Заклинание Хиггса
18 апреля 2026 г., 02:09
Ранним утром, в самом преддверии Хэллоуина, Гарри и Том проснулись от воплей, доносившихся из гостиной Слизерина. Гарри протёр глаза и надел очки. Том спал как убитый, лишь повернувшись на другой бок.
— Семь утра, Гарри. Суббота. Мне совершенно всё равно, что у них там происходит.
Хотя обычно Том был склонен принимать участие в жизни факультета, в этот раз он проигнорировал шум — и просто накрылся подушкой, продолжив спать.
Гарри надел тапочки и пошёл наверх. Он старался не выходить в гостиную в пижаме, но переодеваться не было времени: ему стало слишком любопытно, что именно творилось в гостиной.
На диване, в окружении Маркуса Флинта, Эдриана Пьюси и Кассиуса Уоррингтона, лежал Теренс Хиггс. Его конечности выглядели непропорционально длинными, увеличенными в несколько раз. Выражение лица отражало несоразмерную боль — возможно, его кости всё ещё расширялись.
— «Finite»! «Finite Incantatem»! — Уоррингтон безуспешно направлял заклинания на ноги и руки Хиггса.
— Что с ним? — спросил Гарри, подойдя к игрокам.
— Он применил заклинание гибкости на тренировке по квиддичу, — сказал Маркус Флинт. — Пьюси, у тебя есть обезболивающие?
Эдриан расстроенно покачал головой.
— Ему нужно в больничное крыло. К мадам Помфри, — сказал Гарри. Боль Хиггса становилась всё сильнее: конечности росли и расширялись, а туловище становилось всё более непропорциональным относительно рук и ног.
Трое окинули Хиггса взглядом, понимая, что Гарри был прав.
— Ладно, — наконец сказал Маркус. — Давайте отнесём его. Только Теренс, не говори, что ты сделал это, чтобы победить в матче, хорошо? Тебя могут дисквалифицировать.
Больной кивнул. Эдриан Пьюси достал палочку, направил её на расшитый символами Слизерина плед и трансфигурировал его в носилки. Маркус и Эдриан подняли Хиггса, а Гарри придержал им дверь. Уоррингтон последовал за ними. Гарри не стал сопровождать их — в конце концов, он почти не общался с командой Слизерина по квиддичу. Он решил, что будет намного приятнее последовать примеру Тома и выспаться.
Мысль о становлении ловцом была давно отброшена в дальний угол. С другой стороны, он успокаивал себя тем, что опережал программу ЗОТИ как минимум на один курс — и уже мог как атаковать, так и обороняться в дуэлях.
Они с Томом спали почти до обеда, проснувшись в одиннадцать часов утра. В четверг они говорили с Дамблдором и трахались. Пятница была напряжённой из-за четырёх пар по сложным предметам — две трансфигурации, зельеварение и история магии, на которой всем хотелось дремать.
Гарри рассказал Тому, что именно случилось в гостиной. Том отреагировал равнодушно — его вообще не интересовал квиддич, да и общее желание выиграть Кубок школы он воспринимал прохладно. Всё же Том не был тем, кто делал ставку на работу в команде — хотя Гарри считал, что из него мог получиться неплохой лидер. Лидер, который многое обо всех знал и предпочитал держаться в стороне, но был способен прийти на помощь в критической ситуации.
Гарри и Том привели себя в порядок и отправились на завтрак, который для команды по квиддичу уже был обедом. Слизеринцы сидели вдали от стола, видимо, обсуждая ситуацию на тренировке. Маркус Флинт выглядел подавленным. Люциан Боул и Перегрин Деррек оживлённо спорили. Дафна, поедающая апельсиновое суфле, скептически наблюдала за ними, словно не понимая, почему какая-то воздушная игра в мячи вызывает у парней столько эмоций.
— Сам виноват, — без сожаления сказал Том. — Правда, кто теперь будет ловцом, непонятно.
— Да ладно тебе. Он уже в больничном крыле. За пару дней придёт в норму.
— Сомневаюсь. Ты знаешь мадам Помфри — даже если за неделю его ноги и руки придут в порядок, она не разрешит ему играть. Я слышал, что свежевыращенные кости хрупкие.
— Ему растят кости? — удивился Гарри. До сих пор он считал, что Теренсу хватит нескольких контрзаклятий — и всё само собой разрешится.
— Я разговаривал в гостиной со старостой Фарли, когда ты был в душе. По слухам, он применил некое авторское заклинание своего отца, который тоже был ловцом. «Finite» с ним не работает. Мадам Помфри пришлось удалить его кости и вырастить их заново.
— Да уж, — поёжился Гарри. Он читал в библиотеке Сириуса, как работает «Костерост», и ничего приятного в этом не было.
Гарри подумал о том, что давно не общался с Сириусом, и решил сегодня же написать ему письмо. Вплоть до разговора, в котором Дамблдор убедил его, что не испытывает предубеждения к Слизерину, Гарри избегал крёстного отца. Теперь это было проще — слова Дамблдора действительно успокоили его. Также он мог использовать аргументы Дамблдора, если речь вдруг зайдёт о «факультете злодеев».
Гарри уплетал омлет, пока не посмотрел в сторону стола Гриффиндора. Ликованию гриффиндорской команды по квиддичу не было предела. Они, конечно, старались не коситься в сторону расстроенной команды Слизерина. Фред и Джордж изображали разросшиеся, как у акромантула, лапы, а Рон поддерживал веселье — пусть и не так оживлённо, как активные игроки сборной.
— Надо же, а мерзавцы для них — слизеринцы, — Том тоже заметил радовавшихся травме Хиггса гриффиндорцев. — Может, тебе стоит поговорить с Флинтом?
— Зачем? — не понял Гарри. Он повернулся в сторону команды Слизерина и заметил, что Эдриан Пьюси смотрел на него.
— Ты же давно хотел попробовать себя как ловец. Полагаю, Снейп сделает исключение и разрешит тебе заменить Хиггса на поле.
— Извлекать выгоду из ситуации — это...
— Неправильно? — закончил Том за него. — Ну, посмотри на это с другой стороны — ты поможешь нашему факультету. Теренс всё равно не сможет играть.
— Может быть, если это будет лишь временно. Я не собираюсь претендовать на его место в команде. И да, я давно хочу полетать.
— Не стоит отказываться от возможностей, Гарри, — сказал Том, завершив трапезу и вновь уничижительно посмотрев на стол Гриффиндора. Зрелище не впечатляло и Гарри.
— Я хочу написать письмо Сириусу, — сказал он, доев омлет.
— А я хочу сделать домашнюю работу по трансфигурации. Не люблю теоретическую часть, поэтому лучше покончить с ней как можно быстрее.
— Пойдём в библиотеку? — спросил Гарри.
— С удовольствием. В библиотеке, по крайней мере, нет шокового обилия радости.
Они шли в библиотеку, и Гарри думал о том, нормально ли из спортивного интереса радоваться, что соперник лишился костей. При этом, он хорошо знал, что слизеринцы поступили бы точно так же. В голове вновь возникли слова Дамблдора — о том, что Гриффиндор и Слизерин не особенно отличаются.
В библиотеке Гарри написал длинное письмо Сириусу, больше не ограничиваясь короткими фразами и уклончивыми ответами. Он рассказал ему, что Дамблдор отнёсся к поступлению на Слизерин спокойно. Если Сириус злился — а он всё ещё мог не принять это радушно, — авторитет Дамблдора сглаживал ситуацию. Разумеется, о Дамблдоре было сказано вскользь — Гарри и сам не хотел спекулировать на его словах.
Гарри написал, что хотел бы связаться с Сириусом через камин, отнёс письмо в совятню и вручил его Хедвиг. После он присоединился к Тому и начал писать эссе по трансфигурации. Им разрешалось выбрать несколько тем из предложенных. Том писал эссе по контр-трансфигурации — разоблачению превращающих заклинаний в бою и в быту. Гарри выбрал тему «Опасность неполной трансфигурации живых существ» и подумал, что было бы неплохо превратить Квиррелла в его новый котёл. Жаль, что подобными навыками ни Гарри, ни Том ещё не владели.
Том был максимально сосредоточен. Он работал достаточно быстро, однако всегда проверял сделанное. Зачастую на проверку требовалось больше времени, чем на сам процесс написания.
Примерно через час после того, как они приступили к заданию, в библиотеку вошла Гермиона. Гарри помахал ей рукой, и она подошла к их столу.
— Привет. Не возражаете? — спросила она полушёпотом, указывая рукой на соседний ряд, забитый готовящимися к СОВ пятикурсниками.
— Разумеется, садись, — сказал Гарри, когда Том лишь кивнул. Он был слишком занят вычиткой эссе, с помощью палочки исправляя спорные доводы в своей работе.
— Не понимаю, что происходит с мадам Пинс, — сказала она тихо. — Вивиан выбрала ЗОТИ как специализацию, но она требует повторное разрешение на посещение Особой секции. Говорят, там недавно случился переполох.
Гарри и Том подняли глаза от пергаментов и многозначительно посмотрели друг на друга. Том быстро сориентировался и отвёл взгляд, чтобы не вызывать подозрения.
— Слышал об этом, — ответил Гарри. — Тот, кто это сделал, должно быть, с головой не в ладах.
Они должны были быть осторожнее, ведь слухи в Хогвартсе распространялись быстрее, чем Рита Скитер писала статьи в «Пророке».
Гермиона молча принялась за своё задание. В её случае это была теоретическая работа по зельеварению. Гарри отметил, что учебник второго курса выглядел почти вдвое толще, чем учебник для первокурсников. Что ж, этого следовало ожидать.
Они занимались в тишине, не желая раздражать мадам Пинс. Том закончил первым и решил подождать Гарри, которому оставалось пара десятков сантиметров до необходимой длины эссе.
— Я пройдусь. Хочу просмотреть литературу для дополнительного чтения.
Том развернулся на каблуках и пошёл вдоль рядов, а Гермиона с интересом взглянула на Гарри.
— Я слышала, твой друг весьма способен, — полушёпотом сказала она. — Учись мы на одном курсе — и было бы вопросом, кто стал бы лучшим.
— Ну, соперничать смысла нет, — улыбнулся Гарри. — Даже если вы оба станете старостами школы в будущем, парни соперничают с парнями, а девушки — с девушками.
— Я пока об этом не думала, — легко ответила Гермиона. — Снейп задаёт Гриффиндору такие домашние задания, что будних дней для их выполнения мне не хватает. Некогда думать о становлении старостой.
Гарри знал, что Снейп недолюбливал гриффиндорцев. Он решил не говорить Гермионе о том, что к слизеринцам тот был более благосклонен. Он закончил эссе и решил проверить его позже, потому что устал сидеть в одной позе. Слишком уж хотелось пройтись — желательно на свежем воздухе, поскольку темнота библиотеки начала ощутимо давить.
— Я пойду, Гермиона. Удачи тебе в написании.
Гермиона кивнула, вновь сосредоточившись на своей работе, а Гарри пошёл по рядам, чтобы найти Тома.
Том нашёлся в четвёртом ряду. Он держал в руках книгу «Генеалогия магических родов» и увлечённо листал её. Это было очень большое издание, и находилось оно не в лучшем виде. Книга была объёмной ещё и потому, что вся пестрила портретами, древами родов, иллюстрациями. Были и колдографии — но в меньшем количестве.
— Снова интересуешься идеями чистоты крови? — спросил Гарри, завидев обложку.
— Это лишь для общего развития. И следует понимать, с кем мне выгоднее иметь дело. Пойдём, запишу её на себя на рецепции.
Мадам Пинс смерила Тома своим обычным неприветливым взглядом, однако разрешила забрать книгу из читального зала. Когда Гарри и Том вернулись в гостиную Слизерина, к Гарри сразу же направился Маркус Флинт. Том заметил это и легко ухмыльнулся, давно поняв, что Флинт будет вынужден попросить Гарри о помощи.
— Эй, Поттер. Ты, вроде как, умеешь играть в квиддич? — самодовольно начал он.
Гарри слегка разозлился. Маркус, как и профессор Хуч, отказывал ему попробовать себя в команде. А теперь Флинт хотел попросить его сыграть, но вёл себя пренебрежительно.
— Если ты о Теренсе, — прохладно сказал он, — то я не смогу заменить его без разрешения директора, а он в отъезде.
— Об этом нет нужды беспокоиться, — заявил Маркус. — Я поговорил с профессором Снейпом. Он не хотел разрешать тебе это, говоря по правде, — но другого выбора у нас нет.
— Я подумаю, — сказал Гарри, не желая соглашаться сразу. Сборная Слизерина была тем ещё напыщенным сборищем. Пусть и на замене, Гарри был младшим из них. Он не хотел, чтобы к нему относились как к ребёнку — особенно учитывая, что играл он неплохо.
— Думай резвее, Поттер, — сказал Маркус им с Томом вслед, когда они пошли по направлению к спальням. — Следующая тренировка у нас завтра в двенадцать, я забронировал стадион. Покажи себя как ловец — и ты в запасных.
Гарри не особо горел желанием быть в запасных.
— А он наглый, — прокомментировал Том, положив книгу из библиотеки на свою кровать. Они планировали оставить в комнате пергаменты и пойти ужинать. Гарри хотел прогуляться, но погода не позволяла — на улице шёл мелкий влажный снег.
— Затмишь Хиггса — и он сделает тебя постоянным ловцом. Он глуповат, а ещё дорожит успехом команды… и её репутацией.
— Думаешь, слухи о том, почему Хиггс это сделал, уже разошлись по замку?
— Это же Хогвартс. Любой старшекурсник понимает, зачем нужно заклинание ловкости как раз перед матчем. Теренс рискует дисквалификацией.
— Возможно, но я давно не летал, — Гарри погладил рукоять «Кометы». — Я сделаю то, что он хочет. Просто хочу, чтобы он подождал.
— А что, он попросил тебя недостаточно вежливо? — Том прямо взглянул на него, и его глаза сверкнули в полутьме.
— Он в принципе не отличается вежливостью, — устало ответил Гарри.
— Спортсмены, — Том театрально закатил глаза.
— Я хочу есть. Пойдём уже в столовую.
Они вышли. Когда Гарри запирал дверь, он бросил взгляд на книгу, которую собирался прочесть Том. Он был уверен, что тот не сможет удержаться от искушения расспросить Гарри о различных чистокровных родах. О некоторых из них Гарри не хотел говорить вовсе, но был готов.
Быть может, информация, которую он узнал в Ордене, ослабит фиксацию Тома на чистоте крови.
