В плену тьмы

Комната была погружена в полумрак. Только тонкая полоса света скользила по полу из-под массивной двери. — Ты думаешь, обычных угроз будет достаточно? — Хмыкнул женский голос. Женщина сидела в кресле, сцепив руки на коленях. — Госпожа... но... я не могу просто взять и схватить её, — оправдывался мужчина, с повязкой на глазу. — За что я тебе плачу? — женщина резко поднялась с кресла. Мужчина с повязкой на глазу отступил на шаг. Её глаза были полностью чёрными — ни зрачков, ни радужки. Пустота. Глубокая, как ночь без луны. Она забыла даже своё имя. — Но зачем она вам? — голос мужчины дрогнул. Женщина с темными, короткими волосами медленно выдохнула, стараясь подавить раздражение. — Я вижу её каждый раз, когда закрываю глаза, — сказала она тише. — Лицо. Взгляд. Имя... Селена. Слово отозвалось внутри странным уколом. Не болью. Чем-то глубже. Воспоминания не возвращались полностью. Они приходили обрывками. Белый свет. Холодные стены. Металлический запах лаборатории. И мужчина в тёмных очках. Её пальцы невольно сжались. Эксперименты не уничтожили её. Они изменили её. Её тело стало сильнее. Быстрее. Выносливее. Но за это пришлось заплатить. Память — стерта. Эмоции — искажены. Мораль — разрушена. Она помнила боль, но не помнила причин. Помнила страх — но не знала, кого боялась. Иногда во сне она видела себя прикованной к металлическому столу. Свет сверху слепил. Голос что-то говорил — спокойный, холодный, безжалостно рациональный. Просыпалась она всегда с одним именем на губах. Селена. И ненавистью. К кому — она не понимала. — Мне не нужна её смерть, — наконец сказала она, глядя на мужчину. — Мне нужна она живая. Делай с ней что хочешь, но доставь её мне. — Но я пообещал её выпотрошить... Она медленно наклонила голову, глядя на него как на идиота. — Ты много обещаешь, но выполняешь мало. Он замолчал. Женщина развернулась и подошла к столу. На нём лежало оружие — разобранное, идеально чистое. Пистолет, нож, компактный автомат. На ней был облегающий чёрный боевой костюм — плотный, но гибкий, подчёркивающий движения. Материал напоминал карбон и кевлар, с тонкими вставками на плечах и вдоль позвоночника. Поверх — тёмный плащ, который в движении почти растворялся в тенях. На поясе — кобура. За спиной — сложенный карабин. На бедре — нож в чёрных ножнах. Она выглядела не как жертва. Она выглядела как хищник. И всё же внутри была трещина. — Ресурсы ты получил, — спокойно сказала она. — Люди, транспорт, доступ к складу. Я обеспечила тебе всё. Мужчина кивнул. Он не знал, откуда у неё доступ к финансам и оружию. И даже не знал кто она такая. Не знал, что когда-то она сама была частью системы. И что именно там её сломали. — Если ты снова её упустишь... — женский голос стал холоднее, — я больше не буду платить. — А что тогда? Она посмотрела на него долгим взглядом. — Тогда ты станешь бесполезным. Мужчина сглотнул. Когда он ушёл, девушка осталась одна. Тишина. Она медленно подошла к зеркалу. В отражении — чужое лицо. Сильное. Холодное. Почти безэмоциональное. Но если смотреть слишком долго — можно заметить сомнение. Она коснулась стекла пальцами. — Селена... — прошептала она. Почему это имя вызывает такую боль? Почему во снах она чувствует тепло рядом с этим лицом? Почему кажется, что когда-то она защищала её? Память возвращалась. Медленно. А сейчас... Просто хотелось крови.

***

Селена В свой выходной мы с Джилл договорились встретиться в клубе. Она давно хотела познакомить меня со своей компанией — говорила, что мне нужно отвлечься и перестать жить только мыслями о расследовании. Я сразу предупредила её: — Пить много не буду. Я не хочу проснуться утром и умирать. И правда не хотела. Это последнее, что мне сейчас было нужно. Проснуться неизвестно где, с провалами в памяти. Нет уж. Но портить вечер серьёзным лицом я тоже не собиралась. Я выбрала чёрное платье на тонких бретельках. Лаконичное, без лишних деталей, но подчёркивающее талию и линию плеч. Ткань мягко облегала фигуру, оставляя открытую спину. Ни вызывающе, ни скромно — ровно настолько, чтобы чувствовать себя уверенно. Туфли на каблуках — тонкая шпилька, матовая кожа. Волосы я оставила распущенными, лишь слегка выпрямила, чтобы они струились по плечам. Лёгкий макияж: подчёркнутые глаза, чуть более тёмная помада, чем обычно. Я посмотрела на себя в зеркало. Спокойная. Собранная. Почти. Подхватив маленькую чёрную сумочку, я вышла из квартиры. Клуб встретил нас вибрацией басов и разноцветным светом. Воздух пах алкоголем, сладкими духами и дымом. Джилл уже ждала у входа. Она выглядела так же уверенно, как всегда — короткая куртка, тёмные джинсы, аккуратная укладка. Увидев меня, она широко улыбнулась. — Ну наконец-то! — сказала она, оглядывая меня с головы до ног. — Ты решила всех сегодня убить своей красотой? — Только морально, — усмехнулась я. Мы вошли внутрь, и она сразу повела меня к столику в глубине зала. — Ребята, знакомьтесь, это Селена. За столом сидело несколько человек. Смех, бокалы, музыка — атмосфера была лёгкой. И тут я замерла. — Мы уже знакомы, — раздался знакомый голос. Я подняла взгляд. Крис. Тот самый полицейский из участка. Тот, кто подвозил меня домой после допроса. Он сидел, расслабленно откинувшись на спинку дивана, но взгляд был внимательным. — Мир тесен, — произнесла я. — Особенно если ты постоянно попадаешь в неприятности, — усмехнулся он. — Я вообще первый раз попала в такие проблемы, — закатила глаза, вызывая смешок у парня. — Крис работает в полиции, — продолжила Джилл, пытаясь разбавить обстановку, — но сегодня он обещал не обсуждать работу. — Я постараюсь, — кивнул он, поднимая бокал. Я села рядом, стараясь не показывать лёгкое напряжение. Кроме Криса были ещё двое — Марк, громкий и постоянно шутящий, и Лиза, спокойная девушка с цепким взглядом. Они начали расспрашивать меня о работе, о хобби, о том, как я познакомилась с Джилл. Разговор постепенно стал легче. Я позволила себе бокал лёгкого коктейля. Один. Не больше. Но даже сквозь музыку и разговоры мысли иногда ускользали. Элис. Похититель. И... Вескер. Он был странным. Холодным. Опасным. Но в нём было что-то притягательное. Меня злило, что я думаю о нём. Мне хотелось узнать его — но только потому, что он связан с пропажей Элис. Только поэтому. Я сделала глоток и перевела взгляд на танцпол. — Ты где-то далеко, — тихо сказал Крис, наклонившись ближе, чтобы перекричать музыку. — Просто устала, — ответила я. Он посмотрел внимательнее. — Если кто-то тебя беспокоит — ты можешь сказать. Я слегка улыбнулась. — Я справлюсь. Музыка сменилась на более медленную. Джилл вскочила первой: — Пойдём танцевать! Хватит сидеть! И прежде чем я успела возразить, она потянула меня за руку. На танцполе свет мигал, отражаясь в зеркалах. Люди двигались хаотично, свободно. Я позволила себе на несколько минут забыть всё. Но где-то глубоко внутри всё равно было ощущение, что за этим вечером кто-то наблюдает. И я не знала — это ли просто паранойя. По крайней мере, очень хотела верить, что именно она. В клубе становилось душно. Воздух был тяжёлым — перегар, сладкие духи, дым-машина. Кто-то рядом слишком резко двигался, задевая меня локтем. Я сидела у барной стойки, опершись на высокий стул, и чувствовала, как раздражение постепенно накапливается. Мысли были далеко. Точно не здесь. Я никак не могла расслабиться. Ощущение было такое, будто я делаю что-то не так. Будто должна быть в другом месте. Пролистывая ленту новостей, пока ребята пили и танцевали, я резко остановилась. На экране — интервью. И в центре внимания он. Вескер. Спокойный, собранный, холодный. Лицо почти неподвижное, голос наверняка ровный — я будто слышала его даже без звука. Я поджала губы, пытаясь прогнать мысли. Но чем сильнее пыталась, тем сложнее становилось. Я слишком сильно волновалась за Элис. Вместо того чтобы искать её, я сижу здесь и пью. — Эй, — Джилл внезапно пододвинулась ко мне, выдернув из мыслей. — Ты чего хандришь? Вечер только начинается. И, кстати, ты Крису понравилась, — подмигнула она. Я лишь фыркнула. — Вот, держи, — она протянула мне бокал с лёгким коктейлем. — Не волнуйся, в беду мы тебя не дадим. Я засомневалась, но всё же приняла напиток. Один глоток. Потом второй. Музыка стала громче. Свет — ярче. Смех — размытым. Но внутри я всё равно была не здесь. Где-то там. Где открываются двери Амбреллы и за ними кабинет Альберта Вескера. Интересно... сколько ему лет? — Проскользнула неожиданная мысль. — Он не выглядит старым. Тридцать? Тридцать пять? Не больше. И кольца я у него не видела. Значит, жены у него нет. И значит, совесть не будет мучить, если придётся к нему «подобраться» ради информации. Надеюсь, до крайностей не дойдёт. Спать со своим начальником в мои планы точно не входило. Хотя... Вескер очень даже симпатичный вариант. Боже. Это на меня так алкоголь действует? Я отвела взгляд от телефона и сделала ещё глоток. В какой-то момент граница между «я контролирую» и «я уже не совсем здесь» стерлась. Я опиралась локтем о барную стойку. Голова стала тяжёлой, движения — медленными. Ребята куда-то пропали. Краем глаза я заметила мужчину в чёрном смокинге. Высокий. Спокойный. На ухе — тонкий наушник. Движения слишком собранные для обычного посетителя клуба. Он остановился рядом. — Всё в порядке, мисс? — его голос был вежливым. Я попыталась сфокусироваться. — Да... кажется. — Ваши друзья попросили помочь. Вы плохо себя чувствуете. Я огляделась. Джилл и остальные были на танцполе. Свет бил в глаза, лица расплывались. — Я... просто устала, — пробормотала я. — Мы отвезём вас домой, — сказал он спокойно. «Мы». Почему-то это слово прозвучало странно. Меня аккуратно подняли. Не грубо. Я пыталась идти сама, но каблуки предательски подворачивались. Холодный воздух улицы ударил в лицо. Чёрный Mercedes стоял у входа. Меня усадили на заднее сиденье. Дверь закрылась мягко. Машина тронулась. Я прислонилась головой к стеклу, стараясь не провалиться в сон. — Сэр, объект в машине. Состояние — среднее алкогольное опьянение. Повреждений нет, — сказал водитель, едва заметно касаясь наушника. Ответа я не слышала. — Он сказал доставить домой, — продолжил второй голос спереди. — И убедиться, что она не пострадает. — Странная забота. — Не тебе это обсуждать. Ты знаешь, в каком он сейчас настроении. — Думаешь, волнуется? Короткая пауза. — Скажешь это ему лично — язык вырвет. Я попыталась открыть глаза. Вескер. Они говорили о нём. Сознание цеплялось за слова, но тело было слишком тяжёлым. Я не чувствовала прямой угрозы. И это было странно. Машина остановилась. Меня аккуратно вывели и довели до подъезда. Кто-то достал мои ключи из сумочки. Дверь квартиры открылась. Меня уложили на кровать. Туфли сняли. — Утром будет думать, что перебрала, — тихо сказал один из них. — И так лучше. Дверь закрылась. Шаги затихли. А где-то глубоко в сознании остался обрывок: «Он сейчас не в духе.» И почему-то я была уверена, что речь шла не обо мне.

***

Вескер Он снял очки и медленно протёр глаза. Сейчас они не светились красным. Негативные эмоции отсутствовали, и вирус пока не проявлял активной реакции. Но его глаза всё равно уже давно не были человеческими. Зрачки — узкие, почти кошачьи. Радужка — желтоватая, холодная. Это был побочный эффект, цена той силы, которую он получил. И он не жалел об этом ни секунды. Более того... этот нюанс даже придавал его внешности особый шарм. Он и без того был практически безупречен во всём. — Зачем вы это делаете, сэр? — вежливо произнесла система, нарушив тишину кабинета. Он находился в своём доме. Огромное пространство, стекло и холодный металл. Никаких лишних деталей. — Уточни, — недовольно ответил Вескер. Он не собирался перед искусственным интеллектом отчитываться. Более того — именно он дал этому созданию возможность существовать. — Я фиксирую нестандартное поведение в отношении объекта «Селена». Ваши действия выходят за рамки обычной стратегии. Вескер усмехнулся. Улыбка вышла совсем не доброй. — Не тебе решать, что мне делать, — холодно оборвал он. — Выполняй свою функцию. Этого достаточно. Сегодня он был не в духе. Красная Королева ошиблась. Это происходило нечасто, но сегодня произошло. Оперативная группа — одна из лучших — была уничтожена. Дом, в который они вошли, взорвался изнутри. Ловушка. Чистая. Точная. Просчитанная. Ни цели. Ни следов. Ничего. Вескер медленно провёл пальцами по подлокотнику кресла. Кто-то пытался играть с ним на равных. Мысль раздражала. Но ещё больше его злило другое — этот кто-то был достаточно осторожен, чтобы не оставить ни малейшей зацепки. — Любопытно... — тихо произнёс он. Люди, конечно, иногда удивляли. Но до его уровня им было так же далеко, как рачки до Луны. Он мог бы сейчас приказать вырезать половину города. И возможно, среди тел нашлась бы нужная информация. Но пока было рано. Апокалипсис всё равно скоро сделает за него половину работы. Когда вирус распространится достаточно широко, мир сам очистится. Лишние исчезнут. Останутся только те, кто сможет быть полезным. Или те, кого можно будет создать заново. Новый мир. Новые люди. Либо выращенные в лабораториях — с полным контролем сознания. Либо выжившие... но с положением не выше рабов. Хотя, если быть честным, он предпочёл бы оставить только первые варианты. Мир без мусора. Без деградации. Без слабости. Но среди этих мыслей неожиданно всплыла другая. Селена. Вескер нахмурился. Если бы он хотел её смерти — он бы просто позволил событиям идти своим чередом. В клубе на неё уже обращали внимание. Один из мужчин явно собирался воспользоваться ситуацией, когда она практически отключилась у стойки. Вескер видел всё через камеры. И всё равно отправил людей. Теперь он сам не до конца понимал, почему. — Бестолковая... — недовольно произнёс он. Напилась. В грязном клубе. С этой Вэлентайн и её компанией. Он презирал подобные места и всех этих людей, потому что ума у них было не больше чем у хорька. Но больше всего его раздражало другое. Он считал её другой. Воспитанной. Умной. Сдержанной. Девушкой, способной держать себя с достоинством. И, возможно... достаточно сильной, чтобы пройти тот путь, который он для неё видел и достичь высот. Создать себя и вступить в новый мир. А она решила напиться и едва не создать себе серьёзные проблемы. Вескер недовольно усмехнулся. — Разочаровываешь, Селена. И всё же... Она была умной. И это начинало его интересовать. Если она перестанет вести себя безрассудно — возможно, однажды увидит тот мир, который он создаст. Если нет... Он просто перестанет обращать на неё внимание. Вескер снова надел очки. — Достаточно, — произнёс он твердо. Мысли о девушке занимали слишком много места. Сейчас важнее другое. Люди. И их неизбежный конец. Он поднялся из кресла и подошёл к панорамному окну. Город внизу жил своей жизнью. Огни, машины, люди. Они даже не подозревали, насколько близко находятся к краю. Вескер слегка улыбнулся. — Скоро всё изменится. И когда это произойдёт... Мир будет принадлежать ему.

***

Селена Когда Селена проснулась, ощущения были такими, будто её сначала переехал грузовик, а потом сверху прошёлся ещё и асфальтоукладчик. Даже думать не хотелось о том, как она вообще оказалась дома и кто её сюда привёз. Хотя вопрос был интересный. Позже она обязательно попробует это выяснить. Проблема была в том, что сама она вообще ничего не помнила. Добравшись до ванной, Селена буквально приползла к унитазу, обняла его и дала себе волю. Ну что ж. Хотя бы с кем-то сегодня поцелуется. В отношениях ей никогда особенно не везло. И дело даже не во внешности — страшной её назвать было сложно. Просто люди считали её слишком холодной, недоверчивой и отстранённой. Поэтому парни как-то... не задерживались. Точнее, даже не начинали. Зачем связываться с девушкой, которая держит дистанцию, если можно выбрать вариант попроще? Например, её бывшую подругу, с которой они уже давно не общались. Та долго ломаться не будет, да и общительная куда больше, чем Селена. А что с самой Селены взять? Проблемы с доверием, тонна холодности и привычка держать людей на расстоянии. Кому это вообще нужно? Хотя, если честно, она не была таким уж холодным человеком. Просто по-другому вести себя не умела. И Селена давно уже признала: она вполне способна испытывать к людям тёплые чувства. И даже показывать их, если чувствует, что это ценится. Но сначала нужно завоевать её доверие. А это было чрезвычайно сложно. Сто кругов ада пройти легче, чем подобраться к ней достаточно близко. Умывшись, Селена вернулась в комнату, достала телефон из сумочки и открыла контакт своего босса. До работы оставалось два часа. И она прекрасно понимала, что в таком состоянии едва ли доползёт даже до двери квартиры. Она нажала на вызов. — С добрым утром... — хрипло и довольно жалко произнесла она, когда звонок приняли. — С добрым. Не рановато ли звонишь? — хмыкнул голос на другом конце. И что она должна была сказать? Что напилась в клубе и теперь умирает, поэтому не сможет выйти на работу? Прекрасное объяснение для начальника. — Я сегодня не смогу выйти. — Это ещё почему? — в голосе собеседника появились недовольные нотки. — Я вчера в клубе перебрала... и теперь умираю. Прости. Селена старалась говорить максимально виновато. Очень не хотелось, чтобы её так быстро уволили. Тем более с «такой работы». Сейчас она была ей нужна ещё больше — из-за Элис. Да и, если честно, Селену до этого ещё ни разу в жизни не увольняли. В трубке послышался тяжёлый вздох Вескера. Но, к её удивлению, раздражения в нём почти не было. — Я тебя услышал. Но отработать всё равно будешь должна. Мог бы и пожалеть... Хотя... Селена задумчиво посмотрела на телефон. А что будет если я с ним замучу? Тогда и правда можно будет работать в «Амбрелле» по блату. Захотела — пришла, захотела — не пришла, а зарплата всё равно капает. Да ещё и две. Интересно, сколько Альберт вообще зарабатывает? Что-то подсказывало ей, что таких сумм она даже во сне не видела. И, скорее всего, в жизни тоже не увидит. — Спасибо, — искренне сказала она. — Поправляйся, — коротко ответил он и отключился. Селена ещё несколько секунд смотрела на погасший экран телефона. Может, Вескер и правда не такой уж плохой? Откуда вообще в ней столько недоверия к нему? Может, он и не причастен к тому, куда пропала Элис? Хотя... Он знает куда она пропала, в этом она уверена на девяносто девять процентов. Но он почему-то не хочет говорить. Ладно. Если она действительно хочет приблизиться к Вескеру, придётся начать с себя. Он и сам как ледяная глыба. Её собственная холодность тут только мешает. Селена усмехнулась, уткнувшись лицом в подушку. Ну что, босс... Готовься. Скоро ты будешь моим. ... Боже. Даже в её собственной голове это звучало ужасно тупо.