Жуткий отряд (ПсиКоп#7)

И я попытался. Втянув белый свет, я постарался представить, как Трижды Застреленный разговаривает со мной, и что белый свет зовет его. Я пытался и пытался, пока не пересохло во рту, запульсировало в голове и не вспотели ладони. В конце концов, когда замутило так, что захотелось присесть, я опустился в кресло и сказал: - Не получается. - Уверен? – нерешительно спросил Дрейфус. Я вскинул голову, услышав этот тон. Очень не похожий на его обычный тон, большую часть времени на сто процентов уверенного в себе человека. – Наверное, тебе все-таки требуется небольшая помощь. Он развернул кресло к стоящему позади шкафчику, повернул в замке ключ и открыл панель. Внутри находился корпус старомодного телевизора. Ящик не был похож на массивный телевизор из гостиницы в Миссури или старую консоль в моем подвале. Но это определенно был «призраковизор». Дрейфус поймал мой взгляд. - Что скажешь? - Дайте мне минуту. – Я вытер лоб рукавом пиджака и, хоть мне было противно просить, сказал: - Можно стакан воды? Дрейфус подкатился к другой панели и отпер ее. Внутри обнаружился маленький холодильник. Он запирает холодильник… А я-то думал, у меня паранойя. По-прежнему не вставая с кресла, он достал две бутылки с водой и протянул мне обе. - По одной для каждого из нас. Выбирай. Стало легче оттого, что не надо скрывать, как мало я ему доверяю. Одну из бутылок я бросил Дрейфусу обратно. Он аккуратно поймал, свернул крышку и выпил. Я сделал то же самое. В висках стучало. «Валиум» сейчас пришелся бы кстати. А еще лучше – «оксикодон». Не было сомнений, что Дрейфус, попроси я, мог их достать и, конечно же, выпил бы одну вместе со мной для моего же успокоения. Но я не стал этого делать, потому что был худшим в мире переговорщиком, а просьба о болеутоляющем вполне могла перечеркнуть получение «секонала». Кроме того, я предпочел бы мучится головной болью, чтобы она напоминала о том, что не стоит расслабляться рядом с Дрейфусом, если стремишься сохранить свои секреты. Неважно, насколько сильно я жаждал этих таблеток, но по тому, как крутило живот и болезненно напрягались мышцы шеи, я понял, что сегодня будет только еще одна «попытка». - Ладно. – Надо было покончить со всем побыстрее. – Включайте эту штуковину. *  *  *  *  * Дрейфус включил телевизор. Я изо всех старался дышать ровно, сосредоточенно и расслабленно. «Призраковизор» приносил головную боль, но поскольку предыдущая уже находилась в самом разгаре, надо было держать себя в руках. Не говоря уже о том, что неизвестно, болит голова из-за раздраженного нерва или вот-вот лопнет какая-нибудь жизненно важная вена. - На нем выставлены параметры, которые мы получили от Джеффри Алана Скотта, - тихо и почтительно сообщил Дрейфус, будто объявлял о начале матча по гольфу. – Дай знать, если нужно будет что-то изменить. Я отмахнулся, и он замолчал. Всего одна попытка… И у меня не было сил на болтовню во время работы. По мере привыкания к тому, что там вытворял усиленный сигнал с моими мозгами, «повторяльщик» становился плотнее – серьезно плотнее, настолько, что я мог бы принять его за физическую сущность, если бы не вывернутая и застывшая поза. В таком положении он больше напоминал восковую фигуру, чем призрака. Или застывший момент насилия. Или чем бы оно ни было на самом деле. Уровень детализации поражал. Я мог рассмотреть жаккардовый узор на ткани его галстука, сосчитать все шарики крови. Я осторожно обошел фигуру по кругу. Этот человек явно не грыз ногти. Хотя имел волосатые предплечья. Можно было сосчитать все волоски. Черт возьми, мне казалось, что я мог даже вырвать один, если бы захотел… Но пытаться не стал. Прикосновение могло разрушить иллюзию прежде, чем я увижу нужное мне. Я сосредоточился на лице. Огромное количество элементов пересилило дискомфорт от того, что я подглядываю за последним мгновением жизни этого парня, но достаточно ли их, чтобы опознать человека? Может, и нет, пока он вот так кричит. Я пристально смотрел и перечислял детали, которые могли бы сузить круг поиска. Волосы: средне-каштановые. Глаза: средне-карие. Кожа: белая, среднего тона. Родимые пятна: отсутствуют. Для такого впечатляющего «повторяльщика», его почти невозможно было описать словами, черт возьми. Я попытался отмотать паранормальный ролик вперед или назад на несколько кадров, до момента, где его лицо выглядело бы более-менее обычно, чтобы можно было сопоставить с одной из фотографий. Не получалось. Что бы я ни сделал с волшебной пыльцой, она намертво закрепила его на месте. Втянув побольше белого света, я направленно подтолкнул «повторяльщика». Бесполезно. Я представил, как его сущность, его душа возвращается сквозь космос, чтобы вселиться в эту жуткую оболочку и рассказать мне что-нибудь полезное. Ничего. Голова уже просто раскалывалась. Я заставлял Дрейфуса крутить ручки «призраковизора», деление за делением. Совместными усилиями мы добрались до настройки, которая сделала призрака настолько остроугольным, сверкающим и гиперчетким, что я подумал, не стоит ли проверить зрение у врача. Если начальные настройки показывали мне то, что я привык называть «четкостью», то теперь было похоже, что средневозрастная дальнозоркость вступила в действие. «Повторяльщик» казался настолько живым, что я практически различал поры на его коже. И тем не менее, ничего из увиденного я не мог использовать. Его глаза были шокировано распахнуты. Лицо искажено. Рот разинут в крике… Разве что теперь я мог пересчитать его пломбы. Может, мне следовало запросить стоматологические записи. Я подумал об этом в шутку, но на самом деле, идея была не плохой. Наверное, стоило действовать незамедлительно. «Повторяльщик» мог исчезнуть в любой момент. Или застрять тут навсегда. Предугадать невозможно. Очень хотелось прилечь, но, возможно, у меня не будет другого шанса. - Пятерка оставшихся, - сказал я Дрейфусу, не сводя глаз с коренного зуба «повторяльщика», - вы можете достать их зубные карты? - Попробую. Голова у меня почти взрывалась. Я вернулся к креслу, чтобы хоть немного передохнуть, и поймал себя на том, что уставился на Дрейфуса. С ним происходило нечто странное, но не тот причудливый феномен с глазными яблоками, который я наблюдал в ПсиТрэйн. Хотя вид множественных светящихся глаз выглядел не особо приятно, но с ним я уже сталкивался. Меня бы это не удивило. Сейчас все было иначе. Пространство вокруг Дрейфуса было оккупировано, но не «повторяльщиками». Я уселся в кресло, сполз пониже и сжал виски, а затем украдкой выглянул из-под ладони. Разглядеть как следует это явление не представлялось возможным, но оно явно сосредотачивалось вокруг Дрейфуса. Дым? Нет, двигалось оно по-другому. Дрейфус схватился за телефон, и в нефизическом пространстве произошло движение, словно резкий жест потревожил окутавшую его сущность. Будто она реагировала на него. - Лаура, - сказал он, - это срочно. Нужно откопать стоматологические записи, я пришлю тебе список… И не жди, когда получишь все, приноси сразу, как только что-то появится. Спасибо. Он повесил трубку, и нечто колыхнулось снова. Словно альтернативная плоскость занимала то же физическое пространство, что и Дрейфус, и на той плоскости что-то находилось. Облачная материя. Плавающая. Вещество, которое невозможно ощутить, хотя оно, казалось, чувствует Дрейфуса. Однако, это не было туманом или паром. Скорее… Я прищурился. На что же, черт возьми, оно похоже? Для человека, якобы обладающего визуальным мышлением, мне было трудно понять, на что же я смотрю. Окружающая Дрейфуса сущность напоминала не столько облака, сколько… Медуз. Тело среагировало раньше мозга, вероятно, потому, что мозг был занят попытками убедить меня, кто я вижу то, что вижу. Я вздрогнул и попытался замаскировать эту судорогу кашлем. Дрейфус поднял взгляд. Маленькие светящиеся следы протянулись за глазами, но для него это было нормальным. - Ты в порядке? Не пялься, умолял я себя. Но никак не мог отвести взгляд. Потусторонние медузы не просто занимали одно с Дрейфусом физическое пространство. Они были привязаны к нему длинными тонкими нитями бесплотной слизи. - Бэйн? - Голова болит, - соврал я. Боль уже превратилась в мутную пелену, едва ощутимую, поскольку сознание было полностью захвачено другим процессом. Все, о чем я мог думать: «Что это за хреновы медузы?» - Хочешь что-нибудь от боли? У меня есть «аспирин» с щепоткой «кодеина», полегчает моментально. – Он полез в карман, и медузы сдвинулись. Фактически, каждое его движение создавало заметное возмущение в медузном поле. А склизкие нити, как я заметил, крепились именно к рукам Дрейфуса. Первой посетившей меня мыслью было, что Кон Дрейфус, сидящий напротив, ненастоящий. Вдруг это безвольная оболочка, когда-то бывшая Коном Дрефусом, сопливым скейт-панком, выполнявшим трюки на скейте не в том месте и не в то время, и злые повелители медуз завладели телом и все эти годы управляли им, словно марионеткой, чтобы возглавить МППМ. Я смотрел, как он достает свою бездонную таблетницу и кладет на стол, в то время как медуза следует за его движениями. Не было похоже, чтобы существа-медузы дергали за ниточки. Они выглядели какими-то вялыми, словно Дрейфус бродил там, где они когда-то жили, и запутался в них. И теперь просто таскал за собой. Он открыл отделение коробочки, достал четыре таблетки и бросил их, как игральные кости. Прозрачные медузы за трепетали на концах своих привязей. Две таблетки Дрейфус положил передо мной, а оставшиеся раскусил и запил водой. - По вкусу похоже на мел. Гордо сохранять головную боль уже не представлялось таким важным. Онемевшими руками я повторил за Дрейфусом. - Ты и правда выглядишь неважно. У меня в штате есть доктор медицинских наук, наверное, стоит попросить ее осмотреть тебя. - Все в порядке, - ответил я машинально. Пока он, откинувшись в кресле, размышлял насколько я все-таки не в порядке, я уловил движение в медузном поле. По одной из нитей пробежала вибрация, и одно плавающее тело, откуда она исходила, мягко заволновалось. Дрейфус поднес ко рту руку, прикусил край кутикулы, и волнение прекратилось. Я отвернулся и глотнул воды. - Если собираешься блевать, целься в мусорную корзину. Я видел такую студенистую сущность раньше, или что-то вроде нее, в больнице, где обитал Огненный призрак. В памяти всплыла четкая картинка, будто все случилось буквально вчера: темная, туманная штуковина, следующая за больничной каталкой, на которой лежала бездомная женщина с невероятно высоким содержанием алкоголя в крови. Было ли оно привязано к ней склизкой нитью? Трудно сказать, я видел ее лишь мельком. Черт, вот же гадство. Я обхватил голову руками. Я пытался найти ее, но никто не сообщил мне даже имени. И я забросил эту идею. Я не знал, что все так плохо. Не знал. Нет, неправда. Я знал, что видел какую-то сущность и просто отмахнулся. В тот момент меня волновало множество других вещей, и я позволил этому нечто ускользнуть. Я сжал голову сильнее. Щелкнула кнопка, и Дрейфус сказал: - Лаура? Вызовите доктора Сантьяго в мой кабинет, срочно. - Нет, - возразил я, силой заставив себя сесть ровно и выглядеть нормально, насколько было возможно. – Все в порядке, я в норме. Уже проходит. - Док классная, умная дама, она тебе понравится. - Все в порядке. Дрейфус отменил вызов врача, откинулся в своем огромном кожаном кресле и стал наблюдать, как я разглядываю его. Он провел рукой по волосам, и медузное поле колыхнулось. - Что-то на спинке? Нитки? Что там такого интересного? И что, черт возьми, я должен был ответить? Что, возможно, вокруг его головы болтаются демоны? Связанные с ним? Питающиеся им? Ладно, «демоны», наверное, слишком сильно сказано. Гремлины, импы… Неважно, как я их назову, все равно ни одно из определений даже отдаленно не прозвучит разумно. - Мне надо кое-что попробовать, - в конце концов сказал я. – Не двигайтесь. Брови Дрейфуса удивленно приподнялись, но он остался на месте, когда я приблизился. - Хорошо, - сказал я, - закройте глаза. - Упражнение на доверие? Типа, как падать спиной и ожидать, что ты меня поймаешь? На самом деле, я просто не хотел, чтобы он видел, как я рассыпаю свою невидимую волшебную пыль. - Чему тут доверять? - Ты вооружен. Я – нет. Я вытащил магазин и отдал Дрейфусу «глок». Он положил его на стол, покачав головой, будто такой ход показался ему немного мелодраматичным, а затем пожал плечами и закрыл глаза. Засунув руку в левый карман, я обнаружил, что мой запас волшебной пыльцы увеличился в три или даже в четыре раза по сравнению с предыдущим. Втягивание белого света в зоне действия включенного «призраковизора», должно быть, и стало причиной дополнительного моджо. Я схватил большую пригоршню пыльцы и запустил ее в медуз. Я не велел им убираться, не вслух, по крайней мере, но в этом и не было необходимости. В медузном поле возник пробой, все эти прозрачные тела покрылись рябью и расступились. Дрейфус поморщился и сжал пальцы. Я зачерпнул еще одну горсть волшебной пыли и швырнул. Убирайтесь, подумал я. Туда, откуда явились. Я могу продолжать так весь день. Когда я полез за третьей пригоршней, один из демонов отцепился и колыхаясь исчез за плитами потолка. Весь день. Я бросил новую горсть пыльцы, и еще две медузы оторвались и смылись. Каждый раз, опуская руку в карман, я чувствовал, что количество содержимого увеличивается. Как только первые несколько медуз улетели, у остальных не выдержали нервы. Одна за другой они бросали привязь и уплывали сквозь потолок. «И не вздумайте возвращаться», - подумал я им вслед, - «потому что я буду чертовски счастлив посыпать вас пыльцой снова». Я смотрел в потолок, ожидая, не попытается ли кто-нибудь из демонов прокрасться обратно, когда осознал, что пульс колотится в ушах слишком громко, и удивительно, что этого не услышал Дрейфус с того места, где сидел. Я немного ослабил концентрацию, старательно дыша, отступил на несколько шагов и только потом сказал: - Все. Дрейфус открыл глаза и посмотрел на меня. - У меня на голове был призрак? - Не… Совсем. Он снял с волос резинку, тряхнул распавшимися кудряшками и застонал, запустив пальцы в шевелюру. - Есть нематериальные сущности, не являющиеся призраками в прямом смысле, - сказал я, надеясь его успокоить. Хотя, произнеся эти слова, понял, что не слишком-то они утешают. – Там не было ничего мертвого. - У меня есть медиум, который обходится в два кругленьких миллиона долларов в год, но нужно быть гребаным государственным служащим, чтобы увидеть... Ты же избавился от этого, да? Скажи, что оно ушло. Как бы сильно ни был мне отвратителен Дрейфус, я не мог не сочувствовать этому парню. - Да. Теперь все хорошо. - Просто замечательно. Слушай, не хочу показаться неблагодарным, но иногда просто не хочется вылезать из постели. – Мне было знакомо это чувство. – Я не врал, говоря, что с удовольствием принял бы тебя в свою команду. Назови свою цену. - Давайте не будем забегать вперед. Знаю, вы не любите, когда вам отказывают, но Джейкобу необходимо попасть в исправительный центр. Вы сами должны принять это решение. - А я-то решил, что ты попросишь еще наркотиков. – Он собрал волосы в небрежный хвост, вытащил коробочку и достал оттуда таблетку «валиума».  У меня в горле слегка запульсировало, будто тоже было не прочь проглотить таблетку. Прежде чем я успел намекнуть, что с его стороны невежливо не делиться, зазвонил телефон. Дрейфус нажал кнопку громкой связи, и голос Лауры произнес: - Я нашла кое-какие стоматологические записи. - Неси сюда, - велел Дрейфус. А затем сказал мне: - Будь это полицейская работа, ты бы сейчас ожидал повестку в суд, и тебе это известно. Будучи прекрасно осведомлен об этом факте, я просто оставил реплику без ответа. Лаура вошла и положила на стол перед Дрейфусом несколько листков бумаги. Если она и напряглась, увидев разряженный девятимиллиметровый пистолет, то никак этого не показала. - Доктор Сантьяго наготове, - сообщила она. – Вы в порядке? Волосы у вас какие-то… - Это не для меня. А для детектива Бэйна. Лаура окинула меня критическим взглядом, и я сказал: - Не нужен мне врач. Просто глаза перенапряг. – Или это была психическая перегрузка? Или реакция на «секонал»? В любом случае, я не хотел вдаваться в подробности. – Уже практически прошло. Она перевела взгляд на окно и сказала: - Уверена, что яркий свет не помогает делу. Я был настолько увлечен «повторяльщиками» и разборками с демонами, что не замечал никакого света, но стоило Лауре об этом упомянуть, тут же ощутил его интенсивность. Крыши железнодорожных зданий были покрыты снегом. Белоснежные крыши, пасмурно-белое ноябрьское небо, и свет, отражаясь от них, бил в панорамное окно, заставляя нас щуриться. Лаура промаршировала к окну, по пути умудрившись не пройти насквозь ни одного «повторяльщика». Молельный коврик Ричи она тоже обогнула. Дернув шторы, Лаура занавесила окно. Комната погрузилась в сумерки, и в поле зрения возникли контуры окна. Я слышал, что Лаура снова пересекла кабинет, мягко простучав высокими каблуками по паркету, но когда зрачки привыкли к темноте и зрение прояснилось, я с удивлением обнаружил, что она все еще стоит у окна, в том месте где раньше была собрана штора. Пока я не понял, что смотрю вовсе не на Лауру. Это была Дженнифер Ченс.