Это произойдёт, но когда....

Девочки проснулись в квартире Игоря поздним утром — к счастью, суббота. Игорь лениво потянулся, сунул в руки каждой визитку с телефоном и сказал: — Записывайте мой номер. Если что‑то узнаёте о Насте или о Валере — сразу звоните. Катя вскинула взгляд: — Обязательно. Спасибо. Аня кивнула, подняла сумку — и они ушли, не задерживаясь. По дороге домой разговор тек в полголоса. — Как будем объясняться? — спросила Катя. — Пол‑правды и немного лжи, — предложила Аня. — Родителям не надо все знать. Они и так запаникую если правду узнают. — Скажем, что ездили на экспедицию с лагеря, — добавила Катя. — Упомянем чуть чуть Настю, но про подвал — ни слова. Дома их встретили встревоженные лица и нескромные вопросы. — Где вы были вчера и ночью? — спросила мать Кати, ее голос дрожал. — На экспедиции, — ответила Катя ровно. — Директриса передавала. — А ночью? — настаивал отец Ани. Аня взяла инициативу: — Мы с Валерой, с Настей и с Игорем решили посидеть у Игорья. Настя поссорилась с Валерой, вышла на улицу… Потом мы выглянули в окно — и увидели её на асфальте вся в крови. Мы вызвали скорую. — Как это возможно? — мать зажала рот рукой. — Почему в крови? Девочки умалчивали о деталях. Никому сейчас не требовалось лишних страхов. В этот момент отец Ани, Иван Васильевич, нахмурился и спросил: — Это не Сергушина случайно? Девочки переглянулись и одновременно произнесли: — Да. — Тогда хорошая новость, — сказал он — Мой знакомый в третьей больнице Глав Врачом работает. Он сказал: девочку привезли вся в крови, в порезах, но её спасли. Тяжёлое состояние, но жива. Я могу уточнить про посещение, но не прямо сейчас. Воздух в комнате, казалось, разрядился. — Жива? — выдохнула Катя, и плечи её расслабились. — Сразу кого‑то надо предупредить, — сказала Аня и на ходу набрала Игоря. — Что там? — услышав в трубке известие, голос Игоря стал короче: — Где она? — В третьей, — ответили в один голос. — Можно к ней или нет — папа узнает и перезвонит. — Ладно. Если что — я подъеду. Мама Ани устроила тихий чай. За кругом кухонного стола разговор смягчался: печенье, тихая болтовня, старая невинность обычной жизни казалась почти обманом. — Чай ещё? — спросила мать. — Да, спасибо, — прошепнула Катя. Вечером вернулся папа Ани. Он сел рядом, держал телефон и сказал: — Я звонил в третью. Завтра можно будет зайти к Насте. Она сейчас без сознания, но врачи надеются, что скоро придёт в себя. Девочки расплылись в облегчённой улыбке. — Значит, завтра идём все вместе, — предложила Катя. — Сходим обязательно. И с Игорем, — добавила Аня. Но в самую минуту радости в комнате вонзился холодный вопрос, который никто не мог заглушить: — А где Валера? В комнате стало тише. Они договорились встретиться у подъезда завтра утром и поехать больницу вместе с Игорем. Настя жива — это самое главное. Но главное же и другое: найти Валеру, понять, где он. Настало воскресенье. Девочки вскочили, собрались за пять минут и выскочили из подъезда — к счастью, суббота превратилась в выходной, можно было не торопиться. Внизу во дворе уже стоял и ждал Игорь. — Вот и вы, — сказал он— садитесь поедем в больницу. В приёмном отделении больницы их быстро переодели. Халаты скрипели на тканях, запах антисептика бил в нос. Они вошли в палату и увидели Настю: бледная, в царапинах, лежала без сознания. От её вида стало как‑то легче — главное, что жива. — Бедненькая..— шёпотом спросила Катя. — Состояние тяжёлое, но стабильное, — ответил дежурный врач, проходя мимо. — Наблюдаем. Если хотите, поговорите с Глав Врачом. Игорь и Катя пошли разговариватьс врачом, чтобы узнать о состояние Анастасийки. Аня осталась одна в палате с Настей. Она села рядом, Взяв ее руку в свою руку и заговорила тихо, как с живым человеком. — Настя, проснись, — шептала Аня. — Если бы я отошла... если бы ты не пошла одна… Прости меня. Мы с Валерой… мы делали всё, что могли. Потом Аня говорила про лагерь, про Лёву: — Он мне снится. Каждый раз. Я всё ещё помню, как он смеялся на стадионе. Мне так хочется забыть, но не выходит. Только мне это сказать нельзя — только мне, потому что ты же спишь, ты ничего не слышишь. Аня сидела спиной к окну и смотрела на бледную Настю, когда почувствовала чьё‑то дыхание позади. Она резко обернулась и увидела Валеру. — Валера? — выпалила она. — Как ты сюда... — Через окно, — сухо ответил он, не стал ждать вопроса — Самый короткий путь. — Почему ты вчера исчез? — голос Ани повышался. — Настя лежала вся в крови, а ты просто ушёл! Ты что, совсем? — Я не мог смотреть, — прохрипел он, подходя ближе. — Я не хотел видеть, как она страдает. Мне лучше уйти, чем навредить ещё раз. Аня оттолкнула его плечо — жест мягкий, но значимый. — Ты думаешь, это легче? — крикнула она. — Что ты своим бегством помог? Ты… — она не договорила. Валера ответил резко, глаза его заискрились: — Я сделал выбор! Я ушёл, потому испугался!! Вдруг подумают, что это я сделал!!! — Ты всегда делаешь выбор сам! — хлестнула Аня. — А мы тут расплачиваемся! Слова превратились в толчки. Валера первый дернулся, схватил её за руки — и заскрипели ногти по тряпке халата. Аня в ответ вырвалась и ударила его. Они сражалис с яростью. «Только не здесь, не при Насте», — промелькнуло в голове Ани. И вдруг мир застыл. Пол постучал по ногам, потолок вздрогнул — и они оказались не в больничной палате, а на ярком поле, где солнце висело так низко и горячо, будто свет обжигал кожу. — Где это? — выдохнул Валера, оглядываясь. — Я не знаю, — ответила Аня, тяжело дыша. — Как мы…? Полна тёплой травы, без зданий и людей, без больничного запаха. Ничего, кроме ветра и далёкой звонкой тишины. И ещё — странное чувство внутри, как будто что‑то пробудилось. Валера сделал шаг вперёд и снова заговорил зло: — Ты нас сюда привела? Это ты! Что за шутки такие? Аня не выдержала. В ней что‑то переключилось: голос стал низче, в горле слышался рык. Она вонзила взгляд в Валеру — и у неё появиоись клыки, глаза почернели до зрачков, как у хищника. — Закнись! — вырвалось у неё, но это было не совсем слово. Это был звериный звук. Валера застыл. Он видел не просто Аню — он увидел зверя, ту часть, которую та всю жизнь прятала. На его лице мелькнула паника. Он сделал шаг назад и тихо произнёс: — Я не стану с тобой тягаться. Аня замерла, как будто осознав, что щас произошло. Клыки исчезли, глаза стали снова человеческими, но в них оставалась тень того, что было. Они оба глубоко дышали, осматривая поле и друг друга. — Ладно, — сказал Валера спокойно, — давай успокоимся, присядем и поговорим как нормальные люди. Она фыркнула, но села. — Ты же понимаешь, — мягко начала Аня, — если ты всегда будешь убегать от проблем, ты так их не решишь. — Понимаю, — ответил Валера коротко. — Если есть проблемы — пусть попросит о помощи, и всё. Не нужно сбегать, — добавила Аня, и повисла лёгкая пауза. — Вы не думали, кто сделал это с Сергушиной? — спросил Валера, перебив тишину. — Не , — вздохнула Аня. — Но у меня есть вероятность, что это какой нибудь стратилат или Пиявец. Вдруг у Валеры что-то промелькнуло в голове. — Точно, Рита— произнёс он. — Рита слишком много расспрашивала про нас. — Я не уверена, что это она, — ответила Аня. — Это странно. Валера вспомнил, что Аня говорила Насте про Лёву, и осторожно спросил: — Тебе Лёва снится? — Нет, — ответила Аня, хотя внутри что‑то отозвалось иначе. Она не хотела показывать, что к нему у неё остались чувства. Ей хотелось, чтобы всё казалось так: ей одной хорошо, она сама справится. Валера нахмурился: — Я всё слышал, я всё знаю. — Ладно, — прошептала Аня, — но я не хочу, чтобы это кто‑то ещё знал. Даже он. Они ещё немного говорили, перебирая возможные варианты. — Всё это, конечно, хорошо, — заметил Валера, — но как выбираться? — Точно, — согласилась Аня. — Как? — Давай вспоминать, — предложил он. — Что ты делала перед этим? — Мы начали драться, — начала Аня. — Я подумала: только не при Насте, не в больнице… Лучше где‑нибудь в пустом месте. —Ну вот, а сейчас подумай о том, куда хочешь вернуться прямо сейчас, — сказал Валера тихо. — Очень сильно. Аня взяла его за руку и сосредоточилась: «Хочу обратно в больницу, где лежит Анастасийка, где ждут Игорь и Катя». В один миг они оказались в палате. Игорь и Катя подняли головы и посмотрели вопросительно: — Что? Аня, вы как тут? Где вы были? Валера? — Плюс одна способность перемещаться, — спокойно ответил Валера. — Ого, круто, — удивлённо сказала Катя. — Но Валера, ты вчера убежал! — Мы поговорили, — прервала её Аня. — Он всё понял, и мы решили больше не поднимать эту тему. Игорь с Катей переглянулись — выбора действительно не было. — Вы не думали, кто мог довести Настю до такого состояния? — спросила Катя. — Думали, — ответила Аня. — Мы подозреваем стратилата или Пиявца. — Ещё кто‑то есть? — удивилась Катя. — Их же много, — сказал Валера. — Но я думаю, это могла быть Рита — она так интересовалась и ждала момента, чтобы вмешаться. — Я не уверена, — тихо сказала Аня. — Ну хоть вариант есть, — заметил Игорь. И, смеясь, он пошутил: — Ну давай Аня, перемещай нас по домам или перенесешь нас в подвал, и высосешь у меня с Катей всб кровь! Они рассмеялись, ещё раз посмотрели на Настю и попрощались. Игорь отвёз их по домам. Дома мама спросила о Насте, Катя ответила, что врачи уверены: через два дня она точно очнётся. И позвонят Игорь, если она проснётся. — Слава богу, — облегчённо сказала мама и позвала ужинать. После ужина, разговоров с родителями, девочки умылись и пошли спать. Аня долго ещё думала о Лёве: помнит ли он её? Вспомнилось письмо, которое она ему писала — а вдруг он его потерял или выбросил? Эти мысли кружились у неё в голове, пока она не погрузилась в сон.