Цена свободы

Малфой-Мэнор преобразился. Холл и главные залы сияли тысячами свечей, парящих под потолком. В воздухе витали ароматы живых цветов и дорогих духов. Звучала живая музыка — струнный квартет играл что-то изысканное. Вся элита магического Лондона собралась сегодня на балу. Я увидела его сразу. Драко разговаривал с каким-то волшебником. Он был в безупречном чёрном костюме, с лёгкой улыбкой на губах. Он заметил меня. Извинился перед гостем и подошёл ко мне. Потом взял мою руку и поднес к губам, его взгляд скользнул по наряду. — Миссис Уизли, вы выглядите потрясающе, — произнёс он. — Позвольте представить вас нашим благодетелям. Он вёл меня по залу, представляя бизнесменам, политикам, знаменитым писателям. Я поддерживала светскую беседу, говорила о магических существах, о важности сохранения видов, ловила восхищённые взгляды на своём платье и украшениях. В толпе поползли шепотки: — Это же… парюра из голубых топазов «Лондон» — камней редчайшего оттенка. — Сколько же это стоит? Тысяч тридцать? — Около того. И всё на ней. Да кто она такая? Мы прошли дальше по залу. Драко мягко коснулся моего локтя. — Миссис Уизли, позвольте представить вам человека, чьи работы, я уверен, вы знаете. Передо мной стоял пожилой волшебник с острым, умным взглядом и седой бородой. Элиас Крофт. Автор «Основ трансфигурации». Мой кумир. Ещё один пункт из списка. — Мистер Крофт, это миссис Гермиона Уизли, — представил Драко, и его тон был исполнен неподдельного уважения. — А, героиня войны, — кивнул Крофт, пожимая мою руку. — Я читал ваши дополнения к уставу о правах разумных магических существ. Очень толково. — Спасибо, профессор, это большая честь для меня, — сказала я, пожимая его тёплую сухую ладонь. А потом слова потекли сами собой. Я даже не думала — просто спрашивала. Те самые вопросы, которые годами вертелись у меня в голове с тех самых пор, как я впервые прочла его труд на третьем курсе. Крофт заинтересованно приподнял брови. Завязалась оживлённая дискуссия. Я забыла о бале. Я говорила с гением на его языке. Драко стоял в стороне, наблюдая. А потом Крофт, восхищённо качая головой, сказал: — Я очень рад знакомству с вами, Гермиона. Редко встречается такой ясный ум, как у вас. — Профессор, позвольте вас поправить. Не просто ясный ум. Это, без преувеличения, самая умная и проницательная волшебница, с которой мне доводилось иметь дело, — сказал Драко. Крофт воспринял это абсолютно серьёзно — он кивнул в знак согласия.

***

Мы говорили, пили шампанское — и вот музыка сменилась на медленный, томный вальс. Он притянул меня к себе: одна рука легла на талию, другая — держала за руку. Расстояние между нами стало минимальным, каждый его вздох, каждый поворот тела я чувствовала очень остро. Мы кружились под высокими сводами, и я ловила на себе восхищённые и завистливые взгляды. Драко был сосредоточен, его глаза не отрывались от моего лица. Отовсюду раздавались голоса. «Гермиона Уизли и Драко Малфой... Глазам не верю...» «Я думала, они ненавидят друг друга с самого Хогвартса... Что у них может быть общего? Они же были по разные стороны…» «Он так прижимается к ней. Она же замужем, в конце концов... Или уже нет?» «Что он в ней нашёл? Я бы не сказала, что она красавица... Хотя платье шикарное...» После танца он вывел её из зала в коридор. — Куда мы? — спросила я, сердце бешено колотилось. — Осуществлять следующий пункт, — ответил он, не замедляя шага. Он толкнул первую попавшуюся дверь. Это была небольшая музыкальная гостиная. В центре стоял рояль, покрытый чехлом. Приглушённые звуки оркестра и гул голосов доносились сюда, создавая иллюзию уединения. — В этот прекрасный вечер я решил объединить несколько задач, надеюсь, ты не против, — сказал он, поворачиваясь ко мне. Он не стал ждать ответа. Его поцелуй обрушился на меня. Голодный, властный, лишённый всякой нежности. Он вёл меня, целуя, пока моя задница не упёрлась в крышку рояля. Его руки скользнули под юбку, нашли бёдра, и он резко разорвал на мне тонкие трусики. Я ахнула в его рот, но не отпрянула. Адреналин, шампанское, его властные прикосновения — всё смешалось в один головокружительный коктейль. Он отстранился на секунду, достал из внутреннего кармана пиджака маленький хрустальный пузырёк с жидкостью. — Что это? — То, что гарантирует, что этот вечер не будет иметь последствий. В шкафчике в ванной комнате запас на будущее, — отчеканил он, откупоривая его. — Выпей. Я без колебаний сделала глоток. Жидкость была безвкусной. Он отставил пузырёк на рояль. Его пальцы быстро расстегнули ширинку брюк, и он освободил себя. В тусклом свете его член казался ещё больше и внушительнее. Твёрдым и готовым. Его пальцы скользнули под платье, туда, где всё горело и пульсировало в ожидании. Я закусила губу, чувствуя, как каждое движение отзывается во мне дрожью. Сначала он слегка прикоснулся к клитору. Провёл вокруг, не задевая самую чувствительную точку, дразня, заставляя меня выгибаться навстречу, ища большего давления, большего контакта. — Не торопись, — прошептал он, и его дыхание обожгло мою шею. Я застонала от нетерпения, но он не ускорился. Наоборот — замедлился, заставляя меня чувствовать каждое движение, каждое касание. Я подавалась бёдрами навстречу, пытаясь поймать нужное прикосновение, а он уворачивался, растягивая удовольствие, доводя до исступления. Его язык скользнул в мой рот, смакуя. Он не торопился, он пробовал меня на вкус. Пальцы другой руки гладили мою шею, затылок, спускались по позвоночнику, и каждое прикосновение отзывалось дрожью где-то глубоко внутри. Я горела. Я хотела ещё. А потом он приподнял меня, посадил на край инструмента, раздвинул мои ноги и медленно стал проталкиваться в меня. Его член был велик. Это осознание ударило на секунду позже физического ощущения — когда моё тело начало медленно уступать ему дорогу. Наконец он заполнил меня полностью и начал двигаться. Сначала медленно, потом всё больше ускоряясь. Всё вокруг исчезло для меня. Существовал только ритм его тела, входящего в меня, мои стоны, которые я пыталась сдержать, и насмешливый гул бала за дверью. Дверь была открыта. Он оставил её открытой нарочно. Я знала это с абсолютной ясностью. И это знание подливало масла в огонь моего возбуждения. Адреналин и похоть сплелись в тугой, огненный узел, и каждый его толчок затягивал его всё туже. Его жадный рот всасывал нежную кожу, зубы смыкались на чувствительном месте у ключицы. Он оставлял на мне свои метки. Завтра эти следы расцветут на моей коже засосами, которые придётся скрывать заклинанием. Но сейчас, в этот момент, я хотела, чтобы он оставил их. Чем больше, тем лучше. Этот секс не был нежным. Он безжалостно овладевал мной. И в этом не было ничего общего с тем, что я знала раньше. Никакой робости, никакого быстрого финала в темноте под одеялом. Он вбивался в меня снова и снова — глубоко и быстро. Каждый толчок отдавался во всём теле, даря немыслимое наслаждение. Я чувствовала, как его член заполняет меня до краёв, растягивает, заставляет принимать его целиком. Каждое соприкосновение наших тел отдавалось влажным звуком, смешиваясь с моими стонами. Он вынимал член почти полностью, чтобы через секунду снова ворваться, заполнив меня. Его пальцы впились в мои бедра, удерживая на месте, не давая уйти от этого бешеного, сводящего с ума ритма. Это было грубо. Это было жёстко. И это было именно то, чего я хотела. — Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, — прошептал он мне на ухо. Я взорвалась. Он почувствовал, что я кончаю, и заглушил мой стон ладонью, всё ещё продолжая вбиваться в меня. Он больше не сдерживался. Драко вошёл в меня до упора, и я почувствовала внутри горячее семя. Потом он отстранился. С холодной практичностью Драко взмахнул палочкой, стерев следы оргазма. Застегнул брюки, поправил пиджак. Я сползла с рояля, ноги едва держали меня. Он ещё раз взмахнул палочкой. Лёгкая прохлада омыла мою кожу между ног, убирая все следы. Я нашла на полу свои порванные трусики и хотела восстановить их заклинанием. — Дай их мне, — сказал он. Я отдала. Он положил их в карман. Потом подал руку. Малфой проводил меня не в главный холл, а по лестнице прямо в мою комнату. Дверь закрылась, отсекая далёкие звуки музыки. — Я должен вернуться к гостям, — сказал он, его голос снова был деловым, но в глазах ещё тлели отсветы недавней страсти. — Никто не должен видеть, что ты осталась. Я скажу твоему начальнику, что у тебя закружилась голова от шампанского и ты ушла. Он провёл костяшками пальцев по моей щеке. — Отдыхай, Гермиона. Эти выходные будут слишком эмоциональными для тебя. Я нахмурилась. — Почему? Что будет на выходных? Он показал на столик, там лежало дамское зеркальце. Бронзовое, покрытое патиной, с замысловатой резьбой. — Это порт-ключ, — сказал Драко. — Завтра ты перенесёшься в Италию. Зарегистрирован в Министерстве, не волнуйся. У меня их несколько. Двухсторонний порт-ключ. Это редкий и сложный тип порт-ключа. Его так просто не достать. — В Италию? — я не верила в это. — Да. Порт-ключ настроен на место недалеко от виллы Поттеров. На побережье. Я владею там недвижимостью. Так что соберись на два дня. И, Гермиона. Надеюсь, ты не расскажешь им о нашей маленькой сделке. У меня и так достаточно проблем. И мне не хотелось бы, чтобы Поттер решил, что его священный долг — примчаться в Англию и спасти тебя от злого дракона. На Поттеровский героизм и проклятия в спину у меня сейчас совершенно нет времени. Он достал ключ из кармана и передал его мне. — От виллы. Он поцеловал меня в губы. А потом прижался губами к уху и прошептал: — Твою мать, Гермиона. Ты чувствуешь? — Он взял мою руку и прижал к брюкам. Я почувствовала под пальцами твёрдую выпуклость — он даже не скрывал, как сильно возбуждён. — Я только что кончил в тебя, а уже хочу снова. Мне стало жарко. Я буквально горела в его руках. — Ты понимаешь, что ты сделала со мной? — продолжил он. — Ты моя зависимость, Гермиона. — Останься, — выдохнула я, сама не веря, что говорю это. Он замер. Вдохнул запах моих волос так глубоко, будто пытался запомнить навсегда. — Мне нужно вернуться. Нас слишком долго нет. Пойдут разговоры. Я усмехнулась, глядя на него снизу вверх: — С каких пор Драко Малфоя волнуют пересуды? Он помолчал. А потом сказал. — Дело не в этом. Я ждала. — Я не хочу, чтобы они говорили гадости про тебя. У меня перехватило дыхание. — Драко... — Мне пора. Спокойной ночи. Он развернулся и вышел из комнаты. Я опустилась на край кровати. Страх смешивался с диким, запретным ожиданием. Он исполнял мои желания из этого долбанного списка. Но зачем? Я не знала. Но знала наверняка, что завтра я воспользуюсь порт-ключом. Потому что я хотела этого. И, держа в руках ключ от виллы, я осознавала, что даже там, под итальянским солнцем, я буду думать о том, кто его дал.