Гарри Поттер и Кубок для Тёмного Лорда

Он ссыпал корни в котел и задумался, не взять ли пример с Грюма (Барти) и не начать ли пить исключительно из персональной фляжки. В дверь постучали. — Войдите, — нормальным голосом сказал Снейп. Ученики дружно повернулись к двери. Вошел профессор Каркаров. Все смотрели, как он идет к учительскому столу. Он был сильно взволнован и крутил пальцем бородку. — Нужно поговорить, — отрывисто произнес Каркаров, подойдя. Ему очень не хотелось, чтобы его услышали, и он едва шевелил губами; создавалось впечатление, будто в класс явился очень неумелый чревовещатель. Гарри не отрывал глаз от имбирного корня и внимательно прислушивался. — Поговорим после урока, Каркаров… — начал было Снейп, но Каркаров перебил.— Я хочу поговорить сейчас, чтобы ты не улизнул, Северус. Ты меня избегаешь. — После урока, — отрезал Снейп. Под предлогом того, что смотрит на просвет, достаточно ли желчи броненосца он налил в мерный стаканчик, Гарри бросил осторожный взгляд на обоих. Каркаров очень нервничал, преподаватель раздувал ноздри. Остаток занятия Каркаров провисел над Снейпом — очевидно, не хотел, чтобы тот сразу слинял. Желая услышать, о чем будет говорить Каркаров, Гарольд за пару минут до колокола нарочно опрокинул бутылку с желчью броненосца, и это дало ему повод спрятаться за котлом, вытирая лужу. Остальные ученики тем временем шумно покидали класс. — Отчего такая срочность? — донеслось до него шипение Снейпа. — Вот от этого, — ответил Каркаров, и Гарри, выглянув из-за котла, увидел, что Каркаров закатал левый рукав и показал Снейпу метку на внутренней стороне предплечья. — Ну? — Каркаров по-прежнему старался не шевелить губами. — Видишь? Он давно не был таким четким, с тех самых пор как… — Спрячь! — резко приказал Злей, стремительным взором обводя подземелье. — Но ты наверняка заметил… — взволнованно начал Каркаров. Гарольд только беззвучно усмехнулся. Мужчины сейчас выглядели, как крысы бегущие с тонущего корабля и у него снова чесались руки швырнуть в кого-то из них какое-нибудь заклинание, желательно по темнее и по болезненнее. — Мы можем поговорить об этом позже, Каркаров! — оборвал Снейп. — Поттер! Вы что тут делаете? — Вытираю желчь броненосца, профессор, — невинно захлопал глазами Гарри, выпрямляясь и показывая мокрую тряпку. Каркаров развернулся и вылетел за дверь с видом встревоженным и сердитым. Не желая оставаться наедине с исключительно злобным Снейпом, Гарри побросал книжки и ингредиенты в рюкзак и вышел, обдумываю то, что только что произошло и жалея, что никак не может их проучить без последствий. Забрав из башни «Гриффиндора» дневник, он направился в Выручай комнату. Забравшись в кровать, он открывает дневник на середине и проводит большим пальцем по странице. — Ну же, Том, ты мне нужен… — Гарольд закрывает глаза и когда открывает их, напротив уже сидит Том, на его губах улыбка. — Скучал? — Да, очень. Я не могу без тебя. Том наклоняется и гладит его по щеке. — Ш-ш-ш, змейка, я рядом с тобой. — Он сжимает руку Гарри с кольцом. — Всегда. И скоро буду рядом по настоящему, если ты конечно не передумал. Гарольд отрицательно мотает головой. — Я никогда не передумаю. Вместе до конца, Том, пожалуйста не обвиняй меня в таких ужасных вещах. — Прости. Ты вызвал меня чтобы поговорить или…? — Реддл поднимает его голову за подбородок. — Поговорить, у меня не так много времени. Том хмурится. — Поцелуй меня хотя-бы. Гарри кивает и наклоняется к парню. Том целует его грубо и настойчиво, грубо прижимая к себе. Он кусает губы Гарольда, не желая отпускать его. Гарольд упирается руками ему в грудь. — Ну всё, всё, хватит. Мне правда пора. Дождавшись пока Том исчезнет, он забирает дневник. Ласково проводит по его черной обложке и грустно улыбается. Шепчет одними губами: «Вместе до конца»

***

Барти хмыкает медленно потягивая виски из стакана. — И что, ты думаешь, Командир? Снейп предатель, Каркаров или оба? Гарольд устало потирает переносицу. — Я не знаю, Барти, я уже ничего не знаю. После смерти я стал…параноиком, уже никому не доверяю, разве что тебе. Присмотри за ними, хорошо? Только так, чтобы они тебя не заподозрили. — Всё будет в лучшем виде, ты же знаешь. — Знаю, по этому и прошу, без глупостей. Не нужно никаких твоих «гениальных» планов, просто слежка и сбор данных. Осталось последнее испытание, я не могу жертвовать возрождением Тома. – Гарольд смотрит на него серьёзно. — Да, командир. – Барти допивает содержимое стакана и с грохотом ставит его на стол.

***

На следующий день Гарри, Рон и Гермиона вышли из замка в полдень. Слабое серебристое солнце освещало двор. Впервые с начала года так потеплело, и к Хогсмиду они подошли, сняв плащи и закинув их за плечи. Еда для Сириуса лежала у Гарри в рюкзаке. Им удалось стащить с обеда дюжину куриных ножек, буханку хлеба и фляжку тыквенного сока. Немного побродив по магазинам они направились по улице к выходу из деревни. Гарри здесь раньше не бывал. Извилистая дорога вела к диким лесам, окружающим Хогсмид. Коттеджей становилось все меньше, садов — все больше; ребята все ближе подходили к горе, в чьей тени и лежала деревня. Они свернули и в конце улицы увидели перелаз. Положив лапы на верхнюю ступеньку, их дожидался очень знакомый, огромный и лохматый черный пес, державший в зубах газеты. — Привет, Сириус, — сказал Гарри, приблизившись. Пес оживленно обнюхал его рюкзак, махнул хвостом, повернулся и затрусил по поросшей редким кустарником земле вверх к каменистому подножию горы. Гарри, Рон и Гермиона перешли через изгородь и последовали за ним. Сириус подвел их к самой горе. Земля вокруг была усеяна большими валунами. Псу, с его четырьмя лапами, это путешествие ничего не стоило, но ребята скоро выбились из сил. Они полезли за Сириусом вверх по склону и с полчаса, потея на солнце, петляли по крутой каменистой тропе следом за виляющим хвостом. Лямки рюкзака больно врезались Гарри в плечо. Затем Сириус исчез из виду, и ребята, пройдя еще немного, увидели узкую расщелину. Проскользнув в нее, они очутились в прохладной, скудно освещенной пещере. У дальней стены стоял гиппогриф Клювокрыл, веревкой привязанный к валуну. Гибрид серой лошади и гигантского орла, он сверкнул на гостей свирепым оранжевым глазом. Все трое склонились перед ним в низком поклоне. Клювокрыл некоторое время важно глядел на них, а потом опустился на чешуйчатые колени и позволил Гермионе подбежать и погладить его оперенную шею. Гарри между тем смотрел на черную собаку, которая только что превратилась в его крестного отца. Сириус был одет в драную серую мантию, ту самую, которую носил, когда сбежал из Азкабана. После встречи у камина черные волосы отросли, опять свалялись и потускнели. Он очень похудел. — Курица! — хрипло воскликнул он, вынув изо рта и отбросив старые экземпляры «Пророка». Гарри развязал рюкзак и протянул Сириусу сверток с курицей и хлебом. — Спасибо, — сказал Сириус. Он развернул сверток, выхватил ножку, уселся на пол и зубами оторвал огромный кусок. — Питаюсь в основном крысами. Не могу красть много еды из Хогсмида — заметят. Он улыбнулся Гарри, но Гарри ответил на улыбку неохотно. — Что ты здесь делаешь, Сириус? — Выполняю обязанности крестного отца, — ответил тот, совсем по-собачьи вгрызаясь в куриную кость. — Не переживай, я прикидываюсь симпатичным бродячим песиком. Он по-прежнему улыбался, но, заметив беспокойство Гарри, посерьезнел: — Хочу быть рядом. Твое последнее письмо… скажем так, обстановка, все отчетливее пахнет жареным. Я краду газеты, как только кто-нибудь выбрасывает, и, судя по всему, не я один дергаюсь. Он кивнул на пожелтевшие номера «Пророка» на полу. Рон подобрал их и развернул. Но Гарри не отрывал взгляда от Сириуса.— А если тебя поймают? Если увидят? – Он беспокоиться по настоящему, Сириус может пострадать, при чём от обеих сторон. — Здесь в округе только вы трое да еще Дамблдор знаете, что я анимаг, — пожал плечами Сириус, жадно пожирая курицу.