Жаркое сотрудничество

За последние несколько часов Илья открывал и закрывал переписку бессчетное количество раз. Желание снова что-то написать и договориться о встрече жгло изнутри. Изначально встреча должна была состояться в «Вояджере», но теперь, имея контакт парня и его самого так близко, не хотелось возвращаться в этот клуб. Хотелось все больше быть наедине. С момента переговоров прошло почти шесть часов, близился конец рабочего дня, но возвращаться домой не было желания. Розанов прокрутил телефон на столе, едва не уронив его на пол, и посмотрел на дату: пятница, 21 октября. Впереди маячили выходные, но проводить их как обычно с женой казалось теперь чем-то тяжелым и невыполнимым. В голове был образ только Шейна. Илья на пару минут прикрыл глаза и откинул голову назад. Тут же нарисовалась до абсурдности уютная картина совместного утра, завтрака, ленивого секса, глупых разговоров и просмотра глупых комедий. Боже, куда он лезет? Это же только классный секс… Но сбросить наваждение едва ли удалось. Розанов услышал шум за дверью и снова взглянул на часы. Рабочий день окончен. Он подождал буквально ещё минуту и открыл переписку, параллельно выключив компьютер.

6:03 PM «Принцесса, заеду через 20 минут.»

Илья схватил пальто и направился на выход. Уведомление о новом сообщении поступило, когда он уже сел в машину. 6:07 PM «И почему я сейчас должен ждать тебя, а не ехать домой?» Розанов хмыкнул — Холландер в своем репертуаре. Илья бы больше удивился, если бы парень согласился сразу.

6:08 PM «Потому что ты тоже хочешь меня увидеть.»

Бросив телефон на пассажирское и пристегнувшись, Илья завел автомобиль. Дорога до «Вестбриджа» заняла обещанное время. Рядом с парковкой стояла знакомая фигура, и Илья не смог сдержать улыбку. Он остановился и убрал телефон с сиденья, позволив парню в следующую минуту занять его собой. Холлландер осмотрелся и ухмыльнулся, взглянув теперь на Розанова. — Все ещё не понимаю, что я здесь делаю. Илья в ответ улыбнулся и положил ладонь на бедро Шейна, слегка сжав. — Понимаешь. — И куда ты собрался меня везти? В ресторан? Отель? К себе домой? — с улыбкой спросил Шейн, бросив взгляд на руку на своем бедре. — Увидишь, — ответил Розанов и вернул временно руку на руль, пока выезжал на дорогу. От последнего предложения парня он про себя невесело посмеялся, представив эту картину, как приводит Шейна к себе домой, где была Светлана. К слову, нужно написать ей сообщение. Снова. Илья сделал пометку в голове и вернулся мыслями в настоящий момент. Он видел и ощущал эту радость, исходившую от Шейна, хотя тот и пытался скрыть её под своей обычной маской, и это грело все внутренности до кончиков пальцев. Илья взял курс на одно из своих любимых мест, к которому путь лежал через весь город, а затем немного дальше в сторону почти глухой природы. Он протянул правую руку, чтобы взять руку Шейна в свою, и переплел пальцы. — Тебе не кажется это забавным, что мы с тобой теперь будем работать вместе? — подал снова голос Розанов. — Кажется, мы оба где-то проебались, раз не поинтересовались раньше, с кем придется работать, — усмехнулся Холландер и опустил взгляд на сцепленные руки. — Давно работаешь в этой сфере? — А у нас какое-то интервью сейчас? Или ты начал досье на меня собирать? Илья хмыкнул, не отводя взгляда от дороги, и посмотрел на парня рядом, только когда остановился на светофоре. — Принцесса, мог бы спрятать зубки хоть на минуту. — Я могу спрятать зубки, пока буду отсасывать тебе за рулем, — сверкнул глазами Шейн и, расцепив руки, положил свою на пах Ильи. Розанов на секунду замешкался, пока сзади не начали сигналить и ему не пришлось снова двинуться дальше. Холландер сдавил сильнее член через ткань, и Илья не смог сдержать тихий стон. — Позволишь? — облизнувшись, спросил Шейн. Илья вместо ответа молча съехал немного вперед на кресле и шире развел ноги, уже чувствуя, как от одного только предвкушения член в штанах начал крепнуть. Очередное безумие. И в очередной раз невозможно противостоять. Шейн повернулся к нему полубоком, отстегнувшись, и перегнулся через коробку передач. Он оставил короткий и нежный поцелуй на его щеке и опустился к паху. — Только следи за дорогой, — ухмыльнулся парень, сжав член сквозь ткань брюк. Илья вынужденно тронулся дальше, — кажется, речь шла уже не только о машине, — но все равно мельком проследил за тем, как Холландер быстро расстегнул ремень и ширинку, развел в стороны куски ткани и приник губами, поцеловав плоть сквозь боксеры. Розанов глухо отозвался на это простое действие. Оставив одну руку на руле, вторую он положил на затылок Шейна, слегка надавив на него. — М-м, принцесса, что ж ты так медлишь? — выдохнул Илья и тихо простонал, когда парень коснулся головки. — Терпение — тебе знакомо это слово? Холландера явно забавляла ситуация. Он приспустил белье и сразу обхватил твёрдый член рукой, проводя кольцом пальцев вдоль длины, а после коротко лизнул головку и дразняще ввинтил кончик языка в уретру. — Блять, Холландер… — прохрипел Розанов, пропустив сквозь пальцы волосы парня и сжав их, и одновременно с этим вцепился другой рукой в руль. — О каком терпении может идти речь, когда ты творишь такое? — Какое такое? Невинность в голосе Шейна совсем не соотносилась с его действиями. Он обвел головку языком по кругу, вобрал в рот и стал посасывать, распаляя только больше. Илья надавил на затылок сильнее, заставив сразу взять глубже и одновременно с этим простонав. По мере приближения к границе города светофоров становилось все меньше, так что остановиться хоть на минуту возможности не было. — Блять, если мы из-за тебя… А-ах, черт… Въебемся во что-нибудь… Илья не договорил — но это и не нужно было. Шейн ускорился, явно наслаждаясь такой реакцией, а вот скорость езды сам Розанов вскоре снизил до минимально допустимой. В конце концов остановив на обочине и включив аварийку, он обхватил голову парня двумя руками и начал толкаться бёдрами навстречу, бесцеремонно трахая его рот. — Блять, Шейн... Я сейчас… Да-а, вот так, принцесса, — подбодрил Илья, неотрывно смотря на парня, что так самозабвенно отсасывал, как будто от этого зависела его жизнь. Пару минут спустя Розанов кончил и громко и протяжно простонал, прижав голову Холландера к себе и откинув свою назад. Дыхание сбилось, на щеках заалел румянец, и только через несколько секунд Илья ослабил хватку и позволил парню отстраниться. Тот довольно облизнулся и вернулся на свое место, так же тяжело дыша. — Это было безумием, — рассмеялся расслабленно Илья и повернул голову. Шейн выглядел чертовски сексуально в этом обычном костюме, но с растрепанными волосами и припухшими губами. Розанов заметил маленькую каплю собственной спермы в уголке и стер её большим пальцем, а после дал облизать. Шейн бросил взгляд на опавший член, пока не спрятанный снова под одеждой, и Илья быстро надел обратно белье и застегнул брюки. Говорить что-то сейчас не хотелось, и он просто потянулся к Холландеру, чтобы оставить поцелуй на его щеке. Несколько секунд интимного молчания длились по ощущениям целую вечность, пока Шейн не огляделся вокруг. — А где это мы? — Где-то на трассе, — ответил Илья и рассмеялся, видя недоумение в глазах Шейна. — Я не мог вести машину дальше, когда ты сосал мне. Потерпи ещё немного, тут недалеко, и я покажу тебе свое любимое место, принцесса.

***

Проехав ещё какое-то расстояние через густой лес, машина остановилась на открытом выступе скалы, откуда частично было видно город и его огни. Холландер вышел из салона вслед за Розановым и завороженно посмотрел на вид. Он тихо выдохнул и перевел взгляд в глаза парня, что улыбался в ответ. Илья привёз его в свое любимое место. Это было чем-то особенным и… странным. Но оттого не менее прекрасным. Шейн оперся ягодицами о ещё теплый капот и несколько смущенно улыбнулся, когда Илья пристроился рядом и положил руку на талию, притянув ближе к себе. — Красиво, да? — тихо спросил Илья. — Тебе нравится? — Нравится. Странно, что я не знал о таком укромном месте, — хмыкнул Шейн и непривычно положил голову на плечо Розанова, прижавшись поближе. — Часто сюда приезжаешь? — Ну, бывает… Иногда нужно побыть одному и подумать. — И о чем ты думаешь? — Все тебе знать надо, — усмехнулся Илья. Шейн закатил глаза, но все равно улыбнулся, припомнив, что это были его слова сегодня в переговорной. Уютное молчание нарушали только отдаленные звуки вечернего города и шум листвы. Казалось бы обычный вид с высоты восхищал Холландера, словно ребёнка Диснейленд. Хотя очевидная причина такого восхищения все же была рядом, а не там, подсвеченная тысячами фонарей. Шейн повернул голову и посмотрел на очерченный лишь светом фар профиль лица, на какое-то мгновение задержав дыхание. Рассмотреть что-то едва ли была возможность, но Шейну и не требовалось это. Он скользнул взглядом по изученным ранее линиям и остановился на губах, изогнутых в легкой улыбке. Невольно облизнувшись, Холландер все же поднял взгляд и встретился глазами с Ильей. — Так о чем ты думаешь? — повторил свой вопрос почти шепотом Шейн. — В последнее время о тебе. Шейн замер. Он облизнул свои губы, а после повернулся всем корпусом и встал между ног Ильи, обхватив ладонями его лицо. Удобно расположившись, он уже не мог и не хотел отстраняться, а потому только продолжил смотреть в глаза, наслаждаясь тишиной и теплом рук на своей талии. — Илья… Обещай, что я не пожалею о своем решении, — прошептал совсем серьезно Шейн и приблизился ещё немного, неотрывно смотря в глаза. Ему почудилось на мгновение, что он увидел в них страх и сомнение, и одновременно с этим ощутил хватку на своей талии сильнее. Холландер еле слышно выдохнул почти в самые губы и прикрыл глаза. Собственные действия ощущались, как в замедленной съемке, но возможности остановиться и осознать, что он правда хотел сделать этот шаг, не было. Шейн не стал дожидаться ответа и накрыл губы Ильи своими почти целомудренно, невольно задержав дыхание. Сердце бешено застучало где-то в горле, ладони медленно переместились выше, и пальцы вплелись в мягкие кудри. Только почувствовав несмелое движение губ в ответ, Шейн приоткрыл рот, обхватывая нижнюю губу парня, чувствуя, как тот начал отвечать. Он спрятал короткую улыбку в поцелуе и провел языком по губам Ильи, который в ответ скользнул языком меж его губ и проник в рот. Шейн еле слышно простонал, окончательно осознав, что происходит, и сам стал целовать настойчивее. Поцелуям Шейн всегда отдавал особое место, они для него были про любовь и чувства, тогда как секс — просто удовлетворение физических потребностей. Он уже не мог сказать, когда последний раз целовался — не считая пары раз с Хейденом по пьяни, и то давно, — поэтому теперь внутри все трепетало. Илья стал занимать слишком много места не только в голове, но и где-то в груди, в той штуке, что называют сердцем. Попытка похоронить зародившиеся чувства обернулась провалом, и Холландер решил довериться, искренне надеясь, что в этот раз не предадут. В этот раз все точно будет по-другому. И этот поцелуй правильный. И желанный. Он глубокий и нежный, сносящий крышу, срывающий тормоза и требующий, чтобы его не прекращали. Розанов отстранился от него через некоторое время, тяжело дыша, и заглянул в глаза. Щеки Шейна по ощущениям горели, и осенний холод перестал пробирать до костей, стало в разы теплее. Илья провел по горячей коже такой же горячей ладонью, и Шейн едва не замурчал от такого простого прикосновения. — Ты очень красивый, — прошептал Илья. Шейн смущенно усмехнулся, а затем снова поцеловал. Как подросток, который наконец дорвался и распробовал весь спектр ощущений от простых поцелуев. Он с наслаждением подался вперед, вжавшись всем телом. Последние границы были стерты окончательно. Ещё неизвестно, что ждёт дальше, но Шейн отчего-то был уверен, что все будет хорошо. Руки Розанова, мягко оглаживавшие его талию, спину, бедра, все, до чего могли дотянуться, были для него подтверждением. Как и тихие стоны в губы. Шейн целовал снова и снова, целовал так, что внутри все сжималось в тугой узел. Отстраниться его заставило только нехватка кислорода в легких. Он уткнулся в лоб парня своим и мягко провел по его волосам на затылке. Илья на эти простые действия отозвался тихим мычанием и следом задал вопрос: — Почему сейчас? Шейн не ответил, оставил очередной поцелуй на губах и взглянул в пронзительные глаза напротив. Илья смотрел пристально, и Шейну на мгновение показалось, что во взгляде теперь промелькнуло сожаление. Но задавать какие-то вопросы он не стал. Розанов уверенно взял его руку в свою и сжал. — Пойдём. Он подвел к задней двери машины и пропустил Холландера первым внутрь. Когда Илья оказался рядом, Шейн тут же забрался на его бедра сверху, обняв за шею — благо габариты машины позволяли. — Кажется, теперь я буду постоянно тебя целовать, — прошептал он в губы. — Постоянно. — Наконец-то, — выдохнул с улыбкой Илья. Шейн усмехнулся и стянул со своих плеч пальто. Руки Розанова, казалось, были снова везде, но вскоре опустились на ягодицы и нетерпеливо сжали их. Холландер выгнулся, глухо простонав в губы, а после потянулся к одежде Розанова, желая скорее стянуть её и соприкоснуться с горячей кожей. — Трахни меня в своей машине, — прохрипел в губы он, ненадолго отстранившись, и наконец расстегнул рубашку до середины. Когда рубашка наконец была полностью расстегнута, Шейн нырнул ладонями под ткань и огладил крепкий торс и грудь, после съехав по бёдрам ниже и опустившись губами на тёмные соски. Он никогда не касался их до этого, но жутко хотелось проверить реакцию парня. Илья в ответ глухо простонал от этой простой ласки, и Шейн довольно улыбнулся, почувствовав следом пальцы в своих волосах. — Шейн... Иди сюда, — нетерпеливо позвал Розанов, и Холландер подчинился, снова впившись в его губы. Илья ловко сменил положение и усадил Шейна на сидение, а сам сполз вниз на пол под его пристальным взглядом. Холландер аж дыхание задержал, пока парень расстегивал и стягивал вниз его брюки с бельем. Предвкушение от ощущения горячего рта Ильи прошлось импульсами по всему телу и сосредоточилось внизу живота. На улице конечно уже было довольно холодно, но в салоне автомобиля температура воздуха явно возросла, и не только от ранее работавшего двигателя. Илья, как только последние детали одежды были отброшены подальше, прижался губами к взбухшей на шее Холландера венке, заставив его глухо простонать и отклонить голову в сторону. Он медленно спустился поцелуями вниз, на грудь, на пресс, не оставив и член без внимания, который все больше креп. Шейн скинул не без помощи Ильи один ботинок и поднял ногу, согнув в колене и прижав её к спинке сидения. Он замер, отдавшись полностью во власть парня. Илья был невероятно нежен и аккуратен, и это возбуждало даже больше, чем вся та несдержанность, что была между ними раньше. Первое касание языком к члену, и Холландер уже был готов кончить. От одной только атмосферы и странных чувств. Илья одну руку положил ему на бедро и несильно сжал, а второй обхватил член у основания, пока постепенно брал глубже. — Илья, — только и выдохнул имя Шейн и мягко вплел пальцы в кудри парня, не пытаясь как-то давить. Ему сейчас и этих простых действий было достаточно, чтобы едва ли не начать сходить с ума от обострившихся ощущений. Конечно, ему отсасывали, и не раз, так что Шейн и со счета сбился, но сейчас, в этой атмосфере, в этой ситуации все было иначе. Холландер посмотрел сверху вниз, впервые с их знакомства, и попытался запомнить каждую деталь этой картины. Он тихо простонал, когда Розанов взял глубже и втянул воздух, создав во рту вакуум, и рефлекторно сжал волосы у того на макушке, толкнувшись бёдрами навстречу. Илья закашлялся и ненадолго отстранился, заменив рот рукой. Шейн в моменте захотел извиниться за свою несдержанность. Глаза, что посмотрели снизу вверх так преданно, в очередной раз что-то перевернули внутри. Шейн нежно провел по мягким кудрям, и Розанов без слов вернулся к своим действиям. Облизнув свои губы, он снова взял в рот и прикрыл глаза. — А-ах, Илья. Да, блять… Вот так, — простонал Холландер и откинул голову назад. Через какое-то время Илья отстранился, облизал губы и поднял чуть смущенный взгляд на Шейна. И кто бы мог подумать, что этот порой чересчур уверенный в себе парень будет так смущен своими же действиями. Шейн посмотрел завороженно в ответ и переместил ладонь с макушки на скулу, мягко погладив её. — Ты прекрасен, Илья. — Шейн стер каплю слюны с губ парня и тепло улыбнулся. — Я хочу твой член. Пожалуйста... Розанов ухмыльнулся на это и поднялся с колен, чтобы поцеловать в губы. Холландер и сам потянулся навстречу и не сразу отстранился. — Принцесса, хочу, чтобы ты был сверху и сам насадился на мой член, — произнес Илья, оставил очередной поцелуй и сел рядом, спустив свои брюки с бельем к щиколоткам. — Иди ко мне… Холландер почти тут же перекинул ногу через бедра парня и сел сверху. Он неотрывно смотрел в глаза напротив, пока, заведя руку за спину и обхватив крепкую плоть, медленно насаживался на нее. Снова без презерватива, снова Шейн позволял, потому что хотел чувствовать Илью полностью. — Блять… Илья, поцелуй меня, прошу, — прошептал, как в бреду, Холландер, вцепившись пальцами в плечи Розанова и уткнувшись лбом в его. Тот почти тут же трепетно прижался к мягким губам. С поцелуями теперь казалось все острее и приятнее, как будто ощущения выкрутили на максимум. Шейн плавно начал подниматься и опускаться, тихо мыча в губы, и Илья лишь немного направлял его, крепко держа в своих руках. Его руки были везде: на бёдрах, талии, спине. Торопиться сейчас не хотелось совсем. Шейн обхватил крепче шею Ильи и буквально вжался своим телом в его, словно желая срастись в единое целое. Розанов несильно пока подавался навстречу, давая прочувствовать ему полностью эту заполненность, хоть это и был не первый раз за сегодня. Но этот раз был другим. Илья стиснул руками талию Шейна и жарко прошептал куда-то в шею. — Мой… Шейн замер и отстранился ненадолго. Такое простое слово, но попало в самое сердце. — Твой... — отозвался он. — Только твой, Илья. Это было сродни признанию, как и то, что он осмелился поцеловать парня. Все зашло очень далеко, и теперь это не хотелось прекращать вовсе. Он не помнил, когда в последний раз ощущал такое, когда в последний раз позволял себе вообще что-то чувствовать. Этот бешеный русский парень буквально с ноги ворвался в его жизнь, не оставив и шанса на то, чтобы все было по-другому. Шейн прогнулся сильнее, увеличив амплитуду, и простонал громче, не боясь, что кто-то может их услышать. Сейчас он чувствовал все в разы сильнее, будто до этого их что-то сдерживало. Шейн спустя время остановился, опустившись до конца и заставив простонать Илью от этой тесноты внутри. Он еле прервал поцелуй и немного отстранился. С каждой секундой возбуждение нарастало все сильнее. Хотелось быстрее и сильнее, так что Холландер развернулся и снова насадился на крепкий член, громко простонав. Хватка на бедрах стала ощутимее, а хриплый голос сзади запустил очередную волну возбуждения по телу. — Блять… Прогнись больше, малыш. Шейн без промедления подчинился, и Илья сразу задал темп. — Черт, Илья… Быстрее, прошу, — Холландер обхватил собственный член, начав надрачивать в такт движениям сзади, что не ускользнуло от внимания Ильи. Он убрал руки Шейна и завел их за спину, держа и не позволяя себя касаться. — Ты кончишь так, принцесса. Только от того, как я трахаю тебя, — прорычал он на ухо, удерживая руки парня одной рукой, а другой вцепившись в бедро, продолжив размашисто, насколько это возможно в машине, двигаться внутри. Шейн вскрикнул, когда в очередной раз почувствовал давление на простату, и только сильнее прогнулся. Он сжал ладони в кулаки в крепкой хватке Ильи и пару раз подался бёдрами вперёд-назад. — Ты точно издеваешься надо мной, — проскулил он, запрокинув голову, и прикусил собственные губы чуть ли не до крови. Илья отпустил руки, и Шейн взялся за переднее сидение. — Не смей себя касаться, ты меня понял? — предостерегающе напомнил Розанов и, получив кивок, снова сорвался на грубые, размашистые и быстрые толчки. Шейн уже даже не стонал — он кричал от этого напора, от темпа. Обстановка накалилась до предела, окна машины наглухо запотели, и захотелось открыть хоть одно, чтобы впустить свежий воздух. — Пожалуйста, не останавливайся. Я скоро кончу, — выдохнул Холландер, уткнувшись лбом в сиденье между своих ладоней и подмахивая бёдрами навстречу в нетерпении. — Пожалуйста, позволь мне кончить. Илья только выдохнул издевательски на ухо: — Терпи, малыш… Холландер проскулил и прикусил губу. Каждый раз он беспрекословно слушал этого парня, и уже мог точно признаться себе, что ему это до одури нравилось. Еще с первой встречи его зацепила эта власть и сила, и Шейн каждый раз готов был упасть на колени, раздвинуть ноги по первому зову, сделать все, чтобы снова ощутить это. В голове набатом звучали шлепки их бьющихся друг о друга тел, а Холландер уже терял границы реальности. Держаться становилось все труднее. — Кончай, — прозвучал приказ. И Шейн сорвался, едва успев прикрыть головку ладонью, чтобы не запачкать кожу салона. Он закатил глаза в удовольствии, сжав сокращающийся член внутри, и опустился снова до основания, проскулив от чувствительности. Холландер лег спиной на грудь парня позади, который тут же обвил его руками, и окончательно расслабился. — Очень надеюсь, что у тебя есть салфетки в машине. — Есть... В бардачке. Если достанешь, будет прекрасно, — сказал Розанов и немного наклонился в сторону. Шейн поймал его взгляд и слегка улыбнулся. Он из последних сил схватился обеими руками за передние сиденья и потянулся между ними, соскользнув с члена, от чего из-за излишней чувствительности из груди снова вырвался стон. Но Холландер, несмотря на усталость, не мог не подразнить лишний раз, потому прогнулся и повертел бёдрами перед лицом парня. — Нравится вид, м? — усмехнулся он, мельком взглянув назад, и продолжил искать салфетки. — Прекрасный вид, принцесса. И из тебя очень соблазнительно вытекает моя сперма... — согласился Розанов. Шейн не обернулся, но почувствовал, как парень сперва поцеловал ягодицу, а после провел по входу пальцем, собрав вытекающие капли и толкнувшись им внутрь. Шейн рефлекторно сжался вокруг пальца и тихо простонал. — Мистер Розанов, вы неугомонный, как подросток, — хмыкнул Холландер и перекинул найденную пачку салфеток через себя, уронив её рядом с парнем и предварительно вытащив себе одну, чтобы вытереть ладонь. — Будьте так любезны, сотрите плоды вашего оргазма с моей задницы, а после снова можете меня трахать, как вам только вздумается. Илья в ответ тихо посмеялся. — Все, принцесса, теперь ты чистый, — сообщил он, когда «уборка» была окончена. Шейн развернулся и уселся лицом к лицу на бёдрах, обняв за шею. Илья приблизился к его губам, но целовать не стал и выдохнул: — Поцелуй меня... Холландер с секунду смотрел в глаза напротив, прежде чем накрыть губы в нежном поцелуе. — Илья... — прошептал в губы он. — У меня ощущение с тобой каждый раз, как будто я падаю куда-то в бездну. Но я так не хочу останавливаться. Ты… — он чуть нервно сглотнул. — Ты тоже это чувствуешь? Голос снова стал тише, но каждое слово было громче любых признаний. — И у меня такое же чувство, — признался Илья, кусая чуть нервно губы. — Может… Ты не хочешь сегодня переночевать у меня? — несмело и отведя взгляд, спросил Шейн. В очередной раз это шло вразрез со всеми ранее выстроенными принципами и границами. Холландер поймал себя на мысли, что боялся услышать отказ, хотя почему-то думалось, что его точно не последует. — Хочу. Очень хочу. Провести с тобой ночь и проснуться рядом. Голос Ильи прозвучал совершенно искренне, и Шейн окончательно отбросил любые сомнения. Он густо покраснел, кажется, вообще впервые за жизнь, и рвано выдохнул. — Проснуться? Честно признаться, Холландер никого не звал к себе домой, ограничиваясь клубом. Он никогда не просыпался с кем-то вот так, добровольно, не по пьяни, как было в студенчестве. Он никого к себе не подпускал. Но в его жизнь ворвался Илья. И сейчас Шейн осознал, что хотел всего этого. И хотел только с ним. — Да, проснуться. Если мы, конечно, вообще будем спать, — с усмешкой добавил Илья. — Ну, завтра суббота, — протянул Шейн, — мы можем и не спать. — Ты прав, — кивнув Илья и снова коротко поцеловал. — Не могу перестать целовать тебя теперь. Твои губы слишком идеальные… Шейн несколько смущенно улыбнулся, что было ему совсем несвойственно, но Илья менял его, и этот факт стоило просто принять. Несколько минут тишины были блаженством. Но градус в салоне заметно снизился, холод снаружи начал пробираться внутрь, и Холландер поежился. Почти абсолютная нагота тем более не помогала и запускала по телу противные мурашки. — Поехали, а то мы так совсем замерзнем, — прервал уютную тишину Розанов. Шейн согласился, нежно поцеловал в губы и слез с колен, принимаясь искать разбросанные вещи, которые теперь предстояло снова надеть. Да, машина у Ильи была довольно просторной, но отнюдь не подходила для того, чтобы одеться с комфортом, нигде не ударившись и не заехав пару раз хозяину машины локтем куда-то в бок. Спустя несколько минут, прерываясь на поцелуи и смех, оба наконец были снова одеты. Холландер решил проигнорировать верхнюю одежду, как и Илья, и скоро пересел с ним на передние сидения. Розанов включил двигатель и обогрев сидений, и Шейн удобно развалился на своем месте, разомлев от тепла. Он бросил взгляд на что-то печатавшего в телефоне Илью и потянулся к нему, но увидеть ничего не успел и только столкнулся с игривым взглядом. — Говори адрес, принцесса. Шейн практически прошептал улицу и номер дома в губы и снова поцеловал. Теперь оторваться от этих губ будет очень трудно.

***

8:47 PM «Сегодня не приеду. В выходные тоже.» Никаких больше сообщений и объяснений. Светлана перечитала эти два предложения несколько раз. Позвонить и узнать причину такого решения? А зачем? Девушка закрыла чат с лаконичным контактом «Илья» и открыла другой. Недолго думая, она написала простое «скоро буду» и заблокировала телефон. Взгляд невольно упал на свадебную фотографию в рамке на стене. В следующую минуту раздались треск и звук бьющегося стекла. Розанова посмотрела пустыми глазами на осколки и перешагнула их, направившись в сторону гардеробной. Быстро одевшись, она так же переступила куски того, что осталось от рамки, и вышла вон из дома, в котором в последнее время находиться стало невыносимо. Хоть в чем-то они наконец-то сошлись с Ильей. Девушка вытерла непрошенные слёзы и сосчитала до десяти, а после вызвала такси. Все тело пробирала дрожь, и было неясно, от холода это или от натянутых до предела нервов. Доехав до нужного адреса, Светлана сперва зашла в ближайший магазин и купила вино, а после сразу же направилась в нужную квартиру. Как только дверь распахнулась, Светлана поспешила зайти внутрь и поставила бутылки на комод. — Привет… Извини, что я как снег на голову, — усмехнулась девушка, сняв свою обувь и пройдя сразу на кухню с вином. — Можно я останусь у тебя сегодня? Она не спешила изливать душу, ополаскивая руки в раковине на кухне, и удерживала эту звенящую тишину, слыша тяжёлый вздох Роуз позади. — Конечно, — ответила подруга, немного замешкавшись, но после полезла доставать бокалы. — Давай пойдём на диван, тут слишком уж напряженная какая-то атмосфера. Светлана кивнула и отправилась за подругой в гостиную. Не думала она, что очередная встреча с Роуз случится так скоро, но пойти было не к кому. К отцу? Вопросы начнет задавать, в итоге у Ильи будут проблемы… Несмотря на сложные «отношения», отчего-то не хотелось подставлять его под удар. Виной тому была простая человеческая привычка или остатки каких-то давних чувств, Розанова не знала. Она поставила алкоголь на столик и осторожно открыла бутылку, следом разлив рубиновую жидкость по бокалам под внимательным взглядом Лэндри. Протянув ей один бокал, Светлана села рядом и поджала под себя ноги. — За что выпьем? — Я думала, ты предложишь, — ответила Роуз. — Что ж… Тогда… Хочу выпить за тебя, — решила Розанова, чокнулась бокалом с бокалом Лэндри и сделала большой глоток. А потом ещё. И ещё. Пока бокал не опустел. Она налила ещё и села обратно все под таким же внимательным взглядом подруги. — Свет, что-то случилось? Розанова усмехнулась, а после и вовсе рассмеялась. — Случилось. И ты знаешь что. — Знаю, но… Мы с тобой вчера виделись, и… Что-то же произошло, что ты приехала ко мне, да? Светлана молча кивнула и посмотрел на бокал в руке, в секунду испытав желание бросить его в Илью, будь он здесь, чтобы осколки впились ему под кожу и он почувствовал ту боль, что она сама чувствовала все годы. В последнее время боль, конечно, практически ушла, оставив место тихой пустоте, но от этого было не легче. — Он написал, что не приедет домой и в выходные его тоже не будет, — тихо ответила Розанова, подняв взгляд. — Я должна была уже привыкнуть, да? — Не думаю, что к такому можно привыкнуть. Даже если тебе кажется, что ты смирилась, внутри все равно скребет, — понимающе отозвалась Роуз. Она практически не пила, делала только маленькие глотки, и это не скрылось от взгляда Светланы, которая уже наполовину опустошила свой второй бокал. Все же отставив его в сторону, она устало провела по лицу руками и запустила пальцы в волосы, слегка сжав. — Эй, иди сюда, — мягко позвала Лэндри. В следующую секунду Розанова уже сидела в объятиях подруги. Плакать не хотелось. Мысли все крутились вокруг одного: что делать дальше? Она не знала, сколько прошло времени в этой спокойной тишине, но нехотя выбралась из объятий подруги. — Я не знаю, что бы я без тебя делала, — искренне сказала Светлана, заглянув в глаза подруги. — А я — без тебя… Розанова недоуменно нахмурилась. Через мгновение она ощутила на своих губах теплые и сладкие от вина губы Лэндри. Светлана замерла на несколько секунд, пытаясь осознать, что происходит. Очередное мягкое движение губ подруги, и по телу прошлись разряды тока. Голову начало кружить, но вино явно было ни при чем. Розанова помедлила с секунду, а затем закрыла глаза и подалась вперед, осторожно положив ладони на плечи. Она могла поклясться, что услышала, как Роуз облегченно выдохнула на это простое действие, и первая скользнула языком между её губ. Лэндри откинулась спиной на спинку дивана, сев прямо, и ловко притянула подругу к себе на колени, не разорвав поцелуя. Светлана почувствовала усилившийся напор и сама прижалась ближе, обняв за шею. Она начала целовать активнее, лаская своим языком чужой, и с наслаждением запуталась пальцами в мягких волосах. Отстраняться не хотелось — впервые за долгое время внутри ощущалось тепло, которое с треском разрушало корку льда, покрывшую сердце. Но Роуз разорвала поцелуй первой. — Принцесса, — прошептала она в губы и опустилась поцелуями ниже, на подбородок, шею, так что все тело Розановой покрылось мурашками. — Ты невероятная. Прекрасная… Светлана невольно выгнулась в чужих руках и прижалась ближе, но что-то внутри остановило, когда Лэндри забралась ладонями под свободный свитер и коснулась разгоряченной кожи. — Роуз, Роуз, подожди… — выдохнула Розанова в губы, заглянув в глаза. Осознание ударило по голове, словно обухом. — Черт… Светлана отстранилась совсем и села снова рядом. Она не могла сказать, что ей не понравилось, но… Как же все запуталось. Роуз молчала, и это тоже пугáло. Светлана проморгалась, в мгновение ока сбросив опьянение от вина, и нахмурилась, вспомнив все, что вчера говорила Роуз. — Ты сказала, чтобы я посмотрела по сторонам, вдруг рядом кто-то уже есть, — начала рассуждать вслух Розанова. — И сейчас, когда я сказала, что не знала, что бы делала без тебя, ты ответила, что ты тоже… Ты все это время имела в виду себя? Кусочки паззла вдруг встали на свои места. В голове не было ни намека на злость, обиду или негодование, лишь искреннее любопытство. Она вспомнила все моменты, когда Лэндри была рядом, вспомнила все касания, взгляды, слова, поступки, и невольно задышала чаще. Как же она была слепа… Роуз на вопрос только кивнула и облизнула свои губы, а после взяла снова свой бокал в руку и отпила вино. — Да… Я имела в виду себя. Светлана посмотрела в глаза девушки и увидела в них смирение и спокойствие, и это заставило успокоиться и её саму. — И как давно? — С момента, как увидела тебя. — Пять лет? — в удивлении вскинула брови Розанова. — Почему ты молчала? Лэндри усмехнулась и подсела ближе. Розанова отодвигаться не стала. Вмиг эта близость стала ощущаться по-другому, но как именно — Светлана не могла себе объяснить. — Я дала себе слово не влезать в ваши отношения, какими бы они ни были. Хотя очень хотелось, поверь. Очень тяжело было видеть, как два дорогих мне человека мучаются, и не иметь возможности что-то изменить. Светлана видела, как Роуз опустила плечи и тяжело вздохнула, и сама потянулась к ней, чтобы заключить в объятия. Слова о чувствах подруги не напугали, скорее… удивили. Но желания встать и убежать не возникло. — Ты же останешься? — тихо спросила Лэндри. — Останусь, — без раздумий ответила Светлана. Она почувствовала очередной вздох облегчения и улыбнулась, прижав к себе девушку крепче. Что будет дальше, не было ни единого представления, но в груди разлилось спокойствие.