Mousetrap | Мышеловка

Саманта Хэйз.

Прижимая к крепкой груди довольно увесистую папку с документами, Рик смотрел на меня с мягкой добродушной улыбкой и сверкающим взглядом теплых голубых глаз так, словно... скучал? На нём сегодня был плотный темно-зеленый свитер, слегка натягивающийся на его широких плечах, а его каштановые волосы весело торчали в разные стороны, как будто с прической на славу поработал ветер. — Ты снова доставляешь документы? — неловко выдохнула я, не зная, как действовать и что сказать. — Ну да, — усмехнулся парень и на его носу проступили еле заметные веснушки, — а ты снова меня встречаешь. Может это судьба? Меня тут же бросило в жар. Смущение, смешанное с дикой неловкостью и легким дискомфортом накрыло меня, словно океанская волна. Захотелось провалиться под землю. Я совершенно не знала как себя вести в таких ситуациях. Рик ведь милый парень. Я не могу ему нагрубить. За него даже Рассел поручился. Но как бы его так грамотно отшить, чтобы он сразу всё понял и не стал обижаться? Если я скажу, что у меня есть парень, он тут же расскажет об этом моему брату. А за этим последует ещё больше проблем. — Да... — повела плечами я, и тут же попыталась перевести тему в рабочее русло, протягивая к парню руки, — ты документы на подпись же принес? Давай сюда. — Они тяжелые, — упрямо мотнул головой Рик, — давай лучше присядем. Ты всё подпишешь, а заодно выпьешь со мной кофе. Ты ведь... так мне и не позвонила, — на последних словах его голос стал тише, интимнее. Взгляд парня стал на оттенок темнее, сосредотачиваясь на мне. Господи боже. Да что же мне с ним делать?! Прикусив губу, я перевела взгляд на витрину с булочками. Лёгкий перекус бы мне точно не помешал. Всё-таки время уже было обеденное. А смотря на эту кипу бумаг становилось ясно, что в ближайший час я отсюда точно не смоюсь, так что... — Ладно. Кофе, так кофе, — выдохнула я, сдаваясь. — Отлично, — тут же просиял Рик, — не думай о деньгах. Я за всё заплачу. Что ты хочешь? Кофе? Чай? Булочку или чизкейк? Он ещё заплатить за меня вздумал. Ну супер. — Не надо! — тут же всполошилась я, — я сама себе всё куплю. — Я настаиваю, — улыбнулся парень и вдруг, шагнул ближе ко мне, снова обдавая меня запахом того самого морского одеколона, который я почувствовала от него в холле в прошлую встречу, — правда. Не думай, что это попытка к тебе подкатить или что-то в этом духе. Я просто хочу сделать тебе приятное. Боже, ну конечно хочешь... — Да? Ну... — замялась я, отводя глаза и стараясь сделать незаметный шажок назад, чтобы вернуть себе личное пространство, — ладно. Раз ты настаиваешь. Возьми мне латте с карамельным сиропом и... булочку с корицей, наверное? На лице Рика отразилось искреннее внимание. Он наклонился слегка ближе, глядя мне в глаза и молча слушал. Словно, впитывал в себя эту информацию, записывая на подкорке. — Латте с карамелью и булочку с корицей. Будет сделано, — выдохнул он, расплываясь в улыбке, — тогда присядь. Я сейчас. Сказав это, он положил папку с документами на ближайший свободный столик и упорхнул в сторону кассы кафетерия. Оставшись одна, я тяжело выдохнула и плюхнулась на твердый стульчик у окна, тут же придвигая к себе оставленную Риком увесистую папку. Открыв черную пластиковую обложку, я пробежала глазами по первым страницам и меня накрыло разочарование. Обычные накладные. Ежемесячные отчеты. Стандартная корреспонденция для финансового отдела от логистической компании, в которой работали Рассел и Рик. Здесь не было ни единого документа, который требовал бы срочной, личной подписи генерального директора или его доверенного лица. Линда могла просто шлепнуть на них печать в приемной, и всё. Пазл в голове моментально сложился, и я едва не застонала от досады, с силой захлопнув пластиковую папку. Шэрил. «—Скажи, чтобы спустилась в кафетерий... Пусть займется». Эта змея всё подстроила. Она ведь видела нас с Риком в холле в мой второй рабочий день. Заметила, как он на меня смотрит. И теперь, видимо почувствовав, что Вайс стал утекать из её пальцев ко мне, решила разыграть эту карту, дрянь гадкая. Она специально выманила меня с семьдесят пятого этажа в кафетерий, прямо в лапы Рика, надеясь создать помеху между мной и Вайсом, чтобы Вайс во мне разочаровался, а она удобно влезла как раз в момент, когда его нужно будет успокоить. — Ваш латте с карамелью, мисс, — прервал мои гневные размышления мягкий голос Рика. Он плавно опустился на стул напротив, ставя передо мной бумажный стаканчик с горячим кофе и небольшую тарелочку с аппетитной, покрытой белой глазурью булочкой с корицей. Себе он взял обычный черный американо. — Спасибо, Рик, — натянуто улыбнулась я, обхватывая горячий картонный стаканчик ледяными пальцами. — Сколько я тебе должна? — Нисколько, Сэм. Я же сказал, что угощаю, — улыбнулся парень и вдруг, мягко, но уверенно, накрыл мои руки на стаканчике, своими. Его ладони были теплыми, крепкими и слегка влажными от нервного пота, но от этого жеста по моей коже пробежал противный, колючий холодок чужеродного прикосновения. Моё тело было настроено только на одного мужчину, и любой другой вызывал лишь глухое отторжение. Я тут же деликатно выскользнула из-под его пальцев, сделав вид, что мне нужно взять салфетку. Рик лишь слегка усмехнулся, явно не собираясь сдаваться. Он подался вперед, опираясь локтями о стол и заглядывая мне прямо в глаза. — Знаешь, я все эти дни ждал, что ты позвонишь, — его голос упал на полтона, обволакивая меня уютным, но совершенно ненужным мне сейчас флиртом. — Реально гипнотизировал телефон. А потом подумал: может, я слишком напугал тебя своим напором в холле? Или Рассел тебе что-то про меня наплел? — Нет, Рассел тут ни при чем. И ты меня не напугал, — попыталась сгладить углы я, чувствуя себя как уж на сковородке, — Просто... я очень занята на стажировке. К тому же, В... то есть, мистер Торнтон, очень требовательный. Дел по горло. — Понимаю. Изучать корпоративную жизнь внутри чуть ли не самой главной компании в стране — дело не из легких, — он понимающе кивнул, а затем его губы снова растянулись в этой его обезоруживающей, открытой улыбке. — И всё-таки. Ты не позвонила, но мы снова сидим друг напротив друга. Разве это не знак? — Знак? — нервно сглотнула я, вжимаясь в спинку стула чуть глубже. — Ну конечно. Нью-Йорк — огромный город, Сэмми. Люди здесь могут годами работать в соседних зданиях и не пересекаться. А нас словно магнитом сводит, — Рик неотрывно смотрел на мои губы, его намерения были прозрачнее стекла. — Я думаю, мы просто обязаны дать этому шанс. Хотя бы поужинать вместе в неформальной обстановке. Без твоего брата, без начальников и этих папок с отчетами. Как смотришь на вечер пятницы? — Вечер пя... — начала я, но, заметив, как руки парня снова тянутся ко мне, дёрнулась назад и, задев локтем свой кофе, уронила его на бок. Крышка не открылась, но пара крупных горячих капель тут же плеснула мне на юбку, обжигая бёдра. — Ой, Сэм! Ты чего?! — глаза Рика расширились в панике. Схватив из салфетницы почти всё что там было, он рывком опустился передо мной на колени и начал бережно стирать с моей юбки кофе, скользя руками по моим бёдрам, — не обожглась, надеюсь? Меня словно парализовало. Правая рука Рика старательно вытирала кофе с моей одежды и это было мило с его стороны, правда. Но когда левая легла на моё бедро и слегка сжала, словно пытаясь придержать меня, мой мозг переклинило. Надо было что-то делать. Срочно.

Шэрил МакАдамс.

— Стоп! Снято, — воскликнула я и с размахом маэстро клацнула ноготками по клавиатуре, делая скриншоты видео с камер видеонаблюдения на мониторах, — отличный кадр... В полумраке крохотной каморки охраны, мои пухлые губы растянулись в триумфальной сияющей улыбке победительницы. Дело сделано, даже лучше, чем я предполагала. Этому кретину Рику даже платить не пришлось. Он так втрескался в эту крошку Сэм, что сам сделал всю работу. Ну не чудо ли? Картинка была черно-белой, но видно было всё идеально. На первом скриншоте — как парень мягко держит руки Хэйз поверх стакана с кофе. О-о-о, как розово и ванильно. На втором — как смотрит на её губы, опираясь локтями на стол и наклоняясь вперёд, ближе к ней. А на третьей... о, это самое сладенькое, — как трогает её за бедра в этой тугой юбке-карандаш, стоя перед ней на коленях. Ну золото, а не кадры. — Надо отправить это Вайсу, помнишь? — спросила я томным голосом, ерзая попкой по коленям молодого симпатичного охранника, который был сегодня на смене, — не забудь. — Да, Шэрил. Помню, — хрипло выдохнул парень, до отвращения влажно целуя заднюю часть моей шеи, и тыкаясь каменным стояком в брюках, мне в зад, — только давай сначала... займемся делами, а потом я всё сделаю. — Карл, — зарычала я и, ловко вывернувшись из его рук, вскочила на ноги, тут же поправляя одежду и хватая со стола свою сумочку, — мы договаривались с тобой на денюжку. Помнишь, котик? О большем не было ни слова, — включив актрису, я игриво улыбнулась и задела кончик носа парня ногтем указательного пальца. — Но, детка... Его руки тут же снова потянулись к моим бёдрам, как намагниченные, но я, обойдя его со спины, лишь звонко чмокнула его в щеку и прошипела на ухо: — Не забудь. Ты меня понял? Иначе все узнают, откуда у твоей жены Cartier, а у тебя часы от Tommy Hilfiger. С этими словами, я похлопала охранника по плечам и, толкнув дверь комнаты охраны, вылетела из неё как на крыльях. Сегодня по плану: ужин с Вайсом у него дома, животный секс с ним на всех поверхностях, которые попадутся. У нас ведь долго не было. Но для начала — месть. Сладкая и приятная месть. Из этого ты уж точно не выкрутишься, маленькая крошка Сэмми.

Саманта Хэйз.

— Рик, не надо! — неожиданно громко воскликнула я и дернулась. В этот момент, приятную атмосферу кафетерия разрезал резкий скрип моего стула по кафельному полу, привлекая внимание почти всех здесь присутствующих. Парень моментально опешил. Его руки повисли в воздухе на несколько долгих секунд, замирая там, где мгновение назад были мои бёдра. Щеки парня побледнели, а сияющие голубые глаза тут же потухли, сменившись выражением искреннего испуга и растерянности. Он медленно поднялся с колен, скомкав в кулаке грязные салфетки, и тяжело сглотнул, оглядываясь на парочку перешептывающихся за соседним столиком сотрудников. — Черт... Сэм, прости меня. Я... я не хотел, правда, — пробормотал он, нервно зарываясь пятерней в свои каштановые волосы. — Я просто рефлекторно дернулся, чтобы кофе не испортил твою юбку, и... Блин, я повел себя как придурок, да? Мне стало его безумно жаль. Он не был наглым мажором или извращенцем. Он был просто хорошим, немного неуклюжим парнем, которого Шэрил цинично использовала в своей грязной игре. Но инстинкт самосохранения внутри меня буквально вопил сиреной. Если Шэрил заманила меня сюда, значит, ей нужны были свидетели. Или того хуже — доказательства. Я инстинктивно бросила взгляд на потолок, в тот угол кафетерия, где обычно располагалась камера видеонаблюдения. Красный огонек записи ровно и непрерывно мигал, глядя прямо на наш столик. Внутри всё похолодело. Ею твою мать. Она не просто хотела нас свести. Она собирала на меня компромат для Вайса. — Всё нормально, Рик. Успокойся, — я заставила себя понизить голос и подалась вперед, чтобы нас не слышали за соседними столиками. — Я не обожглась, это просто капли. И ты меня не напугал. Парень тяжело выдохнул, опускаясь обратно на стул. — Точно? Потому что я чувствую себя полным кретином, — он криво усмехнулся, глядя на свой остывающий американо. — Шэрил сказала, что я тебе тоже нравлюсь, просто ты боишься сплетен в офисе и Рассела. Вот я и решил, что должен взять инициативу в свои руки. Слишком сильно взял, видимо. — Шэрил сказала? — переспросила я, хотя уже знала ответ. Мои пальцы до побеления костяшек сжали край пластиковой папки с документами. — Рик, послушай меня очень внимательно. Шэрил МакАдамс — не моя подруга и не моя сваха. У неё свои мотивы. — Какие мотивы? Сэм, о чем ты? — он непонимающе нахмурился, глядя на меня. — Ты мне действительно очень понравилась. С той нашей встречи на дне рождения Рассела. Я правда хотел пригласить тебя на свидание. Его искренность была обезоруживающей. И именно поэтому я должна была закончить это прямо сейчас, жестко и однозначно, чтобы он больше не стал пешкой на доске МакАдамс. Я наклонилась еще ближе к нему и, перейдя на едва слышный шепот, произнесла то, что должно было отрезать ему все пути к отступлению. — Рик. Ты замечательный парень. Честно. И любая другая девушка была бы счастлива пойти с тобой на ужин, — я сделала глубокий вдох, собираясь с духом. — Но я не могу. У меня уже есть молодой человек. Брови Рика взлетели вверх. — У тебя есть парень? — растерянно переспросил он. — Но... Рассел говорил, что ты свободна. Он сказал, что ты ни с кем не встречаешься со времен школы. — Рассел не знает, — быстро перебила я его, молясь, чтобы мой голос звучал убедительно, хотя щеки пылали огнем от этой желанной полуправды-полулжи. — Мы скрываем наши отношения. Мой парень... он очень сложный человек. И если Рассел узнает о нем, будет грандиозный скандал. Брат его ни за что не одобрит. Поэтому мы держим всё в секрете. В глазах парня отразилась целая буря эмоций: удивление, легкая обида и, наконец, понимание. — Вот черт, — он откинулся на спинку стула и, горько усмехнувшись, потер лицо руками. — Значит, Шэрил просто надо мной подшутила? Решила выставить меня идиотом? — Не бери в голову. Она та еще стерва, — я слабо улыбнулась, чувствуя укол вины, — Пожалуйста, Рик. Никому не говори о том, что я тебе сейчас рассказала. Особенно Расселу. Если это дойдет до него... — Эй, обижаешь, — Рик тут же подобрался, и его лицо приняло серьезное, почти рыцарское выражение, — Я могила, Сэмми. Твой секрет умрет со мной. Расс ничего не узнает. — Спасибо, — я искренне с облегчением выдохнула. — Ну ладно, — он попытался выдавить из себя улыбку, подхватывая со стола свой кофе. — Раз уж мое сердце только что разбили, я, пожалуй, пойду работать. Отчеты сами себя не сведут. А ты... будь осторожна с этой Шэрил. И со своим парнем тоже. Раз его надо так тщательно прятать от Рассела, значит, он тот еще фрукт. «Ты даже не представляешь, насколько», — мысленно усмехнулась я. — Буду. И ты тоже, — кивнула я, пододвигая к себе папку. Рик поднялся из-за стола, бросил на меня последний, немного грустный взгляд и понуро направился к выходу из кафетерия. Я осталась сидеть в одиночестве, гипнотизируя взглядом остывающую булочку с корицей. Разговор прошел даже лучше, чем я ожидала. Рик отступил, и Шэрил больше не сможет его использовать. Но вот чувство надвигающейся катастрофы никуда не делось. Я снова бросила взгляд на красную лампочку камеры под потолком. Кадры уже были сняты. И если Шэрил отправит их Вайсу до того, как я смогу ему всё объяснить... Торнтон убьет Рика. А потом и меня. Остаток рабочего дня прошел как в вязком, густом тумане. Я вздрагивала от каждого звонка телефона Линды и звука открывающейся двери лифта, ожидая, что Вайс вот-вот ворвется на этаж и разнесет здесь всё в щепки. Но часы упрямо тикали, солнце за панорамными окнами медленно клонилось к закату, а генеральный директор так и не появился. Эта тишина пугала меня даже больше, чем его ярость. Это было мрачное давящее затишье перед разрушительной бурей. Когда рабочий день наконец закончился, я вылетела из офиса одной из первых. Я не стала просить Генри подвезти меня, сославшись на то, что хочу проветриться. Мне нужно было побыть одной и переварить всё то дерьмо, о котором я сегодня узнала. На улице уже окончательно стемнело. Я ехала в полупустом междугороднем автобусе в Хиллсборо, прижавшись лбом к ледяному стеклу. Февральский ветер заунывно гудел за окном, а с черного ночного неба начали срываться крупные, пушистые хлопья снега. Они красиво кружились в свете желтых фонарей, оседая на крышах домов и тротуарах. Выйдя на своей остановке, я плотнее закуталась в тёплое пальто, пряча нос в его воротник, и быстрым шагом направилась по знакомой улице к своему дому. Мои мысли всё еще метались между тайными счетами МакАдамсов, подстроенным свиданием с Риком, странными письмами на почте Вайса и тем проклятым фото в тайнике стола, когда я свернула на нашу улицу. Я подняла глаза и резко замерла, словно наткнулась на невидимую бетонную стену. Прямо у нашей подъездной дорожки, хищно поблескивая в свете уличного фонаря черным глянцевым боком, стоял огромный, тонированный BMW X7. Мое сердце пропустило удар, а затем забилось так сильно, что отдалось болью где-то в горле. Его машина. Здесь. Не помня себя, я дала по газам и, едва не поскользнувшись на припорошенных снегом ступеньках, влетела на крыльцо. Распахнув входную дверь, я ворвалась в теплую прихожую, судорожно стягивая с себя пальто и сбрасывая туфли. Дом был наполнен восхитительным ароматом маминого запеченного мяса с травами, тихим шумом телевизора в гостиной и... густым, бархатным мужским смехом. На негнущихся ногах я прошла по коридору и замерла в дверном проеме кухни. Мой мозг на секунду отказался воспринимать реальность. Я стояла в полном, тотальном ахуе. Вайс Торнтон сидел за нашим кухонным столом. На нем не было пиджака, только идеально сидящая черная рубашка, рукава которой были небрежно закатаны до локтей, обнажая крепкие предплечья с выступающими венами и краями темных татуировок. Он расслабленно откинулся на спинку деревянного стула, держа в своих огромных руках мамину любимую чашку с цветочным узором, и пил чай. Мама, сияя как начищенный пятак, хлопотала у плиты, периодически бросая на него восхищенные взгляды, а отец сидел напротив Вайса, активно жестикулируя. — ...И я говорю им: «Если вы не снизите процентную ставку, мы уйдем к конкурентам», — хрипло рассмеялся папа, увлеченно что-то рассказывая. — Да уж... но твоя стратегия слияния активов, Вайс — это просто высший пилотаж. Читал аналитику на прошлой неделе. У тебя врожденная деловая хватка, парень. Ричард МакАдамс, должно быть, прыгает от счастья, что заполучил такого партнера и зятя. При упоминании МакАдамса у меня внутри всё заледенело, но лицо Вайса даже не дрогнуло. Он лишь вежливо, с легкой полуулыбкой кивнул моему отцу и произнес: — Спасибо, мистер Хэйз. Мы стараемся оптимизировать процессы. Он играл свою роль просто безупречно. Хороший мальчик из Хиллсборо, друг семьи, успешный бизнесмен. Если бы я сегодня утром не видела шифровки про тонны нелегального груза и не знала, что этот человек прячет мою фотографию в двойном дне стола, я бы поверила этой идеальной картинке. В этот момент Вайс медленно повернул голову. Его ореховые глаза встретились с моими, и вся его обманчивая расслабленность мгновенно испарилась, сменившись голодным, потемневшим взглядом хищника, который наконец-то дождался свою добычу. — О, Сэмми! Ты наконец-то дома! — радостно всплеснула руками мама, отворачиваясь от плиты. — А у нас тут Вайс заехал в гости. Представляешь, сам, без Рассела! Решил проведать стариков. — Привет, мам. Пап, — мой голос прозвучал хрипло и неестественно. Я перевела взгляд на Торнтона. — Вайс. Какой... сюрприз. — Саманта, — его голос обволок меня, как густой, горячий сироп. Он грациозно поднялся из-за стола. Его крупная, высокая фигура мгновенно заполнила собой всё пространство нашей маленькой кухни, вытесняя кислород. Он подошел ко мне медленно, под умиленными взглядами родителей. — Рад тебя видеть, мелкая, — произнес он достаточно громко для них, раскрывая руки для дружеского объятия. У меня не было выбора. Я шагнула вперед, и его крепкие, мускулистые руки мгновенно сомкнулись на моей спине, прижимая меня к его твердой, горячей груди, как стальные тросы. Запах бергамота, кедра и мороза ударил мне в голову, вызывая мгновенное головокружение. Я не видела его слишком долго и теперь, сама того не желая, плавилась в его объятиях, прямо на глазах родителей. Вайс наклонился, утыкаясь лицом в мои волосы. Его губы скользнули по моему уху, обжигая чувствительную кожу горячим дыханием. — Собирайся, — жарко и требовательно прорычал он так тихо, чтобы слышала только я. От этого низкого, вибрирующего звука у меня подогнулись колени. — Я договорился с твоими родителями. Прокатимся до меня.