More than a match

Санса Старк стояла на коленях у подножия трона, а прямо над ней с арбалетом в руках возвышался король Джоффри Баратеон. Дневной свет лился в тронный зал сквозь огромные витражные окна, оставляя желто-красные пятна на перекошенном от злобы лице Джоффри. Арбалетный болт был нацелен прямо в грудь Сансе. Рядом мрачно и неподвижно стоял Сандор Клиган. Джоффри прошипел. — Ты здесь, чтобы ответить за очередное предательство твоего брата. Санса опустила голову. — Ваша милость… что бы ни сделал мой брат, предатель он или нет, я не имею к этому отношения. Вы это знаете. Прошу вас… Джоффри скучающе повернул голову. — Сир Лансель, расскажите ей об этом безобразии. Лансель Ланнистер шагнул вперёд и громко заговорил, обращаясь ко всему залу. — Используя мерзкое колдовство, ваш брат напал на Стаффорда Ланнистера с армией волков. Тысячи добрых людей были перебиты. А после бойни северяне пировали на телах убитых. По залу пробежал тревожный шёпот. Там собралось не больше десятка придворных — несколько рыцарей, пара лордов и фрейлин королевы-матери. Джоффри позвал их сюда, конечно, не для доклада о зверствах северян. Ему нужны были свидетели. Король любил унижать Сансу Старк на публике — так её страх становился зрелищем. Джоффри довольно улыбнулся. В его глазах мелькнул тот опасный блеск, который всегда появлялся, когда он собирался сделать кому-нибудь больно. — Убить тебя было бы хорошим посланием для твоего брата. Санса всхлипнула. Звук сорвался сам собой — тихий, непроизвольный. Она стиснула руки перед собой, пытаясь удержать дрожь. Джоффри лениво вздохнул, словно вся сцена уже начинала его утомлять. — Но моя мать настаивает, чтобы ты оставалась в живых. Он небрежно опустил арбалет, словно потерял к нему интерес. — Встань. Каменный пол был холодным. Санса оперлась ладонями о плиты и медленно поднялась на ноги. Колени всё ещё дрожали, но она заставила себя выпрямить спину. — Значит, придётся отправить твоему брату послание каким-нибудь другим способом. Он повернул голову, даже не глядя на неё. — Мерин. Сир Мерин Трант выступил вперёд. — Лицо не трогай, — лениво добавил Джоффри, разглядывая Сансу. — Мне нравится, что она красивая. В зале послышалось тихое напряжённое движение — кто-то неловко переступил с ноги на ногу, кто-то отвёл взгляд. Санса едва успела вдохнуть. Кулак Мерина с силой ударил её в живот. Воздух вырвался из груди. Мир на мгновение потемнел. Она согнулась пополам, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Джоффри наблюдал за этим с холодным интересом, чуть склонив голову, как ребёнок, рассматривающий новую игрушку. Мерин пнул её под ноги, и Санса рухнула на каменный пол. Камень больно ударил по коленям. Она глухо застонала. — Мерин, — с издёвкой сказал Джоффри, — моя леди слишком тепло одета. Мерин грубо схватил ткань на спине платья и рванул. Ткань треснула. Санса вскрикнула от неожиданности. Холодный воздух коснулся обнажённой кожи. — Если мы хотим, чтобы Робб Старк услышал нас, — усмехнулся Джоффри, — придётся кричать погромче. Мерин поднял меч, чтобы ударить её. — Что здесь происходит? Голос прозвучал резко и холодно, он будто рассёк воздух в зале. Мерин замер. В тронный зал вошел Тирион Ланнистер. Рядом с ним расслабленно шагал Бронн, так, словно заглянул в любимую таверну, а не на прием к деспотичному королю. Джоффри заметно напрягся. Тирион остановился у подножия трона и с отвращением посмотрел на Транта. — Что за рыцарь избивает беззащитную девушку? Мерин презрительно усмехнулся, не убирая руки с меча. — Тот, кто служит своему королю, Бес. Бронн сделал шаг вперёд, разглядывая Транта с головы до ног. — Поосторожнее. А то ещё кровью испачкаешь свой красивый белый плащ. Несколько придворных нервно переглянулись. Тирион обвёл зал взглядом. Его глаза задержались на разорванном платье Сансы. — Кто-нибудь, дайте девушке чем-нибудь прикрыться. Он посмотрел на Джоффри. — Она должна стать твоей королевой. У тебя совсем нет уважения к её чести? Джоффри нахмурился, как ребёнок, которого отчитали при всех. — Я её наказываю. — За какие преступления? — холодно спросил Тирион. — Она не сражалась в битвах своего брата, полоумный ты болван. В зале повисла тишина. Джоффри побагровел. — Ты не можешь так со мной разговаривать! Король может делать всё, что захочет! Тирион слегка наклонил голову, словно рассматривая особенно любопытный образец человеческой глупости. — Безумный король тоже делал всё, что хотел. Твой дядя Джейме когда-нибудь рассказывал тебе, чем это закончилось? Теперь уже Мерин шагнул вперёд. — Никто не смеет угрожать Его Величеству в присутствии Королевской гвардии. Тирион спокойно пожал плечами. — Я не угрожаю королю, сир. Я просто обучаю племянника. Он повернулся к Бронну. — Бронн, в следующий раз, когда сир Мерин откроет рот — убей его. Он улыбнулся. — Вот это уже была угроза. Чувствуешь разницу? Мерин уставился на него с яростью, но молчал. Тирион подошёл к Сансе и протянул ей руку. Она осторожно оперлась на неё. Он помог ей подняться. На мгновение она пошатнулась, но сразу выпрямилась, и они вместе направились к выходу из зала. Каменный пол глухо отдавался под их шагами. По дороге Тирион тихо сказал: — Прошу прощения за поведение моего племянника. Он посмотрел на неё внимательно. — Скажите честно. Вы хотите, чтобы эта помолвка закончилась? Санса подняла на него заплаканные голубые глаза. — Я верна королю Джоффри. Моей единственной любви. Тирион тихо усмехнулся. — Леди Старк… возможно, вы ещё переживёте нас всех. Он остановился у дверей и с восхищением смотрел, как она уходит к себе в покои. Ровная спина, идеальная осанка, походка не жертвы, но королевы.

***

Санса вернулась в свои покои. Дверь тихо закрылась за ней. Стражник остался снаружи. Наконец-то, она осталась одна. Она подошла к умывальному столику и медленно опустила руки в чашу с холодной водой. Лёд уже растаял, но вода всё равно была прохладной. Санса осторожно умылась, промокнула кожу мягким полотенцем. Затем сняла испорченное платье и надела другое — глубокого изумрудного цвета, оно идеально оттеняло ее медные волосы, делало глаза еще ярче. Ткань мягко легла на плечи. Санса подошла к высокому зеркалу и долго, тщательно приводила себя в порядок. Она аккуратно уложила волосы. Ни одна прядь не должна была выбиваться. Когда она закончила, в зеркале снова стояла безупречная леди. Санса приложила руку к груди и чуть поправила хрустальный флакончик, спрятанный в декольте. На губах медленно заиграла улыбка. Первая за весь день. Удивительно, на что оказывается способна невинная, казалось бы, девица, если кроме вышивания у неё в руках оказывается слишком много свободного времени. Санса жила в Красном замке уже несколько месяцев. Достаточно долго, чтобы понять: выживают здесь не самые сильные. Выживают самые внимательные. Она вышивала платки для своего будущего ублюдка мужа, улыбалась, делала реверансы, слушала менестрелей, говорила правильные слова. И запоминала.  Она знала в лицо почти всю стражу, охранявшую короля и королеву-мать, знала имена, знала, кто любит выпить, кто ленится на посту, кто болтлив, а кто молчалив. Она не могла ходить по замку одна. За ней всегда следовал стражник. В последнее время всё чаще — Пёс. Сандор Клиган шёл за ней молча, тяжёлой тенью. Его присутствие пугало многих, Санса же начинала к нему привыкать. Вдвоем они производили сильное впечатление: красавица и чудовище, нежная кукла и злобный варвар. Никто бы в жизни не заподозрил, что она решится сделать что-то плохое под его неусыпным надсмотром. Только не эта маленькая северная ромашка. Только не на таком фоне. Все сошлось идеально. Санса подмигнула своему отражению. Кто бы мог подумать, как легко иногда бывает устроить маленькое представление, когда никто не ждет от тебя подвоха.

***

В тот день на посту стоял сир Харвин Фелл — высокий молодой рыцарь с вечной улыбкой и неуемной страстью к пустой болтовне. Пёс сопроводил её до покоев королевы-матери. — Миледи, — весело сказал сир Харвин, — не заставляйте её милость слишком долго вас ругать. Санса опустила глаза. — Я постараюсь. Когда дверь закрылась, она знала, что произойдёт дальше. Пёс останется стоять у входа, а сир Харвин будет рад, что ему не нужно молча сторожить коридор. Он обязательно начнёт рассказывать последние сплетни и пересказывать анекдоты. Сандор Клиган слушать их не будет. Он начнет прикладываться к своей фляге с вином. Санса заранее знала, что у неё есть время. — Заходи, — равнодушно бросила Серсея. Санса начала плакать прямо с порога. Плакать Санса умела лучше всего на свете. Слёзы текли легко и красиво, не размазывая лицо, не искажая голос. Серсея наблюдала за ней с лёгким раздражением. Перед ней уже стоял кувшин дорнийского вина. Королева любила выпить бокал-другой вечером после ужина. Санса уже успела выучить ее распорядок дня, привычки и вкусы. — Джоффри… — шептала она сквозь слёзы. — Он… иногда бывает очень груб со мной. Серсея слушала ее вполуха, все больше погружаясь в собственные мысли. — Я не могу спать. — Почему? — Меня мучают кошмары. Серсея устало вздохнула. — Хочешь воды? Санса вытерла слёзы. — А можно… — она деланно замялась, — можно мне тоже вина, сударыня? Серсея равнодушно пожала плечами. — Если ты настаиваешь. Она взяла второй бокал и налила вина из кувшина. Санса осторожно приняла его обеими руками. Серсея отвернулась к окну, снова посмотрела на закат, сделала ещё глоток. Ну же. Ну пожалуйста. Санса всхлипнула. — Подожди здесь, дитя, — сказала она. Именно тогда королева принесла флакон из спальни. Санса боялась дышать. Только бы не спугнуть. Только бы не выдать себя. — Знаешь, что это? Санса покачала головой. Она, конечно, знала. В Красном замке слухи ходили быстрее ветра. Ночная тень. Сильный яд. В малой дозе — сон, в большой — смерть. Весь спектакль и был нужен ради этого момента. Серсея капнула две капли в бокал, и беззаботно пошла обратно в спальню, чтобы поставить флакон на место. Санса мгновенно поменяла бокалы местами. Когда королева вернулась, она ничего не заметила, взяла другой кубок. Санса послушно выпила свой. Через несколько минут она зевнула, скрывая невольную улыбку. — Ступай, дитя, — сказала королева. Санса поклонилась и вышла. Но только до приёмной. Там она тихо скользнула за тяжёлую бархатную портьеру. Она ждала. Ждать пришлось недолго. Через некоторое время из спальни донёсся тихий звук, Серсея тяжело опустилась на кровать. Ещё немного. И тишина. Санса осторожно вышла из-за портьеры. В уже сгустившихся сиреневых сумерках она скользнула через приёмную обратно и тихо открыла дверь спальни. Серсея глубоко спала, обняв подушку. Санса подошла к прикроватному столику, открыла ящик и достала знакомый флакон. Затем вытащила из декольте маленькую хрустальную слезницу. Подарок Джоффри. Очередная жестокая шутка. После казни отца она плакала так сильно, что король однажды рассмеялся и протянул ей этот флакон. — Чтобы собирать слёзы, — сказал он. Теперь он пригодился. Двадцать капель. Одна за другой. Она поднесла флакон ближе к глазам, уровень изменился едва заметно. Она накапала в слезницу еще. Затем Санса добавила воды из чаши, ровно столько же капель, и осторожно встряхнула флакон Серсеи. Заметить подмену на глаз было невозможно. Да, теперь ее отрава не такая сильная, но как снотворное, скорее всего работать будет также. Слезницу с ядом Санса снова спрятала на груди. Серсея продолжала безмятежно спать. Санса поставила ее флакон на место, и тихо покинула покои королевы. В коридоре сир Харвин как раз рассказывал что-то особенно смешное, зычно хохоча над собственной шуткой. Пёс угрюмо молчал. Санса прошла мимо них с опущенными глазами. Никто, конечно, не заметил маленький хрустальный флакон, спрятанный у её сердца.

***

В дверь вежливо постучали. Санса удивленно вздрогнула. Джоффри всегда заявлялся к ней без стука и безо всякого почтения. — Кто там? — удивленно воскликнула она — Миледи. На пороге стоял Мизинец. Рядом с ним — Тирион Ланнистер, а за их спинами, как тёмная грозовая туча, маячил Сандор Клиган. — Пустить их? — хмуро спросил Клиган. — Конечно, — Санса радушно махнула рукой на диван у камина. Сама она грациозно опустилась в кресло возле столика с вышиванием. Движение было безупречным — лёгким, спокойным, словно ничего в мире её не тревожило. — Возможно, мне стоит позвать септу Мордейн, — спросила она, чуть потупив взгляд. — Не стоит, — беспечно махнул рукой Тирион. — Я сойду за дуэнью. — Мы не отнимем у вас много времени, леди Санса, — Мизинец очаровательно улыбнулся, эта его улыбка заставляла придворных дам забывать собственные имена. — Мы просто хотели проверить как вы себя чувствуете после… хм, происшествия в тронном зале. — Вы очень добры ко мне, сир Бейлиш, сир Ланнистер. Я уже в полном порядке. Санса подхватила тонкой рукой пяльцы и разгладила канву, словно разговор шёл о погоде, а не о побоях в тронном зале. Тирион прочистил горло и выпрямился на диване. — Я хотел поддержать вас и сказать, — важно сказал Тирион, — мы уезжаем на встречу с вашей матушкой. Надеюсь, скоро мы сможем вернуть вас в лоно семьи. Санса вскинула на него пораженный взгляд. Тирион ожидал радостного вскрика. Может даже того, что девица Старк расчувствовавшись кинется ему на шею. Как ни как, он защитил ее честь сегодня и едет на переговоры к ее матери. Ладно, он даже был готов к тому, что возможно, от избытка эмоций Санса грохнется в обморок. Но вместо этого на прекрасное девичье лицо медленно наползла тень. Пухлые губы сжались в одну прямую тонкую линию. Голубые глаза расширились, став двумя невозможными голубыми озерами полными непролитых слез. Она часто заморгала. Первая слезинка скатилась по нежной щеке, вторая, как первые легкие капли дождя перед ливнем. — Что… что не так? — карлик растерялся и вопросительно повернулся к Мизинцу за поддержкой. — Вы уезжаете оба! Пяльцы полетели на пол. Почти незаметным жестом опытного фокусника Санса достала из рукава платок, закрыла им лицо и глухо зарыдала. — Я думаю леди Санса переживает за свою жизнь, — деликатно прошептал Мизинец Тириону почти на ухо, но Санса, странное дело, расслышала это и сквозь пелену рыданий кивнула. — Да! Кто же теперь меня защитит от Джоффри? — Эм…, — потерянно вздохнул Тирион, — Клиган? Дверь тут же распахнулась, словно Сандор подслушивал. — Что? — почти гавкнул он, не отрывая опасного взгляда от заплаканного лица Сансы. — Джоффри меня изнасилует! — взвыла леди Старк. — Прямо на стене замка. Перед всем народом. — Нет, ну это конечно, перегиб, — начал Тирион. — Он на такое не способен… — Он именно это и сказал, — Пес мрачно забил последний гвоздь в гроб репутации Джоффри Баратеона. — Вы не можете меня оставить, — взмолилась Санса. — Вы видели на что он способен. Он чуть не убил меня сегодня. Тирион перводил растерянный взгляд с Мизинца на Сандора и обратно на Сансу. — Все условия встречи уже оговорены, миледи — мягко произнес Мизинец. — Если мы не появимся в таверне в условленный час… — … он меня изнасилует! Повисла тяжелая пауза. Только тихие, отчаянные всхлипы Сансы раздавались в комнате. Тирион поёрзал на диване, словно сидел на раскалённых углях, и наконец достал из кармана увесистый мешочек с золотом. — Клиган, я вам заплачу, если вы пообещаете мне защищать честь леди Сансы. Сандор смерил карлика таким взглядом, будто тот лишился последнего рассудка. — Я — личный телохранитель короля. Я обязан выполнять его приказы. Все взгляды вновь уперлись в Тириона. — Вы — Десница, — мягко начал Мизинец. — Я не могу не поехать, это будет прямое нарушение приказа Джоффри, ты же знаешь, ты был на совете. Они тебе одному эту миссию не доверят… Тирион осекся. Потом резко выпрямился. — Ты оставайся, я поеду с Бронном. В этот момент потеснив Клигана в проеме двери появилась септа Мордейн. На несколько секунд она просто застыла с открытым ртом. Перед ней открылась картина, достойная апокалипсиса: три мужчины — один хуже другого — и юная благородная леди с ними наедине в комнате. Лицо септы вытянулось. — Семеро небес… — прошептала она. Её глаза расширились так, что маленькое морщинистое личико стало похоже на испуганное печёное яблоко. Она схватилась за грудь. — Миледи! Я все понимаю: молодость, ветер в голове! Но… сразу ТРОЕ! О времена, о нравы! Она обвела собравшихся таким взглядом, будто при позапрошлом короле их бы уже тащили на костёр. Тирион и Мизинец одновременно вскочили с дивана, Клиган с опаской попятился. — ВОН! — грозно приказала септа. Повторять было не нужно. Уже буквально в дверях Санса легко перехватила Тириона за рукав. Она наклонилась близко-близко, чуть коснувшись губами его уха. — Сир Бейлиш не Десница, — прошептала она. — Джоффри боится только вас. Если вдруг он не сможет его остановить… мне нужно будет где-то спрятаться. Она пронзительно посмотрела на него так, словно он был единственный на всем белом свете. Ее герой. Ее защитник.  — Есть только одно место, где искать не посмеют. Ваша башня. Тирион замер. Во рту у него пересохло, сердце колотилось как бешеное. Потом, словно под гипнозом, он снял с пояса связку ключей и вложил ей в ладонь. — Спасибо, милорд, — тихо сказала Санса. Когда он уже выходил, она проникновенно добавила: — Поезжайте, мой рыцарь. И взмахнула на прощанье платочком. Дверь захлопнулась. Септа Мордейн медленно повернулась к своей подопечной. Мгновение они просто смотрели друг на друга. Потом Санса медленно выпрямилась. Плечи, до сих пор напряжённые, чуть опустились. Она тихо выдохнула, будто только сейчас позволила себе дышать. Слёзы на щеках быстро высыхали. Она аккуратно разгладила складку на рукаве, словно приводя в порядок не платье, а собственное лицо. Связка ключей тихо звякнула в её ладони. Септа Мордейн заметила это сразу. Её брови медленно поднялись. — Миледи… В этом коротком слове прозвучало всё сразу: упрёк, недоверие и смутное восхищение, которое септа сама бы ни за что не признала. Санса слегка склонила голову. — Я ваша должница, септа. Септа долго смотрела на неё, прищурившись. Она была достаточно стара, чтобы узнать манипуляцию, когда видела её. Но назвать это просто дурным воспитанием язык не поворачивался. Слишком хладнокровно, слишком ловко. И слишком смело для девочки, которая ещё недавно плакала над сломанной куклой. — Миледи… — наконец тихо сказала септа. — Иногда мне кажется, что вы усвоили мои уроки… несколько своеобразно. Санса чуть улыбнулась, не дерзко, почти устало. — Я усвоила главное, септа. Она подняла ладонь. Ключи снова тихо звякнули. — В Королевской Гавани хорошее воспитание иногда оказывается… недостаточной защитой. Септа Мордейн вздохнула. — Семеро свидетели, — пробормотала она. — Я учила вас быть благородной леди. Санса мягко ответила: — Вы меня этому и научили. На этот раз септа не нашла, что возразить.