Первое и последнее расследование рыцаря Майка Уилера

Одним осенним днем все королевство Хоукинс сотрясает поразительная новость — невеста знатного дома Уилеров, леди Джейн, магическим образом исчезла из поместья в ночь перед своей помолвкой. Слухи быстро разлетаются по маленькому государству. Люди в тавернах часто судачат о страшном проклятии, обрушенном на Уилеров, ведь первенцем в этой семье стала дочь, а не сын. Другие же любят шептаться о побеге, ведь леди Джейн всегда казалась им слишком отстраненной, для обычных подданных она была чересчур странной и «не от мира сего». Третьи же и вовсе крестятся и вспоминают старые легенды о темных землях за пределами королевства, кишащих страшными тварями. Но Майку Уилеру плевать на эти слухи. — Если Оди не найдется к закату, я лично обыщу каждый уголок этого королевства, — Майк ходит из стороны в сторону, нервно поправляя ножны меча. — Как она могла исчезнуть из своих покоев? Оди и в детстве была непослушной, но сейчас… Что если ее украли? — Майк, — Лукас осторожно кладет ладонь ему на плечо, останавливая бесконечное хождение по комнате. — Мы найдем ее. Отряд уже прочесывает восточный лес, Дастин опрашивает всех, кто мог видеть ее вчера вечером, Уилл совсем скоро будет здесь... — Вчера вечером! — эхом повторяет Уилер, прикрывая глаза. — Вчера вечером я должен был быть с ней, но я не сделал этого, и что теперь? — Вы должны были отдыхать перед церемонией, — мягко напоминает Макс. Она стоит чуть поодаль, прислонившись к широкой колонне, и внимательно наблюдает за Майком. — Оди явно не та девушка, которая может попасть в беду. Никто не винит тебя в том, что случилось. — Я виню! — громко отрезает Майк, звеня стальными латами. На лице Лукаса и Макс отражается тень беспокойства, но никто из них не решается ответить. Тем более, что… В парадный зал вбегает запыхавшийся Дастин. Его плащ перепачкан темной грязью, а глаза горят толикой усталости, но Хендерсон широко улыбается, оглядывая всех вокруг. — Есть кое-что, — выдыхает Дастин, опираясь о ближайшую стену. Вся компания тут же делает шаг вперед, пока мраморный пол отражает скрип доспехов и стук каблуков. — Кое-что странное. — «Странное» — единственное слово способное описать все происходящее, — в привычной манере отвечает Мейфилд, обеспокоено поджимая губы. — Я разговаривал со стражниками, дежурившими у западных ворот поместья. Никто не видел, чтобы Оди покидала покои или хотя бы выходила из них после того, как герцогиня Уилер пожелала ей спокойной ночи. — Хендерсон переводит дыхание, наконец выгибаясь в полный рост. — Но есть и конюх, утверждающий, что видел кое-что интересное — свет в ее комнате. — Свет? — переспрашивает Майк, хмуря брови. На его лице проглядывается с десяток эмоций, но Дастин продолжает говорить, не обращая внимания на его слова. — Странный, красноватый свет, который лился из окна ее комнаты. Конюх говорит, что это была краткая вспышка, а после — ничего, представляете? Я не слишком ему верю, но это хоть какая-то зацепка. Уилер чувствует, как внутри него что-то обрывается и низко падает. Однажды он видел этот красноватый свет, много лет назад, когда в королевство впервые приехала эта странная девочка с обрезанными волосами и глазами, стремящимися охватить каждый сантиметр нового мира. Именно тогда Майк впервые и познакомился с Оди. В то время она была совсем не похожа на нынешнюю себя, Уилер даже потащил ее к Джойс Байерс — местной целительнице, которая сказала, что сейчас девочка напугана и ей нужно долгое время на восстановление. Тогда Майк не задавал ни единого вопроса, принял Оди такой, какая она есть. Джейн росла вместе с Уилером и его компанией, поэтому его семья всегда считала ее выгодной компанией для своего сына, тем более, что начальник королевской гвардии, Джим Хоппер, удочерил Оди и вырастил как родную дочь. Майк никогда не задавал вопросов к выбору своей семьи, фиктивные браки всегда считались нормой, да и Уилер не хотел перечить своим родителям. Он действительно относился к Оди как к младшей сестре, постоянно ухаживал и окружал заботой. Это не было похоже на «любовь», но Майк и не думал, что для их брака это потребуется, ведь он знает Джейн столько лет, разве это станет преградой? Вот только тогда Майк и не знал, что преградой их брака станет нечто иное. — Эй, Майк! — Синклер машет ладонями перед лицом Уилера, застывшего посреди зала. Рыцарь на момент вздрагивает и откачивается в сторону, пытаясь прийти в себя. — Уилл уже тут, ты идешь? Майк громко сглатывает, чувствуя, как сохнет в горле. Шестеренки в его голове, заржавевшие за эти годы помолвки и подготовки к свадьбе, со скрежетом проворачиваются, пытаясь выдать хоть одну нормальную мысль. — Идем. Где Дастин? — С Уиллом и Макс. Сказал, что не хочет терять время, мы ждем только тебя.

***

— Все поняли план? — повторяет Майк, проводя ладонью по непослушным кудрям. Он громко выдыхает, стараясь собраться с силами, но легкая дрожь выдает его с головой. — Дастин и Лукас вновь проверят конюха, используя несколько зелий, подготовленных Уиллом. Майк и Уилл отправятся прочесать пограничный лес вместе с кавалерией дома Уилеров, — бегло отрезает Макс. Вся компания тут же переглядывается и тихо кивает. — Я останусь в поместье на случай, если появятся какие-то новости. — И чтобы присмотреть за Хоппером, — добавляет Синклер. — Он рвется куда-нибудь с самого утра, гвардии пришлось буквально силой удерживать его в зале. — Хоппер останется здесь, — твердо отрезает Уилер. — Если он сорвется, мы потеряем единственного человека, который хоть что-то знает об этом... ином мире. Изнанка. Майк все еще не может осознать это до конца, но каждая минута приближает его к непонятной правде и реальности, в которой Джейн действительно исчезла, а Уилл Байерс — единственный, кто может оказать действительную помощь. — Зелья готовы, — Уилл проверяет поясную сумку, вытаскивая несколько блестящих колб. — Три пузырька. Один для правды, один для памяти, и последний на всякий случай. — Что значит «на всякий случай»? — тут же спрашивает Дастин. — Это значит, что если конюх окажется не просто пьяницей, а кем-то... другим, вы сможете защититься, — Байерс протягивает Лукасу небольшую сумку. — Просто разбейте пузырек об пол. Мы должны быть крайне осторожными. — Ты уверен, что не хочешь пойти с ними? — переспрашивает Макс, внимательно глядя на Уилла. — Проверка с магом куда надежнее обычной. — Я нужен Майку в лесу, — Байерс отводит взгляд, поправляя ремешок на запястье. — Карты, которые я составлял... в лесу есть места, где кавалерия не пройдет. В тех землях нужно идти пешком и знать каждый овраг и куст. Майк внимательно смотрит на Уилла, пока тот вновь разъясняет действие зелий. Его взгляд цепляется за маленькую родинку чуть выше костяшки Байерса, легкий порез на его указательном пальце — видимо, тот порезался бумагой, читая новую книгу, Уилер даже замечает тонкую синюю жилку под светлой кожей. — Выдвигаемся через час, — командует Майк, отворачиваясь в сторону, пока кто-нибудь не заметил, как долго он пялится. — Лошади уже готовы.

***

Пограничный лес встречает поисковый отряд оглушительной тишиной. Кавалерия рассредотачивается по опушке — Майк приказывает ждать сигнала, а сам углубляется в чащу вместе с Уиллом. — Здесь, — Уилл останавливается у старого дуба, в стволе которого виднеется огромная щель. — Я находил такие места и раньше. Думал, это просто игра света, но теперь... Уилер подходит ближе, оглядывая дерево, в трещине этого дуба действительно что-то есть — едва заметное красноватое свечение, почти невидимое из-за дневного солнца. — Она была здесь? — Не уверен. — Байерс качает головой из стороны в сторону, от чего его шляпа склоняется набок. — Это старый проход, но, возможно, Оди, либо кто-то еще использовал его как дверь в Изнанку. — И ты хочешь сказать, что сейчас Оди может находиться в Изнанке? — Вполне возможно, но… Разве демогоргоны способны забрать ее? — Байерс напряженно выдыхает и делает шаг назад, натыкаясь на Уилера. Майк виновато размахивает руками и отводит взгляд, скрывая свои пунцовые щеки. — Прости, я не хотел... — начинает рыцарь, но маг только качает головой. — Все в порядке. Правда. Уилл проводит ладонью по затылку, и это тот самый жест, который Майк видел с тысячу раз. Но конкретно сейчас, по неизвестной причине, он вновь подмечает каждую мелочь: как напрягаются его мышцы на предплечье, как длинные пальцы сжимаются в кулак, как адамово яблоко дергается, когда Уилл бегло сглатывает. Какого черта, Уилер? — Нам нужно двигаться дальше, — голос Уилла звучит ровно, но Майк слишком хорошо его знает, поэтому замечает едва слышимый слом. — Проверим проход. — Эй, нет, ты серьезно собрался лезть в Изнанку без подготовки? — Уилер хватает друга за плечо и слегка оттягивает назад. — Это безрассудно, не ты ли говорил, что мы должны быть осторожны? — А что ты предлагаешь? Что если Оди нужна наша помощь? — обеспокоено отвечает Байерс. — Мы и так потеряли много времени с расследованием. Майк поджимает губы. Все внутри него начинает бурлить от противоречий, ведь одна его сторона хочет непременно и быстро найти Оди, пока не случилось что-нибудь плохое, например, пока она не затерялась в чужом мире без возможности вернуться. Но вторая его часть (та, о существовании которой он старался не думать последние несколько лет) — беспокоится за Уилла. Байерс провел в Изнанке целую неделю. Неделю, в месте от которого у нормальных людей волосы встают дыбом. Уилл до сих пор страдает кошмарами, и Майк прекрасно это знает. Он знает, что маг до сих пор вздрагивает от резких звуков, до сих пор предпочитает спать при зажженной свече, до сих пор иногда смотрит в пустоту так, словно видит там что-то опасное. И при всем при этом Уилл собирается пойти туда снова. Ради Оди. — Ты не обязан, — вырывается у Уилера раньше, чем тот успевает подумать. — Я имею ввиду… идти туда. Я справлюсь, возьму с собой половину кавалерии, Хоппера, мы сможем… — Я волнуюсь за Оди, да и никто из них не был в Изнанке, — тихо перебивает Байерс. — Они погибнут в первый же час, Майк. Мы не можем подвергать опасности чужие жизни. — Тогда я пойду один. — Ты не понимаешь, — голос Уилла заметно срывается, но он старается держать себя в руках. — Ты не понимаешь, что это такое, Майкл. Думаешь, ты готов? Что твой меч и храбрость помогут тебе там? — Уилл. — Я не позволю тебе пойти туда одному, — перебивает Байерс. — Не позволю, что если ты не вернешься и... Маг замолкает. Лицо Уилла отражает невообразимую горечь и отчаяние, которое он и не пытается скрыть, пока Майк смотрит прямо на него и не решается даже моргнуть. Уилер глядит на собственное размытое отражение в зеленоватых глазах Байерса, сейчас они кажутся ему слишком яркими и притягательными, от чего что-то непонятное разливается по его телу. Вернее, Майк давно не называет это ощущение «непонятным», ведь он прекрасно понимает всю чертову природу этого чувства, но совсем не хочет в это верить. — Если я не вернусь, то что? — спрашивает рыцарь, решая закинуть прошлый вопрос в подкорки сознания. Уилл отводит взгляд, его шляпа вновь наклоняется вслед за ним, и Майк находит этот жест… красивым. Ладонь Байерса снова тянется к затылку, и всего спустя мгновение длинные пальцы впиваются в его кожу, оставляя красные полумесяцы. — Лукас никогда себе этого не простит, — наконец отвечает маг. — И Дастин тоже, Макс сделает вид, что ей все равно, но явно будет реветь, а моя мама... Уилл на мгновение замолкает, громко сглатывая. Майк не позволяет себе отвести взгляд и на секунду. — Моя мама уже однажды потеряла меня. И я не могу позволить ей потерять еще и тебя. Ты же почти часть нашей семьи, Майк. — Я тоже не позволю тебе пойти туда одному, понимаешь? — перебивает Уилер, пока шестеренки в его голове стараются не добавлять новых красок только что сказанным словам. — Если пойдешь ты — пойду и я. Байерс заметно хмурится, но после глухо выдыхает. Его ореховые глаза вновь скользят по лицу рыцаря и останавливаются на темных омутах Майка. Уилер даже на мгновение забывает как дышать, что странно — рыцари не должны терять самообладание в любой ситуации. Правда сейчас перед Майком возникла самая опасная ситуация, и имя ей — Уилл Байерс. Не дракон, не армия, а просто Уилл. С его ореховыми глазами и дрожащими ресницами, с родинкой у губ и вечно взъерошенными волосами, с привычкой кусать нижнюю губу, когда он о чем-то задумывается. И это самый страшный противник, которого только мог представить Майк Уилер. Потому что от дракона можно отбиться мечом, против армии есть кавалерия, проклятие можно снять с помощью магии. Но от Уилла Байерса — от этого тяжелого, тянущего чувства в груди и низу живота — никакого спасения нет. — Хорошо, тогда мы пойдем вместе. — Уилл склоняет голову набок, и редкая прядь волос падает на его глаза. — Ты готов? — Да, — выдыхает Майк слишком быстро. — Да, просто... слегка волнуюсь, как думаешь, стоит ли предупредить других рыцарей или? Врет. И Байерс, кажется, понимает это. — Мы справимся, — тихо говорит маг. — Пусть патрулируют окрестности, это также немало важно. — Да, конечно. Но ты уверен, что справишься? Все же… целая неделя в Изнанке. — Я смогу, тем более, что ты будешь рядом. Эта фраза эхом раздается в сознании, пока земля уходит из-под ног. Шестеренки в голове рыцаря, которые он так старательно игнорировал последние несколько лет, со скрежетом проворачиваются, выбивая искры. Это просто слова, — говорит себе Майк. — Просто слова поддержки, ведь мы друзья. Мы всегда говорили нечто подобное друг другу. Но шестеренки в голове не слушаются. Они крутятся быстрее, подкидывая одну картинку за другой, и к ужасу и осознанию Майка добавляется нечто новое — на каждой из них изображен Уилл. Уилер и вправду влип целиком и полностью, ведь сейчас его разум заходит куда дальше и глубже, нежели обычно. Собственные чувства заставляют Майка задыхаться, как только в голове парня всплывает хоть что-то новое, связанное с Байерсом. — Уилл, — хрипит рыцарь, в тишине леса раздается скрип металических доспех, когда Майк поднимает руку и проводит ею по кудрявым волосам. В данный момент времени Уилер даже не знает, что хуже: озвучить собственные мысли или залезть в портал в Изнанку? — Я должен тебе кое-что сказать, ладно? Обещай, что не будешь относиться к этому серьезно. Сердце начинает колотиться где-то в горле, с такой силой, что отдает в виски. Майк понятия не имеет, что именно собирается сказать — правду? половину правды? очередную ложь, в которую он сам (не) поверит? Ему нужно искать Оди и хвататься за каждую чертову зацепку, а не стоять в дремучем лесу с лучшим другом в попытке разобраться в своих чувствах. Но Майк и так очень редко настолько глубоко копает внутрь себя, если не доведет дело до конца сейчас, его шестеренки точно наглухо заржавеют, а самого рыцаря придавит тяжелым грузом под названием «прострация». — Не надо, — тут же шепчет Уилл. Уголок его шляпы, украшенный маленькой звездой (подарок Майка, к слову) склоняется на правый бок, прямиком в сторону прохода. — Пожалуйста, Майк. Не сейчас. — Но почему? — Потому что если ты сейчас скажешь что угодно, то я не смогу сосредоточиться на Оди. А она... нуждается в нас, понимаешь? И если мы пойдем туда с этим… с этим между нами... Непонятная эмоция моментально вспыхивает на лице Уилера. С одной стороны он считает, что Байерс прав, с другой — хочет вырвать себе глотку своим же мечом. Майк всегда находит самый подходящий момент для того, чтобы выдать что-то важное. Молодец, Майк Уилер, ты только что испортил, возможно, один из важнейших моментов в своей жизни. — После, — выдыхает маг, видя замешательство рыцаря. — Если мы вернемся обратно, то обязательно поговорим, хорошо? — Хорошо, — монотонно отвечает Майк. — После. Уилер действительно расстроен тем, что сейчас Байерс смотрит прямо на него (не то, чтобы Майку не нравилось, как эти глаза на него смотрят, не подумайте), ведь в этом случае он не может отвесить себе увесистую пощечину. Рыцарь просто громко вздыхает и кивает в сторону прохода, видя, как маг кивает ему в ответ. Уилл встает на колени, стараясь вглядеться в непонятное свечение, пока Майк стоит рядом и ждет хоть каких-то указаний. — Протяни мне свою руку. — говорит Байерс, не отрывая взгляда от огромной щели. — Мне нужно кое-что сделать. Уилер вопросительно поднимает бровь, но слушается. Делает два шага прямиком к магу и наклоняется, протягивая ладонь в наручах. Металл его доспех всегда был холоден, но после прикосновения Уилла чувствуется заметное тепло, а за ним — фиолетовое свечение, которое всего на миг расползается по телу рыцаря. — Защитное заклинание. — кратко поясняет Уилл, и Майку всего на мгновение кажется, что тон щек его друга меняется на более алый. — Отразит любой не сложный удар, так что мы выдержим хотя бы внезапное нападение. — Спасибо. — кратко тянет Уилер, совсем не понимая, стоит ли хоть что-то отвечать. Он сам склоняется над Байерсом и смотрит прямиком в проход, чувствуя, как внутри сворачивает желудок от беспокойства. — Я пойду первым, в случае большой опасности просто применю заклинание телепортации. — протягивает маг. — Мне хватит сил для того, чтобы перенести двоих людей. — Ты уверен? Как давно ты практиковался в телепортации? — Также давно, как ты в искусстве танца. — шутливо отрезает Уилл. — Но сейчас я полностью уверен в себе. Рыцарь ничего не отвечает, но делает шаг назад, давая магу пространство. Байерс подтягивает поясную сумку и медленно тянет руку в проход, ожидая чего угодно. Но тут… Очертания прохода мгновенно размываются, воздух вокруг него начинает идти рябью, как от жара, хотя в лесу стоит осенняя прохлада. Уилл резко отползает назад, едва не роняя шляпу, которая сразу же съезжает набок. Всего спустя мгновение крепкие руки смыкаются вокруг Байерса, притягивая его к себе так резко, что маг выдыхает сдавленное «Майк!». Длинный меч со свистом рассекает воздух, вставая между ними и проходом. Острый клинок отражает яркое свечение, разбрасывая блики по расширенным зрачкам Уилла и его приоткрытым в испуге губам. — Эй, — шепчет Уилер прямо в макушку Байерса. Сердце колотится где-то в горле, но руки держат мага так крепко, что тот не может вырваться. — Все хорошо? — Да, конечно, да… — выдыхает Уилл, переводя дыхание. Его глаза устремляются к месту, где только что был проход в Изнанку, и лицо Байерса мгновенно тускнеет, ведь на месте портала теперь находится обычный старый дуб. — Почему он… — Нас обманули! — маг подскакивает с места, окончательно роняя шляпу на пол. — Не было никакого прохода, это все время была иллюзия! Лицо Майка вытягивается от ступора, рыцарь сам кидается вперед, чтобы осмотреть дерево и видит, что теперь здесь ничего нет. — Тогда Оди и остальные… — Срочно в поместье, Майк. С ними могло что-то случиться. *** Кавалерия во главе с Майком прибывает в поместье за двадцать минут. Уилл настаивает на том, чтобы применить заклинание телепортации, но Уилер сразу отказывается, сославшись на то, что состояние Байерса сейчас нестабильно, а они не могут рисковать. Маг выглядел так, словно хотел поспорить — рыцарь видел этот знакомый блеск в его глазах, вернее, упрямство, которое Уилл унаследовал от Джойс. Но в итоге тот только устало кивнул и позволил усадить себя в седло. Всю дорогу назад Байерс молчал, прижимая к груди поясную сумку с зельями, и Уилер то и дело ловил себя на том, что оборачивается проверить, на месте ли Уилл. Сейчас же оба вбегают в поместье, отбивая гулкие удары сапог по пустым коридорам. Рыцарь вбегает в парадный зал и замечает троицу у широкой колонны, на вид кажется, что все в порядке. — Майк! — Дастин яростно машет рукой, привлекая внимание. Уилер пересекает зал в несколько шагов и оказывается у компании. Всего спустя несколько секунд, ко всем подбегает и Уилл. — Вы не поверите… — начинает рыцарь, но Лукас мгновенно его перебивает. — Нет никакого конюха! — заявляет Синклер, смотря прямо в глаза Майка. — Это был не человек, а… — …иллюзия? — заканчивает Байерс. Все трое тут же умолкают, не сводя с мага взгляд. — В лесу мы нашли проход в Изнанку, который оказался иллюзией. Кажется, нас хотят запутать. — Вообще-то там было еще кое-что… — протягивает Хендерсон. — Конюх изначально вел себя странно, только кричал что-то невнятное о церкви. Лукас попытался взять его за плечо, чтобы успокоить, но как только он сделал это — старик просто растворился в воздухе. — Подожди… он кричал что-то о церкви? — переспрашивает Уилер. — Я не разобрал ни слова кроме «церковь». И изначально тоже подумал, что нам нужно отправиться туда, но что если нас хотят заманить в ловушку? — Нам в любом случае нужно проверить ее, что если это даст какую-то подсказку о местонахождении Оди? — предлагает маг. — Во-первых, мы пойдем туда не одни. Во-вторых, в церкви есть несколько входов и выходов, так что там сложно устроить западню. — Я считаю, что Уилл прав. — соглашается Майк, оглядывая всю компанию. — Мы потеряли практически весь день на поиски и ничего не нашли. Так что если это хоть немного поможет — я пойду туда. — Мне бы хотелось сказать, что вы сумасшедшие чудики, но мы действительно не можем просто проигнорировать это. — кратко отрезает Мейфилд, тяжело выдыхая. — Я слишком переживаю за Оди, так что давайте просто проверим эту чертову церковь и найдем ее? — Значит решено, мы идем прямиком в западню, черт… — констатирует Лукас. *** Небольшая церквушка на западе Хоукинса редко принимала прихожан. Сейчас она постепенно теряла свое былое влияние перед новой, более современной и просторной церковью на юге. Но были и те, кто наотрез отказывался переходить в новый храм и был верен только старому зданию. Старики, в основном. Те, кто еще помнил времена, когда западный холм считался священным местом. Теперь же это «священное место» казалось полузабытым, как и сам когда-то величественный храм. Майк всегда считал верующих безобидными чудаками, но сейчас, глядя на темные стены старой церкви, в его голове начали закрадываться подозрительные сомнения. — Здесь жутко, — шепчет Дастин, поправляя связку с зельями. — Я понимаю, почему народ бежит в новую церковь, там хотя бы окна нормальные. — Тихо, — шикает на него Лукас. — Мы не знаем, что там внутри, а ты кричишь на половину королевства. — Именно поэтому мы и должны узнать, что здесь есть. — отрезает Уилер. Он оборачивается к Уиллу, который стоит чуть поодаль, вглядываясь в темные проемы окон. — Уилл? Что скажешь? Байерс молчит долгую секунду, словно пытаясь найти подсказки в старых стенах. Его ладонь привычно тянется к затылку, после чего пальцы впиваются в кожу, оставляя красные полумесяцы. — Там точно кто-то есть, и не один. — Двигаемся осторожно, будьте на чеку. — командует Майк, направляясь в узкий проход рядом с выходом из нефа. Рыцарь сразу же обнажает длинный меч, который отражает редкие толики света по пути к широкому алтарю. Вся компания выдвигается вслед за ним: Уилл идет прямиком за Майком, вспоминая про себя ряд магических заклинаний, за ним сразу же движутся Лукас и Макс, которые оглядывают старую церковь на предмет чего-то нового, пока Дастин, замыкающий цепочку, держит на готове несколько зелий. Уилер первым выглядывает из темного прохода, выходя прямо к широкой апсиде, он делает всего один шаг вперед прежде чем заметить знакомую фигуру у одного из центральных окон. Девушка, одетая в походную одежду. Та самая девушка, которую сегодня разыскивает все королевство. — Оди?.. — Майк! — девушка ярко улыбается и тут же спускается на пол, чтобы подбежать к рыцарю, но Синклер, быстро юркнувший из прохода, тут же преграждает ей путь. — Я ей не верю. — протягивает Лукас, смотря прямо в глаза Джейн. — Нас развели уже два раза, где гарантии, что это настоящая Оди, а не очередная иллюзия? Улыбка Джейн медленно сползает с лица, сменяясь чем-то между обидой и виновностью. Она переводит взгляд с Лукаса на Майка, потом на Уилла, появившегося из прохода следом, затем на Макс и Дастина, которые опираются о стену, пытаясь сохранить равновесие на побитом мраморе. — Что здесь происходит? — глухо спрашивает Уилер, начиная запинаться. Его глаза мечутся по знакомому лицу девушки, которая сейчас выглядит очень напряженной. — Оди, я… — Майк... — девушка делает еще один шаг вперед, и Синклер отступает, но не сводит пристального взгляда с Джейн. Он позволяет ей подойти ближе, сохраняя безопасное расстояние. — Майк, мне не нужна эта помолвка… — Но зачем… — Прости, что сделала это так. Простите, что заставила вас волноваться. — Оди оглядывает всю компанию, которая пребывает в недоумении и легком облегчении. — Но я знала, что если скажу правду, меня не отпустят так легко. Я не хочу жить взаперти и быть примерной женой, понимаешь? На глазах Джейн проступают первые слезы, которые она даже не пытается скрыть. Девушка ласково касается щек Уилера, заставляя смотреть на себя, ее мягкие пальцы проходят по его скулам, смахивая маленькую дорожку слез, проступившую из темных карих глаз. Майк приоткрывает рот, чтобы что-то ответить, но не может найти слов, ведь к горлу подступает ком, а все внутри сворачивает от беспокойства, поэтому он медленно склоняется ближе, соприкасаясь своим лбом с лбом Оди. — Прости. — шепчет Уилер, его голос разносится эхом под высоким сводом церкви. — Я должен был догадаться. — Тебе не за что извиняться, слышишь? — отвечает девушка, плавно опуская ладони на его плечи. — Я должна была сказать об этом раньше, весь этот спектакль просто фарс для того, чтобы придумать правдивую легенду. Никто не будет считать тебя плохим мужем, если твою невесту украло нечто из Изнанки. — Зато я чувствую себя полнейшим придурком. — честно признается Майк, чем вызывает у Джейн громкий смешок. — Но как… портал, конюх. — Небольшой секрет под названием «Кали». У меня ведь должно остаться хоть что-то тайное? — смеется Оди. Она наконец выпускает рыцаря из объятий и оглядывает остальную группу. — Оди! — Уилл первым подбегает к девушке и заключает ее в крепкие объятия. Его шляпа моментально падает на пол, но мага это не волнует, ведь он уже уютно расположил свою голову на плече Джейн. — Я так волновался… — Прости, Уилл, я думала о том, чтобы вас предупредить, но тогда план мог сорваться… я надеюсь, что с тобой ничего не случилось за этот период времени? — Оди кладет ладонь на мягкую макушку Байерса и треплет его волосы. — Эй, нет-нет! Я в порядке, правда! *** Вся компания радостно обнимает Оди, празднуя ее «возвращение». Макс не отпускает подругу и на секунду, и ругается на то, что та ничего не сказала даже ей. Мейфилд еще больше расстраивается тому, что Оди собирается покинуть Хоукинс сегодняшней ночью. — Ты точно уверена? Я могу попросить собрать тебе походную сумку или отсыпать золота. — Все хорошо! Тем более, что я буду не одна, стоит уйти раньше того, как кто-то сможет меня обнаружить. — отвечает девушка, она мягко улыбается глядя на лицо Макс и не сдерживает новой волны слез. — Ты сможешь рассказать об этом Хопперу? Я не могу доверить это кому-то кроме тебя. — Конечно, но… лучше бы ты сама ему во всем призналась, иначе он точно отрежет Майку голову. — хихикает Мейфилд. Уилер прекрасно слышит нелестный комментарий в свой адрес, но решает промолчать. Вместо этого он не спускает глаз с Уилла и Оди, которые сейчас удаляются от лишних глаз в узкий туннель. За все годы их дружбы именно Байерс стал для Джейн тем, кому она может выговориться о чем угодно, и Майк невообразимо рад за них. Правда рад, все же, это два самых близких человека в его жизни. — Пялишься, — раздается у самого уха. Майк подскакивает и оборачивается, замечая Макс, стоящую рядом с ним. Девушка скрещивает руки на груди и глубоко выдыхает. — Я просто проверяю, все ли в порядке. — Ну конечно. — Мейфилд закатывает глаза. — Если ты действительно думаешь, что Оди не рассказала мне о своих догадках, то крупно ошибаешься. Да ладно, Майк, серьезно? Я больше поверю в существование гномов, нежели в то, что ты станешь отрицать это. Уилер долго молчит, не решаясь сказать и слова. Если до этого он просто занимался редким самокопанием в собственных мыслях, то теперь к нему пришло новое осознание — об этом знает кто-то другой. Оди знает, Макс знает. А если знает Макс, то знает и Лукас. А если знает Лукас, то Дастин наверняка тоже в курсе, потому что эти двое никогда не умели хранить секреты друг от друга. Все знают. Все, кроме Уилла. И кроме него самого, если уж начистоту. Рыцарь желает провалиться сквозь побитый мраморный пол, но гулкие шаги вырывают его из круговорота мыслей. Оди и Уилл уже вернулись и сейчас болтают вместе с Лукасом и Дастином. Будет слишком странно если Майк украдет Уилла на пару минут? Уилер не знает, в его голове никогда не строился четкий план касательно признаний или своих чувств, но сейчас он собирается довести дело до конца, хотя бы попытаться. Поэтому медленно пересекает зал, аккуратно дергает Байерса за край его яркой шляпы и кивает в сторону прохода, из которого тот только что вернулся вместе с Джейн. — Разговор, точно… — тихо протягивает Уилл, стараясь не смотреть в глаза рыцаря. Они выходят через боковую дверь, туда, где старая церковная стена граничит с лесом. Здесь тихо, практически темно, ведь они потратили весь чертов день на поиски Оди. Байерс останавливается первым, делает шаг в сторону, давая Уилеру пространство, но не отходит слишком далеко. Он просто смотрит — своими ореховыми глазами, в которых сейчас плещется столько всего, что Майк кажется тонет. Снова. — Майк, что случилось? Ты меня пугаешь своей тихостью и скрытностью. — Я… Уилл. Последние несколько дней я вообще не понимаю, кто я такой. Вернее… последние несколько лет, но только недавно осознал кое-что, так что можно сказать и месяцев?.. Уилл непонимающе глядит на Майка, но не решается его перебивать. — Я не знаю, что я чувствую, понимаешь? — продолжает Уилер, не успевая обдумать каждое слово, он просто говорит о том, что не дает ему покоя все это время, поэтому слова вырываются наружу, подобно водопаду. — Теперь не знаю, что правильно, а что нет. Я всю жизнь делал то, что должен, что положено наследнику дома Уилеров, но... — Но? — Но теперь я стою здесь, и единственное, о чем могу думать это далеко не Оди, не расторгнутая помолвка или реакция семьи на это. Рыцарь делает шаг вперед, затем еще один, пока между ними остается всего несколько сантиметров. Но маг не отходит. В глазах Майка сейчас смешивается невероятный страх и напряжение, и он уверен, что Уилл видит это. Уилер делает несколько попыток вдоха и выдоха, глупо открывает рот в попытке произнести хоть одно слово, пока в голове не выстраивается хоть одно цельное предложение. — Я думаю о тебе, Уилл, даже когда не хочу. Даже когда убегаю от этих мыслей в подготовку к свадьбе или дурацкие рыцарские обязанности. Меня так пугает это ощущение, но я не способен хоть сколько-нибудь справиться с ним. И это так страшно… Рыцарь жмурит глаза, в надежде, что это поможет ему справиться с паникой. — Я помню цвет твоих глаз, Дастин и Лукас всегда спорят о том, зеленые они или карие, но я знаю, что их истинный цвет становится виден только тогда, когда ты смотришь в них в упор. Я помню, как ты смеешься, когда я говорю глупости, как ты рисуешь, покусывая губу. Как ты спишь на моем плече после долгих походов и вылазок. Я помню каждую чертову мелочь, Уилл. Каждую. И все потому что они связаны с тобой. — Майк... — Дай сказать. — Уилер перебивает его, хватая за плечи. — Я должен сказать это. Потому что если не скажу сейчас — не скажу никогда или точно сойду с ума, Уилл. Пожалуйста, не делай мне больно. Он делает глубокий вдох, заглядывая в глаза напротив. Стальные латы начинают дрожать от напряжения и страха, когда Майк приоткрывает губы. — Я люблю тебя, Уилл. И это чувство разрывает меня изнутри, я правда ненавижу себя за то, что осознал это лишь недавно и… ты можешь испугаться этого, я понимаю, но... Уилл не двигается, и кажется не дышит. Просто стоит на месте, вцепившись взглядом в лицо Уилера. Его шляпа вновь глупо скатывается набок, но никто из двоих и не думает ее поднять. — Скажи что-нибудь, — истерично шепчет Майк, чувствуя, как все внутри него обрывается. — Пожалуйста, Уилл. Байерс открывает рот, его глаза расширяются до невероятной глубины, но тот не может произнести и звука. Сейчас он напоминает Майку деревянную куклу, которую Холли постоянно носит с собой, поэтому рыцарь решает отпустить мага из крепкой хватки, но Уилл не желает этого — он прижимается лицом к холоду доспех и глубоко выдыхает, словно заново учится дышать. — Ты идиот, Майк Уилер, — вновь выдыхает Байерс, смешивая в ответе смех и слезы. — Самый большой идиот во всем королевстве. — Я… — Я люблю тебя. — Уилл хватает его за красную мантию, притягивая еще ближе. — Ты мне нравишься с… двенадцати лет? Абсолютно каждый в компании заметил это! Я думал, что ты давно знаешь правду, но не хочешь рушить нашу дружбу моими чувствами. Я рисовал тебя в каждой книге, тратил последние деньги на бумагу лишь бы запечатлеть тебя с любого ракурса. Джонатан просто возненавидел тебя за то количество испорченной бумаги, которую я потратил за эти годы… — Уилл... — Я люблю тебя, Майк. Это не просто «нравишься», мне кажется, что я преодолел эту стадию еще много лет назад. Я действительно люблю, и сейчас это все кажется таким невозможным, что я.. Байерс даже не успевает закончить предложение, ведь Уилер уже скользит ладонью в наручах по его лицу, обрывая любые фразы и мысли. Он бегло сокращает расстояние между ними, не давая магу и секунды на подготовку, но останавливается всего в миллиметре от губ Уилла, давая тому последний шанс передумать. Байерс бегло выдыхает ему в губы что-то бессвязное, и Уилер прижимает его крепче. Одна рука тонет в вечно растрепанных волосах, пальцы касаются теплого затылка — того самого места, куда Уилл всегда прячет ладонь, когда волнуется. Вторая обвивает талию, удобно отодвинув поясную сумку. Поцелуй углубляется, пусть и неумело. Майк не имеет никакого опыта в поцелуях поэтому бессвязно «втыкается» в рот Уилла, но тот и не против, ведь оба ждали этого момента слишком долго. Сейчас они напоминают друг другу полные противоположности — Уилер действует резко, со вспышкой и паникой, Байерс же наоборот — действует более расслабленно, мягко направляя рыцаря в нужную сторону. — Прости, что заставил ждать. — запыханно выдыхает Майк, когда воздух в легких предательски подводит его. — Я и вправду самый большой идиот в этом мире. — Слишком много слова «прости» за сегодняшний день. — радостно тянет Уилл, обвивая теплыми ладонями холодное лицо Уилера. — Я был готов ждать тебя сколько угодно, слышишь? Рыцарь чувствует себя невероятно счастливым, он прижимает мага к себе настолько близко, насколько это возможно, и целует каждый миллиметр его лица — уголки губ, щеки, виски, он оставляет дорожку мокрых поцелуев от маленькой родинки за ухом прямо до подбородка под тихий смех Уилла и даже так не может насытиться. В его голове крутится только одна мысль — Уилл, Уилл, Уилл. Где-то вдалеке раздается громкий крик Дастина, и оба понимают, что, возможно, слишком задержались в этом месте. Им явно придется вернуться, объясняться и отвечать, но их потрепанный вид скажет куда больше, чем смогут слова. Макс по-любому протянет какую-либо шуточную гадость в адрес Уилера, но Майку плевать. Майк Уилер больше не ищет Оди, он не ищет себя. Он нашел кое-что очень ценное, что сейчас держит его за руку и ярко улыбается.