Жуткий отряд (ПсиКоп#7)

Теперь я понимал, как легко можно увлечься, потому что в итоге задержался в МППМ до вечера. К тому времени, как я удрал из лаборатории, пятый этаж уже заперли, а Дрейфус испарился… Вместе с моей оплатой. Забравшись в свой помятый «форд таурас», я выехал из гаража вместе со следующим за мной Джейкобом. Нас разделило дорожное движение, когда я перестроился, свернув к бару. Я пытался убедить себя, что лучше, если Дрейфус будет что-то мне должен, в данном случае дозу «секонала» за день работы, но эта логика не срабатывала. Мне был необходим собственный запас, а не обещания и долговые обязательства. Проехавшись на холостом ходу, я осмотрел обе стороны улицы. Машины моего дилера видно не было. Решив, что он окончательно застрял в системе, и старательно гоня от себя мысль, что именно Дрейфус держит его там, я проглотил комок в горле и направился домой. Джейкоба я застал на верхней ступеньке крыльца, открывающим дверь. Фабрика была погружена во тьму, а машина Лизы отсутствовала. Мы были одни. В некотором роде. Если не считать установленную за нами слежку. Нам многое требовалось обсудить, но совершенно негде было уединиться. Мы вошли в фойе, и, не успел я повесить пальто, Джейкоб развернул меня и прижал к стене. - Я думал, мы никогда оттуда не выберемся, - пробурчал он мне в шею. Может, он пытался передать информацию, замаскировав ее под интимные разговорчики. А может, хотел меня завести. Если что и могло меня отвлечь от отсутствия приличных наркотиков, так это волоски, трущиеся о вторую мою по чувствительности часть тела. Шея всегда была моим слабым местом, но как бы не хотелось отдаться этим ощущениям, куда сильнее меня терзало любопытство, что интересного Джейкоб выяснил насчет Джека Блая, пока я осматривал лабораторию. Скользнув рукой под его пальто, я огладил выпуклость кобуры. - О чем вы разговаривали с агентом Бритая Голова? – спросил я. - Ни о чем. - Да ладно. Вы ворковали, словно два голубка. - Он не в моем вкусе. Я это знал… И только потому мог над этим шутить. - Ну, не знаю, у него как раз такие светлые глаза, как тебе нравится. Язык Джейкоба прошелся влажным жаром по сухожилиям шеи. И коснувшись мокрой дорожки губами, он прошептал: - Контактные линзы. Какого черта? Я неплохо разбирался в мужском поведении, во всяком случае, когда речь шла о полиции. И даже представить себе не мог, чтобы кто-то в пятом участке носил бы контактные линзы, если это не улучшало его точность. Но цветные контактные линзы? С тем же успехом можно было надеть балетную пачку и диадему. Федеральные агенты изысканностью ушли не далеко от местных правоохранительных органов, так что же не так с Блаем? Он, очевидно, являлся инструментом МППМ, хотя Дрейфус знал, что я могу это предположить, и, возможно, хотел, чтобы это подозрение отвлекло меня от… Черт, я понятия не имел от чего. И горячее дыхание, блуждающее по моему горлу, уменьшало вероятность того, что в ближайшее время у меня получится выдвинуть мало-мальски правдоподобную теорию. Естественным порывом было прекратить это давление и выяснить, что мог скрывать Блай, но такой разговор подразумевал слишком много подробностей, чтобы вести его в нашем фойе, где потенциально нас могли подслушать сотрудники МППМ. Если включить громкое, самое грязное порно, то можно попробовать шепотом поделиться друг с другом предположениями, прикрываясь фальшивыми криками и стонами. Из таких я знал только один диск – бессюжетный супер трах в подвале какого-то бедолаги. Актеры, к счастью, не вели долгих диалогов, потому что наблюдать за их игрой было больно. Черт, да и на секс смотреть было больно. Они драли друг друга так свирепо, что оставляли синяки. Я обнаружил, что в штанах стало тесно всего лишь от одной мысли об этом. Джейкоб прижал тыльной стороной ладони мой вздыбившийся член, и мы оба резко втянули воздух. Это шипение напомнило о порно, от чего дышать стало еще тяжелее. А это, в свою очередь, заставило Джейкоба начать лапать меня с новой силой. Давненько нам не выпадала возможность заняться этим как следует. Очень давно. Я предпринял последнюю попытку придумать какой-нибудь тайный способ сравнить наши впечатления о Блае, но меня отвлекло нежное прикосновение зубов под правым ухом. Может, если начать трахаться прямо в прихожей, тот, кто висит на нашем канале, отключится. Хотя, вряд ли, ведь будь я сам на его месте, то прибавил бы громкость и позвал коллег послушать. Но все эти рассуждения рассыпались под давлением рук Джейкоба, скользящим по моим бокам. Мы тянули одежду друг друга. Я наслаждался ощущением, как мы царапаем пальто, костюмы и кобуры, все, что попадалось под руки, слишком горя от нетерпения, чтобы нормально раздеться, а тем более подняться наверх. Раньше мы хранили в нижней ванной комнате супер скользкую смазку, идеально подходящую для секса в душе, но то было до появления у нас соседки. Теперь это выглядело бы странно. Плюс, даже попытка заняться этим в ванной на втором этаже могла быть прервана внезапным, неловким моментом. Расстегнув пряжку на ремне Джейкоба, я уперся пахом в его бедро. Он зарычал. Еще несколько рывков, и он обнажился: толстый, твердый член торчал из расстегнутой ширинки, а все остальное было расхристанным и раскрасневшимся. Я одними губами произнес «да-а». Грязные разговорчики никогда не были моей сильной стороной, а еще больше я терял дар речи при мысли, что нас может подслушивать МППМ. Ну и ладно. Будем общаться на языке тел. Когда Джейкоб сделал шаг назад и толкнул меня вниз, я вцепился в его брюки, сжав ткань двумя кулаками, чтобы не разбить колени о плитку пола. Я тискал в руках итальянскую шерсть, пока Джейкоб, держа меня за голову, затыкал мой рот членом. Да, это было грубо. И да, это было идеально. Мой собственный член натягивает штанину, холодя кончиком там, где мокрое пятно расплывалось по подкладке кармана. Я сосредоточился на этой ноющей твердости и напряжении челюсти, на вторжении солоноватого куска плоти, трахающего мой рот, внутрь и наружу, внутрь и наружу, лобковых волосах, царапающих губы, когда руки Джейкоба сжимались в моих волосах. - Надо подняться наверх, - выдохнул он. Я заметил, что при этом он не сделал ни единой попытки прекратить драть мой рот и пойти к лестнице. Я выдавил нечто вроде «нгх» и вдавил верхнюю губу в основание его члена. Не было смысла прерывать процесс теперь, когда мы оседлали сладкую волну блаженства. Я переместил руки по его брюкам, захватывая по горсти ткани за раз, пока наконец не взял его за задницу, держа в каждой ладони по твердой полусфере. Сжал пальцы, сильно, и Джейкоб почти взвыл. - Почти, - простонал он. Я догадался об этом по тому, как задрожали его бедра. – Хочешь проглотить? Мой едва заметный кивок он ощутил мертвой хваткой в моих волосах. Без какого-либо предупреждения в голове вдруг промелькнула мысль: если бы вместо меня на коленях тут стоял Блай, то и не было бы волос, за которые Джейкоб мог хвататься. Интуиция сразу подсказала, что агент Блай не гей. И даже не любопытствующий. Хотя я могу не замечать того факта, что кто-то увлечен мной (конкретно), пока язык этого кого-то не окажется у меня во рту, но довольно неплохо умею угадывать общие наклонности человека. Многие мужчины моего возраста теперь брили голову, не только геи. Так что это ничего не значило. Если только не добавлять в уравнение цветные линзы. И ощущение, что Блай разглядывает меня намного пристальнее, чем надо бы. И провокационный вопрос: «Как вам нравится быть ПсиКопом?» Что могло означать, что он фанат «психов»… Что совершенно не объясняло цветные контактные линзы. Твердо решив выкинуть Блая из головы, я сфокусировался на прикосновениях головки члена к задней стенке моего горла и еще немного пососал, чтобы ускорить приближение финала. Джейкоб прерывисто вздохнул, сдержав стон. Очень скоро он оторвал руку от моей головы и шлепнул ладонью по стене позади меня, чтобы удержаться в вертикальном положении. Одной рукой упираясь в стену, а другой обхватив мой затылок, он притянул меня к члену для последних толчков. Кончая, он погрузился так глубоко, что я даже не почувствовал вкуса. Но зато ощутил, как пульсирует его извергающийся ствол. Джейкоб вынул член, а затем отпустил мою голову, чтобы и второй рукой упереться в стену, уткнувшись лбом в предплечье, содрогаясь всем телом и вдыхая воздух так, как я втягивал белый свет. Я отцепился от его задницы, привалился спиной к стене и несколько раз сжал себя через штаны. Мокрое пятно стало огромным, но благодаря мысленному образу агента Блая с его хитрыми глазами и загорелым скальпом, стояк немного опал. Джейкоб уронил руку и коснулся моей щеки, словно крылом бабочки. - Я думал, тебе нравится. Сначала инцидент со снотворным, теперь это. Я старался не так явно наминать свой член, как это вышло. - Нравится. Все хорошо. Джейкоб вздернул меня на ноги и поцеловал… В лоб. - Пойду готовить ужин. - Не так быстро, мистер. – Схватив за рукав, я потянул его на себя. – Я еще не закончил. По тому, как он прижался ко мне, стало понятно, что, хоть он и предложил мне легкий выход, все-таки был рад, что я им не воспользовался. Джейкоб толкнулся бедрами. Я чуть сдвинулся и потерся о мощный квадрицепс, обнял его лицо ладонями и крепко поцеловал. Участившееся дыхание заметалось между нашими влажными губами, и восстановить нужное настроение оказалось несложно. Просто сосредоточься на Джейкобе, сказал я себе. Его губах. Его языке. Плотно прижатом теле, настойчивости рук. Довольно скоро Блай превратился для меня во что-то вроде далекого воспоминания, незначительного любопытства, которое, конечно, никуда не денется, пока я буду занят более неотложными делами. Схватив руку Джейкоба, я накрыл ею свой пах. Тело отозвалось на прикосновение, как и всегда. Я больше не был подростком, но водопровод все еще работал безотказно… Когда я в состоянии очистить разум и обратиться к насущным вопросам. Глаза закрывались, но я решил, что лучше держать их открытыми, не сводя взгляда с Джейкоба. Не то чтобы я видел что-то, кроме размытого пятна, пока он целовал меня. Но это было приятное размытие. И то, как он начал наглаживать меня через штаны, тоже было приятным. У меня сбилось дыхание, и Джейкоб, одобрительно выдохнув мне в рот, облапал мои брюки спереди. Потянув замок ширинки, Джейкоб чуть отодвинулся. Перед глазами, прямо за его спиной, возникла входная дверь. На меня обрушились образы того, как она распахивается, а я торчу тут с членом наружу и дебильным выражением лица. Сначала я представил Лизу, стоящую в дверном проеме. Потом Лизу и Крэша. Потом Лизу и Дрейфуса. И Крэша. И Каролину. И кто же замыкал нашествие? Агент чертов Блай. И все смотрели на меня широко распахнутыми от ужаса глазами. Я накрыл ладонью руку Джейкоба, как раз расстегивающую пояс. - Что? – спросил он. Я указал глазами на дверь позади него. Как обычно прагматичный Джейкоб потянулся назад и накинул цепочку. - Вот. – Он вернулся ко мне, смерил взглядом и, понизив голос, велел: - А теперь сцепить пальцы, убрать руки за голову и не сметь шевелить даже мускулом, пока я не разрешу. Ого-го. Вот теперь тон его голоса привлек все мое внимание. Я выполнил приказ. Пальто сбилось на шее, кобура съехала набок. Джейкоб дернул меня под колени, заодно стягивая и брюки. Сквозняк из почтовой щели пробежался по обнаженному паху – не думать о двери, - но затем его горячий рот наделся на меня, его горячий, жадный рот, и я утешил себя мыслью, что если кому-то и придет в голову заглянуть в почтовую щель, то увидят только затылок Джейкоба. Я смотрел сверху вниз. Сквозь коротко постриженные волосы виднелась кожа головы. Не так сильно, как у агента… Не думать об этом парне. Сосредоточиться на Джейкобе. Его широких плечах. Горячем дыхании. Обжигающе влажном рте. Пальцах, обхватывающих член у основания и дрочащих, пока он сосал. Я чуть раздвинул стопы – двигаться мне не разрешали – и зафиксировал колени, чтобы не думать ни о чем, кроме минета. Обалденного, сладкого минета. Ритм Джейкоба ускорился, и он начал мять мою голую ягодицу свободной рукой, той, что не вела меня к пику с правильной скоростью, не слишком быстро, не слишком медленно, в самый раз, а его рот тоже был идеальным, таким мокрым, таким приятным, и очень скоро, по спирали, я дойду до… Снаружи взревел автомобильный двигатель. Свет фар пробился сквозь почтовую щель. У меня перехватило дыхание. Джейкоб замер, прислушиваясь. На другой стороне улицы хлопнула дверь. Ложная тревога. Просто сосед. К сожалению, из-за секундной паники все во мне откатилось к стартовой точке. Джейкоб поднялся, не выпуская из кулака мой мокрый от слюны член. Провел пальцами по предплечью, по-прежнему закинутому за голову, огладив от торчащего локтя до плеча. И с горящим взглядом промурлыкал: - Я заставлю забыть обо всем, что тебя беспокоит. - Просто… Прижавшись губами к моему уху, он сказал: - Хороший, жесткий трах – вот, что тебе нужно. – По моему паху пробежала такая сильная судорога, что я подумал, не ощутил ли Джейкоб мое согласие по члену, который держал в ладони. А может, его об этом оповестило мое прерывистое дыхание. Он перестал дрочить и развернул меня к лестнице, взяв за локоть. – Наверх. Немедленно. Я сменил позу, чтобы подхватить брюки и не свалиться на ступеньках, запутавшись в штанинах. Джейкоб проигнорировал это мелкое нарушение, но стоило переступить порог спальни, он тут же возник у меня за спиной и хрипло сказал: - Раздевайся. И сам стал раздеваться, медленно, нарочито, почти лениво. В отличие от него, мои руки были вялыми и неловкими, пока я пытался справиться с пряжками и пуговицами, успевшими превратиться в дюжину мелких головоломок с тех пор, как я последний раз к ним прикасался. Я срывал кобуру, сбрасывал ботинки и штаны, стягивал рубашку через голову, не утруждаясь расстегиванием пуговиц, а потом остался только я и Джейкоб, кожа к коже. Мы целовались, влажно и чуть солоновато, и жар его тела окутывал меня. Не знаю, был ли это жар физический, или что-то в его тонком теле резонировало с моим, и они смешивались, сливались воедино в предвкушении того, чем мы собирались заняться на физическом плане. Обещание трахнуть меня казалось слишком самонадеянным после того, как я только что ему отсосал, но, сунув руку между нами, обнаружил его в полной готовности. Снова. Джейкоб горделиво улыбнулся прижатыми к моему рту губами, и я согласно промычал. Мы наглаживали друг друга, целовались, наслаждаясь ожиданием. А затем Джейкоб схватил мое запястье, развернул меня и ткнул лицом в матрас. Если бы хоть раз он заставил меня по-настоящему, то моментально получил бы от ворот поворот раз и навсегда. Но я доверял ему так, как не доверял никому прежде. Когда Джейкоб завел мои руки над головой и коленом раздвинул бедра, я был абсолютно уверен, что он остановится сразу, стоит только попросить. Обладая такой уверенностью, действительно можно отпустить и забыть все. Абсолютно все. О чем бы ни думал… Ну и что? Ни за что в жизни не признался бы, что идея стать чьей-то игрушкой для секса заводила так сильно, потому что я никогда не представлял себя в этой роли. Но твердый член, скользящий между ягодиц, убеждал, что Джейкоб как раз представлял, и мысль о том, как он хватает меня, раздвигает, использует… Эта мысль вытеснила все остальное, кроме ощущения тела, прижатого ко мне. Стиснув сильными пальцами мои запястья, удерживая их одной рукой, другой он рылся в тумбочке. Его бедра раздвинули мои колени, и я сопротивлялся давлению, прижимаясь и наслаждаясь ощущением того, что не смогу свести ноги, даже если захочу. Затем стало скользко. Джейкоб размазал по моему анусу лубрикант, чуть нажимая большим пальцем, и я придушенно застонал, уткнувшись в покрывало. Мой член оказался зажат подо мной под странным углом, но я не протестовал. Мы очень глубоко погрузились в фантазию. Я задергался из стороны в сторону, пытаясь выпрямиться и притворно сопротивляясь, а Джейкоб вжал запястья в матрас, еще шире раздвигая мои ноги. Резкий толчок, и все мое внимание переключилось на интимные места. Джейкоб медленно и протяжно задвигался. Он практически лег на меня, отчего волосы на его груди пощекотали лопатки, и прошептал на ухо: - Ну… И о ком ты сейчас думаешь? - О тебе, - буркнул я в матрас. - Обо мне. Только обо мне. – Его член снова толкнулся снаружи – неужели, он хотел заставить меня умолять? Эта мысль наполнила ужасом, приправленным болезненным предвкушением. Приподнявшись на локте, Джейкоб просунул между нами руку с лубрикантом, но вместо того, чтобы смазать меня, обхватил свой член и пристроился удобнее. Но не проник внутрь. Начал водить скользкой головкой между ягодиц. Я узнал этот прием. Дразнить мою дырку до тех пор, пока я не начну извиваться, и погрузить свою толстую плоть в меня только тогда, когда я почти буду готов закричать. От этой перспективы кровь резко прилила к паху. Мы были вместе уже достаточно долго, чтобы даже при воспоминании у меня вставал, как каменный.  Я закрыл глаза, сосредотачиваясь на том, как головка его члена оглаживала, толкалась, но не проникала полностью. - Да-а, - пробормотал я, Джейкоб отозвался эхом, и я понял, что начал раскачиваться, как бы намекая, как ему будет хорошо, если он наконец сделает это.  В горле пересохло, челюсть ныла, и, похоже, зад тоже скоро заболит. Предвкушение послало в яйца еще один мощный прилив. - О чем ты думаешь теперь? - спросил Джейкоб. - О том, как мне будет хорошо. - Правильно. – Толчок – еще один, недостаточной сильный для проникновения. Но я ощутил вкус того, что должно произойти. – И это все, что тебе надо знать. Я. Полностью внутри тебя. Джейкоб снова притерся, член был каменным, давление, давление, а потом… Толчок. Я на самом деле заорал, уткнувшись в матрас, когда он вошел в меня. Он выпустил запястья, но я продолжал держать руки над головой, вцепившись в одеяло. Я наслаждался растянутостью, пока он сжимал мои бедра, размазывая смазку по заднице, поворачивая меня так, чтобы с каждым размеренным толчком упираться в мое сладкое местечко. - Так? - Чуть пониже… Черт, вот так. Да. Джейкоб кончил всего несколько минут назад, так что это могло продолжаться очень долго. Поскольку сам я терся об одеяло, то мог рассчитывать на долгое, медленное возгорание. Его рельефный пресс скользнул по пояснице, грудные мышцы коснулись лопаток. По всей спине и бедрам обнаженную кожу щекотала его шерсть, во всяком случае до тех пор, пока мы не разгорячились как следует, чтобы вспотеть, отчего волоски на его теле стали гладкими. Джейкоб сменил угол, все еще продолжая долбиться в простату, но теперь сильнее вдавливая мои бедра в постель. Трение о член стало интенсивнее, и внезапно вся эта дрочка, сосание и фрикции принесли свои плоды. Я сжался вокруг Джейкоба, приближаясь к оргазму, не думая ни о чем, кроме напряжения в мошонке и его толстом члене. Джейкоб почувствовал, что я почти достиг предела. Его дыхание изменилось, сбилось, и он напрягся всем телом. Я и не подозревал, насколько уверены и точны его движения, пока он не начинал терять над собой контроль. Этакая трещинка в броне. Обожаю это крохотное мгновение, когда Джейкоб срывается, расслабляется достаточно, чтобы отдаться разрядке, пусть даже всего на секунду. Я попытался сунуть руку под живот, чтобы мы кончили одновременно, но он отвел мою руку в сторону и дотянулся сам, одновременно трахая и дроча, влажно выдыхая мое имя мне в волосы. Момент растянулся в долгое, неторопливое пике, напоминая не обрушившуюся в одночасье волну, а подкрадывающийся прилив. У нас вырвались звуки, мало походившие на то, что может издавать человеческое горло. И мы оба яростно кончили. Прилив был медленным, как и наступивший отлив, плавно перетекший в сон.