Температура кипения льда

Прошло 2 месяца с начала нашего обучения. Через пару дней после первого дня я наконец-то въехала в комнату общежития, которое находится на территории кампуса. Я живу в одной комнате со своей одногруппницей Хан Союн. Она очень тихая и спокойная, сконцентрирована только на учебе. Такое соседство как нельзя лучше мне подходит, так как и я стараюсь не пропускать занятия и с головой погружаться в обучение. Поэтому все наши разговоры вертятся разве что вокруг общих предметов, и максимум о погоде за окном.  Дорога до нашего корпуса простирается вдоль живописной аллеи по холму вверх в северной части кампуса. До учебного здания прогулочным шагом я могу добраться минут за 20, этого времени мне хватает для того, чтобы настроиться на новый день, и побыть наедине со своими мыслями, так как я в целом предпочитаю одиночные прогулки.  Несколько раз на протяжении этих месяцев мне писал До Юн с вопросами о новой встрече, но я упорно продолжаю его игнорировать. Я приняла для себя решение, что эта история закончилась, и наши пути разошлись, хоть и мою душу греют счастливые воспоминания.  Каждый день, кроме пятницы и выходных, я посещаю театральный клуб. Сейчас мы активно готовимся к выступлению на фестивале, до которого осталось буквально 2 недели. В репетиционном зале пахнет пылью и дешевым кофе из автомата. Мне наконец удалось полностью расслабиться и переключиться, завести много новых знакомств и найти друзей, а в нашем клубе всегда царит дружеская и поддерживающая атмосфера. Все очень серьезно и ответственно подходят к своему делу, как будто мы будем выступать не на университетской сцене, а ставим спектакль в Национальном Театре Кореи. — Сена, почему русские писатели всегда описывают женщин, как лед снаружи и пожар внутри? - интересуется у меня Ёнбок. Это светлый и добрый парень, который учится со мной и Юной на одном факультете, и тоже занимается в театральном клубе. Мы очень быстро нашли общий язык и часто проводим время вместе. Я даже стала его воспринимать, как своего брата: ему точно можно доверить все, и всегда на него рассчитывать.  — В России любой человек может проявить ту эмоцию, которую на самом деле испытывает. Если нам больно, мы сцепливаем зубы. Если нам не весело, мы не будем смеяться. Если слишком рано показать «пожар», то тебя могут быстро использовать, - поясняю я. Меня уже давно приняли за «свою», и я стою на равных, но моих одногруппников часто интересует культура и быт моего этнического народа, именно поэтому символически мы решили поставить спектакль по Пушкинской «Пиковой даме», но, разумеется, на корейский лад.  По выходным я часто езжу в Пусан, чтобы проведать моих родителей и встретиться со своими школьными подругами, из которых единицы остались в Пусане. Да и с каждым разом замечаю, что у каждой началась своя новая дорога, и больше нас ничего не связывает в социальном плане.  Погода с каждым днём становится все теплее и приятнее. Днем уже спокойно можно ходить в одной футболке и купаться в лучах мягкого солнца, а вся территория кампуса утопает в зелени и цветах. Каждый мой день расписан по минутам: лекции, семинары, домашние задания, репетиции в театральном кружке. Я наконец-то перестала думать и сожалеть о прошлом, переживать о будущем, бояться и волноваться. Я полностью и с головой ушла в наши проекты, которые занимают все мое время и мысли. Стало меньше чувства тревожности о том, как меня воспримут, как ко мне будут относиться, как мне жить без человека, с которым мы буквально дышали одним воздухом, хоть и не жили вместе будучи школьниками.  *** День Фестиваля Тхэдон.  С самого утра в кампусе кипит жизнь. Все готовятся к этому событию: здания каждого корпуса обвешивают баннерами, достраивают палатки для продажи уличной еды, а издалека слышится, как настраивают звук на главной открытой сцене. За кулисами хаоса не меньше: кто-то распевается, танцоры ловят дзен, слушая ритм музыки в наушниках и повторяя движения, девочки занимаются макияжем и укладкой, отчего в воздухе отчетливо витает аромат лака для волос.  Замечаю Юну, которая по своему обыкновению, не выражает абсолютно никакого беспокойства, сидит в развалочку в кресле и лениво листает ТикТок. Кажется, что ей вообще без разницы, как она выглядит, ей не нужно повторять текст и беспокоиться о том, сыта ли она. Она максимально уверена в себе и своих силах.  — Юна, а где все? - начинаю разговор я. — Тэсон помогает с постройкой палатки для продажи моти. Его сестра продает самые вкусные моти на всем белом свете, тебе обязательно надо попробовать! - дежурно отвечает Юна, - Ёнбок должен быть с минуты на минуту…  Не успевает она договорить эту фразу, как, откуда не возьмись, перед нами появляется Ёнбок во всей красе, который протягивает каждой из нас по небольшому контейнеру. — Девочки, угощайтесь! Я испек свой фирменный брауни. Его фишка в ложке кофе и большой порции моей любви, - лучезарно улыбается парень.  Мы лишь улыбаемся в ответ, кланяемся и с удовольствием принимаем подарок.  — Ребята, пора на финальный прогон! Через час начинается церемония открытия фестиваля, - возвращается Тэсон и сразу же увлекает нас на сцену. Ян Тэсон это наш с Юной и Ёнбоком одногруппник, который играет на барабанах в бойз-бенде. Мы тоже быстро нашли общий язык, так как разделяем увлечение друг друга музыкой, и можем часами напролет обсуждать последний вышедший альбом у западного рок-исполнителя.  Театральный клуб стал моим вторым домом. Именно здесь меня окружают те самые ребята, с кем я не смущаюсь, с кем я могу быть самой собой, с кем я по-настоящему подружилась, отчего у нас сложилась небольшая общая компания и за пределами клуба в том числе. У меня со всеми одногруппниками достаточно теплые отношения, но Юна, Ёнбок и Тэсон это по-настоящему близкие люди, которым я доверяю.  Мы репетируем в подвале студенческого центра, где отчетливо ощущается аромат тяжелых пыльных штор, а на душе странное ощущение напряженности. Хотя все мои друзья абсолютно спокойны, ведь мы уже множество раз репетировали и вносили правки, а свои реплики можем произнести наизусть, даже если нас разбудить в 3 часа ночи, но отчего-то меня переполняет волнение, и я не могу собраться с мыслями. То и дело приходится переигрывать сцены с моим участием, а у меня таких сцен много, ведь я играю главную роль. Ближе к концу репетиции мне удается собраться, но мы не успеваем отыграть финал, так как наше время вышло, и нам пора покидать сцену, ведь следом за нами уже своей очереди ожидает группа танцоров с факультета физкультуры.  — Сена-я, крошка, - подходит ко мне Юна после репетиции и тихонько, почти шепотом, начинает говорить со мной, - все в порядке, расслабься, а то этот спектакль тебя доканает раньше, чем твой бывший.  Я лишь слегка улыбаюсь, смущенно опуская глаза, в то время, как мы движемся в сторону главных ворот на ярмарку, чтобы подкрепиться перед выступлением.  На улице уже настоящий праздник: из колонок раздаются мощные басы, все здания и уличные фонари красиво украшены гирляндами, в воздухе витает аромат фритюрного масла, в котором ребята с факультета инженерии жарят корндоги. Все студенты сегодня оделись в наши фирменные темно-синие бомберы с символом университета, так как это особенный день. И хоть и на улице по ощущениям около 20 градусов тепла, никого это не смущает, так как носить бомбер своего факультета это истинная гордость для любого корейца.  Мы с ребятами спешно доходим по той самой палатки с моти, где сестра Тэсона нам дает продегустировать ее любимые вкусы. Мне достается моти с клубникой и бобовой пастой, сверху обваленное в крахмале и украшенное цветком вишни. Выглядит потрясающе. Когда я откусываю первый кусочек, кислый сок клубники начинает контрастировать с тягучим сладким тестом. Это сразу освежает мое пересохшее от репетиции горло, и я понимаю, что сегодня мне как раз не хватало сахара для получения порции дофамина.  Как только солнце скрылось за горизонтом, началась официальная часть и открытие фестиваля. Все студенты уже собрались на стадионе, залитом множеством прожекторов. Церемония проходит довольно классически: речь президента университета, гимн, фейерверки, множество аплодисментов и криков от ребят.  Мы стоим за кулисами, окончательно готовясь к тому, что в ближайшие минуты будем выходить на сцену и играть. Я с Ёнбоком стою с одной стороны кулис, а Юна и Тэсон — с другой.  — Сена, не забудь про пожар. Сжигай, - говорит мне шепотом Ёнбок, крепко сжимая мои ладони в своих.  В этот момент раздается голос диктора в динамиках, который объявляет: «А сейчас театральный клуб представит нам свою постановку: современная корейская интерпретация классики «Пиковая дама»!». И мы шагаем на сцену…  Как только занавес поднимается, в мои глаза ударяет свет белых софитов, от чего я не вижу никого и ничего, и весь зрительный зал кажется просто черной пустотой. Я твердо решила отбросить все ненужные мысли и сконцентрироваться на своей роли. В ушах вакуум, и я больше не слышу никаких звуков, кроме скрипящих половиц, как только я начинаю свое первое движение по сцене.  Во время спектакля в зале царила звенящая тишина. У меня стало получаться вглядываться в лица зрителей, которые завороженно смотрели на меня. Интересно, какие у них сейчас мысли? Наверно они воспринимают меня, как холодную иностранку, которая так неистово сжигает письма прямо на сцене.  Когда мы отыгрываем финальную сцену, в зале на несколько секунд повисает мертвая тишина, после чего студенты взрываются аплодисментами. Мы быстро кланяемся и уходим за кулисы, где я чувствую невероятное облегчение, и мы вместе с Юной отправляемся на стадион, чтобы посмотреть остальные выступления.  После нас уже прошло несколько выступлений: фокусники, певцы, тхэквондисты, после чего диктор объявляет: «Кёнхи, и в завершение нашей программы, приглашаем на эту сцену студентов, которые не знают, что такое усталость. Факультет физкультуры представит нам свою танцевальную работу!».  Свет в зале снова гаснет, прожекторы по-прежнему направлены на сцену, где также выстреливают столбы белого дыма. На сцену выходит группа парней. В динамиках начинает играть музыка, а парни погружаются в свое дело. Я внимательно слежу за тем, что происходит, так как много лет сама занималась танцами, и хоть и не смогла полюбить это занятие, но по-прежнему многое понимаю.  Мой взгляд ненадолго останавливается на парне, который чаще остальных оказывается в центре постановки. По всей видимости, это лидер группы. В свете неоновых ламп его движения кажутся еще более агрессивными, резкими, точными. Кажется, что для него сейчас не существует ничего, кроме танца, которому он отдается целиком и полностью. Да это и не танец, это буквально доминирование над пространством.  Четыре минуты выступления растягиваются для меня в целую вечность, когда я начинаю осознавать, что уже не слежу за постановкой, а продолжаю пристально разглядывать этого незнакомца. Кажется, что я даже не дышу и не моргаю. В его танце транслируется тот же пожар, который я пыталась передать в своем выступлении некоторое время назад.  «Эй, Сена, вернись на землю! Тебе это не нужно!» - проносятся мысли в моей голове, после чего я решаю отвлечься от сцены и почитать новостную ленту. Когда выступление заканчивается, и команда выходит на поклон, я поднимаю взгляд и точно сосредотачиваюсь именно на НЕМ. На долю секунды мне даже кажется, что он посмотрел на меня, но он быстро отворачивается и покидает сцену.  Этот парень по-настоящему красив. Темные локоны спадают на его лицо, слегка закрывая глаза. Прямой нос, острая линия челюсти, пухлые губы и холодный взгляд, который однако прожег меня насквозь, хотя между нами очевидно была сотня людей. Он ни разу не улыбнулся и не транслировал никакую эмоцию, кланялся скорее из вежливости, чем искренне. Но что-то меня зацепило в этой адской смеси льда и огня, оставив ощущение опустошенности после того, как танцоры ушли со сцены.