ДОЖДЬ

Марию разбудил запах кофе и голос Евгении, которая уже была полностью одета и стояла в дверях спальни. — Вставай. Через полчаса выезжаем. — Куда? — Мария села, протирая глаза. Голова гудела, разбитая губа распухла ещё сильнее, синяк на скуле расцвёл фиолетовым. — В мою клинику. Я работаю, ты будешь сидеть в кабинете и не рыпаться. Или ты хочешь снова сбежать в бар? Мария промолчала. Спорить не было сил. Она натянула свою одежду — старую, мятую, которая после вещей Евгении казалась тряпьём. Евгения посмотрела на неё, вздохнула, но ничего не сказала. Только кинула на кровать тёплую кофту — явно свою, дорогую, мягкую. — Надень. Замёрзнешь. Мария надела. Кофта была велика размера на три и пахла теми самыми духами. В машине они опять молчали. Мария смотрела в окно на утренний город, Евгения читала почту в телефоне. Водитель вёл аккуратно, не оборачиваясь. Клиника встретила их стерильной тишиной и запахом дорогой медицины. Мраморный пол, кожаные диваны в холле, администратор в идеальной форме. — Доброе утро, Евгения Леонидовна, — девушка за стойкой улыбнулась профессиональной улыбкой. — Вам кофе в кабинет? — Да, как обычно. И моя гостья будет со мной. Они поднялись на второй этаж. Евгения открыла дверь своего кабинета ключом и вошла первой. Мария вошла следом и замерла. В кабинете, в кресле для посетителей, сидела абсолютно голая девушка. Тёмные волосы распущены, ноги скрещены, руки сложены на коленях. Идеальная фигура, дорогой маникюр, макияж — и полное отсутствие одежды. Она смотрела на вошедших спокойно, без тени смущения, как будто это было в порядке вещей. У Марии из носа хлынула кровь. Она даже не сразу поняла, что произошло — просто почувствовала тёплое на верхней губе, провела рукой и увидела красное. — Охренеть, — выдохнула она, зажимая нос. Голая девушка чуть приподняла бровь, но ничего не сказала. Евгения замерла на секунду, глядя на эту картину. Мария, зажимающая нос, в её огромной кофте, с разбитой губой и дикими глазами. И Катя, голая, спокойная, ждущая. Взгляд Евгении стал холодным. Она посмотрела на Катю — и в этом взгляде было что-то такое, от чего та побледнела. — Выйди, — сказала Евгения тихо. Катя встала, взяла свою одежду, аккуратно сложенную на соседнем стуле, и вышла, даже не одеваясь. Прикрыла дверь. Евгения перевела взгляд на Марию. — Сядь. Голову назад. Мария плюхнулась в кресло, запрокинула голову. Евгения подошла к мини-холодильнику, достала лёд, завернула в салфетку, приложила к её переносице. — Дыши ртом, — приказала она. — И не дёргайся. — Кто это была? — спросила Мария сквозь салфетку. — Моя ассистентка. — Голая? — У неё такие обязанности. Не твоё дело. — А чьё? Евгения посмотрела на неё долгим взглядом. — Моё. Сиди и молчи. Кровь остановилась минут через пять. Евгения убрала лёд, протянула Марии влажную салфетку вытереть лицо. Сама села за стол, открыла ноутбук, делая вид, что ничего не произошло. Мария сидела в кресле, чувствуя себя полной идиоткой. Кровь из носа при виде голой бабы. Класс. Через полчаса зазвонил телефон Марии. Она посмотрела на экран — Лена. — Алло? — Марья, ты где? — голос Лены был встревоженным. — Мы тут обыскались, вчера после драки ты пропала, Соболеву вон вообще увезли куда-то, её папашу тоже уволили отовсюду, ты как вообще? — Я… нормально. — Нормально? У тебя губа разбита, мне Илья сказал! Ты в больнице? Домой приедешь? — Я… не знаю. Пока в одном месте. — В каком месте? Марь, если что-то случилось, мы поможем. Только скажи. Мария покосилась на Евгению. Та сидела за столом, делая вид, что не слушает, но по напряжённой спине было понятно — слушает. — Всё в порядке, Лен. Правда. Я позже позвоню. Она сбросила вызов и уставилась в пол. Тишина в кабинете стала тяжёлой. — Друзья? — спросила Евгения, не поднимая глаз от ноутбука. — Да. — Волнуются. — Да. — Хорошо, что у тебя есть друзья. Мария молчала. А потом спросила то, что мучило её всё утро: — Откуда теперь брать деньги? Евгения подняла голову. — В смысле? — Я работу потеряла. Вы меня уволили, спасибо, конечно, но жить на что-то надо. На бюджете я, да, но еда, общага, проезд… — У тебя есть сорок тысяч. Ты их не тратила. — Они на таблетки и на маму. Таблетки кончатся, маме надо будет ещё. Это не выход. Евгения откинулась в кресле, скрестила руки на груди. — Хочешь честно? — Хочу. — Секс. Мария моргнула. — Что? — Ты хочешь деньги. Я хочу тебя. Мы уже это обсуждали. Ты на бюджете, я плачу за это своим влиянием. Но если тебе нужны живые деньги — у нас есть вариант. — Какой? — Регулярные встречи. Оплата за каждый раз. Как в прошлый раз. Мария смотрела на неё и чувствовала, как внутри закипает злость. Не на Евгению — на себя. На то, что это действительно был вариант. Единственный вариант. И тогда её понесло. — Ага, — сказала она, криво усмехаясь разбитой губой. — Значит, секс. А поцелуи? За поцелуи тоже будете платить? Или только за полноценный? Евгения приподняла бровь. — Обнимашки? Когда вы меня обнимаете, чтобы я уснула — это входит в стоимость или отдельно? А если я просто сижу в вашем кабинете и жду, пока вы разберётесь с голыми ассистентками — это оплачивается как аренда кресла? — Ты что несёшь? — Я не несу, я спрашиваю! — Мария встала, чувствуя, как адреналин толкает вперёд. — Раз уж мы теперь официально — секс за деньги, давайте всё по-честному. Прайс-лист составьте. За объятия — тысяча. За поцелуй в губы — две. За то, что вы меня кормите — скидка. За то, что я тут носом кровь пускаю при виде ваших развлечений — доплата за моральный ущерб. Евгения смотрела на неё абсолютно спокойно. Ни тени злости или раздражения. Только холодное любопытство. — Закончила? — Нет. Ещё за то, что вы вчера орали на меня у бара — компенсация. За то, что я теперь без работы — выходное пособие. За то, что… — Закончила, — перебила Евгения. — Сиди. Она встала, взяла сумку и вышла из кабинета, даже не взглянув на Марию. Дверь щёлкнула. Мария осталась одна. Прошло пять минут. Десять. Полчаса.Час Мария сидела в кресле и постепенно приходит в себя. Злость ушла, осталась пустота и чувство, что она только что совершила гигантскую глупость. Зачем я это сказала? Ответа не было. Просто сорвалось. Нервы, усталость, эта голая девушка, разбитая губа, мама на том конце провода, которой врут про «подругу Женю». Она закрыла лицо руками. Через час дверь открылась. Евгения вошла, неся в руках несколько листов бумаги. Села за стол, положила их перед собой, поправила очки и посмотрела на Марию. — Подойди. Мария подошла. Евгения протянула ей листы. — Читай. Это был контракт. Настоящий, юридический, с шапкой, печатью и подписями. Назывался он «Соглашение о персональном сопровождении» и состоял из нескольких пунктов. Мария читала, и глаза её округлялись. Пункт 1. Предмет соглашения: Сопровождающая сторона (Мария) обязуется предоставлять Сопровождаемой стороне (Евгении) услуги личного характера, включая, но не ограничиваясь: присутствие на мероприятиях, совместный досуг, физическую близость. Пункт 2. Оплата: За каждый час присутствия — 3000 рублей. За ночь (более 6 часов) — 25 000 рублей. Отдельные услуги оплачиваются согласно Приложению 1. Пункт 3. Медицинское обслуживание: Сопровождающая сторона обязуется проходить еженедельный медицинский осмотр за счёт Сопровождаемой стороны, включая анализы на содержание психоактивных веществ. При обнаружении запрещённых препаратов контракт расторгается. Пункт 4. Обучение: Сопровождаемая сторона обязуется оплачивать обучение Сопровождающей стороны (бюджетное место уже оформлено) и предоставлять доступ к учебным материалам. Пункт 5. Конфиденциальность: Разглашение условий контракта третьим лицам влечёт за собой штраф в размере 500 000 рублей. Мария перевернула страницу. Приложение 1 было отдельным листом. Поцелуй в губы (не более 30 секунд) — 1000 руб. Поцелуй глубокий (более 30 секунд) — 2500 руб. Объятия (до 15 минут) — 1500 руб. Объятия (более 15 минут) — 3000 руб. Присутствие в одной постели без физического контакта (за ночь) — 10 000 руб. Физическая близость (полный контакт) — 50 000 руб. Исполнение дополнительных просьб (обсуждается индивидуально) Мария подняла глаза. Евгения смотрела на неё с лёгкой усмешкой. — Ты хотела прайс-лист? Вот прайс-лист. Всё по-честному. Подписывай — и работаем официально. Нет — ищи другой способ заработать. Мария смотрела на бумаги и не верила своим глазам. — Это… шутка? — Абсолютно серьёзно. Я юрист, у меня свои люди. Контракт легален, заверен нотариально. Если ты подпишешь — он вступит в силу сегодня. — Но это же… это же… — Что? — Евгения склонила голову. — Секс за деньги? Ты сама это предложила. Я просто систематизировала. Мария сглотнула. — А если я не подпишу? — Тогда я найду другую девочку, которая подпишет. Вопрос времени. Ты не единственная, кто хочет денег. Тишина повисла в кабинете. Мария смотрела на Евгению и видела в её глазах что-то новое. Не холод, не расчёт. Азарт. Ей было интересно, что Мария выберет. — Дай ручку, — сказала Мария. Евгения протянула авторучку. Мария поставила подпись под контрактом и в трёх местах, где было указано. — Умница, — сказала Евгения, забирая бумаги. — А теперь иди умойся. Ты опять в крови. Мария только сейчас заметила, что у неё с пошла кровь из носа. Она пошла в туалет, чувствуя, что только что подписала себе приговор. Или спасение. Она ещё не знала.