More than a match

Горячую воду наносили с кухни ведрами в большое деревянное корыто. Пар поднимался к потолку. Тильда, старшая из служанок, опрокинула в корыто последнее ведро и вытерла со лба пот рукавом. — Раздевайся, — скомандовала она. Арья неохотно начала стягивать с себя задубевшее от грязи, пота и крови рубище. Ткань отлипала от кожи с неприятным звуком. Вторая служанка, веснушчатая рыжая Мара тихо присвистнула. — Я думала мальчишка… — пробормотала она. Арья переминалась и ежилась, поджимая босые пальцы ног на ледяном каменном полу. Мара шагнула ближе, оценивающе оглядывая её. Она была худой, но не детской худобой. Плечи узкие, но уже женские. Талия тонкая, живот плоский. Грудь небольшая, но оформленная. На коже — синяки, царапины, следы от верёвок. — Где ж ты так умудрилась, — охнула Мара, округлив глаза. — Тише, — одёрнула её Тильда. — Пленница она была. Чай не при королевском дворе выросла. Арья не сдержалась, весело хмыкнула. Вода в корыте быстро покрылась серой пеной. Арью щедро намылили с ног до головы. Служанки, не церемонясь, оттирали с новой чашницы лорда Тайвина засохшие слои грязи. Арья, стиснув зубы, едва терпела чужие руки на своем теле. С каждым движением губки в сознании блек и отдалялся загон с пленниками, но не исчезал страх. Арья нервно дернулась, когда мочалка прошлась по внутренней стороне бедра. — Стой спокойно, — проворчала Тильда. — Лорд не любит, когда воняет псиной. Грязь стекала в корыто тёмными полосами. Мара терла Арье плечи и спину жёсткой тряпкой. — Кожа хорошая, — заметила она. — Если откормить, будет красавица. — Не твоя забота, — сухо сказала Тильда. — Главное, чтобы лорд был доволен. Арья подняла глаза. — Он не смотрит на тело, — тихо произнесла она. Женщины переглянулись. — Все мужчины смотрят, — ответила Мара со знающей улыбкой. Пар густо окутывал порозовевшую девичью фигуру. Синяки становились ярче на чистой коже. Ключицы выступали остро. Рёбра ещё заметно выделялись, их легко можно было пересчитать, но в бёдрах уже намечалась женская мягкость. Когда с мытьем было покончено, её подвели к куче одежды, сваленной в углу. — Выбирай, — бросила Тильда. Платья, юбки, передники с оборками. Арья прошла мимо них, не глядя, к следующей горе, в которую свалили мужскую одежду. Чуть порывшись, вытащила себе серые штаны и простую рубаху. — Это тебе велико, — заметила Мара. — Подойдёт. Арья углядела в куче подходящие тряпки, и первым делом туго перемотала грудь. Сама мысль, что проклятый Ланнистер может посмотреть на неё, как на женщину, внушала ей ужас и отвращение. Мужская рубаха действительно повисла на её тонких плечах, почти как короткое платье. Она заправила ее в штаны и продела тонкий ремень в петли, иначе они бы просто спали с неё. Ткань одежды была мягче, чем всё, что она носила за последние недели. Арья закатала рукава и впервые за весь день, впервые за всю дорогу из Королевской Гавани, робко улыбнулась.

***

На кухне было тепло и даже уютно. В главном очаге на огромном вертеле жарили целиком оленью тушу. Гремели кастрюли и сковороды, шкворчало масло, вкусно пахло готовящимся мясом, луком и дымом. — Арри! — радостно окликнул Пирожок. Он стоял у котла с булькающим супом, красный и распаренный, живой. — Меня распределили на кухню, — счастливая улыбка расплылась от уха до уха на румяном круглом лице. Они крепко обнялись. Гвина, немолодая, но энергичная повариха с быстрыми руками, смерила Арью внимательным взглядом. — Это новая чашница? — фыркнула она. — Гляди, не пролей ничего. Говор у нее был очень характерный: выразительные, чуть растянутые гласные — Западные земли. Значит повариху Ланнистер возил за собой, не доверял стряпне местных. Разумно. Был бы у Арьи яд — она бы его уже отравила. Гвина деловито сунула ей в руки тяжёлый поднос. — Держи ровно. Глаза в пол. Говори только когда спрашивают. Не умничай. Не пялься. Не спорь. Арья кивнула. Сердце стучало так громко, что казалось, его слышно всем. Она ещё никогда не прислуживала лорду, тем более — Тайвину Ланнистеру, кровному врагу.

***

Поднос оказался тяжелее, чем она ожидала, он дрожал в руках, несмотря на то что она пыталась удержать его ровно. Каждый шаг отдавался в висках. Харренхол гудел пустотой. Коридоры были длинными, высокими, своды терялись в темноте. Каменные стены источали сырость, холодный и влажный сквозняк тянулся по полу. Где-то капала вода. Звук шагов отдавался гулким эхом. Она смотрела в основном вниз: на край подноса, на носки сапог, на неровные камни пола. Шла, и повторяла мольбу одними губами: только бы не споткнуться, не уронить, не расплескать. Но любопытный взгляд всё равно выхватывал детали. Обгоревшие балки под потолком, следы давнего пожара, потемневшие гобелены с выцветшими сценами охоты, огромные окна-бойницы, через которые пробивался тусклый зимний свет. Этот замок давно, уже много веков был мёртвым гигантом. И теперь на какое-то время он станет её домом. Мысль показалась странной. Почти кощунственной. Двое стражников у массивных дверей встали прямо. — Чашница, — буркнул один. Они распахнули двери, Арья перешагнула порог, и мир изменился. Тут было тепло. В камине пылал огонь. Свечи горели ровным светом. Воздух пах воском, дымом и сухими травами. Камень здесь не был сырым. Пол застилали толстые ковры. На стенах висели карты. Длинный массивный стол был завален пергаментами. Внутри шёл военный совет, и лорд Тайвин Ланнистер восседал во главе стола. Странно, но в строгом тёмном камзоле, без алого плаща, без металла и без брони, он казался ещё опаснее. Ничего лишнего. Ничего показного. Только прямая осанка, отсвет огня в светлых волосах и внимательный взгляд. Арья впервые вступила на его территорию. Руки дрогнули, металлические кубки предательски звякнули на подносе. К счастью, Ланнистер был занят советом и не обратил на нее внимания. — Старки слишком растянули свои линии, — говорил один из рыцарей, блондин средних лет. — Лето закончилось. Им будет трудно прокормить людей и коней. — Старки понимают зиму лучше нас, Реджинальд, — сухо ответил Тайвин. — Холод их не сломает. Заговорил другой командир с изрытым оспой лицом: — Наши шпионы сообщают о недовольстве среди северных лордов. Они хотят вернуться домой и собрать урожай, пока посевы не испортились. Ланнистер поморщился. — Уверен, если бы те же шпионы пробрались в наши лагеря, они сообщили бы о недовольстве среди южан. Это война. Довольных нет. Он прошёлся пальцем по карте. — Мы слишком долго недооценивали мальчишку Старка. У него хороший ум для войны. Люди его боготворят. И пока он выигрывает сражения, они будут верить, что он — Король Севера. Вы ждёте его ошибки. Он не ошибётся. Не без нашей помощи. Тайвин поднял глаза. — Так как мы его остановим? Реджинальд устало провёл рукой по лицу. — Мы работали всю ночь, милорд. Возможно, нам стоит немного поспать. В комнате повисла тяжелая пауза. Арья буквально кожей ощутила как все вокруг напряглись. — Да, думаю, стоит, — медленно произнёс Тайвин. — И поскольку ты мой кузен, Реджинальд, я, возможно, даже позволю тебе проснуться после этого сна. Иди. Уверен, твоя жена скучает по тебе. — Моя жена в Ланниспорте. — Тогда тебе лучше начать путь прямо сейчас. Иди. Пока я не передумал и не отправил ей твою голову. Реджинальд побледнел, вскочил с места, нервно поклонился и вылетел вон из комнаты. Арья неуверенно приблизилась к лорду с кубком на вытянутой руке, так, будто он мог укусить её в любой момент. По тонким губам Ланнистера зазмеилась издевательская усмешка. Он подпёр голову кулаком и откровенно разглядывал её с ног до головы с каким-то странным мрачным весельем. — Ну же, смелее, — тихим опасным голосом произнес он. — или ты предпочитаешь, чтобы твой лорд сам тянулся за кубком? Она сделала к нему еще шаг и поставила кубок на стол. Рука Тайвина остановила её, чуть сжав за предплечье. Арья едва не подпрыгнула от неожиданности. — Не вина. Воды, — одними губами прошептал он. — Нам ещё долго сидеть. Только сейчас она с ужасом поняла, что забыла принести кувшин с водой. Боги, какой провал. Её первый рабочий день грозил стать последним. У неё, по сути, была одна задача: следить чтобы у Ланнистера и его подхалимов всегда были полные кубки. И даже с этим она умудрилась напортачить. Чашница из Арьи Старк получилась аховая, примерно такая же, как из Ланнистера — добрый благодетель, если уж на то пошло. Тайвин меж тем буравил Арью взглядом так, будто мог слышать все мысли в её лохматой голове. — Девочка, откуда ты родом? — внезапно он огорошил её вопросом, на который ей меньше всего хотелось бы отвечать. — Из Мейденпула, милорд, — быстро соврала она. — И кто правит Мейденпулом? — в зеленых глазах мелькнула азартная искра. — Напомни. — Дом Мутонов, милорд. — Их герб? Арья потерянно молчала. — Красная рыба — лосось, — произнёс Тайвин. — Думаю, девочка из Мейденпула это бы помнила. Ты с Севера, не так ли? Арья кивнула, признавая своё поражение в этом раунде. — Хорошо, — кивнул Ланнистер, не отводя от неё пристального взгляда. — Ещё раз. Откуда ты? — Из Барроутона, милорд. Дом Дастинов. Два перекрещённых длинных топора под чёрной короной. Тайвин мог бы продолжить проверять ее знания о Доме Дастинов, и Арья непременно бы поплыла, как воск на горящей свече, но на ее счастье он промолчал. — И что говорят на Севере о Роббе Старке? — спросил он после паузы. — Его называют Молодым Волком. — И? — Говорят, он въезжает в бой на спине огромного лютоволка. Говорят, он может сам обращаться в волка, когда пожелает, — перечисляла она легенды о брате, стараясь говорить как можно равнодушнее. — Говорят, его нельзя убить. — А ты веришь в это? — Нет, милорд, — Арья горько усмехнулась. ­— Любого можно убить. Тишина в комнате изменилась. Все его рыцари и командиры на мгновение исчезли из её поля зрения. Остались только он и она, и их странная дуэль взглядов. В этот момент Арья вдруг поняла: Тайвин Ланнистер проверяет не её знания, он проверяет её страх. Она боялась его, но не опустила глаз. — Принеси воду, — тихо сказал он наконец. Арья поклонилась и вышла.

***

Тепло его покоев осталось за спиной. Она шла быстрее, чем нужно. Сердце всё ещё дико стучало после разговора, руки дрожали. Он знал. Он точно знал, что она не из Барроутона. Но не выдал. Почему? Во внутреннем дворе было серо, ветер носил по земле пожухлые листья. Тяжелые тучи низко висели на пасмурном небе, готовые вот-вот пролиться дождем. В центре двора у большой дубовой бочки лениво переговаривались два солдата. Даже вода в замке — и та под присмотром. Война. Арья поставила кувшин, сняла крышку и зачерпнула. — Девочка сегодня прислуживает льву. Голос прозвучал рядом. Она не обернулась сразу, только медленно вдохнула. Якен стоял в нескольких шагах — в форме золотого плаща. Шлем под мышкой. Лицо спокойное, будто он обсуждал погоду. — Ты…, — Арья с трудом верила глазам. Якен Хгар кивнул на дальний угол в тени, Арья молча проследовала за ним. — Девочка ничего не говорит. Девочка держит рот на замке, — Якен говорил мягко, почти ласково. — А друзья могут говорить тайно, верно? Мальчик стал девочкой. — Я всегда была девочкой. — А я всегда знал. Но девочка хранит секреты. Мужчине не подобает их раскрывать. — Ты теперь один из них. Надо было дать тебе сгореть. — А ты теперь служишь главному из Ланнистеров, — спокойно заметил он. — Почему это правильно для тебя и неправильно для меня? — У меня не было выбора, — вспылила Арья. — Был. И у меня был, — Якен широко развел руками. — И вот мы здесь. Он улыбнулся и подошёл ближе. — Человек платит свои долги. Человек должен три. — Три что? — Красный Бог берёт своё, прекрасная девочка. Только смерть платит за жизнь. Ты спасла меня и двоих со мной. Ты украла три смерти у Красного Бога. Мы должны их вернуть. Назови три имени — и человек сделает остальное. Три жизни я тебе дам, — пропел он. — Ни больше, ни меньше. — Я могу назвать любого, и ты его убьёшь? — Человек сказал. Она сразу же подумала о Тайвине. Имя уже почти было на языке, но Арья почему-то помедлила. Ей нужно было спешить обратно, у неё не было времени на весь этот пустой трёп. — Того, кто всех пытает, — сказала она первое, что пришло в голову, только бы Якен от неё отцепился. — Человеку нужно имя. — Я не знаю его имени. Его зовут Щекотун. — Этого достаточно. Иди, девочка, — Якен подмигнул ей. — У твоего господина жажда.