Мистер и Миссис Неизбежность

Зал приемов в «Нефритовом дворце» — это заоблачный пентхаус-ресторан на вершине самого высокого небоскреба) ослеплял золотом и хрусталем. Здесь пахло старыми деньгами, свежими сплетнями и очень дорогим коньяком. — Улыбайся, принцесса. Твое лицо сейчас выражает готовность совершить военное преступление, — Чайльд мягко сжал локоть Люмин, когда они вышли из лифта.Он выглядел пугающе эффектно: черный смокинг сидел идеально, подчеркивая широкие плечи, а рыжие волосы были уложены так, будто он только что сошел с обложки Forbes. Но Люмин видела, как его взгляд сканирует толпу — он отмечал охранников, запасные выходы и углы обстрела быстрее, чем здоровался с гостями. — Я совершу его, если ты еще раз назовешь меня «деткой» при Нин Гуан, — прошипела Люмин сквозь ослепительную улыбку. — О, Воля Небес любит драму. Не лишай её удовольствия, — он подмигнул ей и, перехватив её руку, заставил её переплести их пальцы.Её ладонь в его руке казалась крошечной, но Чайльд чувствовал напряжение в её мышцах. Она была похожа на натянутую струну. К ним тут же направилась хозяйка вечера. Нин Гуан в длинном платье, расшитом золотыми фениксами, держала в руке мундштук, и её взгляд был острее, чем любой скальпель. — Мистер Аякс, — её голос звучал как бархат, скрывающий сталь. — Я слышала, вы обзавелись… ценным активом. — Ошибка, мадам, — Чайльд притянул Люмин к себе за талию, собственническим жестом прижимая её к своему боку. — Я обрел свою неизбежность. Позвольте представить: моя жена, Люмин. Люмин почувствовала, как кольца на её пальцах холодом обжигают кожу. — Рада знакомству, — ровно произнесла она, глядя Нин Гуан прямо в глаза. — Надеюсь, наше партнерство будет таким же прозрачным, как ваши окна. Нин Гуан едва заметно приподняла бровь. Она явно не ожидала, что «куколка» Чайльда умеет кусаться. — У вас острый язычок, миссис Аякс. Будьте осторожны, в этом городе легко порезаться о собственную дерзость. Вечер превратился в бесконечный парад фальши. Чайльд вел себя как идеальный джентельмен: он не отпускал Люмин ни на шаг, постоянно подносил ей шампанское и шептал на ухо какие-то глупости, от которых она краснела — то ли от гнева, то ли от его наглого обаяния.Но когда они отошли к террасе, чтобы «подышать воздухом», маска соскользнула. — Третий этаж, балкон напротив, — тихо произнес Чайльд, не меняя расслабленной позы. Он продолжал улыбаться, но его глаза стали мертвыми. — Видишь отблеск? Это не гирлянда, Люмин. Это оптика. Люмин застыла, чувствуя, как внутри всё леденеет. — Твои враги? — так же тихо спросила она. — Наш брак сделал меня слишком легальным, это многим не нравится, — он сделал глоток шампанского. — Сейчас я пойду «поздороваться» с ними через черный ход. Твоя задача: через пять минут упасть в обморок или устроить скандал. Мне нужно, чтобы вся охрана Нин Гуан смотрела на тебя, а не на пустую террасу. Справишься, женушка?

Дополнение к стратегии

Чайльд не просто стоял рядом — он выстраивал вокруг Люмин непроницаемую стену из своего присутствия. От него пахло дорогим сандалом, ледяной свежестью и едва уловимым металлическим привкусом, который Люмин уже научилась распознавать как запах опасности.Он медленно провел большим пальцем по её нижней губе, якобы поправляя размазавшуюся помаду, но на самом деле заставляя её задержать дыхание. Его глаза, лишенные бликов, сканировали зал. — Видишь того господина у колонны? — прошептал он, склонившись к её уху так близко, что его дыхание обожгло кожу. — Это Панталоне. Он думает, что купил этот вечер. А вон там, в тени, люди из иммиграционной службы. Они ждут, когда ты споткнешься, принцесса. Ждут, когда ты посмотришь на меня с отвращением. Люмин сжала бокал так, что костяшки побелели. — Ты делаешь всё, чтобы я именно так и смотрела, Аякс. — О, я знаю, — он невысоко рассмеялся, и этот звук был искренним и пугающим. — Но сейчас ты прижмешься ко мне так, будто я — твой единственный кислород в этой комнате. Потому что снайпер на балконе напротив уже выставил поправку на ветер. Чайльд резко развернул её спиной к перилам террасы, накрывая её тело своим. Для окружающих это выглядело как страстный порыв влюбленного мужа, который не может дождаться спальни. На самом деле он закрыл её собой от возможного выстрела. — У тебя есть ровно сорок секунд, чтобы устроить шоу, — его голос стал ледяным, деловым. — Вылей шампанское на платье той дамы в красном. Или лучше — разбей этот чертов бокал о голову ближайшего официанта. Мне нужен хаос. Мне нужно, чтобы Нин Гуан лично подошла к тебе разбираться. — А ты? — Люмин почувствовала, как его рука скользнула к кобуре под пиджаком. — А я пойду напомню им, почему со мной не стоит играть в прятки, — он в последний раз мазнул губами по её виску. — Если через десять минут я не вернусь к машине, бери ту черную карту, которую я тебе дал, и улетай в Мондштадт. Код от сейфа — дата нашей «свадьбы». Иронично, правда? Он отстранился, оставив её одну в холодном свете софитов. Его фигура растворилась в тенях коридора так быстро, будто его и не было. ~ Люмин проводила взглядом удаляющуюся спину Аякса. Сорок секунд. Секундомер в её голове начал обратный отсчёт. Она знала, что должна сделать: Нин Гуан ненавидит беспорядок, а охрана реагирует на звук бьющегося стекла быстрее, чем на шёпот.Она сделала глубокий вдох, расправила плечи и направилась к самому центру зала, где стояла массивная пирамида из бокалов с коллекционным шампанским. Прямо рядом с ней Панталоне обсуждал очередную сделку с представителем Фонтейна. — Ой! — громко, почти театрально воскликнула Люмин.Она не просто «споткнулась». Она изящно влетела в стол, задевая краем золотого платья скатерть. Стеклянная конструкция обрушилась с оглушительным звоном. Сотни осколков разлетелись по мрамору, заливая туфли гостей золотистой жидкостью. — Боже мой, какая я неловкая! — Люмин прижала ладонь к губам, притворяясь испуганной, но её глаза сканировали лица охранников.Все — абсолютно все — обернулись. Нин Гуан застыла с мундштуком у губ, её глаза сузились. Охрана в чёрных костюмах сорвалась с мест, направляясь к «виновнице» торжества. Хаос был идеальным. В это же время этажом выше, в узком техническом коридоре, Чайльд уже не был «мистером Аяксом». Он был Тартальей.Он двигался как ртуть. Снайпер даже не успел обернуться, когда тяжёлый ботинок Чайльда впечатал его лицо в бетонный пол. Второй наёмник вскинул пистолет, но Чайльд был быстрее: он перехватил его руку, послышался хруст костей, и через секунду Предвестник уже использовал тело врага как щит, всаживая три пули в третьего нападавшего.На его лице застыла та самая каноничная, безумная ухмылка. Азарт битвы пьянил сильнее любого алкоголя. — И это всё? — прошептал он, вытирая кровь с костяшек пальцев. — Я ожидал чего-то более… профессионального. ~ Люмин выскочила из лифта, придерживая подол платья. Её сердце колотилось о рёбра. Чёрный «Майбах» уже ждал у выезда, мотор тихо рычал. Она рванула дверь и запрыгнула на пассажирское сиденье. Чайльд сидел за рулем. Его пиджак лежал на заднем сиденье, рукав белоснежной рубашки был разорван и быстро пропитывался алым. Он тяжело дышал, но когда увидел её, его глаза вспыхнули знакомым блеском. — Ты… ты видел? Я разбила всё их шампанское, — выдохнула Люмин, глядя на его рану. — Аякс, ты истекаешь кровью! Он нажал на газ, и машина с визгом покрышек вылетела на ночную трассу. — Это была лучшая сцена ревности, которую я видел, — он коротко рассмеялся, морщась от боли, но не сбавляя скорости. — Знаешь, принцесса, за такое выступление я готов купить тебе не просто бутик, а целую улицу. Он на мгновение оторвал руку от руля и накрыл её ладонь своей — горячей и испачканной в порохе. — Но сначала… в бардачке есть аптечка и мой запасной телефон. Набери номер «011». Скажи, что пакет доставлен, но упаковка немного помята. Люмин открыла бардачок и замерла. Рядом с аптечкой лежала пачка её любимых шоколадок и ключи от сейфа. Даже в разгаре перестрелки этот безумец не забыл о деталях своего образа «заботливого мужа». — Ты невыносим, — прошептала она, доставая бинты. — Я — неизбежен, — парировал он, уходя в крутой занос. — Обрабатывай давай, а то я залью кровью салон, а чистка кожи стоит баснословных денег.

***

Пентхаус встретил их стерильной тишиной и холодным светом панорамных окон, за которыми догорал ночной Ли Юэ. Аякс едва переступил порог, как тихая уверенность сменилась тяжелой одышкой. Он привалился к мраморной кухонной стойке, пачкая белоснежный камень алым. — Садись. Живо, — Люмин отбросила в сторону мешающие золотые туфли и, оставшись босиком, рванула к скрытому медицинскому шкафу.Чайльд послушно опустился на высокий стул. Он стащил с себя разорванную рубашку — ткань с влажным звуком отклеилась от плеча. Люмин замерла на секунду, завороженно глядя на его торс. Это было полотно из шрамов: старые белесые полосы соседствовали с татуировками Фатуи и свежими кровоподтеками. Каноничный боец, который никогда не знал покоя. — Нравится вид, принцесса? — он криво усмехнулся, хотя губы его заметно побледнели. — Можешь потрогать, если пообещаешь не добивать. — Заткнись, Аякс, — она выставила перед ним перекись, спирт и хирургические зажимы.Люмин подошла вплотную. От него пахло жженым порохом, дождем и адреналином. Она смочила марлю антисептиком и коснулась раны на плече — пуля прошла по касательной, вырвав кусок плоти, но не задев кость.Чайльд резко выдохнул сквозь зубы. Его пальцы инстинктивно впились в край мраморной столешницы так, что камень жалобно скрипнул. Но он не отстранился. Напротив — он подался вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. — У тебя руки дрожат, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. Его зрачки были расширены, в них всё еще полыхал безумный азарт недавней бойни. — Не бойся. Я не сломаюсь. — Я не боюсь, что ты сломаешься. Я боюсь, что ты забрызгаешь мне платье, — соврала она, хотя её пальцы действительно подрагивали, когда она очищала края раны.Она работала быстро и сосредоточенно. Каждый раз, когда она наклонялась ближе, её золотистые волосы касались его груди. Чайльд завороженно наблюдал за ней. Его свободная рука медленно поднялась и замерла в сантиметре от её лица, словно он не решался осквернить её чистоту своими окровавленными пальцами. — Зачем ты это сделал? — тихо спросила Люмин, накладывая первый шов. — Мог просто пригнуться. Снайпер метил в тебя, а не в меня.Чайльд на мгновение закрыл глаза, позволяя себе слабость. — В моем контракте написано «защищать актив». А в моем кодексе… — он открыл глаза, и в них мелькнула пугающая нежность «джентельмена», смешанная с одержимостью воина. — В моем кодексе на миссис Аякс не должно быть ни царапины. Иначе какой из меня муж? Люмин затянула узел чуть сильнее, чем нужно, заставив его шикнуть. — Ты сумасшедший богач с комплексом героя. — Я просто парень, который ценит свою собственность, — он перехватил её руку, когда она закончила, и прижал её ладонь к своей груди, прямо над сердцем, которое колотилось как сумасшедшее. — Чувствуешь? Это из-за тебя. Или из-за кровопотери. Я еще не решил. Он вытащил из кармана брюк помятую пачку стодолларовых купюр и небрежно бросил их на стол. — За моральный ущерб и испорченный вечер. Купи себе завтра самое дорогое колье, которое найдешь. Пусть все видят, что я балую свою жену даже после того, как в меня стреляли. Люмин посмотрела на деньги, затем на его бледное, но торжествующее лицо. Она понимала, что эта роскошь — лишь способ скрыть то, как сильно он на самом деле нуждается в её присутствии.

***

Ночь в пентхаусе дышала интимом, который был острее, чем лезвие ножа. Воздух между ними, пропитанный запахом антисептика и дорогого парфюма, казался наэлектризованным. Люмин закончила накладывать повязку. Её пальцы, испачканные его кровью, дрожали, когда она обрезала излишки бинта. Чайльд сидел неподвижно, его тяжелый взгляд прослеживал каждое её мимолетное движение. Он не надел рубашку — сидел полуобнаженным, и холодный свет кухонных ламп подчеркивал рельеф его мышц и опасную бледность кожи. — Ты закончила, принцесса? — его голос стал низким, с хрипотцой, которая вибрировала где-то у Люмин в груди.Он не дождался ответа. Его рука — огромная, горячая — внезапно обхватила её за затылок, притягивая ближе к своему лицу. Люмин замерла, её ладони невольно уперлись в его голые плечи. Кожа была сухой и обжигающей.— Ты ведь хочешь спросить про него, — прошептал он, и его губы почти касались её губ. — Про своего драгоценного брата. Люмин сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси страха и странного, неуместного возбуждения. — Говори, Аякс. Хватит игр. Чайльд криво усмехнулся, и его свободная рука медленно, почти лениво скользнула по её талии вниз, задерживаясь на изгибе бедра, прямо над разрезом платья. — Итэр не просто скрывается. Он вскрыл серверы Бездны — хакерской группировки, которая кормится за счет хаоса в Ли Юэ. Он украл то, что не предназначалось для чужих глаз: список всех «спящих» агентов Фатуи в правительстве. Его пальцы чуть сильнее сжали её бедро, сминая дорогую ткань золотого платья. — Теперь за ним охотятся все. И я — единственный, кто может выкупить его жизнь. Но цена… — он сделал паузу, и его взгляд потемнел, становясь пугающе собственническим. — Цена — это ты, Люмин. Пока ты официально моя жена, они не смеют тронуть твою семью. Мой статус — это твой щит. И мой поводок на твоей шее. Люмин почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она знала, что он манипулирует ею, но близость его тела, запах его кожи и эта властная рука на её бедре затуманивали рассудок. — Ты купил меня, — выдохнула она, не отрывая взгляда от его глаз. — Я инвестировал в самое прекрасное, что когда-либо видел, — Чайльд подался еще ближе, его нос коснулся её носа. — И поверь, я намерен получить свои дивиденды. Не сегодня… ты слишком напугана. Но скоро, Люмин, тебе придется играть роль миссис Аякс не только перед камерами. Он выпустил её так же резко, как и притянул. Встал, слегка пошатнувшись от боли, и небрежно бросил на стол ключи от её спальни. — Иди спать. И запри дверь, если это поможет тебе чувствовать себя в безопасности. Хотя мы оба знаем, что в этом доме нет места, куда бы я не смог войти.

***

Солнце только начало заливать гостиную, когда тишину разорвал бодрый рингтон видеозвонка. Люмин, не выспавшаяся и завернутая в шелковый халат (еще один «подарок» Аякса), выбежала в зал.Чайльд уже был там. Он сидел на диване в расстегнутой шелковой пижаме, которая едва скрывала свежую повязку на плече. В руках он держал планшет. — Тевкр! Привет, малец! — его голос мгновенно изменился. Куда делся холодный убийца? Перед экраном сидел любящий старший брат с лучезарной улыбкой. — Да, всё отлично. Нет, это просто… производственная травма, зацепился за дверцу сейфа. Он бросил быстрый взгляд на Люмин и жестом приказал ей подойти. — А вот и она! Моя красавица-жена. Люмин, поздоровайся с моим младшим братом. Он всю неделю терроризирует меня расспросами о тебе. Люмин пришлось сесть рядом. Чайльд тут же приобнял её за плечи, притягивая к себе так плотно, что она почувствовала жар его тела и твердость мышц под тонким шелком. — Привет, Тевкр, — она постаралась улыбнуться как можно мягче.На экране появилось восторженное лицо мальчика. — Вау! Брат, ты не врал, она настоящая принцесса! Люмин, а Аякс дарит тебе много подарков? Он обещал, что когда вы поженитесь, у тебя будет всё-всё-всё! — О, он очень щедр, — выдавила Люмин, чувствуя, как рука Чайльда медленно и провокационно начинает поглаживать её плечо, спускаясь к ключице. Это было скрыто от камеры, но Люмин едва не вскрикнула от неожиданности. — Видишь, Тевкр? Она без ума от меня, — подмигнул Чайльд в камеру, а сам в это время нежно прикусил мочку уха Люмин, заставляя её вздрогнуть. — Ладно, малец, нам пора. У нас много… дел. Семейных. Как только звонок прервался, Люмин оттолкнула его руку. — Ты невыносим! Использовать ребенка, чтобы… — Чтобы что? — он перехватил её запястья и повалил назад на диван, нависая сверху. Его глаза горели азартом. — Чтобы показать тебе, как легко я могу заставить тебя подчиняться? Или чтобы увидеть, как ты краснеешь? В этот момент в дверь пентхауса позвонили. Громко. Требовательно. — Наша «Воля Небес» пришла за ответами, — прошептал Чайльд, не спеша подниматься с неё. — Иди переоденься. Надень что-нибудь… вызывающее. Пусть Нин Гуан думает, что я не выпускал тебя из постели всю ночь. Это собьет её с толку.

***

Нин Гуан вошла в пентхаус так, словно он уже принадлежал ей, а не банку Снежной. Стук её каблуков по мрамору звучал как отсчёт перед казнью. Она была воплощением безупречности: золотое платье-футляр, идеально уложенные волосы и взгляд, способный заморозить кипяток.Чайльд встретил её, прислонившись к косяку двери в одной пижаме, наброшенной на голое плечо. Повязка на его груди слегка пропиталась сукровицей, но он лишь шире улыбнулся, демонстрируя каноничное отсутствие страха. — Мадам Нин Гуан. Какая честь. Надеюсь, вы принесли нам завтрак в постель? — его голос сочился фальшивым дружелюбием. — Я принесла нечто более питательное для ума, мистер Аякс, — она изящно опустилась в кресло и положила на стол тонкую папку. — Люмин, дорогая, выглядишь… утомлённой. Надеюсь, твой муж не слишком суров в своих требованиях?Люмин, на которой было шёлковое платье-комбинация, едва прикрывающее колени, почувствовала, как под взглядом Нин Гуан по телу пробежали мурашки. Чайльд тут же подошёл к ней сзади и по-хозяйски положил руки ей на плечи, слегка сжимая их. Его ладони были обжигающе горячими. — Она просто не привыкла к моему темпу жизни, — вставил он, наклоняясь и запечатлевая ленивый поцелуй в макушку Люмин. Его губы намеренно задержались там чуть дольше необходимого. — Охотно верю, — Нин Гуан открыла папку. — Кстати, Люмин, я получила весточку из Фонтейна. Один твой… старый знакомый, Альбедо, кажется? Он очень обеспокоен твоим внезапным замужеством. Он даже просил меня передать, что «всегда готов предоставить тебе убежище», если этот союз окажется «слишком обременительным». Воздух в комнате мгновенно стал разреженным. Люмин почувствовала, как пальцы Чайльда на её плечах напряглись, превращаясь в стальные тиски. Его каноничная улыбка не дрогнула, но глаза… в них погас последний свет, оставив лишь бездонную синюю бездну. — Альбедо? — переспросил Чайльд, и его голос стал подозрительно тихим. — Тот самый гениальный алхимик-дизайнер? Как мило. Он медленно обошёл Люмин и сел рядом с ней на диван, притягивая её к себе так резко, что она едва не упала. Его рука скользнула под её волосы, поглаживая шею с властностью хищника, почуявшего конкурента. — Передайте мистеру Альбедо, — прочеканил Чайльд, глядя прямо на Нин Гуан, — что моя жена не нуждается в убежищах. Она уже нашла своё место. Прямо здесь, под моей защитой. И если он ещё раз решит проявить «беспокойство», я лично приеду в Фонтейн, чтобы объяснить ему правила ведения бизнеса в Ли Юэ. Люмин посмотрела на него сбоку. В этот момент он был по-настоящему пугающим. Ревность в нём смешалась с жаждой битвы. Он не просто играл роль мужа — он заявлял права на добычу.Нин Гуан лишь тонко улыбнулась, достигнув своей цели: она нащупала его слабое место. — Что ж, я вижу, вы… ладите. В папке — последние координаты сигнала Итэра. Он был замечен на заброшенном складе «Северного порта». Фатуи уже знают об этом. Если хотите успеть раньше них — у вас есть два часа. Когда дверь за Волей Небес закрылась, Чайльд одним рывком вскочил с дивана, едва не перевернув столик. — Альбедо, значит? — он повернулся к Люмин, и его лицо было маской ярости. — Тот блондинчик, который рисовал твои портреты в Париже? — Аякс, ты ведешь себя как идиот, — выдохнула Люмин, вставая. — Это просто старый друг! — Друзья не предлагают убежища замужним женщинам, — он шагнул к ней, загоняя в угол между окном и стеной. — Ты — моя, Люмин. По контракту, по закону и по праву силы. Запомни это, прежде чем мы отправимся за твоим братом.Он грубо, но страстно прижал её к стене, нависая всем телом. — А теперь иди одевайся. Нам пора на склад. Надень то черное кожаное снаряжение, которое я тебе купил. Нам нужно будет много двигаться.

***

Гардеробная пентхауса больше напоминала высокотехнологичный бункер, замаскированный под бутик: ряды чёрного кевлара, тактические пояса и холодный блеск хромированных рукоятей.Чайльд уже переоделся. На нём были плотные штурмовые брюки и облегающая чёрная водолазка, которая подчёркивала каждый бугорок его мышц и рельеф бинтов на плече. Он стоял у зеркала, снаряжая магазины, когда вошла Люмин. — Ты собираешься идти на задание в этом? — он обернулся, скептически окинув взглядом её домашний шёлк. — Слишком много ткани, принцесса. И слишком мало защиты. Он подошёл к стене и достал комплект из тончайшего, но сверхпрочного неопрена и кожи. Это был костюм, который облегал тело как вторая кожа, не оставляя места для воображения. — Надевай. Я помогу с ремнями, — скомандовал он, и в его голосе прорезался тот самый тон Предвестника, который не терпит возражений.Люмин пришлось переодеваться прямо при нём. Она чувствовала его взгляд спиной — тяжёлый, изучающий, почти осязаемый. Когда дело дошло до тактической портупеи и набедренных кобур, Чайльд бесшумно оказался сзади. — Позволь, — прошептал он, и его руки, всё ещё пахнущие оружейным маслом, коснулись её талии.Он начал затягивать ремни. Его пальцы намеренно медленно скользили по внутренней стороне её бедра, подтягивая крепления кобуры. Люмин вздрогнула, когда холодный металл пряжки коснулся её кожи. — Слишком туго, Аякс, — выдохнула она, стараясь не смотреть на их отражение в зеркале. — Должно сидеть плотно, — парировал он, затягивая ремень на её талии так, что её грудь приподнялась под тонкой тканью. — Не хочу, чтобы ты потеряла нож в самый неподходящий момент. Или чтобы какой-нибудь наёмник Бездны загляделся на твои изгибы больше, чем на мой прицел. Он зашел спереди, чтобы застегнуть молнию на её груди. Его лицо было опасно близко. Он медленно тянул бегунок вверх, его глаза следили за тем, как смыкаются края черной ткани. Когда замок коснулся её шеи, он не отстранился. Напротив — он положил ладони ей на бедра, притягивая к себе так, что Люмин почувствовала рукоять его пистолета и жар его тела. — Выглядишь… чертовски опасно, — его голос стал совсем низким. — Если выживем сегодня, я, пожалуй, заставлю тебя надеть это снова. Только без лишнего оружия под рукой. Он резко отпустил её, словно обжёгся об её ответный взгляд, и протянул ей изящный пистолет с глушителем. — Держи. Предохранитель здесь. И постарайся не подстрелить меня, если я снова начну вести себя как «идиот», — он подмигнул ей, возвращая маску привычного азарта. — Идём. Машина внизу.

***

Ночной порт Ли Юэ встретил их запахом соли, гниющей рыбы и дешевого мазута. Огромные краны застыли в темноте, словно скелеты доисторических чудовищ.Чайльд двигался впереди — бесшумная тень в тактическом обвесе. Он не пользовался фонарем, ориентируясь в пространстве с инстинктивной точностью хищника. Люмин следовала за ним шаг в шаг, ощущая, как плотный неопрен костюма ограничивает движения, заставляя кожу под ним едва заметно потеть от напряжения и близости Аякса. — Контейнер сорок два, — прошептал он в гарнитуру. — Держись за моей спиной. Если увидишь движение — стреляй в колено. Мне нужны живые для допроса, но я не расстроюсь, если они будут кричать. Они скользнули внутрь склада через разбитое окно верхнего яруса. Внизу, в густой тени между ящиками, мелькали красные точки лазерных прицелов. — Засада, — выдохнула Люмин, вскидывая пистолет. — О, я на это и надеялся, — в голосе Чайльда прорезался тот самый безумный азарт.Он сорвался вниз, словно черная молния. Вместо огнестрела в его руках вспыхнули короткие тактические ножи с матовым синим покрытием. Он работал как хирург-мясник: первый наемник Бездны даже не успел вскрикнуть, когда колено Чайльда врезалось ему в грудь, а лезвие полоснуло по сухожилиям.Люмин прикрывала его сверху. Она видела в тепловизор, как к Аяксу со спины приближаются двое. Хлопок. Первый упал с простреленным плечом. Хлопок. Второй завыл, выронив автомат. — Чисто! — крикнул Чайльд, тяжело дыша.Он стоял посреди поверженных врагов, его лицо было забрызгано чем-то темным, а глаза горели первобытным огнем. Он обернулся к Люмин, которая спрыгнула вниз, и на мгновение в его взгляде мелькнуло неприкрытое восхищение — каноничное признание силы равного партнера. — Красиво сработала, принцесса. Твой Альбедо так умеет? — он подошел к ней, тяжело дыша, и на мгновение прижался своим лбом к её, оставляя на её щеке мазок чужой крови. — Ты заставляешь меня хотеть тебя еще сильнее, когда на твоих руках пороховая гарь. Он грубо, почти болезненно схватил её за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Но сначала дело. Вон тот терминал в углу. Он активен.Они подошли к массивному серверу, который гудел в тишине склада. Люмин дрожащими пальцами ввела код, который Итэр прислал ей в последнем зашифрованном письме. Экран вспыхнул синим, и на нем появилось зернистое изображение.Видеозапись Итера выглядела ужасно: бледный, с темными кругами под глазами, в какой-то камере с бетонными стенами. — Люмин… если ты это видишь, значит, я уже не контролирую ситуацию. Послушай меня внимательно. Человек, за которого ты вышла замуж… Аякс… он не просто «решала». Он — архитектор операции «Золотая клетка». Твой дед оставил тебе не просто деньги, а ключи от спутниковой системы слежения Ли Юэ. Фатуи нужно это наследство, чтобы контролировать весь регион.Итэр закашлялся, оглядываясь на дверь. — Твой брак не был случайностью. Твои долги, мои проблемы — всё это было срежиссировано ими. Аякс выбрал тебя еще год назад. Он не спасает нас, Люмин. Он упаковывает нас в красивую обертку, чтобы передать Царице. Не верь ни одному его слову. Беги… Запись оборвалась помехами.В складе воцарилась гробовая тишина. Люмин медленно повернула голову к Чайльду. Он стоял неподвижно, его лицо скрыла тень, а рука всё еще покоилась на рукояти ножа. — Это правда? — её голос сорвался на шепот. — Ты выбрал меня… как цель?Чайльд медленно поднял взгляд. В нем больше не было азарта. Только холодный, расчетливый блеск Предвестника №11. — В этом мире всё имеет цену, Люмин, — его голос был пугающе спокойным. — Да, ты была моей целью. Но разве это отменяет то, как ты дрожишь в моих руках? Разве это делает твою защиту менее реальной? Он сделал шаг к ней, и Люмин инстинктивно вскинула пистолет, целясь ему в грудь — прямо туда, где под черной тканью была свежая повязка.— Еще шаг, и я проверю, насколько реальна твоя защита от пули, — процедила она.

***

Воздух на складе застыл, пропитавшись запахом озона и свежей крови. Люмин стояла в боевой стойке, её пальцы на рукояти пистолета побелели. Ствол смотрел ровно в то место, где под чёрной тканью водолазки Чайльда скрывалась свежая повязка. — Ещё шаг, Аякс, и я проверю, насколько реальна твоя защита от пули, — её голос звенел от ярости и предательства.Чайльд не остановился. Он сделал шаг, затем ещё один, медленно, с грацией хищника, который точно знает, что жертва не нажмёт на курок. Его лицо было лишено эмоций — пустая маска Предвестника, холодная и расчётливая. — Ты не выстрелишь, принцесса, — его голос вибрировал в тишине склада, низкий и обволакивающий. — Не потому, что любишь меня. А потому, что я — единственный, кто знает, в каком подвале Фатуи сейчас задыхается твой брат. Он подошёл вплотную, так что дуло пистолета упёрлось ему прямо в грудь. Люмин чувствовала, как его сердце бьётся — ровно, мощно, без тени страха. — Стреляй, если это облегчит твою совесть, — прошептал он, накрывая её ладонь своей огромной горячей рукой. — Но помни: как только я упаду, система жизнеобеспечения Итэра отключится. Я привязал его пульс к своему. Моя смерть — его смерть. Иронично, правда? Это и есть мой «контракт». Люмин вскрикнула от бессилия и попыталась ударить его свободной рукой, но Чайльд перехватил её запястье с сокрушительной силой. Он резко развернул её, прижимая спиной к своей груди и заламывая руку за спину. Пистолет с грохотом упал на бетон. — Отпусти! Ты чудовище! — она забилась в его хватке, но неопреновый костюм лишь плотнее прижимал её к его твёрдому телу. — Я — тот, кто держит тебя на плаву, пока весь мир тянет тебя ко дну, — он вжал её в себя так сильно, что она почувствовала каждую деталь его тактического снаряжения и жар, исходящий от его кожи. — Да, я выбрал тебя как цель. Но я не ожидал, что цель окажется такой… кусачей. Он грубо развернул её к себе лицом, его пальцы впились в её подбородок, заставляя смотреть в пустые синие глаза. — Мы едем в загородный дом. Подальше от камер Нин Гуан и ушей Фатуи. Там мы обсудим условия твоего нового контракта. И поверь, в этот раз я буду менее… терпелив. Он подхватил её на руки, как добычу. Люмин пыталась сопротивляться, но раненое плечо Аякса, казалось, совсем не мешало ему — адреналин и одержимость сделали его неуязвимым к боли.