Тени созвездий

«В новом обществе, как в новом лесу, сначала ты видишь только шум верхушек и не различаешь ни тропинок, ни корней. Но стоит одному человеку назвать тебя по имени — и все деревья расступаются, открывая тебе закоулки, о которых ты и не догадывался. Одно знакомство может осветить целый незнакомый мир».

— Астория весьма недурна, — твердил Альбус Дамблдор. — У этой девочки есть задатки, такие же, что и у Джейн. В кабинете Альбуса Дамблдора царила настоящая паника и решение, от которого зависит судьба людей. — Задатки? Астория попадёт в опасность, как только её нога ступит в мир магии, профессор. — Минерва Макгонагалл не могла оставить эту ситуацию. Она не была равнодушна к тому, что обычной девочке придётся пройти через крупные, даже можно сказать почти непреодолимые препятствия. — Значит, такова её судьба. Девочка умна не по годам. Да, конечно, ей будет сложно, но разве от судьбы убежишь? Если не её матери, то ей стоит покончить со всем этим. — У нас есть и Поттер. — Кратко и чётко ответила та. — Я тоже долго думал и отговаривал себя от этой мысли, — директор строго взглянул на Минерву. — Хватит контролировать, пустите всё на самотёк. — Она останется жить в мире магглов, и точка! — Она — волшебница, там ей не место, уж простите. — Спорьте со мной сколько хотите, но когда Блэк попадёт на Гриффиндор, я не буду при каждой странной ситуации прибегать к ней на помощь, пущу всё на самотёк. Уж простите. Стук. Очень громкий стук двери.

«Дважды прервётся эта кровь.

Первый раз — от руки того, кто не знает страха.

Второй раз — от той же руки, если не вмешается то, чего он не понимает».

Эти строчки звучали зловеще. Они были повсюду. В головах всех, кто его знал. — Ты знаешь, на какие риски она идёт? — Дамблдор посмотрел в тень. — Да, профессор, я знаю. Это — её сущность, судьба. Смысла уворачиваться нет. Из темноты вышел силуэт. Его болезненное лицо сегодня было по-необычному здорово. Сегодня день, когда в жизни каждого волшебника меняется всё. — Она не должна знать о проклятии, Римус, ты это помнишь? — Да, профессор Дамблдор, я помню. — Мы идём в неизвестность, а это хуже, чем чёткий ответ, как сложится её судьба. — Я сделаю всё, чтобы она осталась жива. — Только любовь способна всё изменить. — Судьба в руках каждого из нас. Римус медленно направился к двери и на выходе спросил: — С чего вы так уверены, что именно любовь сможет всё изменить? — Я в этом уверен. К тому же, Сам-Знаешь-Кто познал всё, кроме неё. — Удачи вам, сегодня всё изменится. Мгновение — и Римус пропал из виду. Шумно. Гулко. Сверху — стеклянная крыша, а за ней серое небо. Поезда приходят и уходят, люди спешат, гремят тележки, кто-то кричит: «Опоздаем!». Пахнет железом, пылью и горячими булочками из ларька. Но между девятой и десятой платформой — тишина. — Ты уверен, что я точно попаду на Гриффиндор? — Подходя к одной из знаменитых платформ среди магов, Астория волновалась как никогда. — Я не хочу на Слизерин. — Уверяю тебя, ты — прирождённая гриффиндорка. Римус, учуяв в её глазах неугомонный страх, остановился. Люпин медленно, но уверенно опустился на корточки, чтобы быть с крестницей на одном уровне. — Астория, — взял он её за плечи. — Распределяющая шляпа всегда учитывает желания каждого ученика. Помни. Гриффиндорцы храбры, смелы и свободолюбивы. Ты — часть из нас. Её глаза бегали по его лицу. Казалось, что от каждого его слова зависела её жизнь. — Да, мне не стоит волноваться, — она кивнула и двинулась вперёд, а за ней — Римус. — Меня примут, как думаешь? — Я уверен в этом. Между десятой и девятой платформой было пусто. Оглянувшись, Римус указал крестнице на стену, но вместо того, чтобы испугаться, она ринулась вперёд. Красный паровоз пыхтит, как большой добрый дракон. Пар клубится под потолком, мешается под ногами, щекочет лица. Вагонов много, конца не видно. Люди толкаются. Все куда-то бегут, что-то ищут, кого-то обнимают. Кто-то суёт сову в клетку, кто-то ловит кота, а кто-то пытается затащить в поезд тяжёлый сундук, а он не лезет. Маленькая девочка держит маму за руку и боится. Мальчик с веснушками уже сидит у окна и машет всем подряд. А одна пожилая ведьма в зелёной шляпе дарит внуку шоколадную лягушку — та прыгает, и мальчик смеётся. В воздухе — запах сладостей, дыма и приключений. Обычные люди этого не чувствуют. А волшебники — да. — Смотри, как тут чудесно! — ахнула Блэк. Ей никогда не приходилось видеть что-то более зрелищное, чем это. Не узнав о мире волшебства, это могло бы выглядеть обыденностью, но если приглядеться, то это одно из самых потрясающих мест. — Пообещай, что после заселения ты мне напишешь. — Римус был серьёзен. — Обещаю. Взгляд девочки скользнул на пару метров вперёд. Неподалёку стояли знакомые лица, среди которых она узнала Фреда, Джорджа и Молли Уизли, а вокруг них ещё много-много рыжеволосых членов семьи. Кто-то обнимался, кто-то спорил, кто-то давал наставления. — Хочешь пойти поздороваться? — Римус, заметив взгляд крестницы, обернулся. — Я не знаю большую часть. — Это не проблема. Они-то тебя знают. Люпин без укоризны совести взял крестницу за руку и подвёл к семейству Уизли. — Доброе утро! — первый заметил рыжеволосый мужчина. — Римус, давно не виделись. А это, должно быть, Астория? — Здравствуйте, мистер Уизли. — Я рассказывала Артуру про нашу последнюю встречу. Все были в таком восторге, когда узнали, что она вернулась, — миссис Уизли мягко улыбнулась. — На какой факультет собираешься? — Хочу на Гриффиндор, — Астория слегка улыбнулась, буквально из вежливости. — Вот это я понимаю, сразу видно, кто воспитал, — мистер Уизли многозначительно взглянул на Римуса. Люпина перебил громкий гудок поезда, а это значило одно — поезд вот-вот двинется с места. — Ну, все в поезд, живее! — воодушевлённо прокричала миссис Уизли. Отъезд близнецов для неё был как камень с души. Все крепко обнимались и прощались, и, так же попрощавшись с крёстным, Блэк схватила чемоданы и двинулась внутрь, а за ней — Фред и Джордж. — Не хочешь сесть с нами? — радостный Джордж подошёл чуть ближе. — Ты ведь не против, Фред? — Нет, — холодно ответил тот. — Ничуть. Его слова прозвучали для Астории болезненно: он ведь знал, что она не виновата в проделках семьи. Каким-то чудом троица нашла полностью свободное купе, и, приземлившись, Блэк стала разглядывать мальчишек, что сидели напротив: ярко-рыжие волосы, озорные глаза и подозрительные ухмылки. — Фред, — неожиданно заговорила Астория. — Я тебя чем-то задела? Близнец слегка удивился такому вызову. — С чего вдруг? — Ты сидишь с таким угрюмым видом, как будто я враг тебе. — Ты — Блэк, как мне к тебе относиться? Джордж странно взглянул на брата и ткнул его в бок. — Мама ведь… — …Это не отменяет того факта, что её родственнички — полные идиоты! — Я, если что, здесь, — вставила та. — И напомню: о своей, скажем так, «истинной» сущности, то бишь чистокровной волшебницы, узнала совсем недавно, а семью в лицо не видела. Блэки отреклись от отца, когда узнали, что он гриффиндорец, а ещё позже он сбежал. И если ты, какой-то там мальчишка, который не знает всех нюансов, винишь меня в грехах семьи, спихиваешь вину на меня, то мне очень жаль. Фред полностью растерялся, а на лице Джорджа появилась лёгкая ухмылка. Хоть кто-то поставил его близнеца на место. — Это… — Джордж опустил взгляд, всё так же ухмыляясь. — Думаю, она права, Фред. — Жди веселья в Хогвартсе, — фыркнул Фред брату. — Кстати, — Джордж резко переключился на Асторию. — Ты нас различаешь? — У вас много отличий, если присмотреться. — Даже мама нас не различает иногда, — хохотнул Фред, подтягиваясь в разговор. — Мы любим поиздеваться над ней. — Это уж точно! Не подумай, что мы тираны, просто шутить над каждым для нас это обыденность. О, Фред, а помнишь, как мы Рона напугали пауком? Он так визжал! — братья захохотали. — Ну, а чем ты занимаешься в свободное время? — Мне нравится читать. Я перечитала всю библиотеку в приюте, а за неделю изучила всё о Хогвартсе. — А как жилось в приюте? — заинтересовался Джордж. — Плохо, — коротко и чётко ответила Астория. — Я рада, что больше там не появлюсь. В купе повисла напряжённая тишина. — Эй, у вас тут не занято? — в проёме между купе и коридором показался мальчик с тёмной кожей и приятной улыбкой. — Мест нигде нет… — Да, садись, — первая начала Блэк, указав на пустое место возле себя. — Вы, должно быть, Уизли? — его голос был громок. — Да, — в унисон ответили те. — Я Фред. — А я Джордж. Мальчик ещё долго их изучал взглядом, но, оклемавшись, снова заговорил: — Я Ли Джордан. А как тебя зовут? — Астория Блэк. Его лицо на миг помрачнело, а на лице читался полный ужас. — Блэк? Твой отец — Сириус Блэк? — Да, — девочка кивнула. — Но, по правде, я его не помню, я выросла в приюте. — Ты, наверное, собираешься поступать на Слизерин? Астория поняла: он не первый и не последний, кто будет задаваться этим вопросом в ближайший месяц. — Нет, я хочу поступить на Гриффиндор, как мои родители и крёстный. Там мне место. Лучше расскажи что-нибудь о себе. — Я не знаю, куда поступлю, но предполагаю, что на Гриффиндор. — Будет весело, если мы вчетвером вместе туда попадём, — сказал Фред. — Ну, по крайней мере мы с Джорджем точно. Астория уставилась в окно, за которым простирались поля и леса. Эти виды завораживали девочку — это была не суетливая лондонская атмосфера, а настоящая природа Англии. Время летело незаметно. За разговорами с новоиспечёнными знакомыми она поняла, что Хогвартс ей и вправду придётся по душе. На улице темнело, а за окном полил дождь, который был совсем некстати. Выйдя на платформу, на улице было холодно, даже чересчур. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и послышался знакомый голос: — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! — прокричал голос Хагрида. Идя по тёмным тропинкам, первокурсников оковывал страх неизвестности: — Ещё немного, и вы увидите Хогвартс. Секунду-другую — и все дети одновременно заохали. Они стояли на берегу большого чёрного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звёзд. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Фред, Джордж и Астория долго не думая приземлились в одну лодку, и к ним присоединился ещё один мальчик, который явно не хотел ни с кем разговаривать. — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперёд! Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому, как стекло, озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утёсу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними. — Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утёсу. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в тёмный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни. Хагрид повёл их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Ещё один лестничный пролёт — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. — Все здесь? — Да! — дружно прогремели первокурсники. Убедившись, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка. Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зелёных одеждах. Лицо её было очень строгим, и взгляд её упал именно на Блэк. — Профессор Макгонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Она повернулась и пошла вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале, который был освещён яркими факелами. Они шли вслед за профессором Макгонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Астория услышала шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор Макгонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор Макгонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнётся через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. — Боишься? — шепнул Фред. — Нет, — отчеканила та. — Я уже жду, когда сяду за стол. Фред тихо захихикал, и Блэк не смогла сдержать ухмылки: ей нравилось веселить людей. — Церемония отбора сейчас начнётся. Долго ждать приказа не пришлось. — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной! Она встала за девочкой со светлыми волосами, за ней один из близнецов, и они вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале. Зал был освещён тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор Макгонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. На них уставилось множество лиц, а вдалеке — привидения, о которых Блэк прочитала ещё в библиотеке у Римуса. Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Астория дёрнулась от испуга: обернувшись, на табурете она увидела шляпу, о которой совсем забыла. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надёжные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла. Профессор Макгонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента. — Когда я назову ваше имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Арчер, Лаванда. Девочка поднялась медленно, с испугом в глазах. Усевшись на табурет, на её голову приземлилась шляпа: — Что ж… — Лаванда дёрнулась. — Вижу, добра в тебе полно, трудолюбия… ПУФФЕНДУЙ! Стол Пуффендуя взорвался аплодисментами, кто-то даже начал свистеть, и девочка побежала прямиком к своему факультету. — Айронс, Мортимер. — СЛИЗЕРИН! Так двигались все один за одним. Время тянулось медленно, пока не прозвучала фамилия… — Блэк, Астория. Зал на мгновение погрузился в гробовую тишину. Девочка с полной уверенностью в груди подняла нос и с изящной походкой подошла к табурету. Профессор Макгонагалл с интересом взглянула на девочку, но всё же положила на её голову шляпу. — Кого я вижу! — заговорила шляпа только через пять секунд после того, как приземлилась на её голову. — Блэки принадлежат Слизерину, но ты не такая, как они… Совсем не такая… В тебе много храбрости, благородства и отваги… Безоговорочно… ГРИФФИНДОР! Астория была готова поклясться, что профессор Макгонагалл нервно вздохнула. Стол вспыхнул жаркими аплодисментами, кто-то тоже свистел. Астория ринулась за стол своего факультета, но пара ребят со Слизерина с неуважением глянули на девочку. — Поздравляю! — это был один из Уизли, он с радостью протянул руку. — Я Перси, ты уже знакома со мной, просто не помнишь. — Рада тебя видеть, — она в ответ пожала руку. Усевшись, она внимательно наблюдала, кого на какой факультет отправляют. Как и ожидалось, близнецов отправили на Гриффиндор, прямо как Ли Джордана. Спустя какое-то время отбор закончился, и Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. — Добро пожаловать! — произнёс он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. Этот вечер по-необычайному хорош, многие устали после долгой поездки, поэтому нагружать излишней информацией я вас не хочу. Да здравствует пир! Директор отправился обратно на своё место, и зал вмиг окутала оживлённая атмосфера: все друг с другом активно делились новыми событиями с каникул. Кто-то поедал ужин, даже не вмешиваясь в разговор, а Блэк ощущала на себе кучу чужих взглядов. — Всё-таки ты была права, — заговорил Джордж, заметив напряжение на лице подруги. — Ты гриффиндорка! — Ага, как знала! — кивнул Фред. — Эй, Блэк, — раздался голос вблизи. Чуть дальше за тем же столом сидел мальчик с очень удивлённым видом. — А ты дашь автограф? Звучит дико, но ты как-никак дочь… — …Довольно! — пригрозил Перси. — Не лезь к девочке. — М-м, кстати, — заговорил парень, что сидел рядом с Перси. — На какой урок хотите больше попасть? — Мы даже не думали об этом пока что, — вставил Фред. — Ну а ты, Астория? — Трансфигурация или зельеварение, думаю. — Астория заметила, как глаза собеседника вытаращились на неё. — Что? — Ты выбрала самые интересные предметы… Удачи на зельеварении! — Не обращай внимания, просто профессор, который ведёт зельеварение, — сложный человек. Профессор Снейп, он декан Слизерина. — Он настолько плох? — Ага, ужасный человек! — вставил тот парнишка. — Ничего, — заговорил Джордж. — Мы его быстро поставим на место, — закончил Фред. — Ну-ну, первокурсники с Гриффиндора собираются проучить профессора Снейпа! Звучит смешно. — тот развеселился. — Только попробуйте, маме напишу, — пригрозил Перси. Ужин шёл как по маслу: все интересовались и общались, даже Асторию не оставляли в стороне, а напротив — больше вопросов задавали ей. — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор. Астория заметила, что у всех учителей застыли на лицах непонятные улыбки. Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова. — Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! И весь зал заголосил: Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдётся, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай всё, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести. Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, а близнецы Уизли всё ещё продолжали петь школьный гимн — медленно и торжественно, словно похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех. — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Первокурсники, возглавляемые Перси, прошли мимо ещё болтающих за своими столами старшекурсников, вышли из Большого зала и поднялись вверх по мраморной лестнице. Люди на висящих везде картинах о чём-то активно перешёптывались, показывая пальцем на первокурсников. Идя по множеству движущихся лестниц, коридорам, Астория ждала только момента, когда она сможет написать крёстному. — Вот мы и пришли, — заговорил Перси. Они стояли в конце коридора перед портретом очень толстой женщины в платье из розового шёлка. — Пароль? — строго спросила женщина. — Тигровый глаз, — ответил Перси, и портрет отъехал в сторону, открыв круглую дыру в стене. Пол устилали толстые ковры цвета запёкшейся крови и тёмного золота, приглушающие шаги. С потолка, теряющегося в сумерках, свисали тяжёлые знамёна с золотым львом — они чуть шевелились, будто их обдувал ветер, которого здесь не могло быть. В огромном камине, больше похожем на пасть дракона, весело трещали поленья; свет от них плясал на стёклах высоких арочных окон, за которыми чернело холодное небо. Мягкие кресла и потёртые диваны из тёмно-бордового бархата стояли кругами, словно здесь только что закончился шумный разговор. — Это лестница мальчиков, — Перси указал на проход слева. — А это девочек. Все разошлись по сторонам. Астория, зайдя в одну из комнат, заметила всего лишь две кровати — очевидно, у неё будет только одна соседка. Комната оказалась в тех же ярких тонах, что и гостиная: бордовый, золотой, тёплый коричневый. Кровати из тёмного дуба стояли у противоположных стен — такие массивные, что Блэк не могла поверить своим глазам. Казалось, они способны простоять ещё несколько столетий, не прогибаясь под тяжестью времени. Возле каждой кровати располагалось по шкафу немалых размеров — выше самой Астории и вдвое шире её в плечах. У изголовья, ближе к окну, нашлось место и для двух письменных столов, за которыми можно было не только учить заклинания, но и потеряться в ворохе пергаментов с головой. — Простите, — раздался стук. — Тут не занято? Это была девочка со светлой, почти бледной кожей и чёрными волосами. Её алые губки на миг сжались. — Нет, не занято. — Я Слоан Моррис, — протянула она руку. — Ты ведь Астория Блэк? — Она самая, — Блэк ухмыльнулась. — Приятно познакомиться, Слоан. — Для друзей я Ло, называй меня так, — она выглядела слегка напуганной такой язвительностью Астории. — Не против, если я тебя буду называть Рия? — Как хочешь, мне не жалко, — она ещё больше улыбнулась. — Значит, добро пожаловать, Моррис. Так и началась новая история великих похождений Астории Блэк.