Это произойдёт, но когда....

В квартире Корзухина царила непривычная тишина. Игорь ушел накануне вечером, вернувшись к двенадцати ночи. Снова встретил Несветову, и старые чувства, казалось, вспыхнули с новой силой, многократно усиленные тремя годами разлуки. Девчонки, хоть и ворчали про его позднее возвращение, втайне радовались за Игоря. Вновь обрести человека, которого любил так сильно, — это было что-то почти волшебное. Утро было тревожным. Солнце едва пробивалось сквозь завесу утреннего тумана, когда Аня, Катя, Игорь и Валера собрались у машины. — Мне нужно заехать домой, — первой нарушила тишину Аня. — И Кате, думаю, тоже. Игорь, не задавая лишних вопросов, лишь кивнул: — Ладно. Подъехав к дому, девочки выскочили из машины. Родители были дома, и их встретили объятия. — Девочки, как же давно вас не видели! — воскликнула мама Ани, крепко обняв их. — Ну что, как дни провели без нас? — спросил дядя Иван с улыбкой. — Отлично, дядя Ваня, — ответила Катя. — А главное — Настя очнулась, её скоро выпишут! — Это же здорово! — обрадовалась мама Ани. — Ну что, завтракать будем? — Мам, мы не успеваем, — сказала Аня. — Почему? — удивился Иван. — Военные сборы сегодня, — пояснила Катя. — Ого, ну тогда бегом собирайтесь, — отец Ани похлопал их по плечу. — Вас Валера и Игорь ждут? — спросила мама. — Да! — крикнули девочки из комнаты. Заперев дверь, Катя повернулась к Ане. — Слушай, зачем тебе домой нужно было? — Вообще-то, оружие взять, — ответила Аня, открывая рюкзак. — И святую воду на всякий случай. — Точно! — Катя оживилась. — И что берем? — Арбалет, стрелы, — Аня начала складывать в рюкзак. — И бутылки со святой водой. Кать, слушай, у меня есть тренчик, давай тебе его отдам? — А зачем? Для чего? — Ну, на ногу. Туда спрячем бутылочки со святой водой и нож. На всякий случай. — Ааа, тогда хорошо, — Катя кивнула. — А ты пистолет свой возьмешь? — Конечно. С серебряными пулями. Они быстро переоделись в удобную одежду. Катя решила надеть длинные шорты, чтобы можно было быстро достать тренчик с ножом и водой. У машины их ждал нетерпеливый Валера. — Блин, чё вы так долго! — Просто взяли святой воды и переоделись, — соврала Катя. — Мы готовы. — Ну всё, поехали, — скомандовал Корзухин. Дом Риты оказался недалеко. Валерка постучал в дверь. Им открыла бабушка. — Здравствуйте, а Рита дома? — спросил Лагунов. — А вы кто ей? — недоверчиво спросила старушка. — Мы вместе доклад делаем, — сказал парень. — Ах, это вы, Валера. А Рита уже ушла. — Как ушла? — изумился Валера. — Так у вас же сегодня учения в школе. Она пораньше туда направилась. Сердце у всех ёкнуло. Валера переглянулся с друзьями. Нужно было срочно ехать в школу, пока Рита там что-нибудь не учудила. Приехав к школе, они быстро распределили, кто как действует. Девочки и Валера пройдут как ученики, а Игорь отправится через черный ход. — Игорь, я доверяю тебе рюкзак, — сказала Аня, передавая его. — Только не открывай его. — Ладно, хорошо, — ответил он. Зайдя через главный вход, их встретил учитель физкультуры. — А вы же уже прошли? — спросил он, сверяясь со списком. — В смысле? — Валера растерялся. — Я вас записал... Ну, ладно. Берите противогазы и ко мне! Выдав им три противогаза, он отправил их к остальным. Быстро надев их, они поползли по коридору. Дышать было тяжело, но они справились. Выбравшись через кабинет, они оказались у лестницы. Сняв противогазы, они тихо спустились вниз, осматриваясь. — Предлагаю разделиться, — сказал Валера. — Ни в коем случае, — возразила Катя. — А если Рита тебя раньше найдет? — Думаешь, я не справлюсь? — Валера вопросительно взглянул на неё. — Так где Игорь? — вдруг спросила Аня. И тут же из-за угла выбежал Игорь, запыхавшись. — Фух, успел! Держи свой рюкзак, — он протянул его Ане. — А что там? — спросил Игорь, с любопытством глядя на рюкзак. — Да так, арбалет на всякий случай, — ответила Аня, натягивая лямки. — Арбалет?! — Игорь и Валера переглянулись. — Ну да, а что? — пожала плечами Аня. — Ладно, давайте расходиться. Кто куда? Игорь сказал: — Я и Катя к спортзалу. Валера один пойдет к физике. А Аня — на второй этаж. Встречаемся потом в физике. И они разошлись. Катя и Игорь почти бегом примчались к лестнице, ведущей в спортзал. Сверху доносился топот, а откуда-то издалека громыхнул отрывистый приказ Пащенко: «Первый пошел!» Игорь лихорадочно соображал, где может прятаться Рита. «Если она затаилась, то логичнее всего искать её в толпе девчонок, — мелькнула мысль. — На учениях наверняка организовали санитарный пост, там ей самое место». Они с Катей почти достигли спортзала, когда тишину лестничного пролёта прорезал странный звук — не то стон, не то приглушённое царапанье. Игорь замер, прислушиваясь. В ту же секунду за массивными створками дверей в зал мелькнула чья-то обувь. Казалось, кого-то волокли волоком, и этот «кто-то» уже не сопротивлялся. Не раздумывая, Игорь выхватил спрятанное в его сумке распятие. Катя среагировала ещё быстрее: ловким, отточенным движением она вытянула из-за голенища — из потайного крепления на бедре — узкий стальной клинок. Игорь бросил на неё ошарашенный взгляд, но Катя лишь коротко бросила: — Не время для вопросов. Вперёд! Они ворвались в зал, готовые к схватке, но замерли на пороге под прицелом десятков недоуменных взглядов. В центре зала, на матах и скамьях, сидели пионерки. Медсестра Мария Сергеева, как раз объясняла правила наложения повязок. Никакой Шаровой, никакого насилия — только рутина школьных учений. Мария Сергеевна в ужасе уставилась на них. — Вы… вы что здесь устроили? — пролепетала она. — Ошибка вышла! Галлюцинации от противогазов! — выкрикнул Игорь, пятясь к выходу. Но едва они выскочили в коридор, дорогу им преградил Ковалев. Учитель биологии выглядел так, будто сам только что увидел привидение: бледный, с капельками пота на лбу, он буквально вцепился в ребят. — Слава богу, вы здесь! — выпалил Дмитрий Петрович, увлекая их за собой по коридору. — Игорь Александрович, Катерина, скорее за мной! Там беда! — Что стряслось? — Игорь попытался высвободить локоть, попутно пряча распятие. — В столовой, в самом пищеблоке, старшекласснику плохо! Кажется, припадок. — Так позовите медсестру из зала! — крикнула Катя, пытаясь остановиться. Но Ковалев тянул их с пугающей силой. — Врач скорой уже там, но ему не справиться. Парень бьётся в судорогах, его нужно донести до машины, а там одни женщины. Помогите же! Слово «судороги» резануло слух. Игорь и Катя обменялись тревожным взглядом. В голове стучала одна мысль: неужели кто-то напал средь бела дня? Прямо под носом у всей школы? Они вошли в столовую. В это время дня здесь было непривычно тихо — все обедали на улице, у полевых кухонь. Просторный зал отзывался гулким эхом на каждый их шаг. — Скорее, он там! — Ковалев указал на двери пищеблока. Когда они вбежали внутрь, картина предстала жуткая. На разделочном столе, среди кастрюль и противней, извивалась в конвульсиях девочка-подросток. Её мертвой хваткой держала директриса Ирина Львовна. Со стороны казалось, что она пытается помочь, но было в этой позе что-то хищное, неправильное. — Дмитрий Петрович… — Игорь замер, чувствуя, как холод затекает под рубашку. — Вы сказали — старшеклассник. А это же девочка… Ковалев, стоявший за их спинами, вдруг перестал суетиться. Его лицо разгладилось, а в глазах зажегся недобрый, торжествующий огонек. — Бывает, — сухо уронил он. Раздался резкий лязг: учитель провернул ключ в замке и, не сводя с ребят взгляда, спрятал его глубоко в карман пиджака. — Кажется, мы приплыли… — прошептала Катя, инстинктивно прижимаясь к Игорю. В этот момент девочка на столе затихла, обмякнув. Директриса медленно выпрямилась и обернулась. На её лице застыла маска ледяного спокойствия, но Игорь успел заметить: в уголке рта, на долю секунды, мелькнуло тонкое, как игла, багровое жало, которое тут же скрылось за зубами. В голове Игоря пронесся вихрь мыслей. Выход из пищеблока был только один, и путь к нему преграждал учитель биологии. Худшее было в том, что Ковалев успел сорвать с плеча Игоря рюкзак со всеми вещами, а Катин нож, который она держала в руках, теперь тоже лежал на полу возле учителя. — Ну, что теперь делать будете? — Ковалев хищно прищурился, явно наслаждаясь своей властью. Все оружие, на которое они рассчитывали, оказалось в руках врага. Игорь замер, прикрывая собой подругу, но Катя не собиралась сдаваться. — А вот что! — звонко выкрикнула она. Прежде чем вампиры успели среагировать, она молниеносно потянулась к тренчику на ноге. В её руках мгновенно оказались две небольшие стеклянные бутылочки. В этот же миг Мартынова и Ковалев, оскалив зубы, бросились на ребят. — Нате, суки! — Катя с силой плеснула святой водой прямо в лица нападавшим. Раздалось жуткое шипение, будто раскаленный металл опустили в ледяную воду. Помещение наполнилось едким белым паром и нечеловеческими воплями. Директриса рухнула на колени, закрывая лицо руками, из-под которых валил дым. Ковалев, скорчившись от боли, выронил рюкзак Игоря. Игорь среагировал мгновенно. Он бросился вперед, на ходу подхватывая свой рюкзак, и одним рывком вырвал ключ из нагрудного кармана бившегося в конвульсиях учителя. — Катя, бежим! Они пулей вылетели из пищеблока. Игорь трясущимися руками вставил ключ в замочную скважину с обратной стороны и провернул его дважды. За дверью слышался яростный скрежет когтей по металлу и утробное рычание. — Всё, заперли... — Игорь тяжело дышал, прислонившись спиной к двери. — Ну ты даешь, Кать. Если бы не твой запас на ноге... — Говорила же, пригодится, — Катя вытерла пот со лба, её руки всё еще немного дрожали. — Хорошо что нож успела подобрать. Они оказались в пустом школьном коридоре. Тишина теперь казалась еще более зловещей. — Нужно найти остальных, — шепнул Игорь, поправляя лямку сумки. — И осмотреть кабинеты. Если здесь Ковалев и Мартынова были «заражены», значит, в школе полно этой дряни. Нам нужно понять, где они прячут остальных или что вообще задумали. Стараясь не шуметь, они двинулись вглубь коридора, заглядывая в каждый класс в поисках ответов. Поиски привели их к дверям кабинета физики, где по плану Валера и где они должны были встретиться. Аня бежала по коридорам школы и мыслей почти не оставалось — только одна цель: найти хоть какую-то зацепку, хоть кого-то, кто мог бы быть связан с Шаровой. В любой кабинет она врывалась с надеждой — но везде было либо пусто, либо пара обездвиженных тел, с которыми она расправлялась быстро и без сантиментов. Скучно — но тревожно. В груди жгло предчувствие, будто что‑то вот‑вот произойдёт. Она свернула в туалет: нужно было проверить арбалет, подтянуть тетиву. Вбежала в кабинку, оперла сумку на сиденье, аккуратно достала оружие и, проверив натяжение, чуть расслабилась. За ней кто‑то тоже зашел, но Аня не обратила внимания — была сосредоточена. Когда она вышла из кабинку и начала оглядываться, сзади на неё внезапно накинулись три девочки. Реакция была мгновенной. Первой она врезала всей силой в живот — противница согнулась, воздух вырвался из неё в тихом вздохе. Другой в голову прилетел удар прикладом арбалета; металл с глухим стуком соприкоснулся с костью, та захромала и пошла ко дну. Аня инстинктивно выкинула арбалет в сторону — выстрелить она не могла: кровь. Любая капля крови рядом — её слабое место, то, что заставляет терять контроль. К тому же пули в людных коридорах — лишний риск. Третья нападавшая бросилась сверху. Аня схватила её за плечи, крутанула, почувствовала хрупкость кости и отдавшуюся боль в ладонях — и просто вбила колено в ребра. Девочка задышала прерывисто и рухнула без сознания. Не думая долго, Аня подтянула троих в одну кабинку, по‑быстрому закрыла дверь и провернула замок. Сердце колотилось, руки дрожали — но ей было важно не оставлять следы. Взяв арбалет, Аня тщательно осмотрела его: тетива цела, стрелы на месте. Она почувствовала знакомую тяжесть в груди — смесь облегчения и страха. Капля пота, стекающая по виску, казалась ей чем‑то опасным; она вытерла лицо и глубоко вздохнула. Надо было торопиться. Время играло против них. Она помчалась по знакомым коридорам, стараясь не шуметь, держала ухо востро — слышались отдалённые крики, звонок, чьи‑то шаги, но ничего определённого. Аня подбежала к кабинету физики и замерла. За дверью было подозрительно тихо. Сердце забилось быстрее, она перехватила арбалет и с ноги вышибла дверь, вскидывая оружие для прицела. Картина внутри заставила её похолодеть. Игорь и Катя сидели на полу у стеллажа, а рядом с ними, скорчившись, лежал Валера. Его била крупная дрожь — на него была накинута тяжелая сетка, поблескивающая серебряными нитями. — Вы чего?! — крикнула Аня, не опуская арбалета. — Снимите с Валеры эту грёбаную сетку! Катя только потянулась к краю сети, как донесся холодный, властный и знакомый голос: — Не снимать. Аня резко развернулась к окну и увидела знакомый силуэт. Она замерла, её руки на мгновение дрогнули. — Валентин Сергеевич? — выдохнула она, медленно закрывая за собой дверь. — Вы же... Носатов не дал ей договорить. В его руках был арбалет, направленный прямо на неё. Он хищно прищурился. — А вот и еще одна, — бросил он через плечо арболет кому-то, кто стоял сзади него. Прежде чем Аня успела среагировать, Носатов резким движением набросил на неё вторую сетку. Но Аня даже не шелохнулась. Серебро, которое должно было обжигать плоть вампира, на неё не подействовало. Она просто брезгливо сбросила путы на пол. Носатов опешил. — Что? Как это? — А вот так, — подал голос Игорь. — Её серебро не берет. — Почему? — Носатов перевел взгляд на Катю. — У неё в жилах течёт кровь другого стратилата, — быстро объяснила Катя. — Она особенная. — Когда успели? — Носатов нахмурился, но арбалет не опустил. — Не ваше дело, — отрезала Аня. — Вы же были мертвы! Как вы здесь оказались? — Об этом позже, — Носатов шагнул вперед. — После смерти Сергушиной всё стало ясно. Валера её убил. Или ты. Отвечайте: у кого он пил кровь все эти три года? У кого вы воруете жизни? — У меня! — выкрикнул Игорь, загораживая собой дрожащего Валеру. — Я сам сливал ему кровь в миску. Он меня не кусал! Он не стал стратилатом! — А Аня? — Носатов посмотрел на девушку. — Аня сейчас питается четыре раза в год, — вставила Катя. — А пока жили в Питере, тырили кровь из больниц. Никто не пострадал. Аня мельком заметила, что Валера, не отрываясь, смотрит на парня, стоявшего в тени спиной к ним. Тот уже слегка повернулся боком, но Аня не стала его разглядывать — ей было плевать, кто там прячется за спиной Носатова. Её сейчас интересовал только Валера, который буквально задыхался под тяжестью серебряных нитей. Она решительно шагнула к нему, протягивая руки, чтобы сорвать эту дурацкую сетку. Серебро не обжигало её кожу, лишь холодно скользило по пальцам. И в этот момент Валентин Сергеевич произнес. — Лёва, подойди сюда, — скомандовал Носатов. Лёва? Это имя ударило Ане в голову. Неужели Хлопов? Парень сделал шаг на свет. Мир для Ани перестал существовать. Это был он. Лёва сильно изменился: стал выше, плечи раздались, лицо возмужало, утратив детскую мягкость. Но глаза... эти невероятные карие глаза остались прежними. Глаза, которые когда-то смотрели на неё с такой любовью. Девушку же внезапно захлестнула волна жуткой тошноты. Живот скрутило, перед глазами поплыло, ноги стали ватными. Она едва удержалась на ногах, хватаясь за стелаж.Валеру затрясло так сильно, что он едва не забился в припадке, но и Ане стало не лучше. Ноги стали ватными, и она рухнула на колени рядом с Валерой, не в силах даже повернуть голову. — Отойди... отойди, сука! — прохрипела Аня, чувствуя, как её буквально выворачивает наизнанку от его присутствия. Носатов победно усмехнулся, глядя на Катю и Игоря: — Видите? Вот так их трясет от дурной крови рядом с чистой силой. Лёва наконец посмотрел Ане прямо в лицо. В его взгляде не было ненависти, только глубокая, бесконечная печаль. Носатов махнул рукой, разрешая ему отойти, и Ане мгновенно стало легче. Её всё же стошнило, но дикая дрожь унялась. Она с трудом встала и отошла к самой двери, подальше от Лёвы. В этот момент дверь за её спиной содрогнулась. В кабинет, рыча, влетели три «тушки» — обращенные вампиры из числа учеников. Аня среагировала на инстинктах. — Игорь, на! Только тебе доверяю! — она швырнула ему свой арбалет. — Стреляй, если что! Сама она, не дожидаясь, пока враги приблизятся, с разворота пнула первого так, что он снес двух других, и все трое вылетели обратно в коридор. Аня выхватила бутылочки со святой водой из сумки и метко кинула в них.Больше они не поднимутся. Она захлопнула дверь, провернула замок и повернулась к онемевшему Носатову, убирая оставшие бутылочки к стволу в кобуру. — Ну всё. Больше нас никто не побеспокоит. Носатов стоял в полном шоке, переводя взгляд с Лёва на спокойную Аню. — Как... как ты это делаешь? — А вот так, Валентин Сергеевич, — Аня холодно улыбнулась. — Мир изменился. — Так, что теперь? — нарушила тишину Катя, нервно поправляя шорты. Носатов быстро распределил силы: — Идём искать эту вашу Риту Шарову. Катя и Лёва — вы с Корзухиным. Валера — со мной. — А я? — Аня вскинула подбородок, недовольно глядя на доктора. — А ты со мной и Валерой, — отрезал Валентин Сергеевич. — От Лёвы тебе всё равно плохо, толку в одном отряде не будет. Видимо, пока Аня разбиралась с «тушками» в коридоре, Валера уже успел вкратце обрисовать Носатову ситуацию со стратилатом. Спорить не стали. Аня наотрез отказалась брать арбалет — он мешался при стрельбе из пистолета, поэтому она всучила его Игорю. Группы разошлись. В группе Игоря повисло тяжелое молчание. Корзухин не знал, как заговорить с Лёвой — парень, которого он помнил ребенком, превратился в хладнокровного бойца. Катя тоже помалкивала, пока Лёва сам не прервал тишину: — А Рита Шарова… это кто? Я пропустил этот момент. — Наша одноклассница, — отозвалась Катя. — Мы думали, что она стратилат. — А у Ани… ещё одна кровь стратилата? — Лёва произнес имя Ани с едва заметной заминкой. — Ну да, — Катя покосилась на него. — Ты чем слушал? В Питере она её получила. Ей, кстати, даже нравится эта сила, хоть и колбасит иногда… Ой, ладно, я слишком много болтаю. Лёва лишь вопросительно посмотрел на неё, но развивать тему не стал. Они обошли полшколы, заглядывая в каждый кабинет и проверяя углы, но Риты нигде не было. В итоге все встретились в одном из пустых классов на первом этаже. — Пусто, — грустно констатировал Игорь. У Носатова и Валеры вид был не лучше — поиски не дали результатов. — И что делать? — Катя безнадежно опустила руки. Игорь хотел было предложить новый план, но Аня и Валера одновременно вскинули головы. Они синхронно бросились к окну. — Военрук Пащенко… — выдохнула Аня. — Рита не стратилат! Мы чувствуем её кровь! — крикнул Валера. Не раздумывая ни секунды, Лагунов сиганул в открытое окно и скрылся из виду. Игорь махнул остальным: «За мной!», и через минуту все уже грузились в «буханку». Мотор взревел, машина рванула с места. Ане было по-настоящему плохо. Лёва сидел прямо напротив неё, и его близость действовала на её измененный организм как яд. Её мутило, в висках пульсировало. Игорь гнал по кочкам, закладывая крутые виражи, отчего всех в салоне швыряло из стороны в сторону. — Туда! Направо! — командовал Валера, прижимаясь к стеклу. Он вел их по следу крови, как ищейка. Аню стошнило в очередной раз. Лёва, сидевший напротив, тихо спросил: — Ты как? Всё нормально? Аня подняла на него пылающий ненавистью и болью взгляд. — Отвали, — прошипела она. — Без тебя было намного лучше. Хлопов промолчал, но в его глазах промелькнуло что-то странное — то ли обида, то ли понимание. Они затормозили у жилого дома. Поднялись на нужный этаж. Валера с силой забарабанил в дверь одной из квартир. — Открывай, Пащенко! Мы тебя слышым! — А вот хрен вам! — донесся из-за двери яростный крик военрука. — Отойдите все, — бросила Аня, отталкивая парней. Она коротко размахнулась и с одного удара вынесла дверь вместе с косяком. Но зайти внутрь не смогла — невидимый барьер, как стена, отбросил её назад. Валера тоже замер на пороге, бессильно скалясь. Зато Носатов, Игорь, Катя и Лёва беспрепятственно влетели внутрь. Через секунду Носатов и Корзухин уже прижимали Пащенко к полу. — Скажи им, чтобы зашли! Быстро! — рявкнул доктор, заламывая военруку руку. — Заходите, черти! — прохрипел тот. Только тогда Аня и Валера смогли переступить порог. Но Валера не остался в прихожей — он, ведомый чутьем, бросился в дальнюю комнату. Аня последовала за ним. Лагунов ворвался к шкафу, вышвырнул оттуда кипу старой одежды и замер. — Плита, — выдохнул он. и посмотрел на подругу. Аня увидела каменные обломки повернулась на него. — Нет-нет, Валер,— Помнишь, что было в прошлый раз в больнице? Я не буду лесть туда. Подоспевший Игорь осторожно достал два тяжелых осколка. Когда суматоха улеглась. Из угла вышла испуганная Рита. Она была жива, но на руке зияла глубокая царапина. — Ты зачем девчонку украл? —Валера сверлил военрука взглядом. — Так у неё рука в крови была! — оправдывался Пащенко, дико озираясь. — Её бы там в школе загрызли, я же видел, что началось! Я её спасал. Слушайте, отпустите меня, а? Я никому не скажу, что вы эти… — Кто «эти»? — Аня села на стул напротив него, опасно прищурившись. — Ну… кровососы. — Мы не из них, — отрезал Игорь, пряча обломки плиты. — Откуда у тебя это? — Валера кивнул на шкаф, где лежали куски святыни. — Откуда плита, — От отца достались, — хмуро ответил Пащенко, потирая запястья. — У моей прабабки фамилия была Пащенко, а у бабки — Говша. Друзья переглянулись. Имя Говши в этих краях знал каждый, кто хоть раз слушал лагерные страшилки. — Говша? — Аня вскинула брови. — Та самая, про которую байки травят? — Это не байки, — отрезал военрук. — Моя бабка вампиром стала, деда собственного загрызла. А сына, отца моего, святые отцы спасли. Они же Говшу в стену и замуровали. Навечно. Узнав достаточно, компания покинула квартиру. Пащенко остался сидеть на стуле, провожая их тяжелым взглядом. Уже у машины Рита, которая всю дорогу молчала, наконец решилась подать голос. Она во все глаза смотрела на Носатова и Лёву. — Вы вообще кто такие? — спросила она. — Я врач, Валентин Сергеевич Носатов, — спокойно ответил доктор. — А это мой помощник, Лёва Хлопов. — Валентин Сергеевич, как вы выжили?- подала голос Катя.— Мы же с Игорем видели вас… ну, тогда, на теплоходе. Вы же мертвы были! Носатов вздохнул, глядя на заходящее солнце. — Я и был мертв. Сначала. Пиявцы меня не укусили, но потрепали знатно. Помню, как за бортом оказался, а как до берега доплыл — нет. Нашла меня баба Нюра, местная знахарка. Отвела к святому отцу — ученику того самого, кто её когда-то отмолил. Он меня и выхаживал. А в «Буревестнике» меня Лёва нашёл. Вот мы третий год и колесим по стране. Очищаем землю. Одного в Омске достали, другого в Новгороде. А в Питере вот никого не нашли… Аня незаметно ткнула Катю локтем в бок и едва заметно усмехнулась. Если бы Носатов знал, что «объект» из Питера сейчас стоит в метре от него и курит. Они поехали дальше. Валентин Сергеевич признался, что это он выкрал Артёма из морга — не мог оставить мальчика на растерзание системе. Аня в этот раз демонстративно пересела вперед к Игорю. Сидеть рядом с Лёвой было выше её сил — организм реагировал на его кровь как на радиацию. Остановились у старых гаражей. — Вот наша база, — Носатов кивнул на одни из ворот. — Только близко не подходите. Он голодный. Все потянулись внутрь, чтобы увидеть Артёма. Все, кроме Лёвы. — Ты не пойдёшь? — спросил его Носатов. — Я здесь подожду, — тихо ответил парень. — Я тоже не пойду, — бросила Аня, доставая пачку сигарет. — Лучше покурю, чем на пиявцев любоваться. Она отошла подальше от машины, чтобы не дымить на старого друга, и замерла, глядя на пустую дорогу. Лёва стоял у капота «буханки». Тишина между ними была такой тягучей, что её, казалось, можно было резать ножом. Аня вспомнила, как клялась Кате, что и слова ему не скажет. Но молчание прервал сам Лёва. — Как у тебя вообще дела? — спросил он, не оборачиваясь. — Нормально... — Аня выпустила облако дыма. Глупый вопрос. Еще более глупый ответ. — Кстати, помниш, ты тогда выронила конверт на трибунах, в лагере? — Лёва наконец повернулся к ней. — Я подобрал. Понял, что это ты мне писала. Я ведь тогда почти всё забыл... а это письмо мне напомнило. — И много ты вспомнил? — Аня старалась, чтобы голос не дрожал. — Поверь, всё, что нужно было, я вспомнил. Остальное неважно. Лёва стал другим. Раньше он был ведомым, мягким, а сейчас в его голосе сквозила уверенность охотника. Аня бросила окурок на землю и раздавила его подошвой. — Ну, круто, — коротко бросила она. Лёва смотрел на неё с какой-то странной искрой в глазах. Так он смотрел только тогда, в лесу под Куйбышевом, три года назад. — Ты так изменилась, — негромко произнес он. — В смысле? Повзрослела? Это логично, Лёва. — Нет. Стала сильнее. Раньше ты была... мягкой. А сейчас в тебе будто стальной стержень. Что-то тебя сильно поменяло. Аня промолчала, горько усмехнувшись про себя. Она врала самой себе каждую секунду. Ей хотелось бросить всё, подбежать к нему и обнять, как раньше, почувствовать, что весь этот кошмар закончился. Её вампирская натура ненавидела его так же сильно, как человеческое сердце любило. — Я так соскучился по те... — Лёва запнулся, быстро поправившись, — по вам всем. Давно не виделись. — Ну да... — выдохнула Аня. Они стояли на расстоянии нескольких метров, разделенные невидимой, но непреодолимой стеной. Один шаг для Ани означал либо физическую боль, либо потерю контроля. И она выбрала остаться на месте. — Ну? Как поговорили?, — раздался насмешливый голос Валентина Сергеевича. Из гаража вышла целая процессия: Носатов, Рита, Игорь и Катя. Аня быстро отвела взгляд от Лёвы, стараясь скрыть смущение за маской безразличия. — А где Валерка? — спросила она, поправляя рубашку. — С Артёмом разговаривает, — ответил Игорь, вытирая руки ветошью. — А, ну я тогда пойду помогу ему «поговорить», — Аня угрожающе хрустнула пальцами и сделала шаг к дверям гаража. — Да нет, пусть сам справится, — Носатов преградил ей путь. — Им есть что обсудить. Сигареты у кого-нибудь есть? Аня молча выудила пачку и протянула доктору. — Держите. — Спасибо. В воздухе висела тяжелая тишина, прерываемая лишь короткими щелчками зажигалки и раздраженным ворчанием Носатова: «Долго он там ещё?». Пока Лёва стоял чуть поодаль, рассматривая носки своих ботинок, Рита незаметно ткнула Аню локтем в бок. Она кивнула в сторону Хлопова и сделала такое лицо, будто задавала миллион вопросов сразу. Аня лишь коротко качнула головой: «Потом поговорим». Катя, не выдержав, отвела подругу в сторону. — Ну как? — прошептала она, сияя от любопытства. — Что «как»? — буркнула Аня. — Ну вы же с Лёвой наедине остались! О чем болтали? — Ой, да ни о чем особенном. Пока я курила, он спросил, как дела. — Что?! — Катя едва не расхохоталась. — И это всё? После трех лет разлуки он спросил только это? — Не совсем... — Аня замялась. — Сказал, что я красиво пишу. Письмо то мое нашел в лагере, вспомнил всё благодаря ему. — А, ну тогда понятно, — Катя понимающе кивнула. Наконец тяжелые двери гаража скрипнули, и вышел Валера. Лицо его было бледным и сосредоточенным. — Кто его хозяин, он не скажет. Слишком боится. Но одно знаю точно: нужно поторапливаться. Стратилат не просто прячется, он собирает армию. — И как нам его искать? — Катя обхватила себя руками за плечи. — Мы даже не знаем, как он выглядит. — До полнолуния осталось совсем немного, — Игорь посмотрел сначала на Аню, потом на Валеру. — Сколько? — спросила Катя. — Чуть больше недели, — ответила Аня. — Но есть зацепка. Когда он напал на Настю, я ему на шею точно оставила шрам. Глубокий. — Слушайте, — подала голос Рита. — Может, его к отцу Глебу свозить? — Это еще кто? — Носатов подозрительно прищурился. — Ну, он вроде как людям помогает, чудеса творит... Говорят, видит то, что другие не замечают. — Значит, завтра к нему, — вынес вердикт Валентин Сергеевич. — Сейчас уже поздно, всем нужен отдых. Никто не спорил. Усталость навалилась свинцовым грузом. Носатов и Лёва остались в гараже. Друзья и Рита погрузились в машину. Сначала поехали завозить Шарову. Всю дорогу в машине Рита не умолкала, засыпая Аню вопросами: — А вы давно знакомы? Или ты тоже только сегодня его увидела? — Только сегодня я узнала, что ты не стратилат, — огрызнулась Аня, глядя в окно на мелькающие фонари. — А Лёву я знаю еще давно. Этот допрос выбешивал Аню. Рита не была ей близкой подругой, чтобы лезть в душу с такими расспросами. В салоне повисло неловкое молчание, прерываемое только гулом мотора. После того как Риту завезли домой, в машине повисло тяжелое молчание. Решение созрело само собой: оставаться поодиночке сейчас было опасно. — Эту неделю до полнолуния поживете у меня, — твердо сказал Игорь, паркуя «буханку» во дворе. Когда они поднялись в квартиру, первым делом нужно было уладить вопрос с родителями Ани. Девочки взяли трубку домашнего телефона. — Мам, пап, привет. Слушайте... мы тут с Катей решили на неделю у Игоря Саныча остаться, — начала Аня, стараясь, чтобы голос звучал буднично. — В смысле — у Игоря? — послышался в трубке голос Ивана, отца Ани. — Аня, что за глупости? Живёте в одном городе, зачем вам у учителя стеснять? — Пап, у нас военные сборы были и мы так давно не виделись, решили у Игоря пожить ну хотябы недельку. Пожалуйста! Тут Игорь мягко забрал трубку: — Алло, Иван Васильевич? Добрый вечер. Это Игорь. Не волнуйтесь, я за девчонками как за каменной стеной присмотрю. Завтра утром я их сам к вам завезу за вещами, переоденутся, и обратно. Да, под мою личную ответственность. Спасибо за понимание. Положив трубку, Игорь выдохнул. — Фух, кажется, пронесло. Завтра утром заскочим к вам за одеждой и арбалетом. Позже, когда Валера и девочки сидели на кухне и заканчивали ужинать, Игорь вдруг стремительно зашел в комнату. Вид у него был такой, будто у него прямо сейчас украли самое дорогое. — Катя, можно тебя на минуту? — голос его прозвучал непривычно резко. Катя удивленно подняла брови и вышла вслед за ним в гостиную. Аня и Валера остались сидеть в тишине. Игорь подвел Катю к шкафу и указал на небольшую коробку, спрятанную за книгами. Крышка была откинута. — Тут пусто, — шепнул он, и в его глазах Катя увидела настоящий страх. Катя непонимающе уставилась на дно коробки. — А... напомни, что тут должно было лежать? Игорь придвинулся ближе, почти к самому её уху: — Чистосердечное признание в убийстве! Та самая бумага, Катя! Катя едва не вскрикнула, но вовремя прижала ладонь к губам. — Как — нету? Вообще? — прошептала она. — Может, ты переложил куда-нибудь и забыл? — Да нет же! — Игорь нервно сжал кулаки. — Я сегодня утром проверял, оно было здесь. А сейчас — пусто. Значит, кто-то шарился в квартире, пока мы были в школе или у Пащенко. И этот «кто-то» знал, что именно искать. — Не паникуй, — Катя попыталась его успокоить, хотя у самой по спине пробежал холодок. — Может, оно просто завалилось? — Катя, такие вещи не «заваливаются». Нужно найти этот чёртов листок. Если он попадет в милицию... нам конец. Игорь глубоко вздохнул, пытаясь вернуть самообладание. — Всё, нужно идти спать. Завтра разберемся. Пошли к остальным. Когда они вернулись на кухню, Валера сразу почувствовал неладное. — Что случилось? — спросил он, переводя взгляд с бледного Игоря на взволнованную Катю. — Это личное, Валер. Пора спать, — отрезал Игорь. — Завтра едем к отцу Глебу. Аня прищурилась. Она видела, как Катя избегает её взгляда, как прячет руки в карманы шорт. Аня попыталась «надавить» на подругу взглядом, заглянуть в её мысли. Но Катя, словно выстроив внутри бетонную стену, отчетливо подумала, зная, что Аня услышит: «Даже не пробуй. Всё равно не скажу». Аня поняла: Катя не расколется. Она знала подругу слишком хорошо — если та решила молчать, её не пробьешь даже телепатией. Друзья молча разошлись по комнатам, но ощущение того, что в квартире Игоря побывал чужой, не давало уснуть.