Кошмарный март

      Ким Тэхён — коллекционер, и ему по душе вещи, потрёпанные годами. Он получает эстетическое удовольствие от предметов, потерявших свой блеск, но сохранивших уникальный шарм времени.       У него целый этаж в доме выглядит как музей: на полках можно найти старые пластинки, оловянные ложки, медные тарелки и пуговицы империй, существовавших в Чун-Джине задолго до его рождения. Все эти предметы стоят баснословных денег, слава богу, у Тэхёна они есть.       Особое место в коллекции занимают зеркала. Вечерами мужчина любит сидеть в мастерской и ювелирно очищать каждое купленное зеркало, протирать от пыли и грязи, открывать их первоначальную красоту. В этом ритуале он находил своё спокойствие и гармонию. Чимин говорит ему, что это бесполезная трата времени и денег, но Тэхён не слушает друга, как бы тот ни пытался вернуть Кима в мир людской.       В один из таких одинаковых дней Тэхён находит старинное зеркало. Мужчина, что за даром отдаёт предмет, постоянно нервничает, но Тэхён не видит его поджатых губ, он смотрит только на зеркало, стоящее в углу. Стекло в трещинах и сколах, но все ещё стоит в раме, потёртой временем, краска тоже облезла, но Тэхён с блеском в глазах смотрит на зеркало как на произведение искусства.       Тогда он ещё не знал, с чем столкнулся.       Освободив свою мастерскую лишь к позднему вечеру, Тэхён не спеша раскладывает все необходимые инструменты для сегодняшней реставрации, тихонечко насвистывая мелодию из старой комедии. Зеркало, что уже отделено от рамы и ждёт своего часа, — прекрасно, необходимо лишь стереть с него следы плохого обращения предыдущего хозяина.       Достав из верхнего ящичка стола коробку с тряпочками разной жесткости, Тэхен берёт бутылёк с полиролью и тщательно изучает «травмы» своего нового приобретения.       — Кто же посмел так небрежно обращаться с тобой? — шепчет он зеркалу, а после начинает очень бережно проходиться смоченной тканью по мелким царапинам.       Полироль очень мелденно, но верно стирает мелкие отметины на стекле, и Тэхён наконец улыбается, осматривая блестящую, словно новую, поверхность. Остаётся всего пара сколов на уголках зеркала, и он неуверенно тянется за бутыльком с надписью «Жидкое стекло». В пузырке ещё плещется немного быстросохнущей эпоксидной смолы, и мужчина облегчённо выдыхает. Он доделает это зеркало сегодня.       Разобравшись с зеркалом, он осторожно ставит его на простынь у стены и принимается за потёртую раму, выцвевшую и потрескавшуюся от времени. Лёгким растворителем он проходится по изгибам и прорезям в узоре, чтобы лак отошёл от краски, а после, подождав несколько минут, мягкой пуховой кистью принимается за смывку.       Ему нравится весь этот кропотливый процесс, несмотря на то, что на это уходит просто огромнейшее количество времени. Убрав с рамы старое лаковое покрытие, Тэхён оценивает повреждённые участки, на которых давным-давно не осталось краски, а дерево приняло некрасивый серый оттенок, и делает записи в свой блокнот. Завтра нужно будет заказать краску и новый лак. Решив, что пока заказ будет ехать, зеркало может хоть немного постоять собранным, он возвращает его в раму и устанавливает на комоде, подальше от проникающих через окна солнечных лучей.       — Мне безумно повезло заполучить тебя. Надеюсь, ты принесёшь мне много удачи, — Тэхён улыбается, но улыбка сползает с его лица, как только он вглядывается в собственное отражение.       — Я так не думаю, — шепчет нечто с зеркальной поверхности, а потом исчезает, наполняя комнату хриплым мерзким хохотом.       Показалось, думается Тэхёну, и он снова вглядывается в зеркало. Или всё же нет? Он отгоняет от себя эти мысли, сваливая всё на усталость.

***

      — Я помечу этот день в календаре красным и подпишу жирным маркером: «Ким Тэхён всё-таки вылез из своей норы»! — Чимин машет стаканом виски.       Тэхён сам позвонил Чимину, пригласил его в клуб пропустить пару стаканчиков и поговорить. Чимин рассказывает о своих впечатлениях от поездки с Юнги на Чеджудо, но мысли Тэхёна тут же заполняет совсем другое. Он думает о зеркале. Он практически уверен в том, что оно ему ответило. Такое не могло просто послышаться! Или всё же могло?       — Чим… у тебя бывало такое ощущение, что за тобой кто-то следит?       — Кто следит? — Чимин поворачивается всем телом в зал клуба, но все танцуют и никто на них не смотрит. — У тебя глюки?       — Да нет, просто есть такое чувство, где-то на уровне инстинктов. Вот ты сидишь тут, знаешь, что сзади никого нет, но всё равно чувствуешь, как твою спину кто-то прожигает взглядом. — Тэхён смотрит, как на дне бокала плещется алкоголь, и, шумно выдохнув, допивает последний глоток.       — Не, у меня никогда такого не было. Подожди! — Чимин склоняется к лицу друга. — За тобой кто-то следит?       — Да боже, Чимин, никто за мной не следит, — Тэхён пытается говорить уверенно, в то время как в голове начинает происходить какая-то хрень.       «Я знаю одну считалку, мне её позапрошлый хозяин рассказывал».       Тэхёна передёргивает, он отшатывается от Чимина и, быстро встав, расплачивается. Тот ничего не понимает, но выходит вслед за другом, вдыхая ночной воздух.       — Не знаю, что с тобой творится, друг, но очень хочется узнать.       «Раз, два, три, четыре, пять, не разбил меня опять, я прочнее всех на свете, я твоё отражение в моменте».       — Прости… я домой поеду. — Тэхён вызывает такси, одновременно обнимая друга за плечи. — Прости, Чимин, что я вот так…       — Ты же не отдыхать едешь, я прав? — Чимин вообще не понимает этой тяги Тэхёна к старым вещам. Ну выкинули какое-то старьё, зачем его в дом тащить? Словно своего мусора не хватает. Мало того, друг порой скупает этот хлам за большие деньги, и ладно, если бы он их перепродавал после реставрации, но нет… — Перестань так себя грузить, от тебя скоро ничего не останется.       — Хорошо, — отвечает Тэхён неуверенно. Он знает, что просто не может сидеть без дела, но недоверчивого друга успокоить всё же надо. — Я больше не буду.       — Ты мне врёшь, Ким Тэхён! — на слегка повышенных тонах заявляет Чимин, с обидой глядя другу в глаза.       Тэхён молча садится в такси и уже из машины всё же говорит Чимину, что позвонит. По возвращении домой он снимает с себя верхнюю одежду и поднимается на второй этаж, немного подпрыгивая по ступенькам. Полный сил и энергии, несмотря на то, что выпил, входит в мастерскую и оглядывается. Его райский уголок, место, где всё всегда в полнейшем порядке и на своём месте. Или почти…       Зеркало. Тэхён помнит, что оставил его на комоде, но там пусто, а оно каким-то мистическим образом переместилось в самый дальний угол комнаты. Он никогда не верил в мистику, и, наверное, зря.       — Херня какая-то, — пыхтит Тэхён, перенося зеркало обратно на комод. — Я же поставил тебя тут и больше не прикасался! Не мог же я об этом забыть?       — Конечно, не мог, — отвечает зеркало, после чего раздаётся злорадный смех, и в отражении появляется тёмная непонятная фигура: то ли рогатое чудовище, то ли тень с густой гривой волос. Этого хватает, чтобы Тэхён схватился за сердце       — Ааааа, твою мать! — отскакивает он, словно от прокажённого. — Что ты, блядь, такое?!       Но зеркало не отвечает, только смеётся, а потом чёрный сгусток исчезает, и в зеркале уже отражается сам Тэхён. Его зрачки расширены от страха, а глаза в панике осматривают зеркальную поверхность.       — Мне нужен отдых! И кто-то, кто шарит во всей этой херне и поможет мне! — Тэхён быстрым шагом заходит в свою комнату, достаёт из комода свежее бельё и чистое полотенце и быстрым шагом отправляется в душ. Холодная вода немного отрезвляет. Хоть он всё так же находится на стадии охуевания, но уже пытается мыслить логически и убеждает себя, что зеркало говорить не может. Он вытирается, судорожно сжимая белое полотенце в руках, словно ищет в нём спасение. Только от чего?       Тэхёну хочется вернуться и посмотреть ещё раз, убедиться, что ему не показалось, но он этого не делает, только ложится в постель и накрывается одеялом, словно оно его спасёт. Ему никак не удаётся заснуть: он ворочается, ощущая то пронизывающий холод, то невыносимый жар. Раздражённо отбросив одеяло, он садится на кровати. В комнате темно, лишь лунный свет лежит тонкой ровной дорожкой на полу, а Тэхёну кажется, что на противоположной стене маячит чья-то тень.       «Несколько веков назад я был обычным человеком, — снова проносится в голове Тэхёна. — Но я облажался». — Из соседней комнаты внезапно слышится глухой звук падения. Тэхён вздрагивает, прижимает к себе одеяло и стискивает его до хруста в костяшках. «Я хотел жить и сыграть со смертью в прятки, но меня наказали».       — Ты не настоящий, тебя нет! Уйди из моей головы! — кричит Тэхён, крепко зажмурив глаза.       «Конечно, меня нет, я уже умер, — продолжает голос. — Жить в зеркале — моё наказание, а тот старик, что отдал меня тебе, чуть не сошел с ума».       За стеной снова что-то падает, Тэхён уже подрывается, хочет пойти посмотреть, не упало ли что-то ценное, но боится. В глаза бросается бита, что давным-давно стоит в углу. Это подарок от Чимина. Если вдруг это кто-то хочет украсть его коллекцию, то надо просто взять себя в руки и спугнуть их.       Но взять себя в руки не получается, потому что они предательски дрожат, пока Тэхён, сжимая биту, тихо крадётся вперед. Он чувствует себя очень глупо, словно влез в чей-то чужой дом, а не идёт защищать свой собственный.       — Я сильный, справлюсь, надо только открыть дверь и всё, — шепчет, а сам трусит, как тот самый заяц под кустом. — Я взрослый мужчина, я не боюсь.       — Ну конечно не боишься! — эхом разносится мерзкий хохот по всему этажу. — Тогда почему я чувствую твой страх? — Следом слышится звук разбивающегося стекла, и у Тэхёна сжимается уже пятая точка. Неужели «оно» выбралось из зеркала? — Ой, кажется, упала какая-то дорогая ваза. Или это хлам? — издевательски дразнит существо. — Да, точно хлам!       — Нет! — Тэхён плюет на страх, забегает в мастерскую и чуть ли не плачет от увиденной картины. Вазу, что разлетелась по всему паркету, ему привёз из Китая и подарил Чимин. Это был самый первый трофей в его коллекции, и вот теперь он превратился в мелкую крошку. — Уходи! Убирайся прочь!       Голос Тэхёна отдаёт горечью и обидой, а глаза постепенно наполняются влагой, как вдруг мастерская заполняется всепоглощающей тишиной. Он ещё долго пытается собрать все осколки с пола, вглядывается в каждый из них и надеется, что эту вазу ещё можно спасти, но всё тщетно. С рассветом он заканчивает с уборкой в комнате и, так и не сумев смириться с потерей, складывает все собранные кусочки вазы в плотную крафтовую бумагу на случай, если когда-нибудь ему хватит мастерства на её восстановление.       Тэхён вытаскивает из шкафа самую толстую ткань и наглухо заворачивает в неё зеркало, обматывает сверху скотчем и прячет в кладовку, после чего, облегчённо выдохнув, направляется в ванную комнату. Окатив лицо ледяной водой, он с опаской смотрит в небольшое зеркало, подмечает тёмные круги под глазами, но всё же ложиться спать не решается, тем самым совершая большую ошибку.       Следующей же ночью кошмар повторяется, но страдает уже старая глинянная статуэтка сфинкса, привезённая ему когда-то коллегой из Египта. Тэхён обещает себе покончить с коллекционированием и уже в этот раз прячет зловещее зеркало в подвал и надеется, что оттуда оно его не достанет.       И на какое-то время голоса в голове действительно затихают, мастерская вновь обретает светлые краски, а ужас, что сочился по стенам помещения, пропадает. Но лишь на время.       В том же подвале Тэхён находит коробку со старыми семейными бумагами. Если бы он знал, что пожалеет о находке в тот же день, никогда бы не дотронулся до старой макулатуры.       Пролистывая документ за документом, он отмечает про себя, что его семья была довольно разносторонней, но, несмотря на это, все увлечения и стремления всегда поддерживались другими и заканчивались успехом. Видимо, это одна из немногих черт, которую он смог унаследовать от родни. Практически вся коробка забита вырезками из газет, грамотами и достижениями, старыми фотографиями и страницами из личных дневников, но на самой глубине лежит картонная папка, перевязанная красной атласной лентой.       В ней нет привычных похвал от начальников, открыток и фотографий от дальних родственников. Там находится одна больничная карта, имя на которой Тэхён очень хорошо помнит. Это имя его родного и единственного, кого он застал при жизни, дедушки. С каждой прочитанной страницей больничной карты его лицо постепенно меняет оттенок с бежевого на серый, а сам он, судорожно пробегаясь по кривым словам, начинает плакать.       У его деда была шизофрения! Та самая, из-за которой вдруг возникают те самые голоса в голове и от которой нельзя вылечиться. Осознание бьёт по вискам и воспоминаниями пролистывает события предыдущих ночей. Он психует и, закинув больничную карту обратно в папку, а затем и в коробку, с силой пинает её ногой, отправляя пылиться под кроватью, пока у него не появится желание избавиться от неё навсегда.       — Я не мой дед и никогда таким не стану! — шепчет он сам себе напоследок и решается отправиться в парк, чтобы выдохнуть и сбросить напряжение.       Спустя неделю спокойной и тихой жизни Тэхён вдруг находит на своём рабочем столе ту самую ткань, облепленную несколькими слоями чуть желтоватого скотча. Она порвана и заляпана металлической краской золотого оттенка, а в многочисленных складках виднеются стружка и чёрные крошки, словно над ней только что поточили графитный карандаш.       — Чёрт, только не это, — с опаской разворачивает ткань Тэхен, замечает, что зеркала в ней больше нет, и в следующую минуту комната вновь наполняется знакомым ужасающим хохотом.       В панике Тэхён вылетает из мастерской и дрожащими руками достаёт из кармана связку ключей, пытаясь найти самый маленький из них, но она падает, заполняя звоном всё пространство. Он в ужасе оборачивается к окну, но в отражении вдруг видит то самое нечто, от вида которого волна мурашек заставляет его поёжиться.       Тэхён быстро добирается до спальни и уже собирается набрать номер друга, но телефон полностью разряжен и не включается, а в отражении темного экрана Тэхён вновь видит чужое искажённое лицо и швыряет гаджет куда-то вглубь комнаты.       Смартфон с треском врезается в стену и, упав, разваливается на запчасти, а Тэхён, тихо сползая по двери, поджимает колени.       — Тебя нет! Тебя нет! ТЕБЯ НЕТ! — кричит он, прикрыв глаза, пытаясь заглушить голос, который был уже не только в голове, но и по всему дому.       — Ты же знаешь, я здесь. Посмотри на себя и увидишь, — звучит, отскакивая от всех стен, и Тэхён закрывает ладонями уши, ещё сильнее зажмуриваясь.       Не выдержав и минуты, он на ощупь находит дверную ручку и, быстро дёрнув, выбегает из спальни, направляясь в ванную комнату, звукоизоляция в которой на удивление лучше, чем во всех других комнатах. Но даже здесь зловещее существо не отстаёт от Тэхёна. Оно отражается в лакированой плитке, во влажной раковине, в каплях на запотевшей форточке под потолком.       — Я сломаю тебя, покажу, как ты жалок и немощен! — голос всё громче звучит в комнате, врезаясь в каждую стену и отражаясь от неё, словно солнечный свет от стекла. — Ты увидишь! Узнаешь, что чувствую я в этом зеркале!       Сердце Тэхёна колотится, как бешеное, страх обволакивает его по кусочкам, оставляя всё меньше надежды на спасение. Мерзкий смех проносится по дому, сбивая со стен фоторамки, часы и картины, заставляя Тэхёна вздрагивать от каждого нового грохота за стеной.       Всё заканчивается лишь к вечеру. Часы, что продолжают идти, несмотря на падение, звоном отмечают шесть часов вечера, и все звуки утихают. Сердце коллекционера продолжает звучать так же бешено, но его стук с каждой секундой становится всё тише, что позволяет ему наконец осознать — всё закончилось.       Он залетает на дрожащих ногах в свою спальню, очень быстро хватает бумажник и то, что осталось от сотового, и пулей вылетает из дома, даже не удосужившись запереть его на замок.

***

      По приходу домой он осматривается, вслушивается в каждый шорох и скрип и, наконец убедившись, что опасности больше нет, облегчённо вздыхает. Он держит в руке большой чёрный пакет и не знает, правильно ли он всё решил или снова ошибся, но сейчас отступать уже поздно.       Первым делом Тэхён сбегал в аптеку, купил себе капли на травах, которые обещают восстановить психику всех и каждого, и пару пакетов с лимонными леденцами. После в отделении сотовой связи взял новый смартфон последней модели. Напоследок он сходил в подвальчик за углом. Там располагался алкогольный магазинчик, выбор выпивки в котором Тэхёна всегда очень радовал.       Скинув обувь уже на подходе к ванной комнате, он отправляет другу короткое сообщение и, не дожидаясь ответа, ставит режим «в самолете». Сбрасывает на пол всю одежду, вытаскивает из пакета две бутылки с виски и усаживается в холодную ванну, попутно включая воду, чтобы та набралась.       Он уже всё решил! Он не хочет закончить как дедушка. Не хочет быть с этим один на один. Он поглощает алкоголь большими глотками, старается не смотреть на воду, что уже покрыла его ноги, и плачет, сам не понимая, от страха или от непонимания происходящего. Горячая вода быстро расслабляет, он выпускает из рук уже пустую бутылку, после чего непроизвольно всё же смотрит в собственное отражение на водной глади.       — Я тебя не боюсь, — шепчет он, постепенно закрывая глаза от опьянения, но в последний момент замечает, как вода в ванной темнеет, и из неё на него ярко смотрят два мерзких глаза.       — Посмотрим, — последнее, что слышит Тэхён перед тем, как отключиться и расслабиться в горячей ванне. Его тело тяжелеет и начинает медленно сползать в приятную воду, даря ощущение комфорта и защищенности.       Чимин врывается в жилище друга, как всегда, без стука. Его волосы взъерошены, глаза растерянны, а руки с дрожью сжимают мобильный телефон. Получив странное сообщение от друга, он пытался ему дозвониться, но Тэхён просто не взял трубку. Он бежит сначала в спальню, а потом уже в ванную комнату, где находит Тэхёна уже с головой под водой. Резким рывком Чимин вытягивает друга за подмышки, укладывает на пол и облегчённо вздыхает, когда друг, выплюнув немного воды, начинает шумно дышать.       — Идиот тупорылый! Устал он! Я сколько тебе говорил, отдохни, не наваливай на себя, будь к себе менее требовательным! — Чимин сидит на полу и рыдает, то и дело не сильно пихая друга кулаком в бок. — Козлина!       — Чим, умоляю тебя, не кричи, — наконец отдышавшись, шепчет Тэхён, а потом указывает другу на дверь в спальню. — Поможешь дойти? Я капец как напился.       Чимин помогает Тэхён подняться на ноги, и тот осматривается, понимая, что все тени в доме исчезли.       — Значит так! Либо ты сейчас всё мне рассказываешь, либо я убью тебя, Ким Тэхён! — бурчит Чимин, заматывая друга в тёплый плед, и уходит на кухню, уже громче командуя: — Выкладывай!       В комнате наступает тишина, только стрелки часов отбивают свой ритм. Тэхён выдыхает воздух сквозь зубы и начинает:       — Зеркало, оно живое, мне… его подарили. Знаешь, как я обрадовался, когда оно у меня появилось? Я думал… — голос дрожит, Тэхён боится повернуть голову и посмотреть в глаза друга, что принёс кружку с чаем, боясь увидеть в них отвращение, но Чимин молча слушает, не перебивает. — А потом со мной начали происходить странные вещи, я начал слышать голос в голове, он угрожал мне, издевался. Сначала я списывал всё это на усталость, но потом… когда мы с тобой расстались у клуба, я приехал домой, и чёрт меня понёс в мастерскую. Зеркало стояло в углу, а не там, где я его оставил. В тот момент мне стало страшно, я думал что кто-то пробрался ко мне, но нет, оно само. Позже я нашёл старые записи моей семьи, мой дед болел, у него была шизофрения, я думал, что стану таким, как он, что болезнь передалась по генам.       — Ты что-то увидел, да?       — Да, зеркало, в нём появилось нечто, оно начало преследовать меня. Я видел этот ужас в каждом отражении, оно говорило со мной, угрожало. А потом меня нашёл ты в ванной. Я не знаю, что делать, Чим… Может, мне лечь в больницу и провериться? Может, я болен?       — И где сейчас это зеркало? — спрашивает спокойно Чимин, а сам косится на биту, что валяется на полу гостиной. — В мастерской?       — Чимин, что ты задумал?       — Где зеркало, Тэ?       — Там, — показывает на дверь мастерской, тут же вскакивая, плед летит на пол, кружка с чаем тоже. — Чимин, нет! — Что «нет», Тэхён? Что, блядь, «нет»? Ты хочешь, чтобы я однажды утром нашёл тебя мёртвым? Ты издеваешься, блядь! — Чимин просто кричит на друга дрожащим голосом, искренне боясь за его жизнь. — Ты и правда идиот!       Чимин выбегает в гостиную, хватает биту в руки и направляется в мастерскую.       — Я разобью его! — он хлопает дверью так, что звук эхом проносится по студии. — Где ты, сука? — Чимин никогда не был храбрым, но его друг для него всё.       Они неразлучны с самого детства, Тэхён тот, кто замазывал его коленки зелёнкой после неудачной попытки прокатиться на велосипеде, он был на его выпускном, свадьбе. В конце концов, он был тем, кто познакомил его с Юнги, и за своё счастье Чимин бесконечно благодарен именно Тэхёну. И пусть смелость никогда не была чертой его характера, он разобьёт это чёртово зеркало.       — Чимин, стой, ты не знаешь, с чем имеешь дело! — кричит другу Тэхён, на что слышит очень дерзкий смешок.       — Я знаю, что мой друг ещё даже не научился подкатывать яйца! А ведь мне очень хочется погулять на твоей свадьбе, поднять тост за придурка, который боится влюбиться, и, в конце концов, просто увидеть, как ты станешь счастливым.       В следующую минуту дом наполняется звуком сильных ударов по стеклу, а в ушах Тэхёна звучит знакомая, но совсем иная считалочка:       «Раз, два, три, четыре, пять, начинаю исчезать, в отражении, на паркете, нет меня на этом свете».       Голос затихает вместе со звуком ударов, а весь дом наполняется свежим воздухом и солнечным светом, когда в дверном проёме появляется улыбающийся друг с кульком мелких осколков в правой руке и слегка потрёпанной битой в левой. — А теперь избавимся от хлама.