Часть 12
1 марта 2026 г., 16:08
Двор постепенно пустел.
Крики стихали, смех растворялся, повязки прятались в карманы. Праздник для одних, точка для других.
Я всё ещё сидел на качелях. Ровно столько, сколько нужно. Не больше. Не меньше. Скрип. Кто-то остановился рядом. Я даже не поднял головы.
— Тяжёлый день? — мягкий голос.
Конечно. Мизуки. Я медленно поднял взгляд, будто только сейчас заметил его. Сделал паузу.
— Нормально, — тихо сказал я. — Привык.
Он сел рядом, не слишком близко. Как человек, который знает, что спугнуть легче, чем поймать.
Хороший ход.
— Ты старался, — сказал он спокойно.
Я усмехнулся.
— Видимо, недостаточно.
Пауза. Правильная. Он смотрел вперёд. Не на меня. На двор.
— Иногда… — начал он задумчиво, — дело не в старании.
Я не ответил. И он продолжил.
— Система… несовершенна.
О. Вот и пошли нужные слова. Я медленно повернул голову.
— В смысле?
Он сделал вид, что сомневается, стоит ли говорить дальше. Старая техника. Работает на детях безотказно.
— Забудь, — сказал он. — Это взрослые вещи.
Я сжал кулак. Немного дрожи. Немного злости. Актёрка на максимум.
— Я не ребёнок, — тихо сказал я.
Он замолчал. Повернулся ко мне. И вот теперь — взгляд. Внимательный. Оценивающий. Попался.
— Есть способы, — сказал он тише. — Пройти экзамен иначе.
Я ничего не ответил. Даже не пошевелился. Но внутри уже щёлкнуло. Вот он. Тот самый момент.
— Какие? — спросил я после паузы.
Он оглянулся по сторонам. Чисто для вида. Во дворе почти никого не осталось.
— Есть… альтернативный путь, — сказал он тихо. — Но он не для всех.
Я опустил взгляд.
— Мне всё равно.
И это прозвучало слишком честно. Даже для меня. Он выдержал паузу. А потом наклонился чуть ближе.
— В резиденции Хокаге есть свиток.
Запретный. Со техниками, которые не дают детям. Сильными техниками. Настоящими. Я молчал. Не перебивал. Дал ему договорить. Пусть сам заполняет тишину.
— Если кто-то… — он сделал ударение, — выучит хотя бы одну технику оттуда… его нельзя будет игнорировать.
Я медленно поднял взгляд.
— И что тогда?
Он улыбнулся. Слишком мягко.
— Тогда экзамен уже не будет иметь значения.
Тишина повисла между нами. Густая. Тягучая. Я опустил голову. Сжал кулаки. И позволил голосу дрогнуть.
— И где этот свиток?
Он замер. На долю секунды. Но я заметил. Победа. Он выдохнул. Будто принял решение.
— В резиденции. Под охраной. Но… сегодня ночью там будет меньше людей.
Конечно будет. Я сам об этом позаботился.
— Это опасно, — добавил он тихо.
Я поднял голову. И посмотрел прямо на него.
— Мне уже всё равно.
И в этот момент он поверил. По-настоящему. Я увидел это в его глазах. Тот самый блеск. Жадность, завернутая в заботу.
— Если ты решишься… — сказал он, вставая, — встретимся в лесу. У старого полигона.
И пошёл прочь. Не оборачиваясь. Я остался на качелях. Один. Как и должен был. Скрип. Скрип. Скрип. А потом медленно выдохнул. И впервые за весь день позволил себе улыбнуться. Я посидел на качелях ещё немного. Чисто для картинки.
Пусть у всех в голове закрепится: Наруто опять не сдал, опять сидит один, опять жизнь — говно.
Репутация — это тоже оружие. Когда двор почти опустел, я встал и медленно пошёл домой.
Обычным шагом. Без шуншинов, без драматичных разворотов. Просто уставший пацан, который завалил экзамен.
Идеальный фон. Как только свернул за квартал, лицо само переключилось. Спина выпрямилась. Мысли собрались в кучу. Ну всё. Работаем. Дома было тихо.
Изуми сидела за столом и что-то перебирала. Услышала, что я вошёл, подняла взгляд и замерла.
— Как прошло? — спросила осторожно.
Я пожал плечами.
— Как обычно. Я стабилен.
Она поморщилась.
— То есть плохо.
— Зато без сюрпризов.
Она смотрела на меня пару секунд, явно пытаясь что-то понять. Потом вздохнула и отвела взгляд.
— Есть будешь?
— Потом, — сказал я. — Сначала душ. Я сегодня умер морально, надо хотя бы физически помыться.
Она фыркнула.
— Драматург.
— Я стараюсь.
Я прошёл в комнату, закрыл дверь и только там позволил себе перестать играть.
Тишина. Наконец-то.
Чёрная одежда уже на мне, ничего менять не надо. Проверил пояс, кунаи, подсумок. Всё по минимуму. Никаких арсеналов на полспины — я не на войну иду, а за бумагой.
Самой опасной бумагой в деревне. Я остановился у двери, прислушался.
На кухне тихо звякнула посуда. Изуми явно решила не лезть с разговорами.
И правильно. Иногда лучше не знать. Я выскользнул из квартиры через окно. Без пафоса. Без “прощай, мир”. Просто выпрыгнул и пошёл по крышам.
Ночная Коноха жила своей жизнью. Фонари, редкие прохожие, ленивые патрули. Сверху всё выглядело почти мирно.
Если не думать о том, сколько людей в этой деревне умеют тебя убить.
Я двигался спокойно. Короткие рывки шуншином, больше на инерции, чем на скорости. Экономия чакры, контроль дыхания, никакой спешки.
Когда спешишь — палишься. Резиденция Хокаге показалась впереди. Старая, знакомая, слишком важная коробка с секретами. Я устроился на соседней крыше и присел на корточки. Наблюдение — лучший друг паранойика. Контур охраны был примерно таким, как я и ожидал.
Пара АНБУ снаружи. Один на крыше. Ещё кто-то внутри — без вариантов.
Хирузен старый, но не дурак. Я почесал затылок.
— Ну что, дед, посмотрим, чему ты меня научил, — пробормотал тихо.
И создал клонов. Троих. Не армию. Я сюда не цирк устраивать пришёл.
Первый ушёл в сторону улицы. Шум, движение, лёгкое раздражение. Не тревога — просто заноза в заднице для наблюдателя.
Второй остался в тени неподалёку. План Б, если всё пойдёт по жопе.
Третий ушёл дальше по периметру. На случай, если появятся лишние гости.
Я замер и стал ждать.
Самая сложная часть любой операции — не действовать, а не дёргаться раньше времени.
Минут через пол одна из фигур на крыше едва заметно сместилась.
Вот и всё. Мелочь. Но мне хватило.
Я сполз по стене вниз, удерживаясь чакрой. Без прыжков, без акробатики. Просто тень на камне.
Нашёл нужное окно. То самое. Старое, с чуть поведённой рамой.
— Надо было ремонт сделать, — пробормотал я тихо.
Тихий толчок чакрой. Щель. Скользнул внутрь. Внутри пахло бумагой и пылью. Темно, тихо, скучно. Архив.
Любимое место любого человека, который хочет украсть что-то очень важное.
Я замер на пару секунд, слушая. Ничего. Только старое дерево поскрипывает.
Стеллажи уходили в темноту. Свитки, папки, коробки. История деревни, аккуратно сложенная в рулоны.
И где-то здесь лежит вещь, из-за которой сегодня ночью кому-то станет очень весело.
Я двинулся вдоль рядов, считая шаги. Не спеша. Без лишних движений.
И довольно быстро нашёл его. Большой. Толстый. Максимально палевный. Я остановился перед свитком и тихо хмыкнул.
— Ну здравствуй, легенда.
Взял его в руки. Тяжёлый, зараза. Не в плане веса — в плане последствий. Где-то далеко клон подал слабый сигнал. Значит, пора сваливать.
Я зажал свиток под рукой, вернулся к окну и аккуратно выскользнул наружу.
Свежий ночной воздух ударил в лицо. И я не удержался. Усмехнулся.
— Самая тупая кража в истории шиноби, — пробормотал я тихо.
Лес встретил меня тишиной.
Густой, вязкой, ночной. Такой, где любой звук кажется громче, чем есть на самом деле.
Я не стал углубляться слишком далеко. Вышел на старый тренировочный полигон — заброшенный, полузаросший, идеальное место, чтобы заниматься запрещённой фигнёй.
Пара прыжков по веткам, короткий шуншин — и я на месте. Я спрыгнул на землю и аккуратно положил свиток перед собой. Тишина. Ни АНБУ. Ни Мизуки. Пока всё по плану. Я присел на корточки и уставился на свиток.
— Ну что, — тихо сказал я. — Давай посмотрим, что у тебя внутри.
Щёлк. Свиток развернулся. И я на секунду завис.
Даже зная, что там будет, увидеть это вживую — совсем другое.
Плотные строки. Сложные схемы. Печати. Комментарии. Почерк разных эпох.
История шиноби, свернутая в рулон. Первый Хокаге собирал это после эпохи Воюющих Государств.
Второй — дописывал, систематизировал, превращал в учебник для безумцев.
Киндзюцу. Техники, которые не просто сложные. Техники, которые ломают правила мира. Я медленно выдохнул.
— Так… времени у нас немного.
И сложил печати. Тигр. Всплеск чакры. И вокруг меня появились клоны. Десятки. Потом сотни. Лес едва заметно зашумел от объёма чакры. Я оглядел свою мини-армию и кивнул.
— Рабочее совещание объявляю открытым.
Один из клонов хмыкнул:
— Шеф, опять без кофе?
— В следующий раз возьму капучино.
Я ткнул пальцем в свиток.
— Слушаем сюда. Времени мало. Нам не нужно всё понять. Нам нужно всё запомнить.
— Как ботаники перед экзаменом? — спросил кто-то сзади.
— Как шизоиды перед апокалипсисом, — поправил я.
Я быстро пробежался глазами по первым разделам. И да. Вот оно. Таидзю Каге Буншин но Дзюцу. Множественные теневые клоны. Я усмехнулся.
— О, а это мы уже умеем.
Клоны довольно зашумели.
— Читеры.
— Имба-билд.
— Удалить из канона.
Я перевернул часть свитка дальше. И вот тут стало интереснее. Эдо Тенсей.
Подробные схемы. Жертвенные формулы. Привязка души, контейнер, якоря.
Я закрыл этот кусок ладонью.
— Так, это мы трогать не будем.
— Скучно, — буркнул один из клонов.
— Это техника уровня “сломать психику и получить фанфик про злодея”. Пропускаем.
Дальше. Шики Фудзин. Печать Смерти Жнеца. Я скривился.
— А это вообще из раздела “как красиво умереть”.
— Минато одобряет, — сказал кто-то.
— Минато идиот в вопросах выживания, — отрезал я. — Листаем.
И вот. Я замер. Даже клоны притихли. Хирайшин но дзюцу. Летящий бог грома.
Страницы были исписаны плотнее остальных. Формулы, пространственные привязки, метки, расчёты. Комментарии Тобирамы. Поздние правки Минато.
Я медленно выдохнул.
— Ну здравствуй, телепортация.
Один из клонов присвистнул.
— Это же слом баланса.
— Это же конец пешим прогулкам.
— Это же можно опаздывать и всё равно приходить вовремя.
Я провёл пальцем по строкам. Хирайшин не был просто техникой. Это была система.
Метки. Якоря. Пространственная геометрия чакры. Мгновенный перенос сознания и тела.
И одна огромная проблема. Сложность.
— Так, — сказал я тихо. — Вот наш главный приз.
Клоны сразу посерьёзнели. Я развернул свиток шире.
— План простой. Вы делитесь на группы. Первая — запоминание формул. Вторая — схемы печатей. Третья — принципы привязки меток. Четвёртая — комментарии Тобирамы и Минато.
— А ты? — спросил клон рядом.
— А я буду страдать.
Они одобрительно закивали. Я хлопнул в ладони.
— Всё. Время пошло. Учим всё. Дословно. Построчно. Без попыток быть умными. Понимать будем потом. Сейчас — грузим в память.
— Режим: безумие? — спросил кто-то.
— Режим: дедлайн, — ответил я.
Клоны разбрелись по поляне, усаживаясь группами. Лес наполнился тихим бормотанием сотен одинаковых голосов.
Страницы шелестели. Формулы повторялись. Память забивалась под завязку. Я сидел в центре и читал самую сложную часть. Хирайшин. Снова и снова. Пытаясь уложить в голове невозможное. Часы шли. Чакра уходила. Голова начинала гудеть. Но я не останавливался. Где-то глубоко внутри всплыла мысль:
“У тебя есть всего одна ночь, чтобы украсть телепортацию у гениев прошлого.”
Я усмехнулся.
— Ну, значит, не будем спать.
И снова уткнулся в свиток. К утру мозг уже начинал плавиться.
Клоны развеивались партиями, и каждая волна воспоминаний врезалась в голову, как кирпич. Формулы, схемы, комментарии, пространственные расчёты — всё смешивалось в один большой суп из информации.
Я сидел, держась за переносицу.
— Ну… — пробормотал я хрипло. — Телепортация почти украдена.
Половина поляны уже опустела. Остатки клонов дочитывали последние куски свитка.
И тут я почувствовал. Чужую чакру. Знакомую. Я даже не обернулся.
— Долго шёл, сенсей, — сказал спокойно.
Ирука вышел из-за деревьев.
Уставший. Напряжённый. Слишком серьёзный для ночной прогулки по лесу.
Его взгляд сразу упал на свиток. И замер.
— Наруто… — тихо сказал он.
Я поднял руку с ленивой ухмылкой.
— Я всё выучил! — бодро сказал я. — Теперь я генин?
Он не улыбнулся. Совсем. И вот тут стало неприятно. Потому что Ирука был не злой. Он был… разочарованный.
— Кто тебе это сказал? — спросил он тихо.
Я пожал плечами.
— Да так. Один очень заботливый человек.
Ирука закрыл глаза на секунду. И в этот момент я понял. Он всё понял. Вздох. Тишина. Лес замер. И вдруг воздух взрезал звук. Свист. Тяжёлый. Смертельный. Я дёрнулся первым. Гигантский сюрикен прорезал воздух и ударил. Ирука рванулся вперёд и принял удар на себя. Кровь. Глухой звук удара. Тело врезается в землю. Я медленно повернул голову. И уже знал, кто там стоит.
— Ну здравствуй, крыса, — сказал я спокойно.
Мизуки вышел из тени. Улыбка всё та же. Только глаза другие. Пустые. Жадные.
— Отдай свиток, Наруто, — сказал он мягко. — Это слишком опасная вещь для ребёнка.
Я хмыкнул.
— Да ладно? А для предателей норм?
Улыбка дёрнулась. Ирука закашлялся, пытаясь подняться.
— Наруто… беги…
Я даже не повернулся к нему.
— Поздно, сенсей, — сказал спокойно. — Тут мини босс вышел.
Мизуки вздохнул.
— Я пытался по-хорошему, — сказал он. — Но ты оказался даже глупее, чем я думал.
Я рассмеялся. В голос.
— Серьёзно? — сказал я. — Ты три года подлизывался к ребёнку ради бумажки, и это я тупой?
Он нахмурился. И вот тогда он решил ударить по классике.
— Тебе всё равно не место в деревне, — сказал он холодно. — Ты знаешь, кто ты вообще такой?
Я закатил глаза.
— Давай. Сейчас будет лекция про девятихвостого, да?
Он замер. На секунду. Попал.
— Думал, это будет драматичнее? — зевнул я. — Типа “о нет, во мне демон, вся деревня меня ненавидит, я побежал страдать”?
Тишина. Даже лес, кажется, завис.
— Ты… знал? — выдохнул он.
— Представь себе, — пожал я плечами. — И, спойлер: мир не рухнул.
Ирука замер за моей спиной. Я чувствовал это. Его взгляд. Мизуки оскалился.
— Тогда тем более отдай свиток, — прошипел он. — Такое оружие не должно быть у монстра.
Я медленно повернулся к нему полностью. И улыбнулся. Плохо.
— Слушай сюда, — сказал тихо. — Если уж в этой истории есть монстр… то это точно не я.
Он сорвался первым. Рывок вперёд. Кунай. Убийство. Я даже не стал отходить.
— Поздно, — сказал спокойно.
И сложил печать. Всплеск чакры. Лес вздрогнул.
— Каге буншин но дзюцу.
Вокруг нас взорвалась реальность. Клоны. Десятки. Сотни. Мизуки замер. Впервые по-настоящему.
— Сюрприз, — сказал я тихо.
Первый удар прилетел сбоку. Второй — в живот. Третий — в челюсть. И дальше всё превратилось в мясорубку. Клоны налетели волной. Без пафоса. Без красивых криков. Просто методично. Жёстко. Мизуки пытался отбиваться. Пытался.
Но когда тебя окружает толпа одинаковых, злых версий одного и того же человека — тактика заканчивается быстро.
Он рухнул на землю. Кровь. Грязь. Хрипы. Я подошёл ближе, глядя сверху вниз.
— Знаешь, что самое смешное? — сказал спокойно. — Ты правда думал, что я просто дурачок, который сидел на качелях.
Он что-то прохрипел, но я уже не слушал. Я развернулся. Клоны начали развеиваться один за другим. Лес снова стал тихим. Ирука тяжело дышал, опираясь на дерево. Я подошёл к нему и присел рядом. Он смотрел на меня так, будто видел впервые.
— Наруто… — выдохнул он.
Я почесал затылок.
— Ну… сюрприз?
Он молчал долго. Слишком долго. Потом медленно потянулся рукой к повязке на лбу. Снял её. И протянул мне.
— Ты прошёл, — сказал тихо. — Теперь ты генин.
Я посмотрел на хитай-ате. На металл. На символ. И впервые за эту ночь перестал шутить.
— Спасибо, сенсей, — сказал тихо.
Дорога обратно прошла как в тумане.
Адреналин медленно отпускал, уступая место тупой усталости. Тело ныло, голова гудела от ночи без сна и тонны информации, а чакра ощущалась, как перегретый мотор.
Но внутри было тихо. Не пусто. Спокойно. Коноха встречала рассветом.
Тёплый свет медленно заливал улицы, люди начинали просыпаться, где-то хлопали двери, кто-то уже ставил чайники. Обычное утро обычной деревни.
Как будто ночью никто никого не пытался убить. Люблю контрасты. Я шёл домой пешком. Без шуншинов. Без спешки. Просто пацан с повязкой на лбу и мешками под глазами. Когда открыл дверь, в квартире пахло завтраком.
Изуми стояла у плиты, спиной ко мне. Услышала, что я вошёл, повернулась… и зависла.
Взгляд сразу упал на хитай-ате.
— О… — тихо сказала она. — Ты всё-таки сдал.
Я медленно прошёл внутрь, стянул обувь и устало плюхнулся на стул.
— Не, — лениво ответил я. — Заказал на маркетплейсе. Четыреста рублей, скидка по промокоду.
Тишина. Она моргнула.
— Чего?
Я махнул рукой.
— Забей. В будущем поймёшь.
Она прищурилась.
— Ты опять несёшь бред.
— Я не несу бред. Я инвестирую в культурный разрыв поколений.
Она тяжело вздохнула и потерла переносицу.
— Иногда мне кажется, что ты сломан.
— Немного, — согласился я.
Она снова посмотрела на повязку. Уже внимательнее. Без улыбки.
— Ты… в порядке? — спросила тихо.
Я на секунду завис. Потом пожал плечами.
— Бывало хуже.
И это была максимально честная версия ответа, на которую я был способен.
Она кивнула. Без лишних слов. И отвернулась обратно к плите. И за это я был ей благодарен. Я стянул хитай-ате и покрутил её в руках. Металл холодный. Тяжёлый. Настоящий.
— Душ, — пробормотал я, поднимаясь. — Срочно. Я сейчас пахну как ветеран войны.
— Потому что ты и выглядишь как ветеран войны, — бросила она через плечо.
— Это мой новый стиль. Постапокалиптический шик.
— Иди уже.
Вода оказалась почти спасением. Горячая, живая, возвращающая в тело.
Я стоял под струями, опираясь руками о стену, и впервые за ночь позволил себе просто ничего не делать.
Без планов. Без расчётов. Без клонов. Просто стоять. Мысли лениво ползли одна за другой. Хирайшин. Свиток. Мизуки. Ирука. Команды. Команды. Я усмехнулся.
— А вот завтра будет весело, — пробормотал себе под нос.
Когда вышел из ванной, усталость уже не давила так сильно. Осталась тяжесть, но управляемая.
Я надел хитай-ате и посмотрел на себя в зеркало. Непривычно. Но… правильно. Из кухни донёсся голос Изуми:
— Ты долго там?
— Я переродился, — ответил я. — Теперь я чист и морально готов к будущему.
— Не ври хотя бы себе.
— Никогда.
Я вышел в комнату и лениво потянулся.
— Завтра распределение по командам, — сказал как бы между делом.
Она замерла.
— Уже?
— Угу.
Пауза.
— И как ты думаешь… куда ты попадёшь? — спросила она осторожно.
Я усмехнулся.
— Если вселенная не совсем сломалась… будет очень интересно.
Она посмотрела на меня, явно ничего не понимая. Я только махнул рукой.
— Спи спокойно, — сказал лениво. — Завтра начнётся цирк.
Я рухнул на кровать, даже не раздеваясь полностью. Сознание отключилось почти сразу.
Последняя мысль перед тем, как провалиться в сон, была простой.
Ну что ж. Генин.
