Управление №17.

Тэхён открыл глаза и несколько секунд просто смотрел на игрушку, оккупировавшую добрую половину кровати. Огромный медведь казался безмолвным хранителем вчерашней тайны. От него всё ещё исходил тонкий, едва уловимый запах парфюма Чонгука, а на губах жило фантомное ощущение недавнего поцелуя — от одного воспоминания сердце начинало биться быстрее. Ему потребовалось всё самообладание, чтобы заставить себя встать и принять ледяной душ, а не зарыться обратно в подушки, обнимая пушистый подарок. Вода смыла остатки хмельной неги, но не смогла унять внутренний трепет — он притаился где-то под рёбрами, тёплый и упрямый. Подойдя к гардеробу, Тэхён замер на мгновение. Сегодня хотелось выглядеть безупречно. Он выбрал тонкую белую рубашку из дорогого хлопка, идеально сидящие тёмно-серые брюки и приталенный жакет, подчёркивающий стройный силуэт. Застёгивая пуговицы, он поймал себя на глупой улыбке — такой, какая бывает у влюблённых подростков. Весеннее солнце щедро заливало спальню, превращая ворс ковра в мягкое золото. Последний взгляд в зеркало, лёгкое движение пальцев — чёлка послушно легла на место. Лицо приняло невозмутимое выражение, но глаза всё равно светились. На кухне уже вовсю кипела жизнь. Родители, уютно устроившиеся за завтраком, синхронно подняли головы, стоило сыну переступить порог. — Ого, — Сокджин отложил газету и с отеческой гордостью оглядел сына. — Судя по тому, как сияют твои глаза, операция по захвату сердца Чонгука прошла успешно? — Папа-а-а, — протянул Тэхён, обращаясь к Ханылю за поддержкой, хотя в голосе звучала скорее смущённая радость, чем протест. — Ну а что? — улыбнулся Ханыль, поправляя его воротничок. — Чимин вчера так старался над твоим образом… И, кажется, старания не прошли даром? Тэхён быстро схватил дольку мандарина, закидывая её в рот, чтобы выиграть время и не отвечать сразу. — Он просто… он подарил мне медведя, — пробормотал он, чувствуя, как приятная неловкость окутывает его плотным коконом. — Всё, я побежал, дел невпроворот! Он поочерёдно обнял родителей, ощущая их молчаливую, добрую поддержку, и буквально вылетел из дома, пока расспросы не зашли слишком далеко. Апрель уже хозяйничал в городе. Воздух был прозрачным, сладким, с лёгким ароматом цветущей вишни. Тэхён опустил стекло машины, позволяя прохладному ветру коснуться лица. На светофорах жизнь текла неспешно: пары выгуливали собак, кофейни выставляли столики. Он чувствовал странное единение с этим миром — будто узнал какой-то секрет, доступный только влюблённым. Подъезжая к управлению, он сразу заметил знакомый внедорожник. Припарковался максимально близко — зеркало к зеркалу. В этом простом действии было что-то интимное, понятное только им двоим. Телефон вспыхнул сообщением. Чим–Чим: «Ким Тэхё–ё–ё–ён?! Ты исчез на сутки... 👀 Мне начинать волноваться или поздравлять с успешной операцией?🤔🙀» Тэхён: «Не драматизируй. Всё под контролем...🙄». Чим–Чим: «Под чьим именно? 🤨» Тэхён (с ленивой усмешкой): «Скажем так… я добровольно подписал акт о капитуляции...». Чим–Чим: «Вот это скорость... И что ты получил в обмен?» Тэхён: «Плюшевого медведя размером с полкомнаты... И взгляд полный 🥰»... Чим–Чим: «Ясно. Спасательную группу распускаю». Тэхён: «Меня более чем устраивают условия пребывания...». 𓂃❀𓂃✿𓂃❀𓂃 В управлении было непривычно тихо для раннего утра. Коридоры, обычно полные суеты, сейчас дремали в мягком свете ламп. Тэхён вошёл в кабинет, неся в руках две чашки кофе — одну чёрную без сахара, обжигающую и крепкую, как характер напарника, и свой латте с двойным сиропом с солёной карамелью. Чонгук уже был там. Он сидел за своим столом, сосредоточенно изучая распечатку звонков. На нём была простая тёмно-синяя водолазка, которая подчёркивала разворот его широких плеч и мощную шею. Стоило Тэхёну переступить порог, как Чонгук поднял голову. Их взгляды встретились, и в воздухе мгновенно натянулась невидимая струна. — Доброе утро, — негромко произнёс Чонгук, и голос его прозвучал значительно мягче обычного, с той самой хрипотцой, от которой у Тэхёна слабели колени. — Твой кофе. Пальцы Тэхёна нарочно задержались на горячей ладони Чонгука. Тот не отстранился. Напротив, он на секунду накрыл его руку своей, слегка сжав пальцы. Это было короткое, почти дежурное прикосновение, но по телу Тэхёна пробежал электрический разряд, заставивший дыхание сбиться. — Как спалось? Гость не слишком сильно потеснил тебя на кровати? — в голосе альфы промелькнула знакомая смешинка. — Он занял почётное место. И, кажется, он отличный слушатель, — парировал Тэхён, наконец высвобождая руку и включая компьютер, хотя всё его внимание было приковано к человеку напротив. Их идиллию прервал Хосок. Он буквально влетел в кабинет, на ходу расстёгивая куртку. Выглядел он на удивление бодро для человека, который вчера явно перебрал с алкоголем. — Так, голубки... то есть трудовые пчёлки! — Хосок тактично поправился, заметив, как Чонгук мгновенно выпрямился, принимая свой обычный суровый вид. — Намджун вызывает всех в конференц-зал. У нас зацепка по галерее. Камеры зафиксировали машину подозреваемого на выезде из города через сорок минут после кражи. Тэхён мгновенно переключился, его пальцы быстро застучали по клавиатуре, вытягивая нужные файлы, пока разум возвращался в рабочее русло. Совещание длилось больше двух часов. Намджун был методичен, разбирая каждый кадр. Однако Тэхён пару раз ловил на себе внимательный, чуть прищуренный взгляд Хосока. Тот, будучи опытным оперативником, явно считывал перемену в атмосфере. Что-то в том, как они с Чонгуком обменивались папками или как синхронно кивали, выдавало их новую, более глубокую связь. — Тэхён, Чонгук, — Намджун закрыл папку. — Эта машина была замечена у заброшенного склада в Инчхоне. Я хочу, чтобы вы съездили туда и разведали обстановку. Но... — он сделал паузу, глядя на них поверх очков с плохо скрываемым беспокойством, — работайте аккуратно. Мне не нужны лишние риски. Вы меня поняли? — Так точно, господин Ким... 𓂃❀𓂃✿𓂃❀𓂃 Когда они вышли на парковку, воздух встретил их сыростью асфальта и резким запахом бензина. Где-то в стороне хлопнула дверца, сработала сигнализация — короткий писк разрезал утреннюю тишину. Металл машин блестел холодным, почти равнодушным светом. Чонгук первым открыл дверь для Тэхёна. Но на этот раз он не спешил садиться за руль. Мягко, но властно он прижал Тэхёна к дверце автомобиля, отгораживая его от остального мира своим телом. В его запахе проступила тревожная, защитная нота — контраст с холодным металлом под спиной был почти оглушающим. — В Инчхоне может быть опасно, — тихо сказал он, поправляя воротник. Пальцы скользнули к шее, там, где бился пульс. — Обещай быть осторожным. На мгновение между ними повисла тишина. Не неловкая — тяжёлая. Гул парковки словно отдалился, даже ветер стих. Они оба понимали: заброшенный склад — это не просто «разведать обстановку». Там могло быть всё что угодно. И каждый слишком хорошо осознавал цену одной ошибки. Чонгук не отвёл взгляда. Челюсть едва заметно напряглась, мышцы под кожей перекатились. Плечи стали жёстче, дыхание — глубже, будто он уже мысленно просчитывал возможные варианты развития событий. — Теперь всё иначе, Тэ, — голос прозвучал ниже обычного. Он коснулся его щеки костяшками пальцев — движение вышло чуть резче, чем он хотел, тревога всё же прорвалась. — Я в ответе за тебя. Я просто не имею права тебя потерять. Понимаешь? Внутри Тэхёна кольнуло не страхом, а осознанием. Он видел, как Чонгук держится, как прячет напряжение за спокойствием. Тэхён накрыл его ладонь своей, большим пальцем мягко проведя по костяшкам. — Не начинай, Гук… Ты страхуешь меня, а я тебя. Помнишь наш уговор? Ещё одна короткая пауза. Их лбы почти соприкасались. И только после этого Тэхён позволил себе лёгкую усмешку, разрушая тяжесть момента: — Мы раскроем это дело и вернёмся. А потом… — он лукаво прищурился, — придумаем, как провести остаток вечера… хм… в более приятной, приправленной романтикой обстановке. Чонгук медленно выдохнул, напряжение в плечах немного спало. На губах появилась короткая, почти хищная улыбка. Он быстро коснулся губами кончика носа Тэхёна и тихо усмехнулся: — Тогда стоит закончить это как можно быстрее. Заброшенные склады в сценарий моего идеального вечера действительно не вписываются. Металл под лопатками больше не казался холодным. Потому что внутри стало слишком горячо.