. Это было удобно и всех всё устраивало. Их всегда спасала дистанция, работа, правила… до этой поездки. Он вышел из неё и она рухнула на кровать. Тело Темари пронзила дрожь, пока Шикамару, тяжело дыша, кончил в презерватив. Он медленно поднялся и пошел в сторону ванной. Выбросив презерватив, парень включил холодную воду и умыл лицо — быстро, без лишних движений. Нужно было приди в себя. Когда он вернулся, Темари была под одеялом — она уснула. Он тихо вздохнул, нашел свои трусы и быстро натянул их, затем пособирал их одежду и аккуратно сложил её. Немного поразмыслив, Шикамару лёг рядом с ней. Какое-то время, он смотрел на её умиротворенное лицо, затем аккуратно убрал чёлку от её прикрытых глаз и, потушив свет, уснул рядом.