Звёздный атлас

      Прошло несколько часов. На остров обрушился шторм — настоящий, яростный, какой бывает только в южных широтах. Пластиковый пляж стонал под ударами волн, а небо исчезло за стеной дождя. Южный Крест, который должен был указывать путь, был надёжно спрятан тучами.       Они заперты в каюте Мёрдока. Электричество окончательно погасло, оставив их в полной темноте, нарушаемой только вспышками молний.       В каюте было темно, хоть глаз выколи, если бы не редкие всполохи молний, которые на мгновение превращали комнату в негатив: белые стены, чёрные тени и силуэты, застывшие в странных позах. Шторм снаружи заставлял остров крениться, и каждый раз, когда многотонная махина вздрагивала, 2D чувствовал это всем телом.       Они не разошлись. После того сокрушительного, горького столкновения наступила тишина, которая была тяжелее любого крика.       Мёрдок сидел на полу, прислонившись спиной к кровати, а 2D… 2D просто не нашёл в себе сил уйти. Он устроился рядом, почти касаясь плечом колена Никкалса. В этой темноте, лишённые возможности видеть лица друг друга, они словно лишились и своих привычных масок.       — Стю? — голос Мёрдока прозвучал тихо, лишённый своей обычной язвительной хрипоты.       — Да?       — Не зажигай свет. Даже если найдёшь спички. Не хочу видеть… всё это.       2D кивнул, забыв, что Мёрдок его не видит. Он чувствовал, как рука басиста нащупала его ладонь в темноте. Пальцы Мёрдока были холодными, но хватка — железной. Это не было нежностью в привычном понимании; это было так, словно Мёрдок тонул и хватался за первый попавшийся обломок.       — Южный Крест, — пробормотал Стюарт, глядя в сторону, где за стальной переборкой бесновался океан. — Ты говорил, по нему находят путь, когда Полярной звезды не видно. Но сейчас ничего не видно. Мы потерялись?       Мёрдок коротко и сухо рассмеялся, дернув 2D за руку, заставляя его придвинуться ещё ближе. — Мы потерялись ещё в Кроули, парень. Или когда я въехал в твою физиономию на своей тачке. Сейчас мы просто… достигли дна.       Он потянул 2D на себя, вынуждая его лечь рядом на жесткий пол, застеленный каким-то пыльным ковром. В этой близости было что-то первобытное.       Мёрдок уткнулся носом в синие волосы 2D, вдыхая запах его дешёвого шампуня и страха. Стюарт чувствовал, как горячее дыхание Никкалса обжигает шею.       Это была странная, ломаная близость. Они не знали, как быть «вместе» без боли. Мёрдок сжимал его плечи почти до синяков, словно проверяя на прочность, а 2D задыхался, но не пытался вырваться.       Когда очередная молния разрезала небо, осветив каюту, 2D увидел над собой лицо Мёрдока. Тот смотрел на него с такой смесью обожания и ненависти, что у Стюарта перехватило дыхание.       — Если ты завтра скажешь мне, что это был просто сон из-за потери крови… — начал Мёрдок, его голос сорвался на шёпот.       — Не скажу, — перебил его 2D, впервые за долгое время проявляя твёрдость. — Я запомню, как ты пахнешь, когда тебе страшно, — Стюарт решился подколоть Никкалса в его духе.       Мёрдок замер, а затем с силой прижал его к себе, закрывая глаза. В эту ночь, под рёв шторма и стоны Пластикового пляжа, Южный Крест был им не нужен. Они сами стали друг для друга единственной картой, по которой можно было ориентироваться в этом хаосе.