Берегись своих желаний

Арсений всегда был инициатором каких-нибудь приключений. Ну не мог он сидеть в квартире в свой выходной. Ему хотелось свободы, ощущения полёта, новых воспоминаний. Он вытаскивал Антона из замкнутого пространства, не обращая внимания на его недолгое нытьё и возмущения. В этот день Шастун снова поддался на уговоры возлюбленного, и они направились на набережную. Их почти не узнавали на улице, поэтому можно было спокойно пройтись, но в целях безопасности обязательно держать дистанцию. Именно это и раздражало Антона. Он хотел спокойно держать Попова за руку, обнимать, целовать. А вместо этого они должны были носить маску «просто коллег» (которые спят по любви). Брюнет весь светился от счастья. С гордо поднятой головой он шёл по аккуратно уложенной плитке, любуясь практически чистым небом и вдыхая тёплый влажный воздух. Он чувствовал себя свободным, а вот Антон мог лишь молча восхищаться красивым мужчиной и, спрятав руки в карманы джинс, плестись за поистине счастливым человеком. Несмотря на то, что Санкт-Петербург был ближе душе Арсения, он мог восхищаться и Москвой. Сначала он метался между двумя городами, приезжал в Москву только по работе, но вот потом...

***

После съёмки последнего выпуска первого сезона коллеги бурно разбирали ошибки друг друга, но также не забывали подчеркнуть удачные шутки и командную работу. Перед съёмкой Антон жутко переживал, и только сейчас, находясь в гримёрке с парнями, смог расслабиться и порадоваться успеху. После стольких пилотов надежды на существование шоу гасли, но вот он — долгожданный первый сезон. Вера в успех снова вернулась, заиграла пламенем в сердцах четвёрки. Участвуя в разборе полёта, Шастун то и дело замечал на себе взгляд чудика из их команды. Попов рассматривал смеющегося парня и невольно посмеивался сам. Было в этом парнишке что-то особенное, яркое, светлое. Когда парни стали собираться, Арсений довольно быстро переоделся и покинул гримёрку. Он решил умыться, чтобы смыть грим, но вода с этим не справилась. — Ой, прости. Ты просто не закрылся, — заходя в туалет, произнёс шатен. — Да я просто умывался, — пробормотал брюнет, смотря через длинное зеркало на высокую фигуру. Шастун закрыл дверь и прислонился к ней спиной. — Почему ты так на меня смотришь? — вдруг спросил он. — Как? — Не понял брюнет. Он поднял брови, от чего капли с лица стали быстрее скатываться вниз. — Ты всё прекрасно понимаешь. Парни не смотрят так друг на друга. — На что ты намекаешь? — Я тебе нравлюсь? — неуверенно спросил Антон. — А я тебе? — Мой вопрос был первым, так что отвечай. — Нравишься, — выдохнул Попов, опуская голову. Его руки легли на бортики раковины, а в глазах вдруг потемнело от волнения. «Что же я творю?» — Сам себя спрашивал Арсений. — И чего ты замолчал? Скажи хоть что-то или ответь на мой вопрос, — потребовал брюнет. Тишина медленно и мучительно убивала его. — Я не знаю, — помотал головой Шастун. — Со мной впервые такое. Мы же парни, понимаешь? Так же нельзя, только вот... Почему-то я думаю о тебе. Что со мной происходит? — Антон, какая разница, какого мы пола? Это нормально, не переживай. Пусть не в России, но всё равно это нормально. — Но раньше же я не думал о парнях в таком ключе... — Правда? — перебил мужчина. — Или ты врёшь себе? Совсем не думал? — Как-то грубо спросил он. — Ну, я... Может, пару раз и думал, но... — От себя не убежишь, — снова перебил Попов. — Поверь, я пытался. — Помоги мне, пожалуйста. — Чем я могу помочь? — Арсений поднял голову и с любопытством посмотрел на вытянутого парня. — Можем обняться? — тихо спросил Шастун. — Запри дверь, — Антон повернул замок-вертушку и, услышав щелчок, сделал шаг навстречу Арсению. — Иди сюда. Попов повернулся и вытянул руки в сторону Шастуна. Тот быстро подошёл и обвил мужчину длинными руками, чувствуя, как на спину плавно ложатся мокрые ладони брюнета. Антон уткнулся носом в плечо коллеги, пытаясь разобраться в себе. По телу расходилось тепло от прикосновений, щёки слегка покраснели, а сердце ускорило ритм сокращений. И эти чувства вызваны мужчиной. Приятно, но в то же время пугающе. — Не бойся, всё хорошо, — прошептал Попов. — В этом нет ничего плохого. — Ты мне тоже нравишься, — тихо ответил шатен. В его голосе слышалось сожаление, ведь не так он представлял свою жизнь. Его догадки подтвердились, страх стал реальностью. — Это хорошо, Антон. Ты только не переживай, всё нормально. — Что же теперь делать? — не выпуская мужчину из объятий, спрашивал шатен. — А чего ты хочешь? Я не буду на тебя давить, можем оставить всё, как есть. — Да, наверное, так будет правильно. — Нет. Правильного варианта для нас нет, Антош. Либо мы будем ждать, когда симпатия пройдёт, но неизвестно сколько на это понадобится времени. Либо мы будем жить две жизни: гетеросексуалы на публике и влюблённая парочка в запертом туалете, — Арсений огорчённо выдохнул. — Может быть, тебе стоит попробовать переключиться? Попробуй найти девушку. — Попробую, — Шастун отстранился и направился к двери. Мельком Арсений увидел погасшие зелёные глаза. Наверное, парень рассчитывал на другие слова, но Арсений не хотел втягивать ещё совсем юного парня в грязный мир лжи. — Прости, — прошептал Попов в пустое помещение. Он понимал, что сейчас они смогут отпустить эту ситуацию, забудут. Им ещё работать вместе, так что нужно сделать вид, будто ничего не было. Парни практически не общались. Большую часть времени Арсений находился в Питере. Антон же попросил у Стаса помощи с поиском хорошей девушки, и тот показал ему Иру. Шасту она очень понравилась: красивая, лёгкая, улыбчивая, весёлая, мягкая... Идеальная? Они ходили на свидания, затем съехались, решив перебраться в просторную квартиру Антона (пока ещё съёмную). Время шло, и идеальная картинка начинала рушиться. Антон всё чаще был занят, куда-то уезжал, а дома почти всё время проводил с телефоном. Иру это, естественно, не устраивало. Ей не хватало внимания, но от Антона его ждать было бессмысленно. Тот сильно уставал, и она это понимала. Девушка стала больше времени уделять друзьям, встречам, прогулкам. Часто к ней приходили подружки, и они сидели на кухне, активно беседуя. В один из вечеров Антон пришёл домой как всегда уставший. В прихожей его встретила Ира. Вид её был печальный, а глаза полны сожаления. — Привет, — пытаясь улыбаться, сказал Антон. — Привет, — сухо ответила девушка. — Что-то случилось? На тебе лица нет. — Антон, так больше не может продолжаться. Я ухожу. Мне нравится другой человек. Ты перестал быть моим парнем и превратился в простого сожителя. — Ир, ты чего? Это всё временно, — пытался оправдаться Шастун, но Кузнецова лишь пустыми глазами смотрела на него. — Ты уверена, что это конец? — Да. Я уже собрала вещи, пора и такси вызывать. — Ир, как же... Ир, — парень не находил себе места. Помогал перетащить ей сумки, продолжая нести невнятную речь про светлое будущее, если она останется. Парень проводил девушку до подъехавшей к подъезду жёлтой машины, сложил вещи девушки в багажник и открыл ей дверь, чтобы та могла сесть. — Спасибо тебе. Будь счастлив, — напоследок сказала Кузнецова и обняла растерянного Шастуна. — И ты, — огорчённо выдохнул шатен. Девушка села в машину, и та тронулась. Казалось, что их пути навсегда разошлись. Антон вернулся в пустую квартиру, такую же, как и он сам. Он сходил в душ, поужинал и лёг спать под музыку, которая не давала навязчивым мыслям заполнить голову. Завтра должен быть выходной, а послезавтра снова на работу. «Хорошо было бы проспать весь день», — подумал Антон. Ночь прошла неспокойно. Антон ворочался, часто просыпался, поэтому выспаться у него не получилось. Почти весь день провёл в постели, ещё пахнущей приятным ароматом девушки. Тоска заполнила сердце юноши и, пытаясь отвлечься, он листал ленту в Instagram. Забавные посты сменяли друг друга, а затем перед глазами появилось фото Арсения с забавными хэштегами. Шастун лайкнул пост и решил написать коллеге. Нужно же хоть кому-нибудь выговориться. К тому же Попов сам предложил переключиться на девушку, и вот что из этого вышло. «Привет», — напечатал парень и, ни секунды больше не думая, отправил сообщение. «Привет)», — почти сразу ответил Попов. «План провалился». «О чём ты?» «Ира ушла от меня, ей внимания не хватало». «Мне жаль. Но это точно не последняя девушка в твоей жизни. Не расстраивайся так, скоро полегчает. Отвлекись, займись любимым делом или просто отдохни». «Куда же делось твоё "от себя не убежишь"?» «Антон, не стоит поднимать эту тему». «Ты в Питере?» «Нет, только приехал». «Едь ко мне». «Шаст, не говори глупостей. Я понимаю, что тебе грустно, но не до такой же степени». «Арс, пожалуйста. Хочу поговорить с тобой. Наедине, понимаешь?» «Завтра поговорим». «Аааарс». «Антон, до завтра». «Арс, пожалуйста. Я хочу сейчас». «Ты невыносим. Я приеду только на разговор, жди». «Угу. Голоден?» «Тош, только разговор». «Угу. Я тогда закажу что-то, ты же с дороги». Попов прочитал, но ничего не ответил. Наверное, смирился с упрямостью коллеги. Шастун заказал несколько блюд грузинской кухни: немного шашлыка, чакапули, два хачапури по-мегрельски. «Через полтора часа должны привезти. Надеюсь, успеют к его приходу», — подумал Шастун. Парень решил принять душ, ещё раз почистить зубы и переодеться в чистую одежду. Он не знал, к чему именно готовился, но лучше же быть готовым ко всему? Шастун также побрился и обработал кожу лосьоном с запахом хвои. Ире нравилось, но вот Антон был не уверен, что соответствует такому мужскому аромату. Звонок раздался по квартире. «Хоть бы курьер», — подумал Антон и поспешил открывать дверь. «Не курьер», — поджав губы и смотря на брюнета в чёрной свободной куртке, тёмно-серых джинсах, яркой шапке и с рюкзаком, свисающим с плеча, подумал Антон. — Привет, — разводя руки в стороны, сказал Попов. — Привет, — Шастун накинулся на мужчину с объятиями, от чего тот слегка опешил. Не для этого он руки разводил, а хотел просто показать, что открыт и готов к диалогу. Не желая смущать младшего, обнял в ответ. — Проходи, Арс. Еда ещё не приехала, но мы можем пока начать разговор, — тараторил парень, заходя в квартиру. — Вот ванная, — он открыл бежевую гладкую дверь и включил внутри свет. — Помой руки и проходи на кухню. — Антон, всё в порядке? — видя волнение коллеги, спросил брюнет. — Что? Конечно! Всё... в порядке, — неубедительно ответил шатен и скрылся на кухне. Помыв руки, Арсений решил заодно умыться холодной водой. Волнение Шастуна, похоже, заразно, и мужчина тоже начал нервничать. Зайдя на кухню, он увидел силуэт Антона возле окна. Тот задумчиво наблюдал за прохожими и, кажется, отключился от реальности. Попов подошёл к парню вплотную и осторожно положил ладони тому на плечи, слегка поглаживая их. — О чём ты хотел поговорить? — Я ещё нравлюсь тебе? — после резкого вопроса Шастун задержал дыхание, боясь услышать "нет". — Нравишься, — выдохнул Арсений и, отстранившись от коллеги, облокотился на холодильник с фотографиями-магнитиками. На них был радостный Антон. Только он и его друзья, ведь остальные Ира либо выкинула, либо увезла с собой. — Арс, я... Точнее... Ты мне тоже нравишься, — Шастун всё так же смотрел в окно, лишь бы не пересекаться с голубыми глазами. Боялся увидеть в них хоть нотку сожаления. — Антон, не делай этого. Мне больно, понимаешь? Я не хочу жить с тобой во лжи. — Мне тоже больно. — Из-за Иры? — Из-за тебя, Арс. Иры будто и не было в моей жизни. Я сам держал дистанцию. Не любил я, понимаешь? Просто тебя послушал, — Шастун развернулся лицом к Арсению и облокотился поясницей о подоконник. — Дай нам шанс. Я этого прошу. Арсений открыл рот, желая что-то ответить, но громкий, настойчивый стук в дверь остановил его. Шастун закатил глаза и направился в прихожую. «Когда ждёшь — не дождёшься, а когда не надо — явился», — мысленно проворчал он. — Здравствуйте, — фальшиво улыбаясь, сказал он курьеру. Тот сухо ответил, отдал пакеты и поспешил покинуть лестничную площадку. Шастун вернулся на кухню, выложил алюминиевые контейнеры и салфетки на стол, осознавая, что совсем забыл про напитки. — Мы не закончили, — вдруг сказал мужчина и снова приблизился к Антону. Шастун немного вздрогнул от неожиданности и растерянно посмотрел на Попова. — Что ты имел в виду? Ты хочешь быть моим парнем, или я не так понял? — продолжил Арсений. — Хочу. — Уверен? Это не как с девушкой. — Я понимаю, Арс. Правда хочу, — Антон взял Арсения за руку и положил его ладонь на свою шею. — Ты сам-то хочешь? — увидев блеск в синих глазах, спросил Шастун. — Хочу, — выдохнул брюнет. — Так действуй! Попов боязливо поцеловал парня в щёку, наблюдая за реакцией. Шастун расплылся в улыбке, а его глаза отражали одобрение. Обветренные губы так легко касались кожи, но чувство было такое, будто на щеке выжгли клеймо. Щеки младшего налились кровью, придавая ему ещё более застенчивый вид. Ещё один поцелуй, но уже ближе к губам. Шастун обвил руками выраженную талию брюнета, которую скрывала просторная футболка. Он забрался кистями под ткань и водил ладонями по горячей коже. — Можно? — шепнул Арсений. — Можно. Наконец его розовые губы с небольшими трещинками целовали мягкие губы Антона. Незабываемое чувство. Шастун первый раз целовал мужчину, и это было так горячо. Не хотелось отрываться, он снова и снова увлажнял губы старшего, чувствуя лёгкий металлический привкус, но он ему даже нравился. — Тише, Антош. Не хочешь накормить голодного человека с дороги? — отстраняясь, с улыбкой сказал Арсений. Аромат пряностей и дымка распространился по кухне, от чего желудок стало сводить. Нет, он бы и рад целовать Антона вечность, но решил дать тому время на осмысление ситуации и своих чувств. А пока младший всё взвешивает и размышляет, можно было бы утолить голод. — Ещё немного, — зелёные глаза умоляюще прожигали дыру в мужчине, и тот поддался. — У тебя губы трескаются. — Я знаю, — прошептал Попов. — Надо увлажнять. — Так увлажняй, — хмыкнул брюнет и снова поцеловал своего коллегу. — Так мы теперь вместе? — Да, давай попробуем. Попов улыбнулся, смотря на светящегося от счастья Антона. Парень всем видом показывал, что рад их попытке прочувствовать эту любовь на все сто процентов. Зря они не сделали этого раньше, только драгоценное время впустую потратили. Шастун внимательно, не отрываясь, разглядывал лицо мужчины, пока у того не заурчал желудок. — Так ты и правда голоден? Я думал, ты просто тему переводишь. Садись скорее, — Шастун начал суетиться, открывать боксы с едой. — Я забыл про напитки, но у меня есть морс и вино. Что предпочтешь? — тараторил он. Арсений лишь с улыбкой наблюдал за гостеприимным парнем. — Ну чего ты застыл? Садись уже! — Сегодня и вино можно. У нас же праздник, — присаживаясь на серый стул возле стены, сказал брюнет. — Ты прав! У парня было что-то вроде мини-бара, поэтому алкаголь в квартире был всегда. Антон достал бутылку из навесного шкафа и принялся рыться в ящике в поисках штопора. — Блять! — не обнаружив недавно купленного приспособления, выругался он. — Забрала, что ли? Они совсем недавно купили его, и Шастун точно помнил, как положил его в ящик. Однако там лежал только старый, с которым придётся изрядно помучиться. Тяжело вздохнув, он принялся вкручивать непослушную железку в дубовую пробку. Он пыхтел и кряхтел, поэтому Арсений решил предложить свою помощь, но в ответ получил: «Я сам!». — Тош, я помогу, — Попов прижался к своему парню сзади и с силой вкручивал штопор. Руки забились, но главное, что дело было сделано. В глазах Шастуна Арсений был героем, победившим коварного зверя. Попов вытянул пробку из горлышка и услышал восторженное "вау" от Антона. — Доставай бокалы! Парни вкусно обедали, запивая красным грузинским вином. Получился целый сет грузинской кухни, чему Антон был рад. Параллельно они вели беседу о работе, Ире, Питере и многом другом. Темы сменяли друг друга, не давая наступить тишине. Периодически по кухне раздавался смех. Время для них будто остановилось, но на самом деле был уже вечер. — Ох, уже восемь, — заметив циферблат на смартфоне (на него пришло какое-то уведомление, и экран загорелся), протянул Попов. — Арс, ты же ляжешь со мной? — в зелёных глазах горела надежда. И как им можно отказать? — Конечно, Тош. Шастун с помощью Арсения перезастелил кровать, убирая в стирку последнее напоминание об Ире. Они легли пораньше, чтобы с лёгкостью проснуться от будильника в семь утра. Утром они вместе поехали на съёмки. Через несколько дней Арсений снова вернулся в Питер, ему нужно было посещать репетиции спектаклей. Конечно, Антон безумно скучал. Но каждый вечер Попов набирал по видеозвонку, затем стал приезжать в Москву не только по работе. И спустя целый год уговоров и метаний между двумя столицами Арсений переехал в съёмную квартиру парня. Конечно, в Санкт-Петербург Арсений ездил каждый месяц, но Шастун был непротив. Он был рад, что сейчас может намного больше времени проводить с любимым мужчиной, чем раньше. Через время коллеги узнали об их отношениях. Серёже и Диме парни сами всё рассказали, и к их счастью, никто их не осудил. Затем Стас застукал парочку за поцелуем. Он кричал так громко, что об этом инциденте узнали все, находившиеся в офисе. Дима с Серёжей попытались заступиться за несчастных голубков, но за это разъярённый Шеминов на них также наорал. Через небольшой промежуток времени продюсеру пришла в голову гениальная идея. Он слышал, что Ира ушла от Антона к девушке, из-за чего весь офис подтрунивал над парнем. «Если они не могут любить открыто, то пусть у этих парочек хотя бы будет алиби», — думал он. Ире предложили контракт. Ей нужно будет на публике играть роль счастливой девушки Антона, у которой всё всегда хорошо. Шастун, разумеется, тоже был втянут в это, только в отличие от Кузнецовой, ему никто платить не будет. Но его вполне устраивал такой сценарий. Время шло, жить с Арсением было приятно. Антон просыпался в объятиях мужчины, был окружён его любовью. Однако съёмную квартиру он никак не мог назвать их домом. Это было временное пристанище, а хотелось уже вить своё семейное гнёздышко. Поэтому спустя полгода Шастун задумался о покупке квартиры. Вместе с Арсением они смотрели варианты, ездили по разным районам Москвы и наконец нашли ту самую. Антон прыгал по пустому помещению с белыми стенами, широкими окнами, просторными комнатами. В квартире на седьмом этаже была спальня с лоджией, которую Антон планировал уютно обустроить, предвкушая, как будет курить и смотреть на прекрасный вид из окна. Также был огромный зал, где можно было собираться большими компаниями, просторная кухня и раздельный санузел. Антон по-детски радовался, чуть ли не пищал от восторга, а Арсений лишь тихо хихикал, чувствуя зажжённый внутри огонь. Неужели это и есть счастье?

***

И вот они уже два года вместе. Только закончили ремонт и обустроили новую квартиру (конечно, взяли в ипотеку, но планировали закрыть досрочно). Воспоминания затуманили Арсению голову, и он неосознанно взял Шастуна за руку. На улице, прямо в центре Москвы, среди множества незнакомых людей. Антон хотел выбраться из хватки Попова, но тот непонимающе посмотрел на него. — Ты чего? — Так тепло, с улыбкой, спросил он. Антон опешил, не зная, что ответить. — Арсюш, мы на улице. Отпусти, пожалуйста. — И что? — хмыкнул мужчина. — Или ходить за ручку тебя не устраивает уже? Хочешь, можем даже поцеловаться, — в голубых глазах виделся азарт. Попова редко переклинивало, он почти всегда совладал с собой, но когда в его голове что-то щёлкало, Шастун не на шутку пугался. Он словно шёл по минному полю, держась за руки со своей судьбой. Постепенно его ноги стали ватными, а ладошки ужасно мокрыми и скользкими. — Арс, — шёпотом протянул парень. — Пожалуйста. — Антош, не переживай ты так. На нас даже никто не смотрит. Я всё контролирую, не бойся. Держась за руки, они дошли до памятника Петру I — «В ознаменование 300-летия российского флота». Шли они до него минут пятнадцать, из которых только пять последних Шастун наслаждался прогулкой. Увидев памятник, Антон с детским восторгом произнёс: «Вау!». Перед парнями возвышался сам Пётр I за штурвалом ладьи, а в высоко поднятой руке держал свиток. Словно настоящий, будто вот-вот проплывёт мимо. — Каждый раз удивляешься, — наблюдая за завороженным Антоном, заметил Арсений. — Красиво, — только и сумел ответить Шастун. Постояв ещё немного, парни решили направиться домой. Всё же у них спор, поэтому нужно как можно быстрее дочитать фанфик.