Кровь драконов

Они вернулись на закате, серые от усталости, но с горящими глазами. Колин вбежал в зал первым, запыхавшись, размахивая руками так, будто за ним гнались дементоры. Луна вошла следом — спокойная, отстраненная, но с тем особенным блеском в глазах, который означал, что она увидела нечто важное. — Мы видели! — выпалил Колин, хватая кубок с водой и осушая его залпом. — Мы подобрались почти к самому поместью. Там охрана — человек десять, не больше. Но главное не это! Он перевел дух и посмотрел на Гермиону. — Там яйцо. Драконье яйцо. В зале повисла тишина. Гермиона медленно поднялась со своего места. Ее лицо оставалось спокойным, но руки непроизвольно сжались в кулаки. — Яйцо? Ты уверен? — Оно лежало в центре главного зала, — вмешалась Луна своим певучим голосом. — На постаменте. И вокруг него... вилась Нагайна. Она его охраняла. Не давала никому подойти. Змея и яйцо — очень странная комбинация, правда? Я думаю, оно ей снится. — Откуда он его взял? — Чарли шагнул вперед, на его лице читалась ярость. — Где он мог украсть яйцо? В заповедниках нет кладок, мы проверяли! — Неважно, где взял, — голос Гермионы прозвучал жестко, как удар хлыста. — Важно, что оно там. И что Нагайна его охраняет. Она смотрела куда-то в пустоту, просчитывая варианты. Яйцо. Драконье яйцо в руках Волан-де-Морта. Если он высидит дракона и подчинит его... если он научится управлять ими так же, как она... — Этого нельзя допустить, — закончила она вслух. --- Она пришла в загоны глубокой ночью, когда все уже спали. Тишина и Гром лежали рядом, и в темноте их глаза горели, как угли. Гермиона опустилась на колени между ними и заговорила — сначала словами, потом образами, потом просто чувствами. Они поняли. *«Яйцо,»* — рык Тишины прозвучал в ее голове, как раскат грома. *«Наше яйцо. Чужой взял наше яйцо».* — Мы не знаем, чье оно, — ответила Гермиона. — Но оно драконье. И мы должны его вернуть. *«Мы летим,»* — Гром поднял голову, и его багровые глаза вспыхнули. *«Сейчас. Ночью. Заберем яйцо и убьем змею».* — Я лечу с тобой, — Гермиона погладила Тишину по морде. — Одна. Никого не хочу брать. Я не хочу больше никого терять. *«Маленькая боится,»* — Тишина лизнула ее в щеку шершавым языком. *«Маленькая думает, что одна защитит всех. Но драконы не воюют в одиночку. Мы стая».* — Я не дракон. Я человек. И я решаю. Она поднялась и пошла готовиться к вылету. --- Чарли нашел ее через час в оружейной. Она проверяла упряжь, молчаливая и сосредоточенная. — Ты серьезно? — спросил он с порога. Голос его дрожал от сдерживаемой ярости. — Ты хочешь лететь одна? К Темному Лорду? За яйцом, которое охраняет его змея? — Я лечу с Тишиной, — не оборачиваясь, ответила Гермиона. — Мы справимся. — С ума сошла? — Чарли схватил ее за плечо и развернул к себе. — Ты командуешь Орденом! Ты — единственная, кто может управлять драконами! Если с тобой что-то случится... — Со мной ничего не случится. — Откуда ты знаешь?! Она посмотрела ему в глаза. Спокойно. Пусто. — Я знаю. Сзади послышались шаги. Драко Малфой возник в дверях, опираясь плечом о косяк. Его глаза были красными от недосыпа, но взгляд — острым. — Она права, Уизли, — неожиданно сказал он. — Если она решила, ты ее не переубедишь. Я таких упрямых только раз в жизни видел. — Заткнись, Малфой, — огрызнулся Чарли. — Тебя вообще не спрашивают. — А я и не спрашиваюсь. Просто констатирую факт. В дверях показался Теодор Нотт — бесшумный, как тень. Он перевел взгляд с Чарли на Драко, потом на Гермиону. — Она не полетит одна, — тихо сказал он. — Ты тоже будешь мне указывать? — в голосе Гермионы впервые за вечер прорезалась усталость. — Нет. Я просто говорю, что если ты полетишь, я полечу с тобой. — Тео, — начал Драко, но Нотт его перебил. — Я решил. Гермиона посмотрела на него долгим взглядом. В его глазах не было вызова — только спокойная решимость. Он не пытался ее спасти или защитить. Он просто хотел быть рядом. — Я подумаю, — сказала она наконец. — А теперь уходите все. Мне нужно подготовиться. Они ушли. Чарли — злой, сжимая кулаки. Драко — задумчивый, то и дело оглядываясь. Теодор — последним, бросив на прощание короткий взгляд, который Гермиона не поняла, но запомнила. --- Она ждала до трех часов ночи. Убежище затихло. Только редкие патрульные сменялись на постах, да ветер гулял по коридорам. Гермиона бесшумно скользнула в загоны. Тишина уже ждала ее, навьюченная и готовая. Гром лежал рядом, провожая их взглядом. — Прости, — шепнула Гермиона черному дракону. — Твой всадник меня убьет, когда узнает. Она уже занесла ногу, чтобы вскочить на спину Тишины, когда из тени шагнула фигура. — Я знал, что ты так сделаешь. Теодор. Он стоял, прислонившись к стене загона, скрестив руки на груди. Его серебристый дракон маячил за спиной, готовый к полету. — Тео, — выдохнула Гермиона. — Уйди. — Нет. — Я сказала... — А я сказал нет. — Он шагнул к ней, и в его глазах горело что-то, чего она раньше не видела. — Ты не полетишь одна. И не потому, что я сомневаюсь в тебе. А потому что я не хочу, чтобы ты была одна. Если ты погибнешь там... если с тобой что-то случится... Он запнулся, подбирая слова. — Ты дала мне шанс. Ты поверила в меня, когда никто не верил. Даже я сам. Я не брошу тебя. Никогда. Гермиона смотрела на него, и в груди что-то дрогнуло. Теодор Нотт — сын Пожирателя, молчаливый одиночка, человек, который никому не доверял — стоял перед ней и предлагал свою жизнь. — Это опасно, — тихо сказала она. — Знаю. — Мы можем не вернуться. — Знаю. — Почему? Он улыбнулся — впервые по-настоящему, открыто. — Потому что ты как пламя, в котором хочется сгореть. Помнишь? Я не шутил. Гермиона выдохнула, закрыла глаза на секунду, а когда открыла — в них уже горела решимость. — Хорошо. Но если что — слушаешься меня беспрекословно. — Договорились. Она вскочила на Тишину. Теодор — на своего серебристого дракона. И через минуту две тени бесшумно взмыли в ночное небо, оставляя убежище далеко внизу. --- Чарли ворвался в комнату Драко через полчаса. — Вставай! — заорал он, тряся спящего Малфоя за плечо. — Они улетели! Драко сел на кровати, мгновенно проснувшись. — Кто? Куда? — Гермиона и твой дружок Нотт! За яйцом! Одни! Ночью! К Волан-де-Морту! Драко замер на секунду, переваривая информацию. А потом его лицо исказилось яростью. — Какого черта?! Она же сказала, что подумает! — Думала она, видимо, недолго, — Чарли метался по комнате, как зверь в клетке. — Надо лететь за ними. Надо... — Не надо. В дверях стояла Луна Лавгуд в ночной рубашке с рисунком из лунных фаз. Она смотрела на них своими огромными глазами и улыбалась той своей странной улыбкой. — Гермиона знает, что делает. Если она полетела с Теодором, значит, так надо. Мы должны ждать. — Ждать?! — взорвался Чарли. — Пока их убьют? Пока Темный Лорд получит драконье яйцо? — Она вернется, — спокойно сказала Луна. — Я видела. В одном из своих снов. Там было пламя, и яйцо, и двое на драконах. Они вернутся. Она развернулась и ушла, оставив их в коридоре. Чарли выругался сквозь зубы и ушел в сторону загонов — видимо, проверять, на месте ли Гром. А Драко остался один. Он стоял посреди коридора, сжимая кулаки, и внутри у него все кипело. Она улетела. Без него. С Тео. С этим молчаливым ублюдком, который умеет находить с ней общий язык. А он, Драко Малфой, остался здесь, как нашкодивший щенок. Он пошел в загоны. Белый дракон ждал его. Он лежал, положив морду на лапы, и смотрел на приближающегося всадника своими красными глазами. — И что мне делать? — спросил Драко вслух, садясь рядом с ним на холодный камень. — Что мне, черт возьми, делать? Дракон молчал. — Она там. Одна. С Тео. А я здесь. И я ничего... ничего не могу... Голос его сорвался. Он закрыл лицо руками и вдруг почувствовал, как по щекам потекло что-то мокрое. Слезы. Он плакал. Впервые за долгие годы. — Я не хочу ее терять, — прошептал он в ладони. — Я не понимаю, что это за чувство, но я не хочу ее терять. Она... она единственная, кто посмотрел на меня и не увидел моего отца. Не увидела Пожирателя. Она увидела... меня. Дракон зашевелился. Драко поднял голову и посмотрел на него сквозь слезы. Белая чешуя, красные глаза, острый гребень — грозный, дикий, опасный зверь. — Ты такой страшный, — всхлипнул Драко и вдруг... улыбнулся сквозь слезы. — Такой огромный и страшный. А я тут реву, как девчонка. Знаешь что? Я назову тебя Снежок. Дракон моргнул. И вдруг в голове Драко раздался голос. Глубокий, скрежещущий, как скрежет льда по камню, но... теплый. *«Снежок?»* Драко замер. — Ты... ты говоришь? *«Ты слышишь. Значит, пришло время. Твоя душа открылась».* — Я... я не понимаю. *«Ты дракон, маленький. Внутри тебя — душа дракона. Я чувствую это с первого дня. Поэтому я выбрал тебя».* Драко сидел, не в силах пошевелиться. Душа дракона? В нем? *«А она... та, что улетела... она моя. Моя самка. Ты чувствуешь это тоже. Тянет к ней, как к огню. Это зов крови. Зов драконьей души».* Драко смотрел на Снежка, и в голове у него прояснялось. Все вставало на свои места. Почему она его раздражала и притягивала одновременно. Почему он не мог перестать думать о ней. Почему каждое ее прикосновение обжигало. — Я хочу быть с ней, — прошептал он. — Но я боюсь. *«Чего?»* — Что не смогу ее спасти. Что не смогу ее удержать. Она сильнее меня. Она... она пламя. А я... кто я? Дракон — Снежок — пододвинулся ближе и лизнул его в щеку. Шершавый язык осушил слезы. *«Драконы не удерживают. Драконы летят рядом. Крыло к крылу. Если она пламя — будь ветром. Если она огонь — будь небом. Не пытайся удержать — попробуй быть достойным лететь с ней»*. Драко выдохнул и впервые за долгое время почувствовал... покой. Он обнял огромную морду своего дракона и закрыл глаза. — Спасибо, Снежок. *«Лети за ней, маленький. Когда придет время — лети»*.