Трое за яйцом

— И откуда у простого лучника такие стрелы? — спросил Даламар, когда они, напоив дракона водой (тот выпил целых два ведра), расположились в доме ведуна. Дом, надо признать, был устроен очень по-умному, окна были на все стороны: из сеней и из горницы, совмещённой с кухней. А за печью, где чаще делали небольшую кладовую под кухонную утварь, была сделана целая комнатка, светлая и чистая. В ней они и расположились, пока Даламар готовил какое-то зелье из висящих вдоль стен и стоящих на полках в горшках трав и ягод. Что-то он толок, что-то запаривал, а какие и вовсе выжимал в объёмистый горшок. После залил всё намешанное водой и поставил в протопленную печь, закрыв заслонкой. И вот тогда-то взялся за незваного гостя всерьёз. Сперва узнал, как вообще Танис дракона подбил, а потом за стрелы чудные взялся. — Стрелы сам делал, — ответил Танис. — А наконечники — от горного народа. Видишь, клеймо вытравлено. Это мастер Огненный Горн сделал, сказал, от любого недруга помогут, от чар и наветов уберегут. И Танис показал на маленький знак у металлического крепления наконечника. Разглядеть его не каждый бы и смог. А наконечники прочные, острые, не тупятся даже. — Тогда понятно, отчего против чар в лесу и против Колдуна помогли. — Даламар покачал головой, взяв стрелу в руки и внимательно разглядывая. Лук Таниса тоже был любопытен, но вряд ли лучник дал бы своё оружие в чужие, почти незнакомые руки. — Только в толк не возьму всё же, откуда у простого лучника такие наконечники. — Почему же у простого? — усмехнулся Танис. — Я царевич… Племянник царский. — Вот как? — Даламар на гостя посмотрел с куда большим интересом, окинул взглядом от рыжей макушки до простых походных сапог. — Не подумал бы. Царевичи — они обычно со свитой, в шелках там… — Я боковой ветви царевич, — рассмеялся Танис. Почему-то это недоверие лесного ведуна ну очень уж забавляло. — Племянник, говорю же. И на престол не могу претендовать. — Так-таки и не можешь? — Ну, если только вся другая родня закончится, — пожал плечами Танис. — Вообще вся. А сколько её, ты не представляешь! — Интере-есно, — протянул Даламар. А после в открытое окно выглянул, на синие сумерки. Под окном свернулся золотой дракон, отставив подраненное крыло в сторону. А ведь Колдун вряд ли оставит своего зверя здесь, не будет пугать впустую. Но и отдавать его Даламар не собирался: видел же, что чары на драконе были, а не по собственной воле он. — Твоя стрела, Танис, на драконе чары пробила, — сообщил он и резко посмотрел в зелёные глаза царевича. — Я когда её вынул, из него чернота хлынула сильнее крови. Вряд ли подземный владыка это так просто оставит. С этими словами ведун поднялся, взял горшок с золой, полумесяц серебряный с полки достал, резанул тем полумесяцем себе ладонь да в золу накапал. После закрепил его на конце косы и вместе с горшком из дому вышел. Танис в окно выглянул и увидел, как идёт ведун вокруг поляны посолонь, сыплет золу, а губы его шевелятся, словно заклятья шепчут. Хотя, почему словно? Явно ведь колдовал. — Эй, дракон, — обратился Танис к зверю. Тот делал вид, что спит. — Почему сейчас не смог уйти от Колдуна? Отчего назад рвался? — Ошейник видел? — буркнул дракон, не открывая глаз. — Не отпускает. — А если снять? — А ты попробуй! — вдруг поднял голову дракон. — Только вряд ли удастся. — А если стрелой, которая чары разбивает? — Танис подхватил одну из стрел, лук и прямо в окно и выскочил. Благо, окна в доме были высокие и светлые. — Не двигайся, Гил! С этими словами Танис натянул лук и начал выцеливать заклёпку на чёрном ошейнике. Сверкнула стрела серебристой звёздочкой, по ошейнику черкнула, шкуру у горла дракона поцарапала. Танис дёрнулся и подумал вдруг, что если дракона нельзя отпустить, то, может, проще избавиться? И его от чёрных чар уберегут, и себя. И вторую стрелу на тетиву наложил. — Стой! — попросил вдруг дракон. Словно все эти мысли прямо так в глазах Таниса и прочитал. — Ты… скажи, там у вас… много… погибло? Голос дракона звучал до того болезненно и виновато, и взгляд тот опустил, словно спрашивать о таком не мог. Чувством вины мучился? И вот его убить? А ведь и в городе тогда погибло… — Две курицы да петух, — криво улыбнулся Танис и опустил лук. — Ожоги были, дома некоторые погорели. Но из людей никто не погиб. — Хорошо, — кивнул дракон и глаза прикрыл, словно с судьбой смиряясь. И голову так опустил, чтобы Танису удобнее было в горло попасть. Танис снова прицелился, в этот раз точнее, но и эта стрела от чёрного ошейника отскочила, только искры высекла. — Да вы что, с ума посходили? — послышался вдруг голос Даламара. — Я тут защитный контур ставлю, а они смертоубийство устроили. Танис, ты что творишь? — Я ошейник снять пытался. — Танис обернулся к торопящемуся к ним ведуну с пустым горшком из-под золы. — Гил говорит, его ошейник держит. Он потому так и рвался тогда. А ты сам сказал, что стрелы чары разрушают. Вот мы и попробовали. — Металл там заговорённый, я уже пытался снять, — вздохнул Даламар. — Вы бы хоть спросили сперва. Пошли в дом. Я заговорил двор, ночью если нечисть сунется, не пройдёт. А сам Колдун почему-то ушёл, не стал до конца своего добиваться… Вернувшись в дом, Даламар первым делом заставил Таниса оставить оружие в углу, чтобы снова чего не удумал. А после начал споро собирать ужин: пироги с грибами, горшок картошки с травами из печи, травяной отвар настаиваться поставил. — Гил, — вытащив из печки и горшок со снадобьем, позвал Даламар дракона. Тот сунулся к окну. — Пей, силы восстановит. Есть что будешь? — Ничего не хочу, — покачал головой дракон. Но зелье послушно выпил. — Ты ведь верно подумал, Танис. Если он меня назад получит, я могу огонь уже не удержать. — Глупости! — заявил Даламар и сверкнул глазами на Таниса. Что они тут успели наговорить и надумать, пока он с чарами разбирался? — Если с тобой что-то случится, Колдун нас живыми уже не отпустит. Ты ему почему-то очень сильно нужен, раз вместо тебя не взял какого-то другого. Не последний же ты в подземном царстве был? — Не последний, — согласился Гил. Подумал немного и решительно мотнул головой, словно сомнения отбрасывая. — Я знаю, как победить Колдуна. Смерть его в артефакт запрятана, в иглу золотую. Мы пытались её найти, чтобы сломать, но не вышло… — Вы — это кто? — спросил Танис. — Я и Рейст… неважно! Мы не смогли, не успели, Колдун победил нас, меня на цепь посадил… А его… может, и нет больше… — И где теперь игла? — это уже Даламар спросил, по больному, как целитель, резанув, не дав молчанию затянуться. — Не знаю. Перепрятал, наверное, — вздохнул Гил. — В любом случае, в подземном мире искать надо. Начнём с прежнего места, а там, может, кто и подскажет что. — Значит, спускаемся под землю? — воодушевился хоть каким-то планом Танис и поднялся из-за стола с нетронутым ужином. — Ты царевич или дурак? — Даламар пригвоздил его взглядом обратно. — Во-первых, не под землю в прямом смысле. Во-вторых, ты куда собрался на ночь глядя и без ужина? Мы, конечно, пойдём, но даже не завтра утром. Сперва баню починить надо. Умеют царевичи бани чинить?