Забытый Париж

Тэхён пришёл в себя и с опаской прислушался к ощущениям в теле. Для разнообразия головная боль отсутствовала. Да и любая другая боль тоже. Память подтягивалась сначала неохотно, но затем обрушилась разом, заставив его с ужасом распахнуть глаза и резко подскочить. Следом пришёл ступор. Он помнил Францию. Париж. Поездку в неизвестность. Трёхэтажный особняк. Побег. Помнил так чётко, словно это случилось только что. Но, сука, палз не складывался... Тэхён тряхнул головой, зажмурился и медленно досчитал до десяти, а открыв глаза, увидел всё ту же картину: спокойные бежевые стены, мебель тёмно-коричневого цвета и морской пейзаж на стене напротив кровати. Реальность будто раскололась надвое, и от этого хотелось заорать. Он сошёл с ума? Может, это бред, галлюцинации, приступ шизофрении или… Бесконечный список психических заболеваний прервал осторожный стук в дверь. Тэхён напрягся и подтянул одеяло к груди, словно оно могло защитить его хоть от какой-то опасности. Стук повторился, и вместе с ним накатила волна дежавю. Теперь он что, каждое утро будет просыпаться в отеле в ожидании встречи с блядским Сакамото? Что за адский день сурка? — Да, — вместо уверенности голос дал слабину, и из горла вырвалось какое-то невнятное карканье. — Господин Ким, вы уже проснулись? — с порога раздался бодрый голос. И Тэхён точно знал, кому он принадлежит. Его личному Супермену, в народе именуемому Хосок. «Это какой-то паршивый спектакль или розыгрыш?» — мрачно подумал он. «Или... все события вчерашнего дня мне просто приснились?» Хосок замер в пороге как не родной, окидывая комнату пристальным взглядом. — Дай-ка я угадаю, — ехидно начал Тэхён, вставая с кровати и с облегчением понимая, что спал на этот раз не голым, а в футболке и домашних штанах. День сурка отменяется? Хосок вопросительно выгнул бровь. — Самолёт через два часа, меня ждёт Япония и бляд… кхм… важный клиент, господин Сакамото. А мой «друг» настойчиво просил проконтролировать, чтобы я всё-таки добрался до места назначения? Хосок сделав пару шагов, остановился посреди комнаты. И судя по вытянувшемуся выражению лица, знатно охуел: широко распахнув глаза, открыл рот, через секунду закрыл его обратно, явно не понимая, как реагировать на этот неожиданный пассаж. — Эмм… нет. Я просто зашёл обновить напитки в мини-баре. Извините… я не совсем понимаю, — закончил он, неуверенно пожав плечами. — Да неужели? Ядом в голосе Тэхёна можно было отравить половину Сеула. «Что за цирк? Что за дурацкий прикол?» Его предшественник не выдержал подобного спектакля и сошёл с ума, а сейчас отдыхает в белой комнате с мягкими стенами? — Насколько я знаю, — осторожно начал Хосок, прижимая к себе напитки, словно щит, — вы только вчера прилетели из Японии. Тэхён хмыкнул и скрестил руки на груди. «Ну же. Давай. Скажи, что это просто прикол». Хотя, на вскидку, он не мог назвать ни одного человека, кто мог бы организовать подобное. Хосок продолжал стоять, не двигаясь и не меняя охуевшего выражения лица, явно пытаясь решить, в какой момент стоит вызывать санитаров — прямо сейчас или стоит сначала всё-таки выйти за дверь. Тэхён мотнул головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение, и, не отрывая пристального взгляда от парня, попятился назад. В тумбочке, на ощупь нашёл паспорт и быстро пролистав страницы — замер. Виза. Которой здесь, сука, никак не могло быть. Чёрным по белому там значилось, что вчера он прилетел в Корею из Японии. Тэхён захлопнул паспорт, закрыл глаза и традиционно досчитал до десяти, глубоко вдыхая и выдыхая. Открыл снова — и увидел всё ту же картину. Блядь! Он был в Японии. Этого ведь не могло быть! Или всё же было? Паспорт вдруг показался слишком тяжёлым, будто внутри стояла не виза, а прямое доказательство того, что он сошёл с ума. Хосок всё это время наблюдал за ним слишком внимательно, не отводя напряжённого взгляда. Он не подошёл ближе — так и стоял на месте, продолжая прижимать к груди бутылки с напитками. Взгляд быстро скользил от его лица к паспорту и обратно. Наконец он перступил с ноги на ногу и неуверенно прокашлялся. — Сэр… с вами всё в порядке? Может, позвать помощь? «Разве что психиатра со смирительной рубашкой наперевес», — нервно хмыкнул про себя Тэхён, но вслух сказал: — Нет-нет, всё... нормально. Просто дурной сон. Очень реалистичный… и очень дурной. Хосок, не отводя пристального взгляда, едва заметно расслабил плечи, и только сейчас до Тэхёна дошло, что именно так настораживало его всё это время. Хосок нервничал. Слишком сильно для человека, который просто пришёл обновить напитки в номер. Мелькнула мысль: может, задать пару каверзных вопросов, применив немного грубой силы? Он никогда не был силен в драках, но эффект неожиданности порой творит чудеса. И ради правды подпортить это красивое лицо, вовсе не грех. Тэхён всегда считал себя психически здоровым и адекватным человеком, но сейчас любой предмет, любое действие и любое событие будто стремились доказать ему обратное. Наверняка сошёл бы за сумасшедшего, если бы осмелился спросить: — Слушай… а ты случайно вчера не подменил билеты и не отправил меня во Францию вместо Японии? Виды, конечно, шикарные, но вот компания...оставляет желать лучшего. Даже в его собственной голове это звучало бредово. Значит, по мордобою отбой. Тэхён медленно закрыл паспорт. Если он действительно вчера прилетел из Японии… Тогда кто, чёрт возьми, бежал из Парижа? Раздавшийся телефонный звонок очень удачно прервал его мысленный ступор. Увидев имя звонившего, Тэхён на секунду прикрыл глаза и громко застонал. Его непосредственный начальник — Сюмин. Этот день может стать ещё абсурднее? Что ему сказать, он понятия не имел. Тэхён даже не был уверен, что вообще летал в Японию, несмотря на визу, которая упрямо утверждала обратное. Можно было проигнорировать звонок, собраться с мыслями… но не в его правилах было растягивать «удовольствие». Если уж получать пистон, то сразу, без подготовки, не успев накрутить себя до предела. Ожидание всегда хуже самой головомойки. Логично ведь? Хосок, наплевав на элементарные правила приличия, развесив уши, так и стоял посреди комнаты, не сделав ни малейшей попытки пошевелиться. Тэхён пристально посмотрел ему в глаза, мысленно пытаясь отправить чёткий сигнал: свали из поля зрения. Безрезультатно. Сигнал наглухо блокировался. Кларк продолжал стоять, хлопая ресницами и внимательно наблюдая за ним в ответ. Тэхён тихо выругался про себя и быстро ретировался в ванную. Плотно закрыв дверь, он наконец принял звонок. Голос Сюмина сходу взорвал ему барабанные перепонки, стрелой вонзаясь прямо в череп. — А я знал! Я всегда знал! Я был уверен... «Твою ж мать, началось. Интересно насколько велик масштаб катастрофы?» — ... в тебе как в одном из лучших сотрудников компании! «Что? Что, блядь?» Тэхён на всякий случай медленно повернулся вокруг своей оси, внимательно осматривая ванную. Вдруг где-то припрятана скрытая камера, на которую прямо сейчас записывают его эпический розыгрыш? Начальник, который обычно драл всех и в хвост и в гриву за малейшую оплошность, звонит ему и поёт дифирамбы? Это точно сон. Ну или по нему действительно плачет горькими слезами психушка. В поток благодарственных речей, льющихся на него словно из рога изобилия, удалось только вставить неуверенное: — Эмм… спасибо. — Тэхён-щи, ты обязан поделиться своим секретом! Что ты сделал с этим чёртовым Сакамото? «Без понятия. Сам бы очень хотел знать», — мрачно подумал Тэхён, мысленно перекрестившись, — «Надеюсь, не убил». — Как ты смог убедить его подписать контракт на наших условиях, не внеся ни единой правки? — не унимался Сюмин, чуть ли не захлёбываясь восторгом. Тэхёна самого этот вопрос волновал ничуть не меньше. — Сам в шоке, — осторожно ответил он, на всякий случай принимая максимально нейтральное выражение лица. А вдруг он всё-таки не заметил камеру, и это действительно чей-то прикол? И Сюмин сейчас поимеет его без смазки посредством телефона прямо в мозг? Но никто не врывался в ванную с конфети и воплями: «Это розыгрыш!» И насиловать его бедный мозг начальник, похоже, тоже не собирался. Поток благодарностей иссяк довольно быстро. Сюмин, выразив надежду — больше похожую на приказ — что по остальным контрактам результат будет не менее впечатляющим, наконец повесил трубку. Тэхён ещё несколько секунд стоял, глядя в экран погасшего телефона. Затем медленно выдохнул, помассировав пальцами висок. «Что за бред сумасшедшего? И как долго это будет продолжаться?» Список вопросов, уже не помещаясь в голове, грозил проломить череп изнутри. На всякий случай Тэхён умылся ледяной водой и только после этого открыл дверь, очень рискуя нарваться на новые загадки, которые, буквально, поджидали на каждом шагу. Выскользнув наружу, он замер, чутко прислушиваясь. Небольшой выступ стены отлично скрывал ванную от основной части номера. — …процентов на семьдесят. Нет-нет, конечно, — тихо говорил Хосок. — Говорю же, не помнит. Тэхён едва не подпрыгнул от неожиданности. Какова вероятность, что Хосок говорит о проблемах с памятью, находясь в его номере, и при этом подразумевает кого-то другого? Нулевая, блядь. Ладно… один процент можно оставить на чудо. Но Тэхён в это чудо не верил ни секунды. Резко дёрнувшись, он случайно задел рукой выключатель. В коридоре вспыхнул свет, а Хосок мгновенно замолчал и резко вскинул голову. Тэхён зевнул так широко, как только смог, и выплыл из-за угла, изо всех сил изображая крайне сонного человека с хромающей координацией. — Ммм… — протянул он, сонно щурясь. — Хорошо, что ты ещё здесь. Он почесал затылок и лениво добавил: — Слушай, Хосок… мой «друг» с того вечера случайно не объявлялся? Супермен вскинул на него очередной ничего не понимающий взгляд и беспомощно произнёс: — Какой... друг и какой вечер? Вы, явно что-то путаете. И меня зовут Хосун. Тэхён тряхнул головой и шагнул ближе, опуская взгляд на бейджик у него на груди. Парень остался стоять на месте, только слегка отклонился назад, явно не ожидая такого пристального внимания к своей скромной персоне. Блядская надпись так и гласила: Хосун. Сука! Ну как так-то? Тэхён моментально прикипел взглядом к его лицу. Отличия были почти неуловимые, но они, блядь, были: глаза чуть темнее, и заметной родинки на правой щеке не наблюдалось. — А точно! — вдруг просветлел парень, облегчённо выдыхая, словно в этой комнате у него одного ехала крыша. — Уверен, что вы перепутали меня с моим братом Хосоком? — Похоже на то, — напряжённо выдал Тэхён. — Но он говорил, что его брат живёт на Чеджу. — Так и есть, — спокойно подтвердил Хосун. Тэхён прищурился. — Тогда как…? Парень чуть замялся, отступая на полшага назад. — А… так мы тройняшки. Тэхён медленно моргнул, считая про себя до десяти. Логично. Пиздец как логично. Не докопаешься. Он уже почти отвернулся, когда вдруг снова посмотрел на Хосуна. — Подожди… — медленно произнёс он. — А третий кто? — Хосок, я и Хосон, — беззаботно ответил парень. Тэхён обречённо кивнул. Разумеется. Конечно. Абсолютно, сука, нормальное утро. Единственное, что он вынес из происходящего, что собственное сознание явно выкидывает какие-то странные фокусы. Потому что вокруг всё было до отвращения правильно. Один он выбивался из этой сомнительной гармонии. Кларк наконец перестал изображать бурную деятельность из пыли и воздуха, пожелал хорошего дня и убрался восвояси. Тэхён тут же сбросил одежду, почти уверенный, что обнаружит если не след от зубов на бедре, то хотя бы засос. Ничего. Он глубоко вздохнул и постарался задвинуть в самые дальние закрома памяти привидевшуюся поездку в Париж, особняк и ночной побег. Никаких доказательств того, что всё это произошло на самом деле, не существовало. И точка. «Всё. Думаю только о работе. Никаких лишних мыслей о Париже и всей той херне, что мне мерещиться.» Едва эта мысль прочно утвердилась в голове, Тэхён выдохнул и заглянув в ежедневник, начал собираться на встречу со следующим клиентом. Всё же, у него есть работа и начальник, который точно его поимеет, если Тэхён под непонятным предлогом похерит визит. Свои обязанности он выполнял почти на автомате: запланированной рутины было предостаточно. И Тэхён надеялся, что привычная жизнь, пусть и со скрипом, удержит его на плаву, не давая окончательно утонуть в странностях последних дней. Только вот работать приходилось не одному, а в компании намертво прикипевшей к нему паранойи — всё вокруг казалось немного не таким: люди, места, разговоры. Мир словно слегка съехал с привычной оси, как в тех романах про попаданцев, где сознание героя вытряхивают из его тела и привычной жизни, выбрасывая в чужую реальность. Тэхён ощущал себя примерно так же. Нужно было что-то делать. Только что? По сути, кроме работы и довольно скучной жизни, разбавленной редкими вылазками в бар и походами на художественные выставки, у него ничего и не было. Можно было жить дальше, делая вид, что всё происходящее — лишь бредовые галлюцинации или внезапное обострение психической болезни, о которой он до сих пор не подозревал. А можно было всё бросить и бежать. Но от кого? И главное — куда? Если подумать, ему никто не угрожал и ни во что противозаконное не втягивал, поэтому, хоть и с большим трудом, предпочтение было отдано первому варианту — просто продолжать жить дальше. В мыслях звучало красиво. На практике же выходило гораздо хуже. После Парижа — которого не было — внутри поселилось ощущение постоянной тревоги, будто в его базовые настройки кто-то вшил паранойю и выкрутил её на максимум. Даже сидя в приёмной очередного клиента в ожидании встречи, он подозревал всех без исключения — от охранника у входа до секретаря, который время от времени бросал на него странные взгляды исподтишка, думая, что Тэхён увлечён чтением. Кабинет руководителя выглядел слишком просто, по сравнению с остальными клиентами, с которыми приходилось иметь дело в последнее время: стеклянная перегородка, серый ковролин, аккуратно расставленные папки на полках. Кондиционер тихо гудел под потолком, и где-то в коридоре изредка хлопала дверь. Всё было обычным до раздражения. Настолько обычным, что Тэхёну хотелось проверить — не декорация ли это. Когда началась сама встреча, клиент показался ещё подозрительнее. Мужчина сидел напротив, сцепив пальцы в замок на столе. Лет сорока, аккуратно выбритый, в дорогом, но слишком идеально сидящем костюме — словно только что сошёл с рекламного плаката. Его тёмные глаза внимательно следили за Тэхёном. Слишком внимательно. Почти не моргая, будто фиксировали каждое движение, каждую паузу в разговоре. Для незнакомца он задавал слишком личные вопросы, словно они были знакомы тысячу лет, хотя на самом деле виделись впервые. Почему-то тот решил, что вполне уместно расспрашивать его о работе и о том, хорошо ли он отдыхает в последнее время. Тэхён натянуто улыбался, вежливо кивал и мысленно молился всем богам, чтобы эта встреча закончилась как можно быстрее. Сквозь стеклянную перегородку мелькнула фигура. Остановилась на секунду, словно собираясь войти, но передумала и пошла дальше. На мгновение Тэхёну показалось, что она тоже смотрела на него. Радовало только одно — после всего этого странного допроса контракт всё же переподписали, ограничившись всего одной правкой, причём совершенно незначительной. А вернувшись вечером в отель, Тэхён, естественно, сука, сразу же наткнулся на Хосуна. Или Хосока. Или… короче, Кларка. Тот дежурно улыбался и вполне вежливо интересовался, как прошёл его день, а Тэхёну казалось, что ещё немного — и ему гарантирована запись не только к психиатру, но и к стоматологу, судя по скрипу, с которым он сжимал челюсть. Злость накатила плотной, удушающей волной. Парижа не было. Всё. Хватит. Пока Тэхён лихорадочно перебирал в голове хоть сколько-нибудь внятные и при этом приличные варианты, как бы аккуратно уйти от проявлений чужой заботы, Кларк неожиданно отвлёкся на телефонный звонок. Пауза получилась слишком удачной, чтобы её игнорировать. Тэхён почти незаметно отступил в сторону, рассчитывая успеть исчезнуть раньше, чем разговор закончится и к нему вернутся — с новыми вопросами, уточнениями и, что хуже всего, с тем же внимательным взглядом, от которого становилось не по себе. Хосун, нахмурившись, что-то внимательно изучал в мониторе компьютера, машинально потирая указательным пальцем правую щёку возле носа, чуть ниже уровня глаз. Сначала Тэхён даже не понял, что именно видит. Потом взгляд зацепился за тёмную точку, появившуюся под глазом. Родинка. Та самая. Он потрясённо замер. У близнецов могут быть одинаковые черты лица. Но родинки в одном и том же месте, выглядящие абсолютно одинаково? Сомнительно. Через силу улыбнувшись, Тэхён махнул рукой на прощание и медленно двинулся в сторону лифта. Дальше уже не думал — тело действовало само, на чистых инстинктах. В голове осталась только одна мысль: нужно бежать. Остальное неважно. Едва двери лифта раскрылись, он сорвался с места, влетел в номер и начал лихорадочно бросать вещи в чемодан. Из кармана брюк, которые полетели внутрь следом за любимой рубашкой, выпала маленькая фигурка или брелок или... Тэхён наклонился и медленно коснулся холодной металлической копии Эйфелевой башни из галлюцинации… или сна. Мир вокруг поплыл. В глазах потемнело, грудь резко сжалась, а воздух вдруг стал густым и тяжёлым, отказываясь попадать в лёгкие. Образы наслаивались, искажались, распадались на части. Калейдоскопом мелькали лица, города, страны, но мозг упорно отказывался складывать их в понятную картину. «Этого не было. Это бред. Это галлюцинации.» Звучало в голове чужим и совершенно незнакомым голосом. Тэхён был готов до кровавых соплей спорить сам с собой, опровергая эту мысль, но в который раз победило сознание. Мир просто растворился в темноте.

***

Умывшись ледяной водой, Тэхён перевёл дыхание. После обморока сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее, отдавая гулом в висках. Лёгкие жгло, будто он только что пробежал марафон. На коже осталась неприятная липкая плёнка пота, а пальцы дрожали так, что пришлось на секунду вцепиться в раковину, чтобы не потерять равновесие. Холодная вода немного привела его в чувство, но слабость всё равно неприятно растекалась по телу. В голове шумело, мысли цеплялись друг за друга, как сломанные шестерёнки. Приняв окончательное решение, он собрал оставшиеся вещи и без всяких сожалений бросил телефон в номере. Затем осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу. Коридор встретил его тишиной. Никого. Тэхён выскользнул из комнаты, и быстро пошёл в противоположную сторону от лифта — к лестнице. Сердце снова ускорилось, но уже от зашкаливающего в крови адреналина. Преодолеть восемь этажей с багажом оказалось неожиданно легко. Он почти не чувствовал веса чемодана, спускаясь ступенька за ступенькой. Организм будто включился в режим побега, выбрасывая в кровь всё, что могло помочь двигаться быстрее. Направляясь к чёрному выходу, Тэхён надеялся только на то — что Хосок, который Хосон… или Хосун, который Хосок… чёрт их всех разберёт — точно не должен его увидеть. С какого-то хрена ведь следит за ним, притворяясь разными людьми. А может, и не он один. Проверять теорию в данный момент не было никакого желания. Тэхён решил, что ему нужен глоток свободы — как перерыв от постоянного надзора. Небольшой тайм-аут, который даст возможность выдохнуть и подумать, что делать дальше. Этим стоило озаботиться немедленно. Об остальном можно будет подумать завтра. Добраться до выхода незамеченным оказалось до смешного просто. Настолько просто, что это даже настораживало. Дверь тихо закрылась за его спиной, и прохладный уличный воздух ударил в лицо. Словив такси в паре кварталов от отеля, Тэхён назвал торговый центр. В толпе проще затеряться. К тому же нужно купить новый телефон и сим-карту. Пока машина ехала по вечернему Сеулу, напряжение постепенно отпускало. С каждым кварталом, оставшимся позади, с каждой новой улицей плечи опускались всё ниже. Будто невидимая петля, сдавливавшая грудь весь день, наконец ослабла. Когда он вышел из такси, шум людей, витрины, свет рекламы и обычная городская суета неожиданно подействовали почти успокаивающе. Среди сотен незнакомых лиц Тэхён вдруг почувствовал себя почти… безопасно. Отель на другом конце Сеула вызывал смешанные чувства. По сравнению с предыдущим номером, на который раскошелился его работодатель, этот выглядел заметно хуже. Маленькое помещение с тусклым светом, серые стены, которые когда-то, возможно, были белыми. Узкая кровать, тумбочка, потертая от времени, и одинокий металлический крючок у входа, заменяющий вешалку. Воздух пах дешёвым освежителем и чем-то пыльным. Ну что ж. Тэхён покачал головой, оставил чемодан у двери и прошёл внутрь, брезгливо поморщившись. Откинув покрывало с кровати, он внимательно осмотрел простыни и с облегчением выдохнул. По крайней мере у этого отеля имелись два неоспоримых преимущества: на первый взгляд чистое постельное бельё и полное отсутствие вездесущего Супермена, который, казалось, решил контролировать каждый его шаг. Тэхён быстро принял горячий душ. Вода смыла липкий пот, остатки паники и дорожную пыль. Переодевшись, он рухнул на кровать, чувствуя, как усталость тяжёлой волной накрывает тело. Нужно было активировать новую сим-карту и позвонить Сюмину. Соврать, что утопил телефон в реке. Отговорка казалась на удивление правдоподобной. Он взял коробку с новой картой, но, едва на секунду прикрыл глаза, чтобы собраться с мыслями… …тут же провалился в глубокий, тяжёлый сон.