Neon pulse

      — Ты с ума сошёл, Джин? Да он же тебя провоцирует! — восклицает Чан, пытаясь привести друга в чувства.       — А ты что, мой отец или мать, чтобы командовать? Я кинул вызов, он принял, всё так и нужно, — усмехается Хван.       Чан понимает, что он навряд ли сможет вразумить Хёнджина, поэтому преграждает дорогу блондину.       — Феликс, ты же знаешь, он новичок, всё равно не выиграет, — не успокаивается брюнет.       В два шага Хён подходит к парням, вставая между ними.       — Это ещё почему я не выиграю? Я его уже один раз почти сделал, — психует Джин.       — Да потому что в твоей тачке пятьсот двадцать пять лошадиных сил, а в его — восемьсот сорок, чуешь разницу? — вскипает Бан.       — Не забывай, у меня стоит закись, — ухмыляется Хёнджин.       Эти бесполезные разговоры и перепалки начинают раздражать Хвана ещё больше, а ведь ему нужно быть сосредоточеннее: впереди его ждёт заезд, который должен поставить этого самодовольного говнюка на место, который не первый раз уже унижает Хёнджина перед другими.       — Закись, в лучшем случае, тебе поможет, а он тебя на старте в два счёта обгонит. Может, ну его, эту затею, Хёнджин? — пытается вразумить парня Минхо.       Юноша понимает, что за него переживают, потому что исход этой гонки может быть совсем другой. И Ли, как никто другой, знает, что в таком раздражённом состоянии за руль нельзя.       — Да что вы все заладили? — Джин вплетает пальцы в волосы, сжимая у корней, словно готовясь вырвать их.       — Тебе тем более нужно быть с этой штукой осторожным, — встаёт на сторону друзей Джисон.       — Главное — победа, — глаза искрятся диким желанием уничтожить Феликса.       Развернувшись на пятках, парень следует к своей машине, и в спину «летят» слова:       — Хёнджин, а как же пожать руки перед стартом? — хитро ухмыляется Феликс.       — Хуй тебе, — огрызается Хван.       Народ на площадке притихает, ожидая лишь одного — зрелища, ведь никто до этого не смел бросать вызов королю уличных гонок.       Бан не успокаивается: бросается к Audi и стучит в окно, которое тут же открывается.       — Джин, постой, ещё не поздно всё остановить. Пожмите друг другу руки, извинись и скажи, мол, погорячился. И на этом весь балаган закончится — при лучшем исходе.       — Что? Извиниться перед этой сукой? Чан, я тоже имею гордость, и ты знаешь, что я тоже могу ударить в ответ и мне не будет жалко этого смазливого красивого личика.       — Ну, без извинений, — добавь действие. — Просто кончай заниматься мерениями движками.       — А вы чем до этого всего занимались? — хмыкает юноша, видя девушку с флагом на старте. Дотянувшись до кнопки «start/stop», он нажимает, двигатель тут же заводится. — Мне пора, Чан, лучше пожелай удачи.       Стекло поднимается, упираясь в ограничитель, и Хён выруливает к старту, становясь прямо перед прочерченной полосой бок о бок с Ferrari. Парень чувствует всем телом прожигающий взгляд и, взяв себя в руки, решает повернуться: на него смотрит Феликс с искажённой гримасой победителя по жизни, а хищные глаза блестят азартом. Хёнджин отворачивается и плавно вжимает педаль газа, разогревая двигатель. В боковых зеркалах он видит, как белая Toyota и остальные машины, ставшие свидетелями данного спора, встают позади.       Джин смотрит на девушку и ожидает старта. Сжав руки на руле, парень чувствует, как ладони начинают потеть. Хёнджин сразу подготавливает все переключатели нитро, чтобы в нужный момент не тратить на это время.       Хёнджин, не сдержавшись, снова смотрит на противника.       «Лучше бы не смотрел».       Феликс глядит на него с наигранной улыбкой, наивно хлопая глазками, а затем шлёт воздушный поцелуй.       — Ненавижу, — шипит парень, сильнее стискивая в руках руль.       Девушка даёт «старт», и Хёнджин, чуть не упустив момент, стартует за красной Ferrari. Юноша надеется приехать первым, поэтому до последнего отметает разницу в лошадиных силах их машин.       «Подумаешь, разница! Главное то, как ты управляешь тачкой».       Малейший промах Феликса, и у Хвана будет возможность обогнать его. Однако на прямой соперник ускоряется, из-за чего расстояние между ними начинает увеличиваться.       Всё то, чем Хван руководствовался в свой первый заезд, сейчас было не тем, потому что и Феликс не желает проигрывать, а, наоборот, дразнит Хёнджина, виляя из стороны в сторону, не пропуская чёрную Audi.       Впереди показывается поворот, и Ferrari легко входит в него — этот манёвр не даёт возможности Хвану обогнать. Сбавляя скорость, он выкручивает руль и успешно входит в поворот, тут же вдавливая педаль газа, нагоняя потерянные метры между ними.       В голове Хёнджина бьёт адреналин, руки то и дело потеют, он пытается сообразить, как действовать дальше. Впереди мост, а значит — двухполосная дорога. Площадь движения сужается, и парень, подумав: «Была не была», — нажимает на кнопку подачи закиси. Его мгновенно вдавливает в спинку сиденья, стрелка спидометра ускоренно приближается к отметке 200 км/ч. Создаётся ощущение, что если он сейчас не оторвётся от Феликса, они просто процарапают боковины друг друга. Но Хвану удаётся проехать первому под мост и, выдохнув, он начинает вилять из стороны в сторону, чтобы помешать Ferrari обойти его.       — Злишься, малыш? — повторяя тот же противный тон, Джин ухмыляется.       Хван чувствует, что Феликс зол. Блондин даже готов брать на таран. Он практически догоняет и «дышит» в задний бампер Audi. Трасса увеличивается, и полос становится три, что усложняет задачу, ведь сейчас противник может обогнать и снова оторваться от него.       Всего какие-то пять километров отделяют их от финиша. Скоро можно праздновать свою победу. Однако внезапно Феликс резко виляет на третью полосу, а затем выруливает на полосу, по которой едет Хёнджин. Хван тут же перестраивается на другую полосу, но уже поздно: Феликс на полную вдавливает газ, беря максимальную скорость из машины, и преодолевает финиш. Через две секунды с визгом покрышек тормозит Хван.       Пока парень выходит из машины, блондин уже ожидает его в привычной превосходящей позе, сидя на капоте с согнутой ногой на покрышке.       Ярость просто выплёскивается, и Хван уже думает, что сейчас хорошенько проедется кулаком по этой самодовольной мордашке. Вскоре подъезжают и другие машины, которые еле успевали за соревнующимися. Все на площадке снова затихают. Исход гонки и так был понятен, ещё никому не удавалось победить Феликса.       Чан, выйдя из машины, бросается к другу:       — Джин, это было ахуенно! Ты бы видел себя со стороны. Гонял, как профи!       Хёнджин поворачивается вполоборота к Бану и устремляет на него злой взгляд.       — Ахуенно, говоришь? Я проиграл, — чуть повышает голос.       В груди горят обида и разочарование. Он мог лучше. Друг пожимает плечами, пытаясь приободрить Хёнджина.       — Малы-ы-ыш, — слащаво протягивает белокурая бестия, — надеюсь, ты понял, что нехорошо лезть в такие взрослые игры?       Феликс отталкивается от машины и с кошачьей грацией подходит к Хёну. Парень гладит Хёнджина по щеке, отчего тот дёргается, отворачиваясь. Феликс, наивно улыбнувшись, проводит рукой по светлым волосам.       — Мне даже как-то жалко их стричь. Этакая детская непосредственность, — глаза радостно улыбаются. — Но зато ты будешь выглядеть взрослее. Я же для тебя стараюсь, малыш, — делает акцент на обращении.       Сквозь толпу слышится шёпот и тихие вопросы: «Неужели, он это сделает?». Ну, конечно, король рейсеров сумасшедший, ему ничего не стоит сделать это. Новичок сам виноват, что напоролся, мог бы всё по-мирному решить.       А ещё больше Хёнджина бесит то, что его снова ведёт от прикосновений этой суки. Тяжело держаться. Тепло ладони в момент возвращает его в парк, когда он целовал парня, гладил и любил. Но унижение берёт верх, и глаза снова заволакивает пеленой злости и ненависти.       — Ненавижу тебя, — выплёвывает Хван.       — Ну, тише-тише, малыш, — мурчит и поворачивается к толпе. — У кого есть ножницы? Ну же, удружите мне, господа, — миловидная улыбка озаряет лицо Ликса.       Одна девушка подходит к нему с трясущимися руками и передаёт маникюрные ножницы со словами: «У меня только такие, сойдут?» — на что парень кивает, забирая их и благодаря.       — Хёнджин, присядь на тротуар, ты очень высокий, — парень просовывает пальцы в ушки ножниц и показательно чикает ими.       Юношу передёргивает, но он всё равно находит тротуар и, не жалея джинс, садится. Болельщики подходят к ним, заглядывая с интересом.       «Цирк тут нашли».       — Давай уже скорее покончим с этим, — желваки у Хвана ходят ходуном, но он по-тихоньку начинает смиряться с этим положением вещей.       — Как скажешь.       Феликс подходит ближе, и Хёнджина пробирает дрожью. Он прикрывает глаза и, чувствуя, что на плечо начинают падать прядка за прядкой, ощущает, что внутри снова начинает разрастаться буря злости и на эту высокомерную сучку, и на себя, потому что подумал, что и правда смог бы обогнать его. И сейчас Хвану ничего не остаётся, кроме как наблюдать, как на асфальт опадают его светлые волосы.       Над ухом слышится победное хмыканье, и Хёнджин понимает, что парень закончил пытку, напоследок проходясь подушечками пальцев по коже головы, оценивая результат.       — У кого-нибудь есть зеркальце? Дайте ему заценить моё творение, — Феликс отходит от парня на пару шагов, давая людям осмотреть результат.       Из толпы протягивается рука с зеркальцем, Ликс, взяв его, передаёт проигравшему в споре с наивнейшей улыбкой.       Увидев себя в зеркале, Хёнджин начинает громко материться, подскакивая с тротуара. Он пострижен просто ужасно: клочками и будто местами у него образовалась проплешина.       — Блять! Это… Это… У меня нет слов просто!       Грубо всучив зеркало обратно владельцу, он разворачивается к громко смеющемуся блондину. Будь Джин на его месте, тоже бы так смеялся, наверное.       — Феликс, ты такая сука!       Под весёлое угуканье Ликс отдаёт инструмент девушке и, прыгнув в Ferrari, уезжает, оставляя пыль и клубы дыма. Задерживаться Хёнджин не намерен, поэтому, даже не попрощавшись с другом, дважды униженный за сегодня парень летит к машине и, заведя её, с визгом покрышек удаляется с площадки.       Феликс — единственный, кто так бесит Хёнджина. Хван никогда не был конфликтным, но этот парень раздражает одним своим видом, из-за чего Хёнджин готов стереть его в пыль и никогда больше не видеть.       Главной задачей было приехать, чтобы никто не видел его из семьи в таком виде, иначе вопросов не оберёшься, а завтра он обязательно поедет в салон, чтобы привести в порядок это безобразие.

***

      Луч яркого июньского солнца пробивается через толстый слой штор. Потянувшись, парень берёт телефон — времени уже десять часов утра. Мама либо не торопится будить его, либо просто снова куда-то ушла.       Парень направляется в ванную. Увидев в зеркале своё отражение, он испуганно охает. Ночью это было не так катастрофически.       — Это пиздец какой-то, — вздыхает Хёнджин.       Главное, чтобы в салоне могли исправить этот кошмар, а пока юноша наденет кепку, сядет в машину и поедет в салон, где ему ранее красили волосы.       Мастер, сняв кепку, оглядывает весь ужас и хмыкает:       — На спор или мастер новичок? — девушка перебирает волосы, на что парень только тяжко вздыхает.       В зеркале юноша наблюдает задумчивое лицо мастера, сам же он не представляет, что вообще можно сделать, чтобы исправить этот кошмар.       Спустя полтора часа волшебные руки девушки финальным штрихом разносят по волосам гель для укладки, и в зеркале парень видит вполне неплохую версию себя: чёрные, как смоль, волосы, слегка зализанные назад. Да, короче, чем до этого, но выглядит необычно.       — Получилось довольно неплохо, спасибо.       Хёнджин поднимается с кресла, ещё раз оглядывая своё новое отражение, и направляется оплачивать, накидывая сверху ещё несколько тысяч вон мастеру за проделанную работу.       В чём-то эта сволочь Феликс права: с тёмными волосами Хёнджин выглядит взрослее и серьёзнее. С этими мыслями парень покидает салон и движется на встречу с Чанбином. Нужно продолжить тренировки, соревнования не за горами.

***

      Феликс просыпается, потягиваясь с улыбкой на большой двуспальной кровати. Вчерашняя гонка его вымотала — не физически, а морально, хотя повеселился он неплохо.       Взяв телефон с тумбочки, парень мажет взглядом по времени — 10:00. Это ещё не предел, он, бывало, спал и до двух часов дня. Торопиться-то некуда.       Поднявшись с кровати, Ликс плетётся в душ. Приведя себя в чувства и надев белые шорты с серой майкой, он спускается по лестнице на первый этаж особняка.       Из головы всё утро не выходит этот чёртов Хёнджин. Кто бы вообще мог подумать, что он сможет бросить Феликсу вызов? С хищной улыбкой парень проходит в обеденный зал, по всему дому витает аромат свежесваренного кофе и еды, желудок предательски подаёт знак, что не против подкрепится.       — Улыбаешься. Я безмерно рад, что у тебя прекрасное настроение, — мужчина, не отрывая взгляд, что-то печатает на ноутбуке, затем отпивает из чашки тёмную бодрящую жидкость. — Есть повод? Может, расскажешь, что послужило этому?       Феликс усаживается рядом с мужчиной, к нему тут же подходит домработница. Её специально привезли из Филиппин, в доме нужен был человек, который не знал бы язык. Женщина ставит перед парнем приготовленный омлет с беконом и бесшумно удаляется.       — Да так, вчера сделал одного новичка, который с чего-то взял, что сможет меня обогнать, — блондин хищно ухмыляется.       Мужчина отрывается от ноутбука и смотрит на Феликса, удивлённо изогнув бровь.       — Ну, что могу сказать, малыш, он полный идиот, — пожав плечами, он принимается снова что-то печатать.       — Так ему вчера об этом говорили все, но он не послушался. Итогом стало, что я лично постриг его длинные волосы, — Ликс изображает в воздухе ножницы и звонко смеётся.       Эта ситуация его более чем забавляет.       Облокотившись локтем о стол, Феликс отпивает чай и машинально отбрасывает прядь волос, открывая вид на позеленевший синяк на лице. Мужчина поднимает глаза и смотрит на следы своего деяния, и его собственное лицо мрачнеет. Резко встав со своего места, он подходит к Феликсу, обхватывая пальцами подбородок, поглаживая по скуле.       — Прости меня, детка.       Феликс с минуту смотрит снизу вверх на сожалеющее лицо мужчины, а затем отворачивается. Хорошее настроение мгновенно улетучивается.       — Сук Мин, мы уже говорили об этом, — парень натягивает ангельскую улыбку, — забудем.       — Ты же знаешь, мне иногда сложно себя сдерживать, — мужчина стоит словно провинившийся ребёнок, пытаясь оправдаться.       — Успокойся. Я же сказал, всё в порядке, — встав со стула, Ликс приобнимает любовника. — Просто я не во время зашёл к тебе в кабинет.       Мужчина гладит парня по хрупкой спине и, поцеловав место удара, с мягкой улыбкой отпускает Феликса. Моментально сменив выражение лица на серьёзное, он возвращается на своё место, принимаясь дальше строчить что-то на клавиатуре.       Сколько, интересно, это будет продолжаться? Сколько ещё будет он просить прощения, замаливая свои «не сдержался». При том что это выглядит приблизительно так: чем серьёзнее последствия удара, тем дороже подарок, которым он откупается.       Настолько дорого обходится парню распоряжение не своими деньгами и своей жизнью.       Ли Феликс родом из Австралии и ему двадцать четыре года. Отучился сначала в школе для мальчиков при католической церкви. Желание отца было сделать из парня приличного, чтобы семью не позорил и не шлялся где не попадя. Сам Феликс не был таким, да и становиться подобным ему не хотелось. Его планом было как можно скорее закончить обучение: сначала школу, затем поступить в университет на факультете журналистики. Вступительные он сдал самостоятельно, набрав высокий бал.        Феликс считает себя умным, начитанным и целеустремлённым. Если что-то в его голове стреляет, то он обязательно должен этого достичь. Закончив университет, он решил, что с него хватит надзора родителей, и уехал покорять Корею — как думал он.       Только он не знал, что в Сеуле сумасшедшая конкуренция. Чтобы устроиться на ту или иную должность, нужно доказать, стоишь ли ты этого места.       По приезде он, как сейчас помнит, нашёл две вакансии в небольшой компании, но там ему отказали, так как знание корейского языка ему нужно было подтянуть.       В семье у него в основном говорили на английском языке, редко на корейском. Ну что не сделаешь, чтобы тебя приняли, как своего?       Через день после отказов парень устроился в кафе официантом. Феликс подумал, что ничего постыдного в этом нет, ведь нужно как-то питаться. Крутись, как можешь, если хочешь жить, а не выживать.       И вот это выживание однажды нашло его — Кан Сук Мин.       Мужчина лет сорока однажды просто пришёл за двойным эспрессо, а после оставлял щедрые чаевые и стал чаще заходить. Сначала это были незначительные знаки внимания, улыбки, разговоры обо всём и ни о чём, за что юноша частенько получал нагоняй от владельца кафе, мол, Феликс проводит много времени за болтовнёй с клиентами.       А после ему на работу чуть ли не каждый день стали присылать цветы курьером. Всегда изысканные букеты и мелкие побрякушки: браслеты, кольца. Ли льстило такое отношение, но он всё же не понимал, чем удостоился такой чести.       Через месяц ухаживаний Сук Мин сказал ему за ужином в ресторане:       — Такой сладкий малыш не должен работать на побегушках. Будь со мной, будь рядом, ты мне очень нравишься.       И Феликсу тоже Сук Мин нравился. Когда он узнал, что мужчина в зрелом возрасте, охнул от того, как шикарно тот выглядел: подтянутое и в меру накаченное тело, на котором прекрасно сидели костюмы «тройка».       Сказать, что Ликс был рад такому стечению обстоятельств — ничего не сказать. Он удивлённо округлил глаза, когда увидел двухэтажный особняк любовника, на территории которого было много охраны. Сук Мин очень богат и у парня никогда не возникало вопросов, откуда же у мужчины столько денег.       У юноши была своя комната, где он мог заниматься своими делами, а также их общая спальня, где блондин всегда ждал его после работы, сгорая от безумных поцелуев, наглого языка, крепких и сильных рук.       Сук Мин позволял ему делать всё, что захочется душе. Хочешь пирсинг? Конечно! Хочешь татуировку в виде крыльев ангела? Без вопросов.       Мужчина обожал вид парня сзади, поэтому оглаживал имитацию крыльев на спине, в то время пока трахал его на своём рабочем столе в офисе, дома в кабинете, на обеденном столе, на балконе и в принципе везде, где приспичит этому ненасытному.       Прошёл год конфетно-букетного и жаркого секс периода. Мужчина стал задерживаться на работе, часто приходил поздно ночью и просто засыпал, не прикасаясь к парню. Как позже узналось: в бизнесе не всё бывает гладко, тем более в таком, как у него.       Феликса, привыкшему к постоянному вниманию от Сук Мина, это раздражало. Парню казалось, что он просто разонравился, и готовился к тому, что мужчина выкинет его на улицу рано или поздно. Наиграется красивой игрушкой и выбросит.       Но всё оказалось совсем иначе: Ликс стал сам проявлять инициативу и прилипал к Сук Мину, требуя ласки. Парень не понял, в какой момент начались побои. Поначалу это были просто пощёчины со словами: «Не лезь, когда я решаю проблемы по работе», — но после таких выходок он дарил подарки, проявлял ласку и внимательность. На миг казалось, будто всё возвращается на круги своя — любовь и счастье.       Откуда Ferrari?       Она появилась так же неожиданно, как и сломанное ребро. Просто Феликс появился не в то время и не в тот час, когда мужчина кричал на поставщиков за задержку нелегального товара. Парень, решив, что нужно успокоить своего любовника, подошёл ближе и, увидев почерневший и озлобленный взгляд, понял, что лучше бы вообще не появлялся в поле зрения. Один мощный удар в лицо и юноша осел на пол, а далее последовал удар ногой по рёбрам. От хруста у Феликса перед глазами закружилась комната, и он потерял сознание.       Долгая реабилитация, лечение и скорый полёт в Швейцарию, чтобы любимый малыш мог отдохнуть и поскорее восстановить своё здоровье. По приезде парень чувствовал себя намного лучше, а вечером перед ужином мужчина подарил ему эту Ferrari в качестве извинений.       Позавчера снова произошёл случай: они собирались на встречу — деловой ужин в кругу бизнесменов. Феликс должен был быть рядом с Сук Мином, но нужный человек, с которым тот хотел наладить контакт, написал, что не желает даже встречаться с ним, не то что обговаривать дальнейшее сотрудничество. Феликс снова попал под горячую руку, получив кулаком по скуле — юноша и вовсе отлетел к шкафу.       Сколько бы он ни старался замазать ссадину дорогим тональным кремом, не спасало, так как синяк расплывался моментально.       Зато как вчера Феликс порезвился: он поставил на место этого самоуверенного Хёнджина. Так ему и надо, теперь будет знать, как распускать руки.       Ликс не понимает, почему же так часто в голове стал появляться этот Хёнджин? Чего прицепился к нему?       Доев завтрак и допив чай, Ли поднимается со стула и выходит из обеденного зала под пристальный взгляд бизнесмена.       Мужчине явно приходится по вкусу такая перспектива: красивый мальчик с аппетитной задницей, смазливой мордашкой, терпящий все его рукоприкладства, от которого можно отмахиваться подарками.       Сук Мин разрешает ему участвовать в гонках, ведь таким образом парень может хоть как-то повышать свою самооценку, ведь дома её стабильно понижает сам мужчина.       Вот и слепил себе послушную куклу с наглым взглядом и острым языком.

***

      Следующие дни для Хёнджина проходят в постоянных тренировках. Один раз Чанбину даже удаётся вытащить парня в клуб, потусоваться и подцепить девочек. Только вот Хёну нет никакого дела до них, хоть и лезут к нему одна за другой.       Суббота подкрадывается незаметно. Приехав на площадку, где уже собирается толпа, каждый, увидев Хвана с новой причёской и цветом волос, высказывает своё восхищение. В этот раз он не ждёт приезда Феликса, да и незачем это. Достаточно того, что Хван опустил его на прошлой неделе без драки. До сих пор досада в груди горит. Пусть эта сука не показывается Хёнджину на глаза, иначе конфликта не избежать.       Только вот Феликс не приезжает в этот день — как чувствует, наверное, что Хвану нужна передышка ещё с недельку.       По сравнению с его Audi остальные машины слабее, и поэтому Хёнджин понимает, что выигрыш уже у него в руках. С натянутой улыбкой он принимает радостные вопли, ободряющие похлопывания и, конечно же, выигранные купюры.       Только вот победа почему-то не радует.

***

      Во вторник наступает день их соревнований. Хёнджин заезжает за Чанбином, желая показать свою красотку, ведь с момента покупки одногруппник её ещё не видел. Со, увидев Audi, присвистывает, а затем усаживается на переднее сиденье со словами:       — Остальные доберутся сами, погнали.       На улице стоит пасмурная погода, солнце прячется за затяжными облаками, но тем лучше — нет палящей жары и прогноз не обещает дождя.       Приехав на место соревнований и припарковавшись, ребята следуют к своей команде. Чанбин нервничает, ведь это не просто «полазить по стенам и препятствиям», а показать все свои навыки. А вот Хёнджин не переживает: стоит и спокойно попивает воду из бутылки, наблюдая за участниками, что проходят свой путь.       — Лично я настроен на победу, а ты, Хёнджин? — встав рядом, Со кладёт руку на плечо.       — А по-другому не должно быть, — улыбается Джин и зачёсывает пятернёй непослушные волосы.       Он начинает привыкать к этой стрижке и даже больше — она начинает ему нравиться. Хван уже позабыл, какого это — быть брюнетом. Этот цвет действительно добавляет ему солидности и изящности.       В конце концов волосы не зубы — отрастут.       — Скоро наша очередь, готовность через десять минут, — Со уходит к другим участникам команды.       Хёнджин уверен, что победа у них в руках, ведь достойных противников он не нашёл.       Только вот дальше всё идёт явно не по плану. Точнее, с его стороны всё выполнено без единой запинки: отработанный treeflip, katlip и прыжок выполнен на все сто процентов с точностью. Остальные парни быстро проходят свои испытания, но есть недочёты, как замечает Хёнджин — это не ставится ни в какое сравнение с участниками других команд. Самым последним замыкает цепочку Чанбин. Он идеально проходит всю дистанцию, но ближе к концу ему нужно задержаться руками на стене. Кувыркнувшись через голову, парень неудачно приземляется, запинаясь ногой о непонятно откуда взявшийся камень на площадке.       Счастье, что не ломает ногу. Врач, который обязательно присутствует на соревнованиях, ставит ему растяжение. И в итоге побеждает команда, которая выступает после них.       Чанбин винит себя и обратно уже они едут в полном молчании. Как бы Хван ни пытался приободрить одногруппника, всё было не то.       В голове проносится: «Вся чёрная полоса началась с этого проклятого Феликса».

***

      Такое ощущение, будто у Хёнджина теперь неделя состоит из суббот. Он вроде её ждёт, чтобы оторваться за всю неделю, но и не желает одновременно из-за одной причины — Феликс.       Audi выруливает на площадку, и Хван, заметив красную Ferrari, громко выругивается. Феликс стоит у своей машины в гордом одиночестве, неторопливо втягивая никотин в лёгкие и выпуская тонкую струйку дыма наружу. Удивительно, но в этот раз он ни с кем не разговаривает, хотя обычно окружён толпой.       Хёнджин, остановившись в десяти метрах от его машины, выходит, мягко прикрывая за собой дверь. Ли, повернув голову, замечает новую стрижку и криво улыбается.       — Отлично выглядишь, Хёнджин.       Джин смотрит на него и впервые не знает, как ответить: колко или спокойно. Пройдя мимо, не останавливаясь, он бросает короткое «спасибо» и идёт к Чану и парням, чтобы поздороваться.       Увидев друга, парни радостно свистят, приветствуя победителя прошлой гонки. Сегодня на заезде впервые в мыслях Хвана нет Феликса — только желание снять напряжение гонкой, скоростью и адреналином. Несмотря на то, что их машины на старте стоят рядом, Ли, глядя на Хёнджина, ухмыляется.       Насмехается?       Хван автоматом проверяет ремень безопасности и вцепляется в руль, не отрывая взгляда от девушки, дающей «старт». Как только флаг взмётывается, парень вдавливает педаль газа и летит вперёд.       На первом же повороте он обгоняет четыре автомобиля — в том числе и Toyota Чана. Лёгкое напряжение в теле мешает в какой-то степени здраво оценивать ситуацию. Обогнав ещё одну машину на перекрёстке, Хёнджин перестраивается. Странно, что в поле зрения уже давно не наблюдается красная Ferrari, но не тут то было — через несколько секунд из-за поворота показываются узкие фары итальянки.              Скорее всего, Ликс просто дал ему фору и поэтому отстал, зная, что, надави он чуть сильнее на педаль, обойдёт Хвана в три счёта. Они практически равняются, впереди мост, ведущий вниз.              Он не даст Феликсу победить! Хёнджин вдавливает педаль сильнее, машина отрывается, но Ferrari намного мощнее. Дорога сужается с трёх полос в две, и теперь Хван не просто едет, он лавирует из стороны в сторону, не пропуская Ли.        Сегодня маршрут новый — после дневного дождя дорожное покрытие скользкое, впереди съезд на дорогу, где отсутствует отбойник. Хёнджин сбавляет скорость, ведь вылететь в кювет не хочется, а Феликс чувствует, что соперник замедляется, поэтому ускоряется, идя практически на таран.       — Блять, ты что творишь, идиот?! — кричит во весь голос Хван.       Он пытается перекрыть дорогу Ли, чтобы тот снизил скорость, но парень чувствует, что тот, упрямая зараза, вовсе не собирается тормозить. Выкрутив руль, Хёнджин ощущает, как машину ведёт, и понимает, что столкновения не избежать.