Гоустфакеры

— Хватит ржать надо мной, Ал, это ты виноват, — пробурчал Винсент, открывая окно подсобки, которую ему выделили в качестве клубной комнаты. Находилась она на третьем этаже отдельно стоящего здания, где раньше проводили лабораторные работы. Но пару лет назад закончилась реновация основного здания университета, и это теперь пустовало. Для клуба, состоявшего из одного человека, идеально. Винсенту честно казалось, что в деканате его просто пожалели за прошлые заслуги, потому что вообще-то по правилам было необходимо иметь в клубе хотя бы трех человек. Ему дали месяц на поиски единомышленников, но Винсент сильно сомневался, что кто-то захочет с ним общаться всерьез после всего произошедшего. На крайний случай он собирался шантажом заставить Итана и его тупого дружка подписать заявку на вступление и отбыть восвояси. — Но это так забавно! — Аластор грациозно уселся на стол и закинул ногу на ногу, с улыбкой наблюдая за ним. — До сих пор не могу поверить, что ты купился! Винсент закатил глаза и молча показал ему фак. Ругаться с призраком было бесполезно, он все равно умудрится перевернуть ситуацию в свою сторону. — Но вообще-то я надеялся, что тебя отчислят, — хмыкнул он, продолжая наблюдать за тем, как Винсент пытается привести комнату в какое-то подобие порядка. — Обломись, — буркнул Винсент в ответ. Буквально неделю назад он был вторым лицом университетского канала, но теперь эту строчку даже в резюме не запишешь, если не хочешь, чтобы тебя случайно загуглили. Впрочем, он уже отгоревал по своей репутации и тому, что из харизматичного, волевого и притягивающего внимания старшекурсника, он снова стал изгоем. Ему было не привыкать, правда. Не тогда, когда ты видишь призраков, демонов, ангелов и прочую нечисть на регулярной основе. Он достал небольшую белую доску, написал на ней «Клуб исследований паранормальных явлений» и, добавив кривой рисунок акулы с молнией на пузе, пошел вешать табличку на входе. Но не успел он выйти, как дверь открылась и пребольно стукнула его по носу. — Ой! — А вот и тот самый новый клуб нашей звезды университета Винсента Уиттмана! — В комнату ввалилась какая-то девица с розовыми волосами, собранными в два хвоста. Винсент остановил внимание на ее блеснувших огромных сережках в виде черепов. В руках у нее была селфи-палка с телефоном, на который она снимала видео. Винсента замутило, но он быстро взял себя в руки и, дотянувшись до кнопки, выключил телефон. — Тебе не говорили, что снимать людей без спроса как минимум некрасиво? — Спросил он, но девица уже совала свой нос в каждый угол, видимо, ища сенсацию. Винс узнал ее — Вельвет, девчонка на пару курсов младше, возомнившая себя видеоблогером. Лично он не смог посмотреть ни одного ее видео без отвращения, а потому не понимал, откуда столько подписчиков. Впрочем, та постоянно сралась со своими хейтерами и если она могла найти их фотки в профайлах, то безжалостно критиковала их стиль одежды, макияж и прически. Удивительно, что никто еще не подловил и не прибил сучку… — Что это? — Девушка подхватила упавшую табличку и тут же снова включила камеру: — Смотрите, наш гипнотизер даже табличку от руки нарисовал! Это что, акула? Почему акула? Какое отношение она имеет к потусторонней хуйне? Винсент вспыхнул и попытался вытолкать ее взашей: — Сожрет тебя, и отношение к потусторонней хуйне будешь иметь уже ты! Вельвет неприятно улыбнулась и, проскочив сбоку от Винсента, кинулась открывать коробки, сложенные в углу комнаты. Винсент хотел было что-то сказать, но заметив, что Аластор прикусывает губу, с удовольствием наблюдая за вторженкой, промолчал. — Смотрите, череп! — Она достала из груды барахла анатомический манекен и начала радостно хлопать его челюстью на камеру. — Это не мои коробки! — Не выдержал все же Винсент. — Здесь были лабораторные комнаты! — Скажи, а призраки реально существуют? — Девушка тут же выбросила череп обратно в коробку и на пару секунд застыла, а затем подбежала к столу, где сидел Аластор. — Это то самое радио, которое ты всегда носишь с собой! Фу, какая безвкусица. Винсент с удовольствием отметил, что Ал, оскорбленный до глубины души, поморщился. — Да, призраки существуют, — хмыкнул он, скрестив руки на груди. — И один из них как раз сидит на столе прямо у тебя под носом. Вельвет тут же взмахнула телефоном, пытаясь через камеру разглядеть искомого призрака, но Аластор, как назло, замер и не послал помехи по экрану, как делал обычно с людьми, которые ему не нравились. — А, твой воображаемый друг Аластор, — кивнула она, проверяя что-то в заметках на телефоне. — Слышала-слышала. В общем так, куколки, — она снова навела на себя камеру. — Все эти слухи говно, он обычный задрот. Ты хоть умеешь гипнотизировать-то или это был публичный суицид? — Это у тебя будет публичный суицид! — Вспыхнул Винсент, но тут же одернул себя, потому что говорить такие вещи на камеру в наше время было слишком опрометчиво. Тем более в его положении. — Да, я умею гипнотизировать, но этот мудак Френки отвлек меня! — Не хочешь загипнотизировать меня? — Тут же предложила она. Винсент в ярости хотел было показать ей, на что способен, но остановился, отвлеченный блеснувшими серьгами. — Нет, но рекомендую быть осторожнее, беся окружающих, — прорычал он. — Так можно и нарваться на того, кто от слов к делу перейдет. — Это угроза? — Приподняла бровь Вельвет. — Предупреждение. Она долго смотрела на него, но Винсент только скрестил руки на груди, не говоря больше ни слова, так что она нарочито взмахнула рукой и, попрощавшись со своими подписчиками, выключила камеру: — Чао, парень! Когда дверь за ней закрылась, Винсент почувствовал легкое движение справа от себя. Аластор встал рядом и задумчиво склонил голову набок, глядя на закрывшуюся дверь. — Ты тоже заметил?.. — Спросил он, чувствуя неприятный холодок в районе сердца. — Да, — кивнул Ал. — Ее серьги прокляты. — Что заметил? — Голос, возникший между ними из ниоткуда, заставил обоих вздрогнуть. Винсент обернулся и остолбенел, увидев высоченного латиноса, которого точно не было здесь еще секунду назад. Тот стоял посреди комнаты, делая ее и без того маленькое пространство мизерным. Винсент с удивлением оглядел его с ног до головы, отмечая расклешенные книзу штаны, слишком плотно обтягивающие его бедра, рубашку навыпуск, на которой было расстегнуто пуговиц больше приличного, очки-сердечки и ежик коротких светлых волос. Он был ярким и притягивающим внимание. Винсент знал этого парня. Из-за его любви к вечеринкам и громкой музыке на этаже, Винсент почти не появлялся в своей комнате, так как плохо переносил шум. Парень был известным тусовщиком, проносившим в общежитие алкоголь, легкие наркотики и проводившей мимо носа бдительной вахтерши девушек и юношей явно получавших деньги за свое присутствие на этих вечеринках и их не менее разгульном продолжении. — Ты откуда здесь? И зачем? — Прочистив горло, спросил он. Ну не могли же они его не заметить! — Зашел через тот вход, — он немного жеманно указал на дальнюю дверь, которая действительно была приоткрыта. — Ты ведь Винсент? Меня декан направила заниматься финансами твоего клуба. Винсент глупо моргнул, все еще не понимая, как кто-то настолько высокий и большой мог незаметно проскользнуть мимо него. И тем более что? Финансы клуба? Во-первых, у его клуба не было бюджета, выделяемого университетом, а во-вторых, этот парень вообще умел считать что-то кроме кокаиновых дорожек? — Валентино, — представился он, подавая руку. — Я в курсе кто ты, — прозвучало немного грубо, но парень, похоже, не обиделся. Винсент неохотно пожал протянутую руку, стараясь не думать о том, какой теплой та оказалась. Он все еще не был жалким неудачником, которому не хватало простого человеческого тепла. Не был! — А я в курсе кто ты, — Валентино наклонился, мгновенно оказавшись нос к носу и заставив Винса отпрянуть. Он хотел было выдернуть руку, но тонкие пальцы неожиданно крепко сжали его. — У тебя и правда глаза разного цвета, — заметил он спустя пару мгновений. — А я думал, показалось. Сексуально. Винсент поперхнулся и все же вывернулся из хватки парня, одергивая свою жилетку. Еще этого ему не хватало… — Так что я должен был заметить? — Сладко спросил Валентино, снова разгибаясь во весь свой рост. Винсент доставал ему примерно до плеча, а в нем были неплохие 175! Сколько там, два метра, что ли?.. — Ее сережки несут сильный магический отпечаток, — начал Винсент, смущенно поправив очки и тут же чувствуя себя заучкой. Он как можно более непринужденно убрал руку в карман, чтобы не повторять этот жест. — Прокляты, проще говоря. Не знаю, что они делают, но, видимо, у владелицы недавно, раз она не чувствует изменений в своем здоровье или поведении, — он поднял глаза на Валентино и заметил, что тот слушает его подозрительно внимательно, по-птичьи склонив голову набок. — Но можешь не верить чуши, которую говорит парень, видящий всякую паранормальную хрень, — тут же прервал себя он, прекрасно зная, что дальше его поднимут на смех. — Она нашла их среди подарков от подписчиков, — задумчиво ответил Валентино, не обратив внимания на последний пассаж. — Но согласен, они выглядят… Неприятно. Не знаю, почему она их выбрала, но с тех пор и не снимает. Говорит, что черепа идут ее стилю. — Отлично, а теперь проваливай, — Винсент демонстративно широко открыл дверь кабинета. — У меня нет проблем с финансами, потому что и финансов нет, а еще я не веду прием новых членов клуба. Можешь передать декану, что она ошиблась. — О, членов, значит, — расплылся тот в пошлой улыбке. — Я думаю, мы могли бы подробно… Но Винсент уже выпихивал его в коридор. — До свидания! — Рявкнул он и захлопнул перед лицом парня дверь. Обернувшись, он увидел, что Аластор все это время с улыбкой наблюдал за его перепалкой со странным посетителем. — Просто молчи, — буркнул он, поправляя волосы. — Не хочу тебя слышать. Призрак напоследок еще шире улыбнулся и скрылся в старом радио, стоявшем на столе. *** Винсенту, в общем-то, было плевать и на вредную девчонку, и на проклятые сережки. Он не подписывался никого спасать, а само создание клуба было лишь из-за необходимости вести какой-то внеклассный проект, от которого не освобождали даже выпускной курс, и из-за нытья Аластора. Призрак, отданный ему на попечение, и сам не рад был иметь с ним дело, но тетка заявила, что если Винсент будет учиться работать с паранормальными явлениями, а Аластор ему в этом помогать, то в конце концов Аластор сможет разобраться со своими собственными проблемами. Пока что призрак создавал проблемы только ему, так что Винсент не особо торопился с обустройством клубной комнаты и поиском новых членов. Участников! Надо было использовать слово «участников», чтобы избегать дурацких аллюзий… И да, имя Валентино все еще официально значилось среди… участников клуба. Он даже периодически появлялся в клубной комнате, но просто сидел и скроллил новости в телефоне, совершенно не помогая с организацией пространства. Вельвет была первокурсницей, и ни на каких занятиях они не пересекались, но он часто встречал ее в коридорах или в столовой, окруженную подружками и прихлебательницами, заглядывавшими ей в рот. Удивительно, что тогда она ворвалась к нему в одиночку. Впрочем, он быстро заметил, что девушка дружила и с тем высоким латиносом, часто появлялась с ним вместе и висела у него на локте, рассказывая какие-нибудь глупости или смеясь. Вельвет меняла наряды по несколько раз в день, но серьги продолжала носить, удивляя Винсента своим постоянством. От них отвратительно фонило, но как будто бы… Все было нормально. По крайней мере выглядела девушка бодро и весело, так что он в какой-то момент почти перестал обращать на нее внимание. Да и ему было просто неприятно — а конце концов после выпуска видео, где он на камеру желал девчонке смерти, декан позвала его в свой отвратительно розовый кабинет и за чашечкой эрл грея ласково журила на протяжении двух часов. — Ты не торопишься с организацией клубной комнаты, — пожаловался ему Аластор, сидя на столе и болтая ногами. — Мне кажется, или ты саботируешь договор? Винсент недовольно обернулся на него: — Отъебись, а? Я занимаюсь делом! Я вообще-то занятой человек, видел сколько домашки? Еще диплом, проклятые серьги и организация пространства. Если такой умный, то встань и помоги! — Если ты забыл, я всего лишь призрак, — с наслаждением ответил ему Аластор. — Я могу помочь тебе только одним способом. — Нет, — Винсента передернуло от мысли, что Аластор снова вселится в него через тень. — Просто лезь в свое радио и молчи, урод. Аластор, конечно, не последовал его совету, уже совсем фривольно разлегшись на столе. Винсент показал ему средний палец и обернулся, чтобы отнести очередную коробку на выход. Прямо перед ним как будто из ниоткуда возник Валентино, заставив издать какой-то совсем позорный взвизг. — К-как ты тут оказался?! — Пытаясь вернуть самообладание, спросил Винсент, прижимая к себе коробку. Валентино игриво улыбнулся и, пройдя мимо него, уселся на стул рядом с тем местом, где развалился Аластор. — Ты реально болтаешь с воздухом, — хмыкнул он. — Он сейчас где-то здесь? — Валентино ткнул пальцем ровно в бок Аластору, заставив того зашипеть и все же свалить в свое радио. Винсент подозрительно посмотрел на Валентино. Он не любил распространяться о том, что видит потустороннее, потому что дальше над ним всегда начинали смеяться. Даже если человек спрашивал будто бы совершенно серьезно, следующим его шагом будет высмеять Винсента. Так что он поджал губы и все же понес коробку в соседнюю комнату. По возвращению он отметил, что парень никуда не ушел, а что-то лениво печатал, сидя все на том же стуле и закинув ноги на стол, практически касаясь подошвой старого радио. Он прошел к столу и отодвинул радио подальше от чужих ног. — Эта безделушка вообще еще работает? — Беспечно спросил Валентино. — С помощью батареек и такой-то матери, — буркнул Винсент. — Не трогай его. — Это какая-то очень важная вещь? — Спросил Валентино, тут же заинтересовавшись. Винсент передернул плечами, не желая отвечать. — Да ладно тебе, чего куксишься? — Какого хрена ты здесь забыл, а?.. — Устало вздохнул он. — Разве ты не должен тусить в компании своей подружки? — А, кстати об этом, — Валентино сделал грустное лицо и надул губы. — Куколка какая-то странная в последнее время. Винсент тут же сосредоточился и сел напротив него, внимательно заглядывая в глаза. — В чем странная?.. — Он толком и не знал эту девушку, но считал, что ее сучья личность примерно так и должна проявляться. Или же?.. — Она как будто одержима стала, — он взмахнул рукой. — Раньше в своих стримах разбирала чужие луки, а сейчас постит всякую хуйню, и стала какой-то… агрессивной. Ну она всегда немного агрессивная, знаешь, как мелкие чихуахуа, — Винсент моргнул, поняв, что тот только что обозвал свою подругу собакой, но сам Валентино не обратил внимания. — Но она никогда не оскорбляла меня. Не обидно. Ну короче… — Изменения в поведении могут быть из-за серег, — внезапно прокашлялось радио. Валентино так вздрогнул, что чуть не свалился со стула. — Блять, оно разговаривает! — Он ткнул пальцем в радио, наклонившись почти вплотную к нему. — Руки, молодой человек, — брезгливо ответило радио. Валентино перевел взгляд на Винсента, но тот пожал в ответ плечами. — Я бы на твоем месте убрал, реально может током ебнуть, — буднично сказал он. Валентино отъехал вместе со стулом от стола, продолжая подозрительно смотреть на радио. — Только этот фокус он может не так часто проворачивать… — Он снова обернулся к радио. — Если тебе есть что сказать, то говори, Ал. — У серег достаточно сильный фон, — не стал ерничать Аластор. — Но, возможно, им требуется время, чтобы навредить своей цели. Чаще всего такие предметы накапливают влияние и начинают вредить. — Как, например? — Спросил Валентино, совершенно переставший удивляться говорящему радио. — Например, ранить или заставить убить себя. Где она сейчас?.. — Вел? Я откуда знаю? — Валентино пожал плечами и отвлекся на пискнувший телефон. — Вон, стрим начала. Он поставил телефон на стол так, чтобы Винсенту тоже было видно. Аластор снова вылез из радио и тоже уставился на экран. Там была Вельвет, которая что-то говорила. — Смотри на ее глаза, — прошипел Аластор, но Винсент уже и сам увидел этот стеклянный взгляд. Видео не могло передать ауру проклятого предмета, но на секунду Винсенту показалось, что серьги опасно блеснули на экране. Дерьмо. Валентино сделал звук погромче. — Я часто получаю хейт от подписчиков, которых бесит мой стиль, — неестественно рассмеялась она. — Смотрите, — на экране появились различные комментарии, которые она начала зачитывать. Винсент не особо вслушивался и вчитывался, вместо этого внимательно разглядывая ее лицо и ловя малейшие изменения. — Ты знаешь, где она? — Спросил он у Валентино, не отвлекаясь от экрана. Девушка периодически вздрагивала, как будто приходила в себя, но осознание во взгляде моментально сменялось стеклом. Винсент увидел, как ее глаза заблестели, наполняясь слезами. — Это ее комната в общаге, — сказал Валентино, тоже хмуро вглядываясь в экран. — Она что, плачет?.. — Какой номер комнаты? — Отвратительное предчувствие сдавило Винсенту горло. Проклятье явно смогло завладеть движениями ее тела и практически полностью сковало сознание, а учитывая контекст видео, он мог предсказать, что будет дальше. В конце концов пожелания смерти как раз начали заполнять экран, пугая своим количеством. — Двести пятый… А что?.. — Проклятье собирается убить ее! — Выкрикнул Винсент, выбегая из кабинета. Три этажа вниз, дорога до здания общежития и еще этаж вверх. Семь-десять минут. Лишь бы успеть. Он желал ей публично самоубиться прямо на камеру, так что если она сейчас действительно отойдет в мир иной, то он станет главным подозреваемым! Этого только не хватало… Он считал себя неплохим бегуном, но времени было в обрез. Адреналин подгонял его. Проклятые серьги в любой момент могли заставить девушку перейти от чтения угроз к самоубийству. Если ей не удается даже на секунду перехватить сознание… Он услышал тяжелое дыхание рядом и обернулся, увидев, что Валентино догнал его. В одной руке он держал включенный телефон, из которого лился голос Вельвет. По крайней мере она еще была жива. Аластор невидимой тенью следовал за ними, зацепившись за Винсента. Он забыл радио на столе, но в пределах территории университета Аластор мог перемещаться за ним практически без ограничений. Они влетели в здание общежития, и Винсент лихо перепрыгнул через турникет, вызвав недовольный возглас со стороны вахтерши. Ему было плевать, потому что краем уха он услышал всхлип из телефона Валентино, а значит, дело было дрянь. Он взлетел стрелой по лестнице на второй этаж, растолкал каких-то младшекурсниц у прохода и начал быстро оглядывать двери, ища нужный номер. Комната Вельвет нашлась в середине коридора, и он резко дернул ручку, чтобы открыть дверь. Та не поддалась, закрытая изнутри. — Блять! — Он заколотил в дверь кулаком, слыша приглушенные всхлипы из комнаты. — Вельвет! Открой дверь! Отвлекись от экрана, эта хрень убьет тебя! Вельвет! Он попробовал выбить дверь, но сил не хватило. Зато из соседних комнат начали высовываться любопытные носы. — Ал, сделай что-нибудь! — Бессильно выкрикнул он. Аластор недовольно цыкнул: — А что я могу?! — Тень! Останови ее, вселившись тенью! Слава Люциферу и его взбалмошной дочери, Аластор послушался, проникнув в помещение через щель. Управление тенями требовало от него колоссальной концентрации и сил, которые он же опрометчиво успел потратить, болтая через радио, но Винсент надеялся на то, что за купленное время он сможет как-то справиться с дверью. В этот момент их догнал запыхавшийся Валентино, неестественно бледный для человека, который только что пробежал спринт. — У нее в руке нож! — Крикнул он. — Дверь закрыта! Валентино грязно выругался на испанском и одним точным ударом выбил хлипкий замок. Они, толкаясь и стараясь найти взглядом Вельвет, ввалились в комнату. Девушка заторможенно обернулась, и Винсент увидел льющиеся из ее глаз слезы и канцелярский нож, приставленный к горлу. Ее рука дрожала, сдерживаемая Аластором, вселившемся в ее тень, но он не мог полностью взять девушку под контроль. На одних инстинктах Винсент ринулся к ней и резко отвел руку с ножом, чувствуя, как лезвие полоснуло его по пальцам. Он силой заставил Вельвет разжать пальцы и потянулся к одной из серег, но та начала неистово мотать головой. — Блять, не дергайся! Ал, держи ее! — Она все же вывернулась из его рук, но была тут же подхвачена Валентино, который крепко сжал ее в своих объятиях. Винсент успел заметить, что Аластор снова материализовался рядом с ними, видимо, больше не в силах удерживать ее. — Куколка, не сопротивляйся, нам надо снять эту хрень с себя! Легко сказать, но Винсент плохо представлял как стянуть с нее серьги, не порвав при этом уши. Тот, кто придумал этот трюк, был очень дотошным… — Это клипсы, их можно так сдернуть! — Валентино умудрился одной рукой дотянуться до ее уха и сдернуть одну из сережек. Наверняка, это было больно, но точно не больнее смерти. Они извинятся потом… Винсент ухватился и снял вторую. Девушка в их руках тут же обмякла, теряя сознание. Винсент подхватил обе клипсы и сунул их себе в карман. Наконец, он смог выдохнуть и оглянуться. Аластор стоял рядом со столом, на котором стоял уже выключенный им ноутбук. В проеме двери скопились студенты, и кто-то, похоже, снимал их на телефон. Блять. Он только что ворвался в общежитие, не приложив пропуск к турникету, вышиб дверь в женскую комнату (технически это сделал Валентино, но кому какая разница), накинулся на младшекурсницу и сорвал с нее украшение (наверняка, со всеми этими кривляниями со стороны это смотрелось как насилие…). А до этого предложил ей публично самоубиться. И сейчас его снимают на камеры, и уже через полчаса он снова станет посмешищем всего университета. А затем отчисление, полиция, тюрьма… Класс. Отличная работа, Винсент. Мало тебе было вылететь с университетского канала? На, еще получи. Он устало плюхнулся на стул Вельвет, чтобы отдышаться. Ну и похуй. Он все сделал правильно. И не этим людям его судить. Осталось запечатать эти дурацкие серьги и отправить их той, кто сможет их уничтожить. А потом, видимо, собирать пожитки и возвращаться «домой». Он закрыл глаза и устало вздохнул. — Вал?.. — Послышался слабый голос Вельвет. — Ты спас меня?.. — Не я, — ответил тот. — Вот он. Винсент открыл глаза и встретился взглядом с заплаканной Вельвет. Было ужасно неловко. Он осторожно достал одну из сережек и показал ее девушке: — Они прокляты. Ты, видимо, носила их достаточно долго, чтобы они начали на тебя влиять. Подозреваю, что желание дарителя было «убей себя», — он убрал серьгу обратно в карман. — Но теперь все хорошо. — Спасибо… — пробормотала Вельвет. Винсент слабо кивнул в ответ и поднялся. Порез на ладони неприятно саднил, но он все равно сжал руку в кулак, чтобы не отвлекаться на тяжелые мысли и пошел на выход из комнаты. Зеваки молча расступились, и он медленно направился обратно в клубную комнату. Нужно было забрать радио Аластора. *** Винсента не позвали на ковер к ректору ни через час, ни на следующее утро, ни через неделю. Не было и полиции с допросами. Новость совершенно точно распространилась по университету, потому что смотрели на него в два раза интенсивнее и шепотки за спиной стали громче. Он не обращал внимания. Закрыться в себе было его тактикой, а после своего фиаско с университетским каналом, он удалился из всех соцсетей и даже не открывал инсту с тиктоком. Он видел Вельвет в коридорах и в столовой, как обычно окруженную прихлебателями и Валентино. Как будто ничего и не произошло. Сам латинос перестал появляться в клубной комнате. Ну и пожалуйста, не очень-то и хотелось. В конце концов клуб был лишь фасадом до окончания обучения. Серьги он отправил своей тетке, которая умела снимать проклятья с таких вещиц. Пусть сама разбирается. Ожидая решения своей участи, он продолжал потихоньку убирать клубную комнату, и к концу недели это уже был обычный светлый кабинет с несколькими столами, белой доской и пустой книжной полкой, на которой можно было складывать подходящую литературу. После происшествия с Вельвет дурацкое желание Аластора заставить его научиться нормально разбираться в потусторонней херне и способах борьбы с ней перестало казаться таким уж и дурацким. Хочет свой клуб исследований паранормальных явлений, пусть заимеет. В конце концов, у Винсента все равно нет других друзей и приятелей, желавших с ним общаться. — Вот видишь, Ал, я выполнил обещание, — вздохнул он, оглядывая дело рук своих. — Теперь ты можешь официально учить меня быть медиумом. — Неплохо, — отозвался тот, выбираясь из радио и устраиваясь на столе. — Я, правда, не очень понимаю, что мы собираемся делать, — пожал плечами Винсент, задумчиво оглядывая помещение. — Но думаю, можно начать с разбора дела о проклятых серьгах… В конце концов я же должен писать отчеты о том, чем этот клуб занимается. Не успел Аластор открыть рот, как дверь с громким хлопком отворилась. Винсент, вздрогнув, обернулся, и увидел в проеме Валентино и Вельвет. — О, а вот и наш глава клуба! — Весело воскликнула девушка, первой проходя внутрь. — Скажи, Ви, ты принимаешь только «членов», — сзади раздался пошлый смешок Валентино. — Или я тоже могу вступить? — Что?.. — Глупо переспросил Винсент. — А то, что я теперь тоже верю во всякую хрень, — хмыкнула она, садясь на стол рядом с Аластором, которого, конечно же, не могла видеть. — Предлагаю записывать наши крутые расследования на камеру и восстановить твое доброе имя. Винсент хотел было как-то прокомментировать это заявление, но заметил, что в ушах девушки были снова серьги с черепами, подозрительно похожие на прошлые… — Ты где их взяла? — Спросил он. Это явно была просто реплика, так как на ней не чувствовалось отпечатка отрицательной энергетики. Но кто в здравом уме будет носить копию вещи, которая тебя чуть не убила? — Дизайн отпад, — пожала плечами та. — Так и не знаю, кто мне отправил те серьги, но пусть сидит и бесится, что не смог меня убить. Кстати, ты реально умеешь гипнотизировать? Покажешь? — Да-да, мне тоже интересно! — Валентино подхватил стул и уселся на него задом наперед, уперевши руки в спинку. Винсент удивленно переводил взгляд с одного на другого, но так и не нашелся что ответить. Аластор великодушно улыбался и болтал ногами, как будто его устраивало происходящее сейчас. Стоило Винсенту собраться с мыслями, как в открытый проем заглянул какой-то младшекурсник и смущенно спросил: — Извините, это здесь исследуют паранормальное?.. — О! — Обрадовалась Вельвет. — Заходи! Что случилось? — Я… Я хотел бы попросить о помощи… Винсент моргнул, все еще не понимая, как события успели так завертеться. Но Валентино уже подтянул парню стул, а Вел подбежала к доске и, взяв маркер, начала записывать рассказ парня. Аластор выглядел донельзя довольным. Кажется, у него что-то начало получаться…