Gate Number

      Толпа поступающих собиралась на площади перед воротами института. Диппер выглядел слишком по-спортивному для будущего учёного, но это давало ему преимущество на боевом испытании. Он старался слиться с толпой, и у него это может получалось, если не считать редких косых, оценивающих взглядов учеников высшей касты. Было непонятно, чем всё это закончится — открытым буллингом… или боулингом, где кеглями окажутся сами поступающие, когда толпа окончательно потеряет контроль в этой давке.       Наконец ворота открылись. Студенты хлынули на территорию института, словно цунами. Старшекурсники помогали распределять новичков по аудиториям. Всё происходило на удивление быстро, система работала исправно. И через двадцать минут Диппер уже сидел за партой. Аудитория была огромной: ряды столов, камеры под потолком, несколько экзаменаторов, следящих за порядком. На каждом столе находилась выемка для браслета. Нужно было приложить руку и браслет автоматически блокировался. Теперь он мог использоваться только для экзаменационной системы.       Ни доступа к сети, ни подсказок, ни звонка другу. Списать наверное невозможно, но Пайнсу это не нужно. Диппер бегло просмотрел вопросы. По команде экзаменатора он активировал виртуальную клавиатуру и начал печатать ответы.       Вопросов было много. Но темы оказались распространёнными. Со многими из них он сталкивался на практике, особенно в трущобах, где теория быстро превращалась во что-то живое и кусающееся. Через час он закончил. Проверив ответы, нажал подтверждение отправки. Браслет слабо завибрировал. Один из экзаменаторов ткнул что-то у себя на браслете и Дипперу высветилось уведомление с просьбой пройти на следующий экзамен.       Устный экзамен следующий и должен он в итоге пройти... нормально?       Диппер дождался своей очереди и подошёл к одной из комнат для устного экзамена. Но едва он переступил порог, его резко схватили за руку. Рукав задрали и что-то быстро вкололи в кожу.       — Погодите, что?.. — Но договорить он не успел.       Дверь уже захлопнулась. Человек, который сделал укол, бросил на него напоследок презрительный взгляд. Этот взгляд говорил: «Ты у меня сегодня сотый, если не тысячный, засунь свои вопросы себе в задницу и иди проваливаться.»       Диппер остался один в маленькой комнате. Стул, стол, робот на против. Металлическая голова медленно повернулась к нему и кивком указала на стул.       — Назовите ваше полное имя.       — Мэйсон Пайнс.       — Возраст.       — Шестнадцать.       — Родина.       — США, Штат Орегон…       Вашуж флотилию космических кораблей! Сыворотка правды.       Он понял это слишком поздно. Слова сами выходили из рта. Он говорил спокойно и чётко, как требовал алгоритм допроса. Но почти не осознавал, что именно говорит. Сознание будто заволокло туманом.       Это был известный эффект от подобного средства. Сыворотка правды заставляла человека отвечать честно и после допроса память о сказанном размывалась.       Очень удобная технология. Особенно для допросов особо опасных преступников. Преступник выдаёт всё и потом даже не понимает, что именно рассказал. За счет этого меньше шанс, что он попытается покончить с собой, осознав масштаб своих признаний.       Когда допрос близился к концу Диппер уже был в состоянии овоща. Робот выдвинул из своего механического пальца иглу и вколол мальчишке антидот.       Отлично. Похоже, к концу экзаменов он вернётся домой весь исколотый. Местные наркоманы в трущобах примут его за своего. Какая радость.       Выйдя из комнаты он присел у стены, возвращая четкость сознания. Вспомнить что именно он разболтал было невозможно, но что-то подсказывало что ему конец. Ладно, остался последний экзамен. Боевой.       Переключив в браслете экзамен он увидел кнопку для прохождения жеребьевки. Нажав кнопку начался отсчёт и после должны были показать противника Диппера.       Противником мог оказаться: студент старшего курса любого направления, инструктор или преподаватель, а так же приглашенные гости боевых отрядов. Дипперу наконец предстало имя. Или это позывной?       «БеС»       Точно позывной, какой-то армеец. Конкретно не повезло. Он даже толком не успел попутешествовать по порталам за свою жизнь, а теперь все может закончится на боевой арене.       Хотя… можно попробовать узнать, кто это и придумать тактику. Но найти человека, который не смотрел на него с откровенным отвращением, оказалось сложно. Что, у него на лице написано, что он не из центрального района? Или они каким-то образом уже узнали, что он из Паст-Порта — официальное название города-трущоб.       — Извините… не знаете, кто такой БеС? — Он обратился к человеку, стоявшему впереди.       Тот обернулся.       — М? Командир отряда…       Командир? Проблема. Но может это девушка или старик.       Отвечавший замолчал, увидев Диппера. Лицо мгновенно перекосилось.       — А… это ты. Крыса, пробравшаяся в нашу святыню.       Диппер едва не усмехнулся.       — Смешно, паршивец?       — Скорее забавно.       — Вы приходите сюда, отнимаете время у других. Смысл? Сдать экзамен таким, как ты, никогда не светит.       — Брешешь, — спокойно ответил Диппер. — Здесь равные условия.       Диппер не очень верил своим словам, но если не считать отношение окружающих, то оценка самих экзаменов проходила действительно честно.       — А своими дешёвыми попытками унизить ты меня точно не выживешь отсюда.       — На словах ты горазд, — собеседник ухмыльнулся. — а вот со зрением у тебя проблемы.       — Че?       В следующую секунду его схватили. Чьи-то руки резко потянули его в сторону. К лестнице.       — Не боитесь подхватить от меня что-нибудь? — с надеждой на освобождение сказал Диппер, извиваясь в хватке и пытаясь провести удар.       Ответом стал толчок. Его швырнули вниз.

Ступени.

      Твердые.

      Удар.

                        Ещё удар.       Мир перевернулся.             Он падал.                   Падал                         будто

ступени

      уходили

далеко

                        вниз

ХРУСТ

Тишина.

      Нет.

                        Не тишина.

Боль

            Сначала маленькая.       Потом больше. Потом

БОЛЬНО.

Больно. Больно.Очень больно. Рука. Его рука. Её сломали. Вывернули. БОЛЬНО. БОЛЬНО. Твари. Больно. Суки.

БОЛЬНО

БОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНОББ

БОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНÖбольнобольнобольнϫбольнобольнобольнобольносдохнитебольнобольнöбольнобольнобольнобольнобольноĪдīтєŋåхўйбольнобольŦѵåřīнобольноумритебольнобольнобольܨдøхŋīтєбольнобольнобольнобольнобøłьŋøбøłьŋøбøłьŋøⲂⲞⲖܦⲃøłьŋøбøłьŋøбøłьŋøбϫⲗⲛ- ЧЁРТЧЁРТЧЁРТϤЁРТϤЁRТ

РУКА—

                              ҤÉ ДѴІГÅⲈТСЯ             ҤЄ DѴĪГÅƏⲦŞЯ                               ܟⲈ ⲆܓІĞⲀЄŦÇЯ

%#@! #! #

…

##№; : *! *#! @0$%&#

— Мэйбл…

…

***

      Шаги. Далекие голоса. Диппер погружен во тьму, но всё равно видет светлый образ своей сестры.       Она тут? Может он пришла к нему? Зашла в портал, нашла… Нет, это галлюцинация, но… Так хочется чтобы она была рядом. Сестренка, я скучаю.

«Бро, ты справшься!»

***

      — Он жив?       — Да, живой он, просто припадочный какой-то.       — Псих.       — Руку сломал.       — Уберите его отсюда.       Чьи-то руки перевернули его, уложив на мягкую поверхность и повезли куда-то.       — Перелом лучевой кости.       — Подготовьте какую-нибудь фиксацию и вколите что-нибудь, чтоб не дергался.       Укол. Боль чуть отступила.       Мысли в голове начали собираться обратно. Как разбитое стекло. Сейчас он лежал в больничном корпусе. Одежда на месте, значит синюю руку никто не видел.       — Мэйсон… эм… Пайнс? — за больничную ширму заглянул человек в форме преподавателя.       — Да. Я Мэйсон Пайнс.       — Ваш браслет повредился при падении, так что лично доставляю сообщение. Приём боевого экзамена скоро закончится. Вы его посетите, или мы можем закругляться?       Диппер приподнялся на койке. Рука была забинтована, пульсировала тупой болью.       — Я не могу попасть в завтрашний поток?       Драться сейчас было почти невозможно. Рука болела так, что двигать ею было страшно. Он прекрасно знал: местные врачи умеют лечить так, что боец, который секунду назад умирал, через пару минут снова несся в бой. Дело было не в возможностях.       Дело было в не желании его лечить. Если здешние врачи действительно не захотят, то помогут другие. Он найдёт врача в трущобах, переждет ночь и завтра сдаст экзамен.       Но преподаватель даже не задумался.       — Нет. Мы не предоставляем такой возможности. Ваши раны не серьёзны. Вы просто отсрочиваете своё неминуемое поражение.       — Они были бы не серьёзными, если бы меня лечили!       Он посмотрел на врачей и медсестёр. Ни один из них даже не шелохнулся. Лица были безразличные, пустые. Ŧѵåřī.       — Так каков ваш ответ? — спокойно спросил преподаватель.       Диппер стиснул зубы.       — Я сдам этот чёртов экзамен.       — Тогда пройдёмте за мной. Все ждут. Перед выходом из палаты Дипперу всё-таки вкололи нормальный обезбол.       Сраная система.       Сраное неравенство.       Удивительно, что за мной вообще пришёл проводник.       В тренировочном зале почти никого не осталось. В центре находилась арена с металлическими препятствиями: колоннами, стенками, платформами. Всё для реалистичного поля боя. На трибунах сидели люди. В основном военные. Внизу между собой переговаривались преподаватели.       Когда Диппер вошёл, экзаменаторы сразу начали что-то отмечать в браслетах.       — Готовность пять минут! — объявил один из них.       Пять минут. Нужно хоть как-то размяться и выбрать оружие. «Огнестрел» сразу отпадает, у экзаменаторов стрельба на высшем уровне. Тяжёлое оружие тоже мимо. Он его даже поднять нормально не сможет.       Меч.       Фотонный точно нет. Слишком высок шанс, что ему просто отсекут конечность и запекут. Огненный и электрический еще были в ассортименте. Если бы обе руки были целы, я бы взял два клинка. Показал бы, на что способен.       Хотя мечи в таком продвинутом мире должны были быть бесполезными они все равно были популярны.       Он взял электрошоковый меч. Односторонний клинок средней длины, прямая рукоять. По форме почти катана. Лёгкая, сделанная из особого сплава. Меч мог подключаться к браслету, а через него к нервной системе. Разряды тока можно было направлять мысленно. Но раз браслет барахлит можно воспользоваться кнопкой на рукояти.       На трибунах шумела группа людей. В центре — высокий парень, готовящийся спуститься на тренировочное поле. Фуражка закрывала глаза, но соломенные волосы выдавали.       Диппер замер.       — Твоюжмать и снова, блять, здравствуйте, — прошептал Диппер       БеС.       Б — Билл, сокращение от Уильяма.       С — Сайфер.       Е — …ну, пусть будет ебанутый.       Правда последнее или нет — Диппер узнает позже.       Сайфер лениво покинул компанию и наконец спустился на арену. Он посмотрел на Диппера.       Золотистый взгляд единственного глаза не выражал ничего, кроме леденящей пустоты.       Похоже, он меня не узнал. Да и что там узнавать? Они виделись всего раз, на выступлении на площади. Я для него был абсолютно неинтересной мишенью.       Взгляд Сайфера скользнул по забинтованной руке. Потом по оружию. Он тихо хмыкнул.       Так смотрят на жалкого зверька, которого даже убивать как-то… неловко.       Диппер крепче сжал рукоять меча, стараясь послать мысленную команду. Клинок щёлкнул, по нему пробежала тонкая молния.       И вдруг Билл заговорил.       — Болит?       Голос был спокойный. Обычнее не куда.       — Нормально? — неуверенно ответил Диппер.       Диппер даже не понял, обязан ли отвечать.       Зачем этот разговор?       Он уже понял, что его ждёт не поединок, а какая-нибудь авиакатастрофа с ним в главной роли неудавшегося пилота.       Билл вздохнул.       — Вколите ему стимулятор, что ли, — махнул он рукой в сторону своих людей. — Или я зря ждал?       Из толпы вышла та самая низкая девушка с розовыми волосами из бара Время. Она не спеша достала из сумки стимулятор, подошла к Дипперу и резким ударом всадила иглу ему прямо в живот.       — Эй!       Зачем в живот то?       Через несколько секунд произошло странное. Боль исчезла. Совсем. Но рука всё ещё не двигалась нормально, ведь перелом никуда не делся. Но болеть хоть перестала.       Теперь он мог хотя бы держать второе оружие. Так что огненный клинок он тоже забрал.       Уильям остался без оружия. Он просто снял верхнюю часть формы и бросил её на край арены. Остался в рубашке, которая не могла скрыть рельеф идеального тела бойца. Наверное, не хотел пачкать парадную форму.       Перед началом к Дипперу подошёл экзаменатор.       — Тебе ничего не светит, — тихо сказал он. — Если хочешь сдать — попробуй хотя бы коснуться его. Или удивить.       Спасибо. Очень вдохновляюще.       — Начали!       Билл даже не пошевелился. Он просто ждал.       Диппер понял, ему дают фору, шанс, и он сорвался с места. Двух оппонентов разделяли жалкие пять метров и пара конструкций. Надо было бежать из-за всех сил, чтобы прыжком оттолкнутся от стены и взмыть высоко в воздух, оказаться над противником. Скрестить два клинка над головой, вжать пальцы до посиснения вдавливая кнопки и с максимальной мощью электричества и пламени закрутить удар. Огонь и молния слились в едином вихре, опасно щелкая разрядами и обдавая ближайших к арене людей теплом яркого пламени. И всё было готово для нанесения сокрушающего удара.              Если уж проигрывать, то только красиво.       Билл подняв голову смотрел на это действо. Мальчишка действительно красовался, хорошо что страх не помутнил его разум. Но от такой атаки он только лениво сместился в сторону, уворачиваясь. Поняв, что мальчик в замешательстве Билл слегка толкнул Диппера в бок, разворачивая лицом к себе и ухватил за запястье здоровой руки.       Диппер только смирился с тем, что его атака была даже чуточку не принята всерьез и теперь надо было сохранить равновесие. Но рука противника сжалась, он всхлипнул, отмечая, на руке останутся следы, хотя чувствуя настоящую силу Сайфера было хорошо, что тот не сломал и вторую руку.       Притянув Диппера ближе Сайфер сощурил золотисто-янтарный глаз, слегка оскалился, парень пытался вырваться, но хватка была стальной, прямо как следующий…       … удар.       Кулак врезался в живот. С такой силой, что Диппер полетел через пол зала. И не пролетел больше только из-за оказавшейся на траетории полета стены-препятствия. Металл прогнулся, оставляя после удара глубоко смятую поверхность. А тело рухнуло на пол.       Так вот почему в живот…       Воздух пропал. Он открыл рот, но вдохнуть не смог. Он даже не мог держать себя в сознании, но последняя мысль, все же пронеслась:       Вот чёрт…       Тьма.       Диппер снова проснулся в больничном корпусе. Снова он в этом лицемерном месте, снова он чувствует боль. Первым делом надо было проверить, что же с ним сделали или не делали местные врачи. Конечно же одежда осталась на месте, только майка приподнята. Хорошо, что эти лентяи так и не заметили голубые отметины.       Чтоб эту вселенную, как же болит живот. Надеюсь тот стимулятор все еще действует и я не чувствую боль в её настоящем объёме.       Через пару минут пришла медсестра.       — Помимо перелома руки у вас сломано три ребра.       Диппер уставился в потолок.       Юху. Минус три.       Медсестра сделала ему укол обезбола, по ее словам это был уже третий.       О спасибо, святая женщина.       Но после всего этого она только очень вежливо предложила ему выметаться отсюда вон.       Когда он вышел на улицу, уже стемнело. В черном небе проплывали космические корабли и длинный летающий поезд. Город светился миллионами огней. Плетясь, хромая и изредка постанывая от неудачно повернутой части тела, он шёл по привычному маршруту к борделю, Диппер задумался об экзамене.       Боевой скорее всего провален, спасибо Бесу. Письменный скорее всего сдан. Устный… непонятно, вдруг этим он сдал себя и его посадят в тюрьму. Наверное, именно от этого экзамена зависит, примут ли его. Диппер вздохнул. Хватит думать об институте. Сейчас у него задача попроще. Найти врача.       В борделе ему дали адрес места, где могут помочь. Небольшая подвальная больничка. Когда Диппер вошёл, первое, что он увидел был хозяин помещения. Он же местный хирург. Мужчина валялся пьяный под столом ресепшена.       Кажется, помощи ждать не стоит. Парень развернулся, чтобы открыть дверь и выйти из этой мясницкой лавки.       — Эй, шпана… чё пришёл? — заплетающийся язык хирурга с трудом доносил слова до Диппера.       — В вашей больнице есть ещё врач?       — Хм… можно попробовать поискать.       Врач с трудом поднялся на механические ноги. Мужчина был, можно сказать, наполовину роботом. Ноги и одна рука были заменены протезами, глаза блестели холодными металлическими линзами вместо живого взгляда. На нём был синий мясницкий фартук, испачканный чем-то красным.       — Я лучше пойду, — сказал Диппер.       — Нет-нет, стой! Я просто разлил на себя сливовый сок. — Мужчина начал с грохотом рыться в шкафах с препаратами. Банки и контейнеры падали, металлические коробки стучали об пол.       Он там решил поискать другого врача?       — Правда, не стоит. Я лучше уйду.       — Умоляю, постой!       Мужчина буквально рухнул к ногам парня.       — Я на мели… умоляю, дай мне тебя вылечить.       — У меня четыре перелома, а вы в неадекватном состоянии. Гудбай.       — О. Нормально.       Глаза врача внезапно сверкнули. Через секунду он схватил Диппера за здоровую руку и потащил вниз по лестнице. Идти было сложно. Рёбра отдавали болью на каждой ступеньке. Пытаться вырваться из хватки было ещё больнее. В итоге его усадили на кушетку в тёмном, страшном помещении. Повсюду были высохшие пятна чего-то бурого. С потолка свисали цепи. Медицинские машины гудели, изредка издавая щелчки и короткие писки. Атмосфера была идеальной для места, где расчленяют детей и продают их на органы.       — Не волнуйся, сделаю всё по высшему пилотажу, — бодро сказал хирург. — Хватит переживать из-за моей трезвости. В наше время всё делается при помощи автопилота. Просто расслабься. Всё равно ты здесь не найдёшь другую больницу, где тебя без вопросов о твоей голубизне оставят.       До Диппера не сразу дошло, о чём он говорит. Только потом он заметил, что одежда сползла с плеча, открывая голубые линии на коже. Они виднелись от плеча и заходили на шею.       Ладно. Может, стоит остаться.       Врач помог стянуть с Диппера верхнюю одежду. На голубые линии он действительно не обратил никакого внимания. Механическая рука с предельной точностью начала прощупывать места ранений. Затем приступила к работе. Похоже, рука действительно работала отдельно от своего горе-хирурга. Дипперу ввели лёгкий наркоз. Он не мог видеть и чувствовать, что происходит с телом, но слышал каждый момент операции.       Металл звякал. Приборы тихо пищали. Иногда раздавался жесткий звук срабатывающих механизмов. Время тянулось мучительно долго. И наконец был сделан последний стяжёк, Диппер смог открыть глаза, увидеть кровь, мелкие кусочки его костей...       — Отлично. Не снимай фиксаторы руки ещё пару дней. С ребрами я проделал шикарную работу. Потом почувствуешь себя новым человеком.       — Спасибо, — сказал Диппер.       На удивление, всё действительно ощущалось намного лучше.       — С тебя 65 тысяч кью.       СКОЛЬКО?       — Эм…       От реакции Диппера врач заметно поник и будто захотел расплакаться. Он стал настолько жалким, что если бы Диппер отказался платить, то он бы просто смирился.       — У меня определённо всё гораздо дешевле, чем у других… Я могу сделать скидку в 10 тысяч… Но не беспокойся, можешь отсрочить платёж. Как заработаешь, возвращайся, — с надеждой произнес он.       — Спасибо. Я сейчас переведу вам двадцать тысяч, а остальное принесу, как только смогу.       Хирург видя готовность Диппера оплатить сегодня хотя бы часть посветлел и радостно подмигнув начал складывать инструменты.       — Да-да, заметано. Можешь идти.       Интересный, однако, здесь мир. Теперь стоит продлить номер, выстирать одежду и вернуть её обратно. А потом можно провалиться в сон.       Лёжа на розовой мягкой кровати, Диппер пытался разобраться с браслетом. Тот дико барахлил. Он даже нашел новую функцию — подавление звука, но она совсем не работала.       Похоже, придётся снова засыпать под стоны соседей.