Эпизод 6. Таинственный Незнакомец
3 марта 2026 г., 00:28
Первым его увидел Шило. Или врал, что увидел – Шилу веры не было, потому что он пил, а пьющие люди видят многое, и не всё из этого существует на трезвую голову.
− Сижу я, значит, на Агропроме, − рассказывал Шило на ночном привале, бережно принимая кружку с водкой двумя руками, как артефакт. − Ночь. Двое бандитов зажали меня в подвале. Патроны кончились. Ну, думаю, всё – хана мне! И тут − шаги. Тихие, крадущиеся, не мои, не их − кто-то третий.
− Третий? – переспросил один из сидевших напротив сталкеров-одиночек.
− Я видел только тень − длинный плащ и шляпа.
− Да кто носит шляпу в Зоне? − Никто! – фыркнул его собеседник.
− Не перебивай! – Шило взмахнул руками, изображая сценку, − и тут два выстрела. Бах! Бах! Обоих − наповал. Я поднимаю голову − никого. Тишина. Только гильзы на полу. И запах – этого, как его, во вспомнил – «Тройного одеколона»! Я такой будучи мелким у деда как-то нашёл в загашнике и выпил – ядрёная штука. Ох, он мне тогда люлей надавал...
− Шило, ты уже в стельку пьяный – харош галлюцинировать.
− Я всегда пьян. Это не аргумент.
Второй раз его встретил Пыж – профессиональный охотник на мутантов, с репутацией, которую невозможно было пропить, потому что Пыж не пил. За редким исключением вроде таких случаев.
− Дикая территория. Стая псевдособак обложили меня со всех сторон. Я запрыгнул на валуны, перезаряжая последний магазин. И тут слышу сзади звук − щелчок. Как будто кто-то взвёл курок на старом револьвере. Вдумайся: не автомат, не дробовик − револьвер. Кто ходит по Зоне с револьвером?
− Идиот? – предположил Химик.
− Я тоже так поначалу подумал − а он уложил вожака одним выстрелом в голову. Одним, мать его, точным выстрелом! После чего остальные псевдособаки поскуливая кинулись врассыпную. Пока я приходил в себя он уже ушел. Только шляпу на прощание приподнял, будто поздоровался или попрощался.
Я побежал за ним, хотел догнать, поговорить – а он повернул к аномалиям. Прошёл через «Электру» как ни в чём не бывало и исчез.
− Ну значит у него под плащом была «Сева», − высказал догадку Зубр.
− А лицо ты как от молний защитишь тогда? Он же без шлема был.
− «Батарейку» на пояс поцепил – делов-то.
− Контейнер для артефактов – дура здоровая. Я бы заметил, − возразил Пыж. А он просто шёл через аномалию. Как по тротуару.
В третий раз он спас патруль Долга − сержант Рябина и двое новобранцев попали в засаду наёмников у Ростока. Три ствола против восьми. Математика Зоны, в которой ответ обычно пишут на надгробии.
− Мы залегли за бетонными блоками, − рассказывал Рябина после, голосом человека, который привык докладывать, но отказывается верить в то, что докладывает. – Два снайпера обходили слева нас по флангам, а остальные наёмники пёрли в лоб. Я понимал, что нам конец. И тут – три выстрела. Три выстрела за две секунды. Снайпер слева − мёртв. Снайпер справа − мёртв. Командир − мёртв. Остальные пятеро побежали, как будто саму Смерть с косой увидели.
− А ты что увидел?
− Тень стрелка в проёме. Разглядел только старомодную шляпу и каштановый плащ. Я такие раньше только в фильмах про американских детективов 30-х годов видел.
− Рябина, ты же долговец. Это свободовцы вечно накурятся и потом им то чудеса мерещатся, то старые советские стиральные машинки − на гусеницах и с человеческими мозгами в банке, внутри.
− Я не верю в чудеса. Я верю в три трупа с пулевыми отверстиями сорок четвёртого калибра. Это мы проверили. Кто будет стрелять из 44.Magnum в Зоне? Это же реальность, а не павильон для сьёмок вестерна.
Историй становилось больше. Значительно больше. В каждом баре, бункере и подвале, где сталкеры пили и говорили − а они всегда пили и говорили, пережидая очередной Выброс, − кто-то рассказывал новую историю про спасителя с револьвером. Детали совпадали с пугающей точностью. Стрелок всегда носил длинный плащ и никогда не снимал шляпу. И убивал врагов из магнума.
Он появлялся в момент, когда шансов не оставалось. Стрелял – точно в цель. И уходил − всегда бесследно. Его прозвали Таинственным Незнакомцем.
Свобода решила, что это призрак − дух Зоны, воплощение анархии и справедливости. Лотос немедленно включил его в пантеон Церкви Атома: «Пророк Деления, карающий тех, кто объединяется против нас!»
Долг предполагал, что он оперативник неизвестной структуры и пытался выйти на связь по всем частотам. Незнакомец не отвечал.
Монолит назвал его ошибкой. ZAX подтвердил: «Незнакомца не существует. Продолжайте миссию». Фанатики продолжили. Вскоре троих нашли застреленными из револьвера калибра .44 на подступах к Янтарю. Монолит не комментировал.
Бандиты считали его проклятием. Один из них, сдавшийся Долгу в плен, рассказал, что банда запретила говорить о Незнакомце вслух: «Скажешь имя − придёт. Как Зона услышит».
Учёные были уверены, что это массовый психоз. Пока доцент Краус, биохимик из Мюнхена, вышедший ночью опорожнить мочевой пузырь, не услышал за спиной щелчок курка. А утром у входа в лабораторию нашли мёртвого кровососа с пулей в голове. Калибр − .44. Краус больше не говорил про массовый психоз. Краус говорил: «Необъяснимый феномен, требующий дополнительного изучения».
А потом однажды утром Сидорович нашёл пятьдесят крышек от Ядер-колы. Они просто лежали аккуратной стопкой посреди прилавка – не смотря на то, что все двери в бункер были закрыты и никаких следов взлома не обнаружилось. Когда он в панике побежал проводить инвентаризацию, то выяснил, что со склада пропала всего одна коробка с боеприпасами.
Пятьдесят крышек. Ровно столько в валюте Пустоши стоила пачка патронов калибра .44 магнум. Сидорович долго смотрел на крышки. Потом смахнул их в кассу. Потом достал и положил отдельно − в жестяную банку из-под тушёнки, которую поставил отдельно.
Сидорович торговал с Зоной двадцать лет. Он видел всё. Он не верил ни во что. Но теперь он на всякий случай перед сном оставлял на прилавке запасные патроны для револьвера. Наутро они исчезали – а в жестяной банке прибавлялось крышек.
