Транспозиция (H&S#2)

25 ноября Воскресенье 11:57 В больнице Хазард несколько раз приходил в себя, но каждый раз был настолько дезориентирован, что едва мог держать открытыми глаза. Сейчас он проснулся от ощущения, что рот набит ватой, и ему страшно хотелось пить. Сначала вода. Потом что-нибудь более сложное. Он знал, что находится в больнице. Это он запомнил. А еще обрывками помнил, как закончилось их пребывание в Виндзоре: удушающая жара в комнате над конюшней, визг маленького мотора, а затем бесконечный снег, летящий в лицо. А после этого – ничего, кроме сна в этой комнате. Хазард со стоном приподнялся на кровати и огляделся. Увидев обычную больничную палату, он догадался, что находится в окружной больнице Варедуа. Стены цвета густого карри, на которых кто-то пытался изобразить рамку из синих трафаретных птиц, которая на желтом фоне смотрелась довольно тошнотворно. Насколько Хазард мог разобрать, единственным запахом, исходящим от его кожи и волос, был запах детского шампуня, наводящий на мысль о том, что кто-то вымыл его, пока он был без сознания. - Пять минут, - сказал Сомерс от порога. В руках он держал бумажный стаканчик с кофе и выглядел как всегда прекрасно. Если не брать во внимание длинную царапину возле рта, он словно вернулся из выходных, проведенных в спа, а не после нескольких дней, наполненных убийствами и бесконечным холодом. В памяти Хазарда непроизвольно всплыло изображение мускулистого, татуированного торса, а из темных закоулков сознания всплыл вопрос: что значили те слова? - Стоило оставить тебя одного на пять минут, - продолжил Сомерс, - и ты решил проснуться. Большое спасибо. Я последние два дня провел в этом чертовом кресле, чтобы не упустить момент, когда ты очнешься, а ты решил это сделать, когда я вышел всего на пять минут. Вот она благодарность. - Кофе. - Да, точно. – Сомерс налил в пластиковый стакан воды и протянул ему. Хазард решил не настаивать, выпил, что дали, а потом еще, когда Сомерс заново наполнил стакан. После третьего у Хазарда в животе появилось неприятное ощущение, поэтому он накрыл стакан ладонью, чтобы Сомерс не налил еще. - Что произошло? Сомерс рассказал. В это трудно было поверить. Большая часть последнего дня в Виндзоре, особенно после того, как он вышел в метель, стерлась из памяти. Он доверял рассказу Сомерса о событиях: обнаружение тела Джина Бекетта на скрытом пляже, разоблачение попытки шантажа со стороны Коламбии и игра с Адалин в кошки-мышки в оранжерее. - Она мертва? - Что? Нет. Она сейчас в окружной тюрьме. Ей предъявлены обвинения в убийствах. Кроме того, обвинения в нескольких покушениях на убийство, нападение, нанесение побоев и так далее. Коламбия перенесла операцию, но ей предстоит долгое восстановление. Мерил не пострадала, физически, во всяком случае, но бог знает, как будет выглядеть счет от ее терапевта. - Она крепкая. - Леза прошла через все это, благоухая словно роза. Мне кажется, это в ее стиле. Сделав свое заявление, она выскочила из участка со всей возможной скоростью. Скорее всего, умчится из города, как только получится раздобыть машину. - Что случилось после того, как ты надел на Адалин наручники? - Отвел ее в бойлерную и убедился, что оружие есть только у меня. Потом нашел Коламбию и сделал для нее все, что смог. Ее ранило в живот. – Сомерс скривился. – Как я и говорил, ей долго придется восстанавливаться. Хазард прокрутил это в голове. - Диктофон, который отдала Леза, у тебя? - Диктофон с ценными уликами о попытке шантажа? Да, Ри. Таскаю с собой днем и ночью. Нет, тупица. Я отдал его Крейвенс со всем остальным, что у меня было. Хазард кивнул, спустил ноги с кровати и тут же почувствовал, как Сомерс положил руку ему на плечо. Простое прикосновение вызвало у Хазарда волну боли; его избили, и куда сильнее, чем он думал. Впервые он заметил на раненой руке чистую повязку. - У тебя обнаружилась довольно сильная инфекция и сотрясение мозга средней тяжести, - сообщил Сомерс. – Ты не встанешь с кровати. Хазард опустил ноги на пол. Стоило ему подняться, Сомерс снова повалил его на койку. - Уйди с дороги. У меня есть работа. - Боже. Знаешь, что? Все закончилось. Мы взяли Адалин. Проблема решена. Так что, если работа и осталась, ее сделает кто-нибудь еще. Черт, пора бы и кому-нибудь другому хоть что-нибудь сделать. - Это была не Адалин. - Да ради всего святого, - воскликнул Сомерс. Замолчал и понизил голос: – Ради всего святого, Хазард, конечно, она. Я же рассказал тебе, как все было. - Да, знаю. Она убила Томаса. Ладно. Но она не убивала Рэна, Бенни или Джина. - Почему нет? Она выстрелила в Коламбию, разве не так? С чего бы ей колебаться, прежде чем убить остальных? - Как мы выбрались из Виндзора? - Что? - Как мы вернулись в город? Сомерс замялся, как будто почуял ловушку. - На снегоходах, - осторожно сказал он. Хазард кивнул, он подозревал это, исходя из обрывочных воспоминаний, но не был уверен. - И это не проблема? - Проблема? Ты умирал. Коламбия умирала. Я запер безумную убийцу в котельной. Я бы уехал оттуда даже на собачьей упряжке, если бы такая проезжала мимо. - Но никто не мог проехать. В том-то и суть. Виндзор был отрезан от остального мира. Река вышла из берегов, а буря не позволила прилететь ни одному вертолету. Сомерс прыгал от слова к слову, словно человек, пересекающий поток лавы. - И Лендер сказал нам, что единственная подъездная дорога исчезла, настолько заросла, что мы просто не сможем ее найти. Сказал, что нет ни въезда, ни выезда из Виндзора. - Вот видишь. Сомерс почти пять минут молчал, а затем сказал: - Лендер солгал. Хазард кивнул. - Тот парень, что напал на тебя в подвале, - вспомнил Сомерс. – Суинни проверила его отпечатки пальцев. Его звали Дэниел Фрерикс, и у него имелся послужной список длиной в милю: изнасилование, нападение, побои, хранение наркотиков. Сперва я подумал, что он, возможно, живет в конюшне. Подумал, что Адалин взяла его с собой на всякий случай, в качестве прикрытия. Но в конюшне был не он, а Джин. И Фрерикс не торчал в оранжерее, мы бы заметили какие-нибудь признаки. Хазард снова кивнул. - Фрерикс не находился в Виндзоре все время. Он приехал позже нас. - Скорее всего, он прибыл после того, как я позвонил Крейвенс и сообщил, что Томас Стронг убит. - Кто-то, кого не было в Варедуа, хотел, чтобы все умерли. Поэтому прислал Фрерикса, чтобы он об этом позаботился. - Верно. - Кто? Но Хазард не ответил. Он знал, что ему не нужно отвечать. Сомерс был очень умен, слишком проницателен, и по его лицу было видно, что он уже понял, что скажет Хазард. - Господи, - прошептал Сомерс. – Мэр? - А теперь уйди с дороги, - велел Хазард, - и, возможно, мы сможем получить то, что нужно, для доказательства этого. Сомерс некоторое время внимательно смотрел на него. После чего взял Хазарда за предплечье и помог подняться.