Наруто: Лис с Предвыборной Программой

Я вернулся в академию как ни в чём не бывало. Будто меня не таскали утром по крышам, как мешок с картошкой. Будто я не выбивал контракт из Хокаге. Будто жизнь вообще нормальная штука. Обычный день. Обычный Наруто. Маска на месте. Я плюхнулся на своё место. Слева лениво поднялась знакомая копна волос. Шикамару. Он даже голову толком не повернул. — Где ты был? — пробормотал он, не открывая глаз. — Да так, — зевнул я. — Со стариком одним болтал. Пауза. — Понятно… И он снова уткнулся лицом в парту, продолжая топить ебало в древесине. Иногда я искренне завидовал этому человеку. Минимум движений. Максимум жизни. Уроки тянулись неспешно. Как всегда. Как будто время в академии текло гуще, чем в остальной Конохе. И, честно говоря, меня это устраивало. За последние месяцы я прошерстил половину местной библиотеки. Спасибо клонам. Пока один страдал на уроках, десять читали теорию, ещё пять тренировались, ещё несколько просто лежали и копили усталость на потом. Эффективность, мать её. Теория у меня теперь была отличная. История деревень. Базовые техники. Принципы чакры. Тактика малых групп. Всё, что обычно впихивают в голову годами, я заглотил за месяцы. С побочками, конечно. Хроническая усталость. Плавающее сознание. Иногда ощущение, что у меня в голове коммуналка. Но оно того стоило. Теперь задача была другой. Не выучить. Замаскировать. Мне не нужно было становиться сильнее. Мне нужно было становиться сильнее правильно. Медленно. Логично. Человечно. Чтобы со стороны это выглядело как гениальность. А не как баг системы. Потому что мир шиноби прощает талант. Но не прощает аномалии. Гения можно воспитать. Феномен — вскрыть. И я не хотел становиться объектом исследований. Ни для АНБУ. Ни для Корня. Ни для одного очень улыбчивого старика с бинтами на лице. Поэтому я начал догонять Саске. Постепенно. Чуть лучше контроль. Чуть быстрее печати. Чуть точнее броски. Ровно настолько, чтобы вызывать вопросы. Но не тревогу. Саске, конечно, заметил. Он всегда замечал. Взгляд стал чаще задерживаться. Оценивать. Сравнивать. Не враждебно. Пока. Но напряжение между нами росло. Как струна, которую кто-то медленно натягивает. Дни тянулись быстро. Странное ощущение. Снаружи — рутина. Внутри — постоянный расчёт. Сколько показать. Сколько скрыть. Когда ошибиться специально. Я даже начал планировать провалы. Это, наверное, высшая форма паранойи. Режим почти не изменился. Академия. Тренировки. Клоны. Сон без снов. Иногда — разговоры ни о чём. Иногда — одиночество. Как обычно. Но изменилось кое-что другое. Люди. Я заметил это не сразу. Сначала — мелочи. Кто-то не отдёрнул руку, когда я проходил мимо. Кто-то сел рядом на обеде. Кто-то перестал шептаться за спиной. Мелкие сдвиги. Почти незаметные. А потом дошло. Меня стали меньше называть демоном. И меньше избегать. Не то чтобы меня вдруг полюбили. Нет. Это было бы слишком сказочно. Но страх… притупился. Стёрся. Как старый рисунок под дождём. И вот это было неожиданно. Я ведь ничего не делал специально. Не спасал котят. Не орал про дружбу. Не клялся стать Хокаге на каждом углу. Я просто… перестал быть карикатурой. Может, дело было в спарринге с Саске. Может, слухи. Может, дети просто устали бояться того, кто не ведёт себя как чудовище. Дети вообще проще взрослых. Им нужно меньше, чтобы изменить мнение. Я поймал себя на мысли, что это опасно. Сближение — это всегда риск. Когда тебя ненавидят — ты вне системы. Когда тебя принимают — ты внутри неё. А внутри всегда больнее бьют. Но была и другая мысль. Тихая. Неприятная. А что если… Мне это нравится? Я откинулся на спинку стула и посмотрел в окно. Солнце светило мягко. Во дворе кто-то смеялся. Шикамару тихо сопел рядом. Обычный день. Обычная жизнь. Которой у меня никогда не было. Ни в прошлом мире. Ни в этом. И вот это пугало сильнее всего. Не враги. Не Данзо. Не канон. А то, что я могу захотеть остаться. Я усмехнулся и подпер щёку рукой. — Опасная херня… — пробормотал я. — М? — лениво промычал Шикамару, не открывая глаз. — Да так… думаю. — Проблемы — это лень, — пробормотал он. — Просто не думай. И снова вырубился. Я тихо хмыкнул. Иногда мне кажется, что он самый мудрый человек в этой деревне. И самый ленивый. В правильном порядке. А где-то глубоко внутри я впервые за долгое время позволил себе расслабиться. Совсем чуть-чуть. POV Саске Дом встретил его привычной тишиной. В квартале Учиха всегда было спокойно — слишком спокойно для места, где живёт столько сильных людей. Саске снял обувь и прошёл внутрь, чувствуя, как шаги отдаются в пустоте коридора. Раньше он этого не замечал. В дальней комнате горел свет. Он уже знал, кто там. Итачи сидел у окна, как обычно — прямой, собранный, будто мир вокруг него не имел значения. Саске остановился на мгновение, собираясь с мыслями, а потом сказал тихо, но твёрдо: — Старший брат, потренируй меня. Он не любил просить. Но сегодня это было важно. Итачи повернул голову. Его взгляд был мягким, внимательным — таким же, как всегда. Именно это раздражало сильнее всего. Короткая пауза показалась Саске длиннее, чем она была на самом деле. Итачи улыбнулся. Той самой улыбкой, которая одновременно согревала и отталкивала. — Как-нибудь в другой раз, Саске. Он поднялся и прошёл мимо. Уже у выхода Итачи привычно щёлкнул его по лбу двумя пальцами. — Прости. У меня миссия. Дверь закрылась тихо. Слишком тихо. Саске остался стоять на месте. Он смотрел в пустоту, где секунду назад стоял брат, и чувствовал, как внутри медленно поднимается знакомое тяжёлое чувство. Раньше эти слова звучали как обещание. Теперь — как отказ. Он опустил взгляд на свои руки. Маленькие. Слабые. Недостаточные. Саске резко отвернулся и вышел во двор. Вечер уже опускался на квартал, воздух стал прохладнее. Он взял кунай и метнул его в мишень. Прямо в центр. Ещё один. И ещё. Движения были идеальными, но внутри всё кипело. Перед глазами неожиданно всплыло лицо Наруто. Его глупая улыбка. Лёгкость, с которой он держался в спарринге. Та самая замена — слишком чистая для неудачника. Саске сжал кунай сильнее, чем нужно. Что-то было не так. Он не мог объяснить, но чувствовал: Наруто меняется. И хуже всего было то, что он его догоняет. А Саске не имел права отставать. Не с такой фамилией. Не с таким братом. Он медленно поднял следующий кунай и метнул его с новой силой. — Я стану сильнее, — тихо сказал он. И в этот раз это звучало уже не как детское обещание, а как клятва самому себе. POV Будущий Хокагэ Дом встретил меня привычной пустотой. Тишина. Пыль. Лёгкий запах одиночества. Я вздохнул, закатал рукава и сложил печати. — Работаем. Комната наполнилась хлопками. Клоны разошлись по квартире, как хорошо организованный бардак. Система была отработана. Часть клонов уселась у стены и начала медитировать, гоняя чакру по каналам. Чистый контроль, никакой романтики — просто внутренняя механика тела. Другая группа заняла стол. Книги, свитки, заметки. Теория сама себя не выучит. Остальные… получили самое важное задание. Генеральную уборку. Через минуту моя квартира напоминала странный шиноби-муравейник. Кто-то мыл полы. Кто-то тряс футон. Кто-то ругался на засохший рис в миске. И, конечно же, они начали петь. Хором. Фальшиво. Громко. — Что мне снег, что мне зной, Что мне дождик проливной, Когда мой девятихвостый со мной! Я закрыл лицо ладонью. — Господи… я живу в дурдоме… Один из клонов гордо поклонился шваброй. Я сел у стены и прикрыл глаза, делая вид, что медитирую. На самом деле — думал. И мысли были уже не такими весёлыми. Скоро. Слишком скоро. Итачи устроит весёлую ночь в квартале Учиха. Весёлую в кавычках, конечно. Я помнил канон. Слишком хорошо. И вот это было проклятием. Когда знаешь, что произойдёт, но не знаешь точную дату — мозг начинает гнить от вариантов. Я вздохнул и откинул голову к стене. Хотел бы я это предотвратить? Да. Нет. Не знаю. С одной стороны — резня. С другой — гражданская война, если всё пойдёт не так. Клан на взводе. Деревня на взводе. Данзо дышит в затылок истории. Иногда одно убийство останавливает тысячу. Иногда — запускает их. И я не был настолько самоуверен, чтобы считать себя умнее всей этой мясорубки. — Не всё можно решить силой… — пробормотал я. Если, конечно, ты не Мадара. И не Хаширама. Но я пока даже не уровень «пережить завтрашний день без геморроя». Но одну вещь я понял чётко. Одну жизнь я хочу вытащить. Изуми Учиха. Если память меня не подводит, так её звали. Подружка Итачи. Тихая. Добрая. Слишком нормальная для этой мясорубки. И слишком обречённая. Я скривился. Мне не хотелось, чтобы она легла в той же ночи, что и весь клан. Тем более с учётом того, что рядом будет Обито со своим читерским глазным яблоком и режимом «меня не существует». Камуи — это вообще отдельный вид издевательства над балансом. Я выпрямился. Ладно. Если не могу остановить лавину — попробую хотя бы вытащить одного человека. Нужен план. Вариант первый. Забрать её прямо сейчас. Я сразу же поморщился. Нет. Где я её буду держать? В шкафу? В подвале, которого у меня нет? Привяжу к батарее и скажу: «Это ради твоего же блага»? Да и пропажу заметят мгновенно. Клан Учиха — не те люди, у которых можно незаметно украсть подростка. Отбрасываем. Вариант второй. Узнать точную дату. И вот тут я задумался. Потому что, если честно… из меня получился бы отличный разведчик. И это даже немного бесило. Я уже использую клонов на максимум, но каноничный Наруто вообще не трогал этот потенциал. А там же просто имба. Я открыл глаза и усмехнулся. — Ладно… включаем режим паранойи. Идея сформировалась быстро. Много клонов. Много глаз. Много ушей. Распределённое наблюдение. — Превращение… — пробормотал я. Клоны замерли, обернулись ко мне. — Да, да. Вы тоже об этом подумали. Техника превращения — недооценённая, как сказал бы любой уставший попаданец. Я хмыкнул. — Да, у меня тоже будут птички. И у них будут микрофоны-петлички… Один клон фыркнул. — Ты точно неудавшийся баттл-рэпер. — Заткнись и иди мыть окно, — отмахнулся я. План стал чётче. Создать штук двадцать клонов. Превратить их в птиц. Распределить по Конохе. Крыши. Деревья. Квартал Учиха. Резиденция. Тёмные переулки. Постоянный мониторинг. Без героизма. Без вмешательства. Просто наблюдение. Я медленно кивнул сам себе. Да. Это хотя бы даёт шанс. — Значит, так и поступим, — тихо сказал я. Клоны продолжали убираться, напевая свою идиотскую песню, а я сидел у стены и уже мысленно расставлял точки наблюдения. Каждый день. Каждый вечер. Проверять. Слушать. Ждать. Иногда судьбу нельзя остановить. Но можно встретить её подготовленным. И в этот раз я не собирался просто смотреть, как всё горит. POV Итачи Квартал Учиха утопал в мягком вечернем свете. Обычный день. Обычный вечер. Итачи шёл по знакомой улице и ловил себя на мысли, что никогда раньше не замечал, как здесь тихо. Не пусто — именно тихо. Тишина живого места. Где люди знают друг друга слишком давно. У калитки соседнего дома играли дети. Двое мальчишек спорили, кто быстрее сложит печати. Маленькая девочка смеялась, не понимая половины правил. Итачи остановился на мгновение. Он знал этих детей. Знал их имена. Знал их родителей. Знал, у кого из них какой характер. Знал, кто из них вырастет сильным шиноби. И знал, что никто из них не вырастет. Он прошёл дальше. Соседка поклонилась ему, как всегда чуть слишком уважительно. — Добрый вечер, Итачи-кун. — Добрый вечер, — ответил он спокойно. Голос не дрогнул. Он давно научился говорить ровно. В доме пахло ужином. Мама что-то готовила на кухне. Отец сидел в зале, как обычно — прямой, неподвижный, словно вырезанный из дерева. — Ты вернулся рано, — сказал Фугаку. — Да. Коротко. Без деталей. Отец кивнул. Этого было достаточно. Итачи прошёл мимо кухни. Мать улыбнулась ему. Тепло. Искренне. Как всегда. — Ты поужинаешь? — Позже, — мягко ответил он. Он не мог заставить себя сесть за стол. Не сегодня. Он остановился у двери в комнату Саске. Изнутри доносился звук ударов. Глухих, ритмичных. Саске тренировался. Итачи прикрыл глаза. Ещё не поздно, подумал он. Ещё можно остановиться. Но он знал — нельзя. Слишком поздно. Слишком много решений уже принято. Не им. Он развернулся и вышел на улицу. Небо темнело. Огни квартала загорались один за другим. Жизнь продолжалась. И именно это было самым тяжёлым. Итачи остановился посреди улицы и позволил себе одну слабость. Оглянулся. Дома. Окна. Люди. Его мир. Тот, который он должен уничтожить. Он смотрел долго. Запоминая. Каждую мелочь. Каждый свет в окне. Каждый голос вдалеке. — Простите… — едва слышно сказал он. Не кому-то конкретно. Всем сразу. И пошёл дальше.