Звёздный атлас

      Остров окончательно скрылся за пеленой тумана, превратившись в едва различимое розовое пятно на краю мира. Катер плавно покачивался на волнах, и шум мотора сменился мерным плеском воды о борта.       Мёрдок долго молчал, сжимая в руке ту самую кассету. Его пальцы, всё ещё испачканные в мазуте и крови, подрагивали. Он медленно повернул голову к 2D. Стюарт сидел рядом, его синие волосы совсем спутались от ветра, а лицо было бледным, как у призрака, но в глазах — тех самых пустых чёрных провалах — больше не было того парализующего страха.       — Ты ведь понимаешь, что я никогда этого не признаю? — хрипло произнёс Мёрдок, глядя куда-то в сторону. — Не признаю, что ты… что ты спас мою шкуру. И что эта жестянка, — он кивнул в сторону застывшей у борта Киборг-Нудл, которая успела их уже догнать, — сработала только потому, что ты заорал громче, чем её процессоры.       2D тихо фыркнул, вытирая нос рукавом свитера.       — Мне не нужно признание, Мёрдс. Мне нужно, чтобы ты перестал пытаться выбросить себя за борт каждый раз, когда становится слишком сложно.       Мёрдок горько усмехнулся. Он медленно потянулся к 2D и, вместо привычного подзатыльника, обхватил его шею ладонью, притягивая ближе. Он прижался своим лбом к его виску, закрывая глаза. В этом жесте было столько невысказанного облегчения, что воздух вокруг них, казалось, потеплел.       — Мы — идиоты, Стю. Два самых больших идиота в этом океане.       — Зато мы живые идиоты, — отозвался 2D, несмело обнимая Мёрдока в ответ. — Посмотри на Лебедя. Видишь те две звезды, Альбирео? Ты говорил, они золотая и синяя.       Мёрдок поднял взгляд вверх, туда, где в центре «Северного Креста» мерцала двойная искра.       — Да. Золотая и синяя. Слишком разные, чтобы слиться, но слишком связанные, чтобы существовать порознь. Астрономы говорят, они вращаются друг вокруг друга миллиарды лет.       Он сильнее сжал плечо 2D.       — Похоже на наше проклятие, а?       — Похоже на наш ориентир, — прошептал Стюарт.       Они сидели так долго, пока рассвет не начал медленно подтачивать край ночного неба, превращая глубокую синеву в нежный перламутр. Киборг-Нудл стояла на носу катера, её механический взгляд был устремлён вперёд, в сторону далёкого берега, который им ещё только предстояло найти.       Мёрдок наконец отстранился, выудил из кармана мятую пачку сигарет, нашёл одну уцелевшую и зажёг её, глубоко затягиваясь. Он посмотрел на 2D — помятого, нелепого, но своего — и впервые за всё время на Пластиковом Пляже в его глазах не было ни капли яда.       — Ладно, капитан Стюпот. Держи курс на ту звезду, что поярче. Посмотрим, что за дрянь ждёт нас на материке. Но если ты нас утопишь… я заставлю твой призрак петь бэк-вокал в аду до скончания веков.       2D улыбнулся — широкой, беззубой и совершенно искренней улыбкой. Он взялся за штурвал, чувствуя под ладонями вибрацию жизни.       Над миром всходило новое солнце, но в их памяти навсегда остались созвездия, которые научили их видеть свет даже в самой глубокой темноте.