Знаток ядов из Сычуаньского клана Тан

– Как смеет сопляк вмешиваться, когда говорят старейшины рода?! – Именно! И это письмо от управителя Сычуани – ты вообще понимаешь, о чём оно, прежде чем разевать рот? – Глава клана, вы слышите?! Никакого воспитания – лезет в разговор старших! Вот потому мы и предлагали взять человека из более достойной семьи… Крики старых хрычей загудели в зале, будто рой. У меня на виске дёрнулась жилка. Они так любят слово «воспитание», что у меня всё сильнее чесались руки уточнить, кто именно и чем их воспитывал. «Ага. Значит, решили вызвать меня на словесную дуэль?» Я ни разу не проигрывал словесных перепалок тем, кто врывался в мои эфиры и пытался “задавить авторитетом”. Я шагнул вперёд, сложил руки в почтительном приветствии и заговорил ровно так, как нужно в таких ситуациях. «Словесная дуэль – глава первая. Улыбка на лице, голос максимально вежливый, а бить – только фактами». – Насколько я понимаю, вы всё ещё не признаёте меня зятем Сычуаньского клана Тан. Хорошо. Тогда я для вас не семья – я гость. Я сделал паузу, чтобы слова улеглись. – Более того. Я помог спасти жизнь нашей молодой госпожи. Я поймал Кровавого Ракшасу – Так Вун Яна – и тем самым спас жизнь главе клана. Значит, я не просто гость. Я благодетель. Я поднял взгляд на толпу. – Скажите, уважаемые старейшины… принято ли в Сычуаньском клане Тан оскорблять гостя и благодетеля прямо ему в лицо? Дед, глава клана и нуним посмотрели на меня так, будто впервые увидели. Похоже, они не ожидали, что я отвечу настолько жёстко – и при этом формально безупречно. «Раз вы говорите, что я не семья – тем осторожнее вам стоит говорить со мной как с посторонним». – Кхм… – Ну… это… Старики замолчали. Будто им мёда в рот налили. Но тишина продержалась недолго. Один из них зацепился за другое, будто нашёл соломинку: – Кровавый Ракшаса? Так Вун Ян? – Если ты про Так Вун Яна… это же смешно… он ведь уже… – Может, глава клана так отчаялся найти зятя, что сочинил сказку вместе с этим юнцом… – Тук. Книга с глухим стуком легла на стол. Глава клана смотрел холодно: – В словах Со Рёна нет лжи. Вот руководство по технике Ядовитые Когти Кровавой Воды. Смотрите сами. Я как раз хотел перейти к этому – поэтому и просил вас слушать. – Ядовитые Когти Кровавой Воды?! – Вы правда достали это проклятое руководство?! – Если это “Кровавая Вода”… тогда всё объясняет! Старейшины побочных ветвей бросились к столу так, будто им под ноги кинули золото. Им хватило одного взгляда на обложку, чтобы побледнеть. – “Культ Крови”… и “Ядовитые Когти Кровавой Воды”… да ещё и буквы кровью… Это точно оно! – Говорят, эта мерзость пришла из Культа Крови… «Погодите… настолько проклятая книжонка?» Я на секунду завис, осознавая, что даже рядом с “печально известными” убийцами Сычуани существуют люди ещё безумнее. Но старейшины уже сыпали вопросами дальше: – Так значит, этот юноша действительно одолел Так Вун Яна? – В его возрасте? Ему ведь и двадцати нет… – Шур-шур! С холодком по спине из-под моего воротника вырвалась связка сороконожек. Похоже, мой будущий тесть решил показать наглядно, как именно я “одолел” Так Вун Яна – и, не предупредив, выпустил на меня убийственную ауру. «Да хоть предупреждай, прежде чем так давить…» – Это… – Жёлтые сороконожки? Тесть усмехнулся: – Это детёныши Синепятнистой Сороконожки. Зять… ах да, раз вы не признаёте его зятем – тогда юноша их выращивает. Я погладил сороконожек по головам и сказал нарочито спокойно: – Эй, мелкие. Не кусайте людей без причины. А то почернеют – и помрут. Как тот Кровавый Ракшаса. Один из старейшин, который отшатнулся от сороконожек, заикаясь, поспешил переобуться: – К-когда это мы говорили, что не признаём… – Есть порядок, – подхватил второй. – Мы лишь указали главе клана, что порядок был нарушен. – Да-да. Мы просто надеемся, что дальше всё будет по правилам. Нуним рядом со мной смотрела на них ледяным взглядом. Словно ей было противно, как быстро они готовы продать и её, и честь семьи за пару “впечатляющих” сороконожек. Дед постучал пальцами по столу, возвращая разговор в русло: – Хорошо. Оставим тему “зять – не зять”. Почему именно вы против того, чтобы доверить ему Зал Десяти Тысяч Ядов? Старейшина побочной ветви помялся и сказал осторожно: – Если он пройдёт брачные обряды и станет полноценным членом семьи – тогда можно говорить о доверии. Это первое. – А второе – ему нет и двадцати. Глава клана говорит, что он разбирается в ядах и тварях, но он ещё не показал ничего, что убедило бы остальных. – Верно. Доверять такое важное место… Дед – Мастер Десяти Тысяч Ядов – кивнул, будто признал доводы разумными. – То есть ваша позиция такая: вы не доверяете Со Рёну, потому что он ещё не доказал своё мастерство достаточно, чтобы убедить семью. Так? – Да, старейшина. Дед улыбнулся: – Тогда всё решено. Старейшины моргнули, не поняв, что он имеет в виду. А дед повернулся ко мне и подмигнул. – Со Рён. Сможешь показать своё мастерство так, чтобы они больше не сомневались? Он взглядом указал на письмо в моей руке. Я успел одним глазом пробежать его ещё раньше, через плечо будущего тестя, и понял, что задача вполне подъёмная. Я сложил руки и ответил: – Если вы доверите мне это дело, я решу его так, как подобает Сычуаньскому клану Тан. Чтобы доказать, что я достоин быть человеком семьи. Раз уж это касается моего дела, я должен был решить вопрос так, чтобы семье понравилось. И решить по-тановски. Дед заинтересованно приподнял бровь: – По-тановски? И как же именно? Я улыбнулся так же широко, как он: – Разумеется, я воспользуюсь ядом. – Ядом? – Ядом? Дед, глава клана и нуним уставились на меня одновременно. А старейшины побочных ветвей взорвались: – Ты с ума сошёл?! Ты собрался отравить управителя Сычуани?! – Старейшина! Он говорит – яд для управителя Сычуани! – Ты ненормальный?! Мы отправляем лекарство, а не собираемся его убивать! Какой ещё яд в лекарстве?! «Погодите. Вы – клан Тан. Вы сейчас серьёзно пугаетесь слова “яд”?» В зале стало ещё шумнее. *** – Со Рён… ты правда собираешься это сделать? – спросила нуним, когда мы уже возвращались обратно. Старейшины сказали, что им нужно ещё кое-что обсудить, и потому мы с нуним шли по внутреннему двору вдвоём. Она смотрела на меня тревожно. Моё заявление в Павильоне Чёрной Черепахи явно её не успокоило. – Не беспокойтесь, молодая госпожа. Я разберусь. Но она тут же задала другой вопрос – куда более смущённо, словно ей трудно произнести слова вслух: – Со Рён… ты точно… понимаешь, что это за лекарство? Я… просто боюсь, что ты ещё молод и… ну… «Смущённая нуним – опаснее любого яда». Я едва удержался, чтобы не улыбнуться шире, чем положено. Причина её смущения была проста: лекарство, которое заказал управитель Сычуани, не было чем-то “величественным”. Это было средство, которое помогает мужчине… скажем так, не подводить в самый важный момент. Да. Лекарство, чтобы “встать как положено”. Проще говоря – средство от мужской слабости. Управитель, по какой-то причине столкнувшийся с этой проблемой, обратился именно к клану Тан – потому что клан славился не только ядами, но и медициной. Лечебный зал клана уже приготовил состав и отправил его. Проблема лишь в том, что лекарство сработало плохо. А деньги он заплатил немалые. Вот и пришло письмо – с жалобами. Старейшины побочных ветвей занимались этим делом, и именно оно стало одной из причин сегодняшнего скандала. Нуним, естественно, было не по себе это обсуждать. Особенно со мной. Я кивнул с максимально серьёзным лицом: – Да, молодая госпожа. Я понимаю. Это… важная вещь для мужчин, которые… не всегда могут “держать голову высоко”. – Х-хватит! – вспыхнула она. – Я поняла! Я верю, что ты понимаешь! Нуним закрыла уши ладонями, но при этом быстро закивала – лишь бы я замолчал. Потом, словно успокаивая сердце, положила руку на грудь и тихо выдохнула: – Ты… слишком много знаешь для своего возраста. – Это… немного неловко, – честно признался я. «Всё чаще я выгляжу не как серьёзный юноша, а как ходячая проблема». Я на секунду задумался, не упал ли мой образ в её глазах… но тут же вспомнил наше обещание про Десять Великих Ядовитых Существ. Она ведь не возьмёт и не отменит его из-за такого? Наверное. Я снова прокрутил условия в голове. «Честно говоря, я думал, мне придётся добыть все десять. А оказалось – достаточно одного. Она… почти святая». После этого мы оба притихли. Тема была слишком… специфической, чтобы легко от неё отмахнуться. Мы дошли до заднего сада, до дверей её покоев. И уже там нуним, наконец, заговорила первой – впервые после “запретной темы”: – Я слышала, ты сказал, что добавишь яд в лекарство. Если тебе нужно будет войти в Зал Десяти Тысяч Ядов – скажи. Я пойду с тобой. Она предлагала помощь. И заодно, видимо, намекала, что у меня пока нет права входить туда одному. Я покачал головой: – Нет, молодая госпожа. Мне не нужен яд из Зала Десяти Тысяч Ядов. Нуним нахмурилась: – Но ты же сам сказал “яд”. Там много разных… Я улыбнулся: – Завтра я поймаю его сам. Хотите пойти со мной? – Поймаешь? Что именно ты собираешься поймать? – Вы видели здесь поблизости шмелиные гнёзда? – Шмели? Эти большие, круглые… огромные пчёлы? – Да, молодая госпожа. Именно их. На языке Центральных равнин их зовут сюнфэн (熊蜂). По-английски – bumblebee. А по-нашему – шмель. Завтра мы пойдём брать шмелиное гнездо. «Первое свидание у шмелиного гнезда. Идеально. По-фабровски».