Тренировка
3 марта 2026 г., 00:28
Прошло три недели после того злополучного раута и наказания, которое за ним последовало. Три недели, которые для Кроули пролетели как один миг, наполненный бесконечными отчетами, встречами с советом прародителей и наблюдением за своим учеником. А наблюдать было за чем.
Рин изменился.
Сначала Кроули думал, что это просто последствия того вечера. Подросток переживает, ему нужно время, чтобы прийти в себя. Но дни шли, а Рин продолжал вести себя... странно. Он перестал огрызаться на замечания, перестал закатывать глаза, когда Кроули в сотый раз повторял одно и то же правило этикета. Он просто молча кивал и делал, как сказано. На тренировках с Мори-сенсеем — наемным учителем фехтования — он выполнял все указания без единого слова протеста. Ни споров, ни попыток доказать, что он лучше знает, как наносить удар. Абсолютно ничего.
Это пугало Кроули больше, чем любые выходки Рина.
— Господин Кроули, — раздался голос от двери кабинета. Кроули поднял голову от бумаг и увидел Такеши Мори — мужчину лет сорока на вид, с короткими темно-ражими волосами и спокойными красными глазами. Мори был обращен в вампира около ста лет назад, но сохранил в себе ту человеческую мягкость, которая так необходима при работе с детьми. Кроули специально искал такого наставника для Рина. Он хотел, чтобы тот уравновешивал вспыльчивый характер мальчика.
— Входите, Мори-сан, — кивнул Кроули, откладывая бумаги в сторону. — Что-то случилось?
Мори вошел, плотно прикрыв за собой дверь. Он остановился перед столом, но не спешил садиться, хотя Кроули жестом предложил ему кресло.
— Я хотел поговорить с вами о Рин-куне, — начал Мори, и в его голосе Кроули уловил нотки беспокойства. — За последние три недели он сильно изменился.
— Я заметил, — кивнул Кроули. — Он стал слишком... послушным.
— Именно, — Мори наконец опустился в кресло. — На тренировках он выполняет все мои указания без единого возражения. Не спорит, не пытается импровизировать, не огрызается. Он просто делает то, что я говорю, и молчит. Раньше я мечтал о таком ученике, но сейчас... — Мори запнулся, подбирая слова. — Сейчас это выглядит так, словно из него вынули душу.
Кроули нахмурился. Он и сам чувствовал нечто подобное, но надеялся, что это просто этап, который Рин перерастет.
— Вы думаете, это из-за того случая на светским рауте? — спросил Кроули.
— Думаю, это совокупность факторов, — Мори-сан покачал головой. — Тот случай был лишь спусковым крючком. Рин-кун весьма необычный ребенок, даже по вампирским меркам. Он очень сильный и умный, но при этом эмоциональный и ранимый. Он привык доказывать всем, что он чего-то стоит. А тут... — Мори развел руками. — Тут ему сказали, что он никто. Что он позорит вас. Что он не достоин быть вашим учеником. И самое страшное то, что он в это поверил.
Кроули почувствовал, как внутри закипает злость. Не на Рина — на тех ублюдков, которые посмели так говорить о его мальчике. И на себя самого за то, что не смог защитить его от этих слов. Хотя он даже не попытался этого сделать, за него это сделал Ферид. За что теперь корит себя.
— Я говорил с ним после того вечера, — сказал Кроули. — Объяснял, что он мне нужен, что он важен.
— Слова — это, кончено, хорошо, господин Кроули, — мягко ответил Мори. — Но Рин-куну нужно нечто большее. Ему нужно снова почувствовать себя сильным. Уверенным. Ему нужно доказательство, что он чего-то стоит. Не на словах, а на деле.
Кроули задумался. Он понимал, о чем говорит Мори. Рин всегда был бойцом. Он доказывал свою ценность через действие, через борьбу, через преодоление. А сейчас его как будто лишили возможности бороться. Он просто плыл по течению, выполняя приказы и пытаясь быть незаметным.
— Что вы предлагаете? — спросил Кроули.
Такеши-сенсей подался вперед, в его глазах загорелся огонек.
— Я хочу провести сегодня необычную тренировку. Не стандартные отработки ударов, а настоящий бой. Спарринг, в котором Рин-кун сможет выложиться на полную, но не со мной. Я для него стал слишком предсказуемым. Он знает мои приемы, знает, чего от меня ждать. Ему нужен противник, который заставит его думать, импровизировать, выходить за рамки.
Кроули понял, к чему клонит Мори-сенсей.
— Вы хотите, чтобы я сразился с ним?
— Да, — кивнул Мори. — Но не как наставник с учеником. Как равный с равным. Конечно, вы сильнее, и Рин-кун это знает. Но если вы покажете ему, что видите в нем не просто ребенка, которого нужно воспитывать, а того, кто может стать вам достойным противником... это может изменить всё. Я понимаю, что разница в силе будет ощущаться абсолютно всегда, ведь вы по статусу прародителей сильнее его, но сейчас это может помочь.
Кроули молчал, обдумывая предложение. Идея была рискованной. Слишком сильный натиск мог окончательно сломать Рина. Слишком слабый — унизить, показать, что наставник его не уважает. Нужно было найти идеальный баланс.
— Хорошо, — наконец сказал Кроули. — Я согласен. Когда вы хотите провести эту тренировку?
— Прямо сейчас, — ответил Мори. — Рин-кун ждет в тренировочном зале. Я сказал ему, что сегодня будет особое занятие, но не уточнил какое. Он, как обычно, молча кивнул и пошел готовиться.
Кроули поднялся из-за стола, чувствуя, как внутри нарастает странное волнение. Вампир не волновался так перед боем уже несколько столетий.
— Что ж, пойдемте. Посмотрим, на что способен мой ученик, когда его никто не сдерживает.
***
Тренировочный зал в особняке Кроули был просторным помещением с высокими потолками и стенами, обитыми специальными панелями, поглощающими удары. Вдоль одной стены тянулись стойки с разнообразным оружием, начиная от мечей и копий, закачивая более экзотичными видами оружия, которые Кроули собирал на протяжении столетий. Пол был выложен плотными матами, способными смягчить даже самое жесткое падение. Когда Кроули вошел в зал в сопровождении Мори, Рин уже был там. Мальчик стоял в центре, одетый в легкую тренировочную форму, а точнее в черные штаны и белую рубашку с коротким рукавом. В руках он держал деревянный меч — боккен, которым обычно пользовался на тренировках. Его темные волосы были слегка взлохмачены, а на лице застыло выражение спокойной готовности. Это было то самое выражение, которое Кроули ненавидел в последние три недели. Увидев Юсфорда-сана, Рин замер на долю секунды. В его глазах мелькнуло что-то — удивление? Страх? Надежда? — но тут же исчезло, сменившись маской безразличия. — Господин Кроули, — Рин поклонился, как того требовал этикет, который он никогда так сильно не соблюдал, как в последнее время, — Господин Мори. Я готов к тренировке. Кроули поморщился. Этот тон, эти выверенные движения — все это было так не похоже на его обычного Рина, который вбегал в зал с горящими глазами и готовностью разнести все вокруг. — Сегодня будет необычная тренировка, Рин-кун, — сказал Мори, занимая место у стены, откуда открывался лучший обзор. — Господин Кроули лично проверит твои навыки. Рин снова замер. Его пальцы сильнее сжали рукоять боккена. — Я... я буду драться с господином Кроули? — спросил он, и в его голосе впервые за долгое время проскользнули живые нотки. — Да, — ответил Кроули за Такеши-сенсея, снимая накидку и аккуратно складывая её на скамью у стены. Он остался в простой черно-бело рубашке, которая не сковывала движений. — Но сегодня я буду не твоим наставником. Сегодня я буду твоим практически равным противником. Рин недоверчиво посмотрел на него. — Практически равным? — переспросил он, и в его голосе явственно прозвучало сомнение. — Но вы же... — Я знаю, что я сильнее, — перебил Кроули, беря со стойки точно такой же боккен, какой был у Рина. — Но сегодня я буду сражаться, сдерживая свою силу плюс минус до твоего уровня, при этом все равно останусь сильнее для твоей мотивации. Ты понял? Рин молчал несколько секунд, переваривая услышанное. Кроули видел, как в его глазах борются недоверие и... Интерес? Желание доказать? — Правила простые, — вмешался Мори. — Бой до первого касания корпусом. Запрещены удары в голову и пах. Всё остальное разрешено. Используй всё, чему я тебя учил, Рин-кун, и даже то, чему не учил. Рин кивнул, но с места не двинулся. Он продолжал стоять, сжимая боккен, и смотреть на Кроули так, словно пытался разгадать какую-то сложную загадку. — Что-то не так? — спросил Кроули, чувствуя, как напряжение в комнате растет. — Вы... вы серьезно? — тихо спросил Рин. — Вы не будете меня жалеть? Кроули усмехнулся — той самой усмешкой, которую Рин так хорошо знал. — Жалеть? Рин, если я начну тебя жалеть, ты никогда не станешь сильнее. Сильными не становятся, когда их жалеют. Сильными становятся, когда их заставляют преодолевать себя. Ты готов преодолевать себя сегодня? Рин молчал еще несколько секунд. А потом Кроули увидел это — тот самый огонь в глазах, который так любил в своем ученике. Он разгорался медленно, неуверенно, словно боясь, что его снова погасят, но он разгорался. — Да, — сказал Рин, и в его голосе впервые за три недели появилась твердость. — Я готов. Только... — он запнулся. — Только если вы действительно не будете сдерживаться. Я хочу. Я хочу настоящего боя. Не показательного выступления. Кроули удивленно поднял бровь. Вот это было уже интересно. — Ты уверен? — Кроули может и хотел с ним драться на равных, но план повел настоящего боя, так как боялся ему причинить сильный вред, — Настоящий бой может быть болезненным. — А то я не знаю, — фыркнул Рин, и в этом фырканье промелькнуло что-то от прежнего, дерзкого мальчишки. — Я уже почти год с вами живу. Привык, что иногда может быть больно. Мори тихо хмыкнул, понимая что имел ввиду Кондо-кун, но ничего не сказал. — Хорошо, — кивнул Кроули. — Тогда начинаем. Мори-сан, командуйте. Мори поднял руку, готовясь дать сигнал к началу боя. Кроули и Рин отошли друг от друга на несколько метров, заняв боевые стойки. Кроули сразу отметил, что стойка Рина стала намного лучше, чем была полгода назад и даже несколько месяцев ранее. Ноги на ширине плеч, центр тяжести смещен вниз, боккен выставлен вперед под правильным углом. Никакой суеты, никаких лишних движений. Мори действительно хорошо поработал с мальчиком. Но Кроули видел и другое — напряжение в плечах Рина, слишком сильный хват, выдающий неуверенность. Подросток явно боялся. Боялся не столько самого боя, сколько того, что последует после него. — Начали! — скомандовал Мори, резко опуская руку. Рин не двинулся с места. Он продолжал стоять, глядя на Кроули и явно выжидая, когда он сделает первый шаг, но этого не произошло. Если Рин будет ждать, бой никогда не начнется. — Рин, — позвал он. — В бою нельзя ждать. Нужно действовать. Ты же говоришь, что хочешь выйти на настоящее поле боя, так покажи мне свою готовность. — Я знаю, — ответил Рин, но с места не сдвинулся. Тогда Кроули сделал первый шаг сам. Он двинулся вперед медленно, давая Рину время среагировать. Тот напрягся, но все еще не атаковал. Кроули сократил дистанцию, замахнулся боккеном для простого вертикального удара и в этот момент Рин наконец сдвинулся с места. Он ушел в сторону, пропуская удар мимо, и тут же ответил быстрым горизонтальным ударом в корпус. Кроули блокировал его играючи, но внутри отметил скорость реакции. «Что ж это было неплохо. Совсем неплохо». — Хорошо, — похвалил Кроули. — Но этого мало. Рин стиснул зубы и атаковал снова. Серия ударов — вертикальный, горизонтальный, еще вертикальный, ложный замах и удар снизу. Кроули с легкостью отражал их все, но с каждым разом ему приходилось прикладывать чуть-чуть больше усилий. Рин не просто бил, а он думал. Он пытался найти слабое место, просчитать движения противника. — Используй ноги! — крикнул Мори со стороны. — Ты слишком много полагаешься на руки! Рин кивнул, не сводя глаз с Кроули, и в следующей атаке добавил подсечку. Кроули практически с легкостью успел отпрыгнуть, избегая падения, но все же в этот момент Рин нанес удар, который, по его имению, должен был достичь цели. Должен был. Кроули заблокировал его в последний момент, но теперь он смотрел на Рина совсем другими глазами. Мальчик использовал его кратковременную потерю равновесия, чтобы атаковать. Это было не просто мастерство — это был инстинкт настоящего мастера боя. — Чертовщина какая-то, — выдохнул Рин, отскакивая назад. — Вы что, железный или сверхсильный? Кроули не сдержал усмешки. — Это конечно, да, но также я просто гораздо опытнее тебя. А теперь давай, покажи мне, на что ты действительно способен. Хватит разминаться. Глаза Рина вспыхнули. Он рванул вперед с такой скоростью, что Кроули едва успел выставить блок. Удар, еще удар, серия, разрыв дистанции, новый заход. Рин двигался как одержимый, забыв обо всем на свете. В его движениях не было той академической правильности, которой добивался Мори, но была ярость, была страсть, было желание доказать. Кроули отражал атаки, но с каждым разом ему приходилось все немного сложнее это делать. Рин не просто бил — он комбинировал, обманывал, заставлял Кроули двигаться так, как тот не двигался уже много лет. Все же не смотря на свой юный возраст, он уже превосходил силу человека в несколько раз, а бой с людьми Кроули даже настоящим боем не считал, так детская игра. — Да чтоб тебя! — выкрикнул Рин, когда очередная его атака снова была заблокирована. — Ты хоть немного можешь ошибиться?! — А ты сделай так, чтобы я ошибся, — ответил Кроули, чувствуя, как внутри разгорается азарт. Он и забыл, каково это — сражаться с противником, который действительно хочет искренне победить. Рин зарычал. Он буквально зарычал, как зверек и бросился в новую атаку. На этот раз он не пытался быть красивым или правильным. Он просто бил, раз за разом, заставляя Кроули отступать. Удар, блок, удар, блок, подсечка — Кроули перепрыгнул, но Рин уже ждал этого, встречая его в воздухе новым ударом. Кроули пришлось пригнуться, пропуская удар над головой, и в этот момент Рин сделал то, чего Кроули совсем не ожидал. Мальчишка пнул его по ноге. Не сильно, но достаточно, чтобы Кроули на мгновение потерял равновесие. Этого мгновения Рину хватило. Он рванул вперед, замахнулся для финального удара... Кроули, уже не сдерживаясь, перехватил его руку, выкрутил боккен и мягко, но уверенно толкнул Рина на маты. Подросток упал, тяжело дыша, и уставился на Кроули снизу вверх. В его глазах горел такой огонь, какого Кроули не видел уже давно. — Блять! — выдохнул Рин. — Ну почему вы всегда быстрее?! — Потому что я старше и опытнее, — ответил Кроули, протягивая ему руку. — Но ты был хорош. Очень хорош. Рин схватил его за руку, поднялся и вдруг... улыбнулся. По-настоящему, широко, как улыбался только в редкие моменты искренней радости. — Серьезно? — Да, — кивнул Кроули. — Ты использовал мою потерю равновесия, комбинировал удары, пытался обмануть. Это было... впечатляюще, но все равно ты делал слишком много лишних движений, которые тебя замедляли. С этим ещё работать и работать. Рин засопел, но было видно, что похвала ему приятна. — И я проиграл, — буркнул он. — Ты проиграл бой, но выиграл кое-что важное, — вмешался Мори, подходя к ним. — Ты вспомнил, кто ты есть. Ты перестал быть послушной куклой и снова стал тем Рином, которого мы знали. Рин уставился на него, явно не понимая, о чем тот говорит. — Что? Я просто подрался, как обычно. — Нет, — покачал головой Такеши-сенсей. — Последние недели ты не дрался. Ты выполнял упражнения, а сегодня ты дрался. Почувствуй разницу. Рин задумался. Кроули видел, как в его глазах что-то меняется, как он осознает то, чего не осознавал раньше. — Я... я правда был как робот? — спросил он тихо. — Был, — подтвердил Кроули. — И меня это пугало. Рин посмотрел на него с удивлением. — Вас? Пугало? Вы же ничего не боитесь. Кроули усмехнулся и потрепал его по растрепанным волосам. — Я боюсь потерять тебя. Не физически, хотя… и этого боюсь. Я боюсь потерять тебя как личность. Того Рина, который закатывает глаза на мои нравоучения, который огрызается, когда ему что-то не нравится, который лезет вперед, не думая о последствиях. Того Рина, который вступился за меня перед аристократами, даже зная, что его за это накажут. Рин замер, глядя на Кроули широко распахнутыми глазами. — Вы... вы серьезно? — Абсолютно, — кивнул Кроули. — Если частно, то ты безумно бесишь меня иногда. Ты можешь быть просто невыносимым. Но ты — это ты. И я не хочу, чтобы ты менялся, становясь удобным для других. Я хочу, чтобы ты рос, становясь сильнее, воспитывал в себе силу духа и самосовершенствование. А сильным можно быть только оставаясь собой, меняясь в лучшую сторону, но при этом не замыкаясь в себе. Рин молчал долго. Так долго, что Кроули уже начал беспокоиться, не сказал ли он чего-то лишнего. А потом Рин сделал нечто неожиданное — он рассмеялся. Громко, заливисто, как умеют смеяться только дети, забывшие обо всех проблемах. — Вы такой странный, господин Кроули, — выдавил он сквозь смех. — Сначала говорите, что я бешу вас, а потом то, что я вам нужен именно таким. Бред какой-то! — на такие слова ученика Кроули не обиделся. Наоборот, он почувствовал, как с души свалился огромный камень. — Жизнь вообще бредовая штука, — философски заметил он. — Особенно когда тебе восемьсот лет. — Восемьсот? — подросток аж присвистнул. Он до этого момента не знал сколько лет его наставнику, — Ни хрена себе вы старый! — Рин! — без собой строгости одернул его Мори-сенсей. — А что? — Рин ничуть не смутился и указал пальцем на наставника. — Он сам только что сказал, что ему восемьсот лет. Восемьсот лет — это же реально до хрена. Кроули фыркнул. Вот он, его Рин — нашелся. — Ладно, старый я или нет, но тренировка на сегодня закончена, — сказал Кроули. — Иди в душ и переодевайся. Потом приходи в мой кабинет. Мы поговорим. Рин насторожился. — О чем? — Не бойся, не о наказании, — усмехнулся Кроули. — Просто поговорим. — успокоил его вампир, но Рин все же недоверчиво посмотрел на него, при этом кивнул и убежал. Кроули проводил его взглядом и повернулся к Мори. — Вы были правы, Мори-сан. Ему нужен был именно такой толчок. — Посмотрим, — Такеши-сенсей покачал головой. — Один бой — это еще не всё. Нужно, чтобы он закрепился в этом состоянии. Чтобы понял, что быть собой — нормально. Вы сможете ему это объяснить, — уверенно сказал учитель фехтования. — Я в вас верю. Кроули криво усмехнулся. — Вот уж не думал, что буду заниматься психоанализом подростков в свои восемьсот лет. — Жизнь вообще бредовая штука, — повторил его же слова Мори и поклонился. — Позвольте откланяться. Завтра в обычное время? — Да, спасибо, Мори-сан. Вы свободны. Мори ушел, а Кроули еще некоторое время стоял посреди тренировочного зала, глядя на боккен, который Рин бросил на пол, убегая. Мальчик даже не подумал убрать оружие на место — вот он, тот самый Рин, который вечно всё забывает и разбрасывает. Кроули улыбнулся и аккуратно поставил оба боккена на стойку.***
Через полчаса Рин ввалился в кабинет наставника с мокрыми после душа волосами, одетый в свою любимую серую толстовку с капюшоном и уже старые джинсы. Он плюхнулся в кресло напротив стола и уставился на Кроули с выражением "ну и че вы хотели?". Кроули отложил бумаги, которые изучал до прихода Рина, и внимательно посмотрел на мальчика. Тот заметно ожил после тренировки. В глазах снова горел огонек, на губах играла привычная полуухмылка. — Как самочувствие? — спросил Кроули. — Нормально, — пожал плечами Рин. — Только синяк на руке, но это фигня. — Покажи, — попросил вампир и Рин закатал рукав толстовки, демонстрируя большой синяк на предплечье, след от блокированного удара. — Ничего быстро заживет, — равнодушно сказал подросток, на что Кроули кивнул. Регенерация вампиров быстро справится с таким пустяком. — Я хотел поговорить с тобой о том, что было на рауте, — начал Кроули, и Рин опять напрягся. — Не о наказании, не волнуйся. О том, что ты чувствовал. Рин отвел взгляд. — А что тут говорить? Все было хреново, — буркнул он. — Эти уроды говорили про вас гадости. Я не выдержал. — Я знаю, — кивнул Кроули. — И я благодарен тебе за то, что ты захотел меня защитить. Правда, благодарен. — Правда? — как-то удивлено спросил Рин. — Правда. Но я хочу, чтобы ты понял одну вещь. — Кроули подался вперед, глядя Рину прямо в глаза. — Мне не нужна твоя защита, я сам могу постоять за себя. Мне будет приятно, если ты встанешь на мою защиту, но боюсь ты можешь пострадать от этого или вообще погибнуть. Мне нужно, чтобы ты защищал себя. Потому что если с тобой что-то случится, я этого не переживу. Ты понял? Рин смотрел на него с непонятным выражением. — Я может быть повторюсь, но вы такой странный, — повторил он свою сегодняшнюю фразу. — Сначала говорите, что я вас бешу. Потом — наказываете. Потом — что благодарны за тот поступок за который наказали. Потом — что не нужно вас защищать, а вы между прочим единственный мой родной вампир, и следом говорите, что переживете, если со мной что-то случится. Я вообще ничего не понимаю. — А что тут понимать? — Кроули откинулся на спинку кресла. — Ты для меня важен. Очень важен. Я не хочу тебя терять. И я хочу, чтобы ты был счастлив. Но для этого ты должен быть собой. Тем Рином, который может закатить глаза на мои слова, который может накосячить, но который всегда встанет на защиту тех, кто ему дорог, если это не будет грозить опасностью. Я хочу, чтобы ты самосовершенствовался, но при этом оставался собой. Ты понял? Рин молчал долго, обдумывая услышанное. А потом вдруг улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Кроули всегда теплело на душе. — Кажется, да, — сказал он. — Вы хотите, чтобы я был собой. Даже если я буду вас бесить, — выдал Рин как-то слишком по детски. — Именно. — И вы не будете меня за это наказывать? — Буду, — честно ответил Кроули. — Если ты будешь делать действительно опасные вещи, но просто за то, что ты есть — нет. Никогда. Рин хмыкнул. — Договорились, — он встал с кресла и направился к двери, но на пороге обернулся. — Господин Кроули? — М? — Спасибо. За всё. За то, что не бросили. За то, что... ну... вы поняли короче. Кроули улыбнулся. — Иди уже, мелкий. Завтра у тебя тренировка с Мори-саном. Не опаздывай. — Ага, — Рин махнул рукой и выскользнул за дверь. Кроули остался один. Он смотрел на закрытую дверь и думал о том, что, возможно, не все так плохо. Возможно, они действительно справятся. Возможно, из этого невыносимого, вспыльчивого, упрямого, но такого живого мальчишки действительно вырастет достойный вампир. А если нет — что ж, Кроули будет любить его любым, кончено на столько насколько может любить вампир. Потому что Рин стал для него чем-то большим, чем просто ученик. Он стал семьей?***
На следующий вечер аристократ вернулся с совета в не лучшем расположении духа. Первое, что мужчина заметил войдя в особняк так это то, что было очень тихо. Слишком тихо. Он прошел в дом и заглянул в столовую — пусто. В зале — никого. В тренировочном зале — тоже. — Рин? — позвал он, но ответа не последовало. Кроули поднялся на второй этаж и постучал в комнату Рина. Тишина. Он открыл дверь и увидел пустую комнату. — Опять? — выдохнул Кроули, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Он обыскал весь особняк, но Рина нигде не было. Вышел на улицу, обошел сад, заглянул во все укромные уголки — пусто. — Маленький засранец, — пробормотал Кроули, сжимая кулаки. — Я же просил предупреждать, когда он куда-то уходит. Мужчина уже собирался отправиться на поиски, как вдруг заметил вдалеке знакомую серую толстовку. Рин шел по дорожке, ведущей к особняку, с самым беззаботным видом, пиная камешек. Кроули в мгновение ока оказался рядом. — Рин! Ты где был, черт тебя дери?! — рявкнул он, не сдерживаясь. Рин поднял голову и удивленно захлопал глазами. Выражение его лица мгновенно сменилось с беззаботного на настороженное. — О, господин Кроули... — начал он, но договорить не успел. — Спрошу ещё раз. Ты где был? — спросил Кроули, приближаясь. — Гулял, — ответил Рин, и в его голосе прозвучал вызов. — Гулял?! — Кроули чувствовал, как внутри закипает ярость пополам с облегчением. — Ты исчез на три часа, даже не предупредив! Я обыскался уже! А ты просто гулял?! - на такой выпад Рин нахмурился. — Ну да, гулял. Что в этом такого? — А то, что я просил тебя предупреждать, если ты уходишь, — Кроули остановился прямо перед ним, глядя сверху вниз. — Ты забыл? — Не забыл, — Рин закатил глаза. — Просто решил, что могу погулять без предупреждения. Я же не на крышу полез. Кроули почувствовал, как внутри закипает злость. Этот мелкий паршивец специально провоцировал его? После всего, что было? После того, как Кроули объяснял ему, как важен тот для него? После всех разговоров по душам! — Значит, решил, что можешь? — переспросил Кроули, и его голос стал опасным. Рин, видимо, почувствовал неладное, потому что сделал шаг назад. — Ну... да, — сказал он, но уверенности в его голосе поубавилось. — Пойдем, — Кроули взял его за руку и потащил к особняку. — Эй! — Рин попытался вырваться. — Вы чего? Я же просто гулял! — Мы поговорим дома, — отрезал Кроули. Рин упирался, ругался, пытался выдернуть руку, но Кроули был непреклонен. Он втащил мальчика в особняк, провел через холл и завел в тренировочный зал. — Раздевайся, — сказал Кроули, отпуская его руку. — Чего? — Рин уставился на него с недоумением. — Раздевайся до пояса, — повторил Кроули. — Мы будем тренироваться. — Сейчас? — Рин явно не ожидал такого поворота. — Но я только что с прогулки! Я устал! — Ты устал гулять? — Кроули усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Ничего, тренировка взбодрит. — Это наказание? — спросил Рин, и в его голосе прозвучало недоверие. — А ты как думаешь? — Кроули снял пиджак и бросил его на скамью. — Я просил тебя предупреждать. Ты проигнорировал. Значит, будешь отрабатывать. Рин стиснул зубы, но подчинился. Он стянул толстовку, бросил ее на пол и встал в стойку, сжимая кулаки. — Без оружия, — сказал Кроули. — Только руки. — Как скажете, — процедил Рин. Они сошлись в центре зала. Кроули не собирался бить сильно — только чтобы мальчик почувствовал, что такое настоящая тренировка. Но Рин, видимо, решил, что раз уж его наказывают, то можно и выложиться. Он атаковал первым — быстрый удар в корпус, который успешно Кроули заблокировал. Следом серия ударов руками от которых мужчина с легкостью ушел, но отметил, что Рин двигается хорошо, злость придавала ему сил. — Злишься? — спросил старший, уклоняясь от очередного удара. — Нет, — рыкнул Рин и попытался провести подсечку. Кроули перепрыгнул и в ответ неожиданно для подростка, ибо он вообще не заметил его приближения, оно было слишком быстрым, легонько толкнул его в плечо. Рин пошатнулся, но устоял. — Плохо, — сказал Кроули. — Равновесие теряешь. — Да пошли вы! — выкрикнул Рин, — Вы слишком быстро ко мне приблизились! Я вас даже не заметил! — В будущем на войне тоже будешь скулить, что все слишком быстро и ты чего-то не ожидал! Не спеши меня, Рин! Такие заявления могут стоять тебе жизни, — услышав это, подросток стиснул зубы и бросился в новую атаку. Он бил яростно, не думая о защите, пытаясь просто достать наставника. Кроули легко уходил от ударов, но видел, что Рин на грани — еще немного, и он сорвется. — Остановись, — сказал Кроули, перехватывая его руку. — Все довольно мы закончили, — но мальчик не собирался его слушать и попытался вырвать руку. — Хватит я сказал. — твердо осадил его наставник. — Не хватит! — Рин не прекращал свои попытки вырваться, но Кроули держал крепко. — Вы специально устроили эту тренировку в качестве наказания из-за пустяка! Вы специально меня сейчас бесите! Вы всегда специально! — Я пытаюсь тебя научить, — спокойно ответил Кроули. — Но ты не хочешь слушать. — А вы не хотите понимать! — выкрикнул Рин, и в его голосе послышались слезы. — Я просто хотел побыть один! Просто погулять! А вы... вы всегда контролируете, всегда указываете, всегда... — он замолчал, пытаясь справиться с дыханием. Кроули отпустил его руку и отступил на шаг. — Я беспокоюсь о тебе, — сказал он тихо. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Со мной ничего не случится! — выкрикнул Рин. — Я не маленький! Я могу сам о себе позаботиться! — Можешь? — переспросил Кроули. — Тогда почему ты постоянно влипаешь в неприятности? Рин замер. Его глаза расширились, а потом в них вспыхнула такая обида, что Кроули на мгновение пожалел о своих словах. — Значит, я для вас только обуза? — тихо спросил Рин. — Только неприятности? — Я не это имел в виду, — начал Кроули, но Рин уже не слушал. — Пошли вы! — сказал он и, развернувшись, выбежал из зала, схватив толстовку. Кроули услышал, как хлопнула входная дверь. — Черт, — выдохнул он и опустился на скамью. — Черт! Он просидел так несколько минут, пытаясь успокоиться. Потом встал и вышел на улицу. Рина нигде не было. — Опять сбежал, — пробормотал Кроули и отправился на поиски.
