Жуткий отряд (ПсиКоп#7)

Зарядное устройство в машине Блая выглядело неподходящим для моего телефона, но я все равно на всякий случай несколько раз ткнул в него штекером. Не помогло. И я убрал телефон в карман. Сидевший передо мной агент поправил зеркало заднего вида. Я мельком уловил в отражении взгляд его бледно-серых контактных линз и отвернулся. Честно говоря, я хотел, чтобы он остался в МППМ и присутствовал на допросе Лауры. Не ради Лауры, конечно… И без того плохо, что доктор Сантьяго будет насиловать ее мозг. Ради себя самого. Знаю, это эгоизм. Я бы предпочел работать в паре с Джейкобом. Ну и что, что Блай знал дорогу? Для этого существует GPS-навигатор. Мне просто не нравилось находиться в машине с тем, кто может прочесть мои эмоции, которые невозможно замаскировать с помощью таблицы умножения и бессмысленными песенками. Я поклялся, что постараюсь сдерживать свои чувства, хотя это, мягко говоря, отвлекало. Всегда думал, что быть «тугим» куда полезнее, чем предполагалось, - и это яркий тому пример. По крайней мере, один из нас мог скрыть от Блая свою внутреннюю жизнь. Я надеялся, что моя окажется достаточно запутанной, чтобы Блай мог списать все на мое вечное состояние тошнотворной тревожности. Джейкоб сидел на пассажирском сидении рядом с нашим нежеланным эмпатичным напарником и набрасывал хронологию действий Ричарда Даффа. - Как по-твоему агент Дафф выглядел в тюрьме? – спросил Джейкоб. Блай пожал плечами. - Это же тюрьма. У него был небольшой стресс… Как и у всех остальных. Проницательность достойная эмпата. - Слушай, - сказал Джейкоб, - моя бывшая напарница – телепат. Если бы я оказался в такой ситуации с ней, она бы вытянула из него какую-нибудь полезную информацию. Ты тоже можешь попытаться. Уверен, Блаю не понравился брошенный Джейкобом вызов, а я обрадовался, что это не пришлось делать мне. Блай стиснул зубы и молча вел машину, пока мы не свернули на боковую улицу, где он припарковался. Заглушив двигатель, Блай сказал: - Если ты спросишь напрямую, что ему понадобилось от Лауры, в ответ получишь какую-нибудь ложь. Тебе придется высказать предположения. Возможно, они спланировали это вместе. Может быть, он собирался ее шантажировать. Черт, да может, он хотел удерживать ее ради выкупа. Спрашивай обо всем, что придет в голову, и если я что-нибудь почувствую, то коснусь подбородка. Это не имело ничего общего с тем, как работала Каролина, но если кто-то и сможет справиться с изменением процесса, так это Джейкоб. Не знаю, чего я ожидал от дома Ричи, но, когда мы добрались до двухэтажного таунхауса, мне подумалось, что выглядит он совершенно обычно. Дом казался ухоженным, во всяком случае, насколько можно было разглядеть под слоем слежавшегося снега. На его почтовом ящике красовался логотип «Медведей». На подъездной дорожке стоял «Лексус» Ричи. Шторы на всех окнах были задернуты. Я упомянул шторы, и Джейкоб с Блаем машинально проверили кобуры. Мы вышли из автомобиля и подошли к крыльцу. Возможно, Дрейфус и не выдавал Ричи служебного оружия, но это не значило, что у не было пистолета. Наверное, нам следовало обойти Ричи с боков, поскольку из-за фетального алкогольного синдрома его периферийное зрение имело ограничения. По крайней мере, я не торчал впереди по центру. Блай уже бывал у Ричи – играл в карты, между прочим, - поэтому вызвался идти первым. Я с радостью согласился. Блай позвонил в дверь. Мы подождали. Ричи крикнул откуда-то изнутри: «Заноси с черного хода!». И снова наступила тишина. Блай позвонил еще раз. Послышались шаги. Неуклюжая походка? Возможно, но довольно сердитая неуклюжая походка. - Я же сказал, занести с заднего хода… - Дверь приоткрылась на длину цепочки. – Агент Блай? Я думал это кое-кто другой... Курьер из FedEx, он совсем бесполезный. – Дверь закрылась, и, звеня цепочкой, Ричи крикнул: -  Лаура с вами? - Лаура не смогла приехать. Она нужна в офисе. - Я просил всего об одной простой вещи… - Дверь распахнулась, и мы с Джейкобом проскользнули внутрь, поскольку опасались, как бы там не оказался наготове полуавтоматический пистолет. Но, похоже, за дверью  не скрывалось ничего, кроме цепочки. Ричи резко развернулся к Джейкобу, дернув головой и плечами, и увидел меня. Просияв лицом, он воскликнул: - Детектив Бэйн! На этот раз он не стал приставать с рукопожатиями. И я ощутил облегчение. - Можем мы войти? – спросил Блай. Ричи перевел взгляд с меня на Блая, затем посмотрел на Джейкоба и снова на меня, не торопясь формулировать ответ. - Конечно… – наконец сказал он. – Но тут небольшой беспорядок. У меня как раз ремонт в разгаре. В таунхаусе имелся совмещенный с гостиной-столовой крошечный холл, едва вмещавший вешалку для пальто. Бежевый ковер, оклеенные скучными обоями нейтральных тонов стены и мебель… Ну, о мебели трудно было что-либо сказать. Каждый квадратный сантиметр поверхностей был завален самой разнообразной электроникой. - Телевизор неисправен, - объяснил Ричи. - Возможно, он был на гарантии, - сказал Блай. - Ну, в общем… Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Чай? Кофе? Джейкоб и Блай отказались, а я согласился: - Кофе было бы неплохо. Я решил, что чем дольше мы тут проторчим и чем дружелюбнее будем себя вести, тем больше вероятность, что Джейкобу удастся задать несколько вопросов о Лауре, и тогда получится выяснить, что именно вывело Ричи из себя, и почему он так настоятельно хотел ее увидеть. Но перво-наперво необходимо было убедиться, что Ричи не наплюет мне в кружку. Я пошел за ним на кухню. Тут все было отделано хромом и гранитом – дорого и, опять-таки, монохромно и скучно. Большую часть кухонного стола занимали ноутбук и принтер, новые, судя по соответствующим коробкам, составленным у мусорного контейнера у задней двери. Переполненный мусорный контейнер… Из которого торчали три коробки из-под хлопьев – обработанной сладкой дряни, от которой скривился бы даже пятилетний ребенок. Ричи должно быть понял, что я охраняю территорию от плевков. И очень заботливо проводил меня к кофеварке, даже попытавшись обнять… Но я уклонился. Потому что, фу. Это же Ричи. К тому же, он вел себя феноменально жутко. Сказался больным, разобрал новенький телевизор, вел себя странно… Должно быть, все это было связано, но как? Я предположил, что Ричи мог страдать биполярным расстройством – возможно, в МППМ об этом уже известно, а может, его состояние упустили из-за фетального алкогольного синдрома, - и сейчас он находится в маниакальной стадии. На подобную мысль меня натолкнули все эти «проекты» и безумные покупки. Но я знал много людей с биполяркой и видел, как они менялись. Язык тела Ричи оставался ужасно спокойным для человека в маниакальной фазе. Помимо обычных вещей, вроде банок и бумажных полотенец, столешница была завалена кучей неизвестных мне инструментов – какие-то счетчики, провода и прочая фигня, имеющая отношение к электричеству. Установленная рядом рабочая лампа освещала оборудование. Ричи пошерудил добро на столе, будто играя в наперстки. И повернулся ко мне с рецептурным пузырьком в руке. - Хочешь «ксанакса»? Секунду, что? - Нет, спасибо. - Уверен? От них становится очень хорошо. Как ни странно, но у меня даже не возникло желания взять таблетку и оставить на потом. - Кофе достаточно, Ричи. - Я думал ты любишь пилюли. - Не стоит. Я… На работе. Пожав плечами в стиле «как хочешь», Ричи отвернулся к шкафу рядом с раковиной и сказал: - Ты выше меня. Можешь достать кофе? Я вдруг понял, что на заднем фоне играла классическая музыка, а Ричи говорил зловеще кокетливым тоном. Пришлось изо всех сил отбиваться от мысли, что на выходных он изучил «Горбатую гору» и решил, что теперь он «го-мо-сексуал», но этот образ все равно наследил у меня в голове.  - Прекрати странно себя вести, - велел я ему, когда старый добрый Крутой Вик поднял голову. – Оттуда ты и сам можешь дотянуться. Улыбка Ричи увяла, но затем стала еще шире, чем прежде. Но глаза не затронула. Он поставил кофе на стол, резко повернулся ко мне и сказал: - Приготовь лучше сам. Так он получится таким, как тебе нравится. Я предпочитал кофе без слюней, поэтому решил, что идея отличная. Пока он наполнял колбу водой, я нашел фильтры и наугад насыпал кофе в отсек. Заодно втянул немного белого света, достаточно, чтобы зазвенело в ушах и похолодели руки. Хотя я понимал, что умственные проблемы не заразны, все же почувствовал себя лучше установив между нами психический барьер. Пытаясь установить отсек на место, я услышал, как Джейкоб рявкнул: «Брось его!» Я дернулся так сильно, что кофе подлетел в воздух, и зерна осыпались на меня градом. Сбоку плеснула вода, а колба упала на пол и разбилась. Резко обернувшись, я увидел Блая в дверях с оружием наизготовку и Джейкоба, прижимавшего Ричи лицом к кухонному столу. - Не двигайся, - прорычал Блай мне. Мне. Придурок. - А что я, блядь, по-твоему делаю? – огрызнулся я. - Вик, стой спокойно, - крикнул Джейкоб… И до меня дошло, что его тон не был властным. Он был испуганным. - Справа от тебя, - сказал Блай. – Провод под напряжением. Не двигайся. Упс. На полу, где его бросил Ричи, лежал длинный электрический шнур – ни треска, ни искр, вообще ничего не указывало на потенциальную опасность. Но я увидел, что дальний его конец был явно воткнут в розетку. Разъем, который обычно подключается к электроприбору, был оголен: три медных провода со снятой сантиметра на два изоляцией. И вот стою я в луже, весь мокрый, а примерно в тридцати сантиметрах от меня оголенные концы. Блай сдернул с плиты прихватку, выдернул вилку из розетки и на всякий случай откинул провод подальше от меня. - Ладно. Все в порядке. Тем временем Джейкоб пытался усмирить Ричи, не переломав при этом его тонкие дряблые ручонки. - Угомонись, - сказал Джейкоб, - просто успокойся, и никто не пострадает. Блай посмотрел на Ричи, сосредоточился, и тот замер, постепенно расслабившись. Может, Ричи и пытался долбануть меня током… Но напугал меня один единственный взгляд эмпата, вырубивший Ричи эффективнее пузырька «ксанакса». Я удвоил объем белого света на случай, если Блаю вдруг придет в голову, что меня тоже надо насильно успокоить. Теперь, с мокрым правым боком, я остро ощущал разбросанную вокруг меня электронику. Стараясь держать себя в руках, я подошел к столу и посмотрел на Ричи сверху вниз.  Он расслабился настолько, что его едва заметные тонкие тела болтались. Очертания головы размылись. Он выглядел слегка раздвоенным, будто контур тела закрасили неправильно. - О чем ты думал? – спросил его я. - Это была шутка, - ответил он, - просто шутка. Как джойбаззер. Хе-хе. Блай несогласно покачал головой, но лежащий лицом вниз Ричи этого не увидел. - Да ладно, - сказал Ричи, когда Джейкоб закрепил на его запястьях пластиковый фиксатор. – Шуток что ли не понимаете? В тот момент, когда Джейкоб отпустил его руки, астральное тело Ричи зарябило. Что бы там ни делал Блай своей суперэмпатией, Ричи с трудом сдерживался. Кончики его пальцев выскользнули за пределы физического тела, стоило только Джейкобу перестать удерживать его тела вместе. Нужно было срочно разрядить обстановку, но что я мог сказать?  - Давайте все успокоимся… - начал я… И тут увидел, что кончики астральных пальцев Ричи слишком заострились, ногти выглядели чересчур аккуратными, чтобы принадлежать ему – черт, даже смех прозвучал  как-то не так, – и стало понятно, что тонкое тело внутри Ричи было вовсе не его. Разобранные телевизоры и классическая музыка внезапно приобрели гораздо больше смысла. Личность, отчаянно стремившаяся увидеть Лауру Ким, не являлась Ричи – это была Дженнифер Ченс. У меня закружилась голова при попытке вспомнить, когда последний раз я видел беспечного Ричи, обожающего «Медведей». Ченс, похоже, провела в неполноценном теле Ричи много дней, мучаясь от его ужасных пищевых привычек и ограниченного зрения. И, должно быть, жаждала чего-то лучшего. Лаура Ким была необученным медиумом и не имела опыта наблюдения за своими тонкими телами. Ее физическая оболочка, наверное, подошла бы куда лучше, чем тело Ричи. Я с содроганием понял, что, поскольку Лаура оказалась недоступна, Ченс была готова довольствоваться и мной. Блай удивленно посмотрел на меня, когда это откровение сотрясло мой мир, но он не был телепатом. Уловил суть, но без подробностей. Даже сильнейший эмпат в мире не смог бы понять деталей того, что я только что осознал, только тот факт, что меня посетило сильнейшее «озарение». В данной ситуации возможность передать детали была бы феноменально полезной. Чрезвычайно трудно сообщить многозначительным взглядом: «нам нужно не дать Ченс переселиться в меня, пока я буду ее солить». Пришлось обойтись размахиванием руками в попытке изобразить «держите его неподвижным» и сосредоточиться на собственной части задания: экзорцизме. Вывернув внутренний кран на максимум, я затопил себя белым светом и полез за солью… Но прикоснувшись к пустому карману, вспомнил, что потратил всю утром. Отлично. Требовалась соль, и к счастью, я стоял на кухне. Никаких проблем. Я начал рыться по шкафам. Судя по всему, готовил Ричи нечасто. Если Джейкоб хранит баночки с гранулированной морской солью с травами и специями, то самое близкое к этому, что я заметил на кухне Ричи, была солонка с солью для попкорна с маслом. Хотя я и так работал с кое-какой сомнительной экипировкой, не хотелось рисковать, позволив Ченс свободно уплыть из-за того, что синтетический ароматизатор масла загрязнил мои запасы. Я порылся еще, хотя вовсе не ожидал найти большую банку мирры, спрятанную за маринадом для барбекю и смесью для горячего шоколада с зефирками. Я искал шалфей, корицу, базилик – все самые обычные продукты из кладовки, обладающие хорошими вибрациями для эзотерической работы, - но ничего простого и прямолинейного не обнаружил. Сунув руку в карман, я попытался призвать эфирную соль, но сердце бешено колотилось, и мне не удавалось перевести белый свет из защитного режима в более созидательный. Попытка вызвала резкую тошнотворную боль в голове, предупреждавшую о необходимости быть осторожным. Возможно, уличная соль смогла бы помочь. Это, конечно, не то же самое, что столовая соль, но зато гораздо менее загрязненная, чем все то, что находилось в шкафах Ричи. - Все оставайтесь на месте, - скомандовал я, переводя взгляд с Блая на Джейкоба в надежде, что они смогут держать ситуацию под контролем достаточно долго, чтобы я успел подготовиться к самому импровизированному экзорцизму в истории человечества. Кинувшись к входной двери, я обнаружил полупустой пакет чего-то под названием «Безопасная ступенька»… Не очень-то многообещающе. Я осмотрел упаковку. Магний? Ой-ой, выглядело как-то сомнительно. Я сунул руку в пакет, и в этот момент на кухне Ченс ртом Ричи сказала: - Хотя бы руки развяжите. Я вдвое меньше вас… Какую угрозу я могу представлять? - Это для вашей и нашей защиты, - ответил Джейкоб, а я зачерпнул полную пригоршню «Безопасной ступеньки» и направил на нее поток белого света. Никакой реакции… Ничего. Nada. Ноль. Я высыпал «Безопасную ступеньку» на пол и стряхнул с влажной ладони прилипшие гранулы. На моем шерстяном черном пальто остался серовато-белый след. Скорее всего Ричи где-нибудь хранил настоящее экзорцистское снаряжение – и, наверное, я смог бы им воспользоваться, даже будь оно гиперкатолическим, - но если на нем не было надписи типа «Призрак прочь», я ни за что не смог бы его найти до того, как Ченс раскусит нас и избавится от тела Эйнштейна. Проскользнув обратно на кухню, я направился к соли для попкорна. - Отпусти, Маркс, ты мне плечо вывихнешь, - заныла Ченс внутри Ричи. – Я пожалуюсь Дрейфусу, что вы, идиоты, обращались со мной как с каким-то преступником. Не знаю, правда ли она чувствовала боль Ричи или просто стремилась освободить физические руки. Ее призрачные конечности были более или менее состыкованы с телом Ричи, значит, либо она оказалась привязана к нему, либо силком удерживала себя внутри, чтобы его личность не проявилась. Я предполагал, что она могла покинуть это тело, когда захочет. - Думаю, можно снять с него наручники, - сказал я, изо всех сил пытаясь взглядом убедить Джейкоба следовать моим указаниям. Нужно было, чтобы Ченс оставалась внутри Ричи, хотя бы некоторое время, и я боялся, что она покинет физическое тело, если силовое воздействие окажется слишком болезненным. – Он же сказал, что просто пошутил. Наши розыгрыши начались давно – мы всегда подшучивали друг над другом. Ничего страшного. Джейкоб потянулся за ножницами, лежащими на столе… Но Блай их отпихнул. - Я его отведу. - Погоди, стой… - воскликнул я, но Блай меня опередил. - Для общей безопасности. – Он вздернул Ричи за руку и потащил к выходу. Поскольку втиснуться в дверной втроем они не могли, Джейкоб отступил. Это было похоже на двоение в глазах, длившееся всего долю секунды. Как только тело Ричи вырвалось из хватки Джейкоба, Дженнифер Ченс вывалилась оттуда, полупрозрачная, помятая и дезориентированная. Она вздрогнула и размяла плечи, будто только очнулась от сна в неудобной позе и с затекшей шеей, а затем резко развернулась и посмотрела на меня. Возникла суматоха – тело Ричи рухнуло на пол, как мешок с кирпичами, когда Ченс выскочила, - но пока Ченс была на свободе, это последнее, что меня беспокоило. От взгляда ее астральных глаз, от взгляда человека, которому нечего терять, в моей голове заорала тревожная сирена. Я бросился через весь стол за солью для попкорна, но схватился очень неудачно. Солянка опрокинулась и откатилась. В отчаянии я втянул глоток белого света и собрался с духом, когда она расправила плечи и кинулась ко мне, – и тут единственное, что я ощутил, это сотрясение от удара призрачного тела о мою грудь. В момент столкновения я влил белый свет в защитную мембрану. По краю зрения засверкали искры, колени ослабли то ли от силы удара, то ли от внезапного прилива психической энергии, а может, от всего вместе. Но я знал, что все еще оставался собой и только собой. И чем сильнее дух бился в белый светящийся презерватив, тем крепче становилась защита. Это было похоже на тот первый раз, когда мне удалось параллельно припарковаться, не задев бордюр. Гарантии, что в дальнейшем каждая моя парковка пройдет идеально, не было, но давало отличное представление об ощущении, когда все проходит правильно. За Ченс практически невозможно было уследить. Каким-то образом она увеличила свою прозрачность, и я видел ее как дополнение к мелодраме, разыгравшейся в дверном проеме кухни, где Ричи раскинулся на полу, а Блай прочищал его дыхательные пути. Джейкоб как раз доставал телефон, когда Ченс толкнула меня к холодильнику. Джейкоб тут же забыл про Ричи и направился ко мне. Он всего лишь хотел помочь, я чувствовал это нутром, но не хотел рисковать, потому что представление Джейкоба о «помощи» может обернуться тем, что он украдет белый свет и распахнет мое солнечное сплетение для враждебного вторжения. - Стой, - крикнул я одновременно и ему, и Ченс, пытаясь схватиться за призрачную руку. Я надеялся, что если удастся ухватить, возможно, это удержит ее на расстоянии, и она не сможет пробраться внутрь. Пальцы прошли сквозь ее руку, как вилка через желе. Джейкоб замер, а затем снова двинулся с места. – Мне нужен свет, - рявкнул я и снова потянулся к Ченс. Но на этот раз слегка подправил свою защитную оболочку, переместив мембрану с задней части эфирного тела вперед. Снова сделал хватательное движение и наконец что-то поймал. Джейкоб же понял меня буквально. Он зажег рабочий светильник, прикрепленный к краю стола и направил стоваттную лампочку прямо мне в лицо. От этого сюрприза у меня вырвался вздох и застыл, видимый в ярком световом потоке мощной лампочки. Хотя в помещении было тепло, дыхание вылетело наружу, словно большое распустившееся облако инея. Это не должно было иметь большого значение, в конце концов, это всего лишь свет, всего лишь выдох, вот только я потерял концентрацию, и Дженнифер Ченс снова приобрела желеобразную консистенцию. Она вытекла из моей хватки и исчезла с липким, влажным «хлопком». - Господи боже, - прошептал Блай. Они с Джейкобом вытаращились на меня так, что белки их глаз стали видны целиком. - Все нормально, - сказал я, - позаботьтесь о Ричи.  Последний иней выветрился из моего дыхания, как только исчез сверхъестественный источник, испарившись так же быстро, как и появился. Теперь я чувствовал дрожь и лихорадочный жар. Капелька пота стекла по лбу, направляясь к левому глазу. Я смахнул ее… Оставив на переносице след от ледяной слизи. Я опустил взгляд на онемевшую руку. Она покрылась густым синеватым слоем эктоплазмы, свисавшим так плотно, что болтался по полу у моих ботинок. Я отвел подальше от себя липкую руку и передернулся. Никаких инструкций на случай одержимости не существовало – ни упрощенных процедур, ни правил. Однако я сформулировал импровизированную схему действий: схватить Ченс, посыпать ее солью для попкорна прежде, чем она сможет перейти в кого-нибудь еще. Жаль, что не удалось сообщить о своем плане в трех или менее словах, пока нас мотыляло по кухне. Хотя в этой ужасной ситуации я сделал все возможное, говорить, что остался доволен достигнутым результатом, не стал бы. Джейкоб оказал мне поддержку, но поскольку не мог читать мои мысли, в конечном итоге причинил больше вреда, чем пользы. Стряхнув с руки холодную жижу, забрызгавшую линолеум, я бросил на Блая самый злобный взгляд, на какой только был способен. Он чертовски меня взбесил. Потому что этот кретин мог читать мой разум, но все равно заварил эту кашу, усомнившись в моих словах.