Вне кадра: Центр шторма

Утро после выступления было странным, непривычно тихим, несмотря на оглушительный успех. Солнце светило так же ярко, Сеул шумел так же громко, но для Лии мир изменился безвозвратно. Все было таким, как и раньше: подъем, тренировки, прогулки. Нечего нового. Проснувшись в своей постели, уютной и безопасной, она первым делом потянулась к телефону, который вибрировал на тумбочке, словно отголосок вчерашнего резонанса. Десятки сообщений от мемберов ITZY, восторженные поздравления от стаффа, но ее взгляд цеплялся за одно, самое важное, непрочитанное. От Минхо. Короткое, безэмоциональное, почти деловое: «Доброе утро. Хорошо выступила». И все. Никаких отсылок к тому, что произошло в коридоре, к его прикосновениям, к тому поцелую. Ее сердце сжалось от странной смеси облегчения и глубокого, горького разочарования. Казалось, он уже успел надеть свою привычную маску обратно. Маску безразличия, Лию это очень пугало. Может этот поцелуй для него нечего не значил? А может он не из тех, кто в каждом сообщении ставит сердечки? Возможно это простой страх. Страх за свою и её репутацию. Между тем, интернет буквально взорвался. UNIT-X. Эти два слова были везде: на всех порталах, в заголовках новостей, в топах трендов. Сотни статей восхваляли их синхронность, их энергию, их химию. Миллионы просмотров выступления на YouTube. Поклонники обеих групп, изначально настроенные скептически, теперь неистово требовали продолжения, а хейтеры замолкли. «Такое единение — это просто космос!», «Я и не думала, что они смогут так слиться в танце!», «Хёнджин и Йеджи — это огонь, а Минхо и Лиа... я чувствую химию!». JYP Entertainment был спасен, акции взлетели до небес. Их успех был оглушительным, но почему-то не приносил Лии полного удовлетворения. В тренировочном зале Stray Kids было шумно и оживленно. Парни вовсю обсуждали выступление, их смех эхом разносился по комнате. Бан Чан выглядел уставшим, но на его лице играла гордая улыбка. — Вы вчера были… нереальными, — сказал он, бросая взгляд на Минхо и Хёнджина. — Я никогда не видел такого Минхо на сцене. Что там произошло? Вы словно подключились к одной сети. Минхо лишь хмыкнул в ответ, отвернувшись к окну, где утренний свет рисовал причудливые узоры. Он чувствовал его, этот новый ритм, бьющийся под его кожей. Но слова казались лишними. Хёнджин, напротив, сиял, потирая затылок. — Просто мы наконец нашли общий язык, хён, — он подмигнул Бан Чану, и в его глазах вспыхнул озорной огонек. — Секрет в том, чтобы не сопротивляться. И тогда все получается. Изначально нам было очень сложно, я даже бы сказал пиздец, как сложно, но всеми усилиями мы побороли свою гордость и все увидели идеальное выступление. Джисон с подозрением прищурился, поглядывая на Хёнджина. — Я видел, как вы обнялись в конце. И какие-то странные переглядки с Йеджи. Уж не завел ли ты себе подружку, Хван? Хёнджин лишь хитро улыбнулся, притворно невинно моргая. Но даже через плотную ткань футболки Джисон мог почувствовать, как горячо бьется его сердце. * В ITZY тоже царило ликование, но в воздухе витало и некое напряжение. Они смотрели трансляцию своего выступления, и каждый кадр был пронизан невероятной энергией. — Лиа, Йеджи, вы были фантастическими! — кричала Рюджин, обнимая их. — Я даже прослезилась от того, как вы пели и танцевали! Вы такие крутые! Йеджи выглядела необычно задумчивой. Ее взгляд часто блуждал по экрану, словно она искала какой-то скрытый смысл в каждом движении, в каждом взгляде, которым они обменивались на сцене. Ее пальцы непроизвольно касались губ. — Спасибо, Рюджин-а, — ответила она, ее голос звучал немного отрешенно. — Это было… тяжело. Каждый мускул болит до сих пор. Чэрён с любопытством смотрела на Лию, прикусив губу. — Лиа-онни, а что это Минхо-сонбэ так пристально на тебя смотрел после танца? И почему его олимпийка была на тебе на том фото, которое Чан-сонбэ выложил в сторис? Ты же всегда так мерзнешь... Лиа почувствовала, как по её щекам разливается предательский румянец. Она попыталась изобразить равнодушие. — О-олимпийка? А, это... он просто накинул, когда мне стало холодно в зале. Вы же знаете, он всегда такой… заботливый, — она нервно хихикнула, избегая прямых взглядов мемберов. Те скептически переглянулись, но решили не давить. Пока. Первая официальная встреча в JYP после выступления была неизбежной и откровенно неловкой. Они столкнулись в общей столовой, заставленной грязной посудой и гулом десятков голосов. Все четверо. В окружении других айдолов, стаффа, менеджеров. Никто не мог позволить себе и намека на то, что произошло за кулисами. Каждый играл свою роль. — Сонбэнимы, — Лиа тихо поклонилась, ее взгляд на секунду встретился с глазами Минхо. Там был тот же нечитаемый холод, что и в его утреннем сообщении. Словно вчерашней ночи не было. Он лишь еле заметно кивнул в ответ. — Лиа-ши, Йеджи-ши, — Минхо произнес их имена ровно, без интонаций. Хёнджин и Йеджи обменялись быстрым, почти незаметным взглядом, который, однако, содержал в себе всю их невысказанную страсть, весь выплеснувшийся адреналин. В этом взгляде Лиа увидела и узнала свое собственное смятение. Им пришлось разойтись, каждый к своему столику, к своим группам. Но это была не та отстраненность, что была до проекта. Не стена безразличия. Это была отстраненность, пронизанная электричеством. Минхо поймал себя на том, что следит за Лией, за тем, как она ест, как смеется с мемберами, как поправляет волосы. Лиа, против своей воли, снова и снова искала его взгляд. Хёнджин и Йеджи сидели в разных концах столовой, но их глаза то и дело встречались, и в этих взглядах было что-то дикое, необузданное. Что-то, что требовало продолжения. Вечером того же дня, когда Лиа уже почти смирилась с мыслью, что это был лишь мимолетный эмоциональный всплеск, её телефон завибрировал. Пришло еще одно сообщение. На этот раз не короткое. «Встретимся на крыше тренировочного корпуса через час. Если ты еще не забыла, что такое "точка невозврата", Джису». Подпись: М.Л. Это было Минхо Ли. И ее сердце снова забилось в новом, давно позабытом ритме. Ритме, который обещал нечто большее, чем просто танец.