Моя истинная

Прошел год. Год с того дня, как Джейкоб сделал ей предложение на рассвете после битвы. Год с тех пор, как она стояла у маяка, глядя в глаза смерти. Год с тех пор, как её жизнь разделилась на «до» и «после». Кэсси стояла на поляне в глубине леса, окруженная стаей. Место было особенным — священная земля племени Квилетов, куда чужим вход был запрещен. Сюда не ступала нога ни одного человека, не связанного с волками. До сегодняшнего дня. Сегодня был особенный день. Сегодня она проходила обряд посвящения. Не как человек при стае — таких было много, девушки, жены, подруги. А как равная. Как истинная сестра. Как та, кто доказала, что достойна стоять рядом с ними не по праву связи, а по праву души. Кэсси волновалась. Это было глупо — она знала каждого из них, знала их привычки, их слабости, их силу. Но сейчас, стоя в кругу, под взглядами двенадцати пар волчьих глаз, она чувствовала себя маленькой и беззащитной. Джейкоб стоял напротив. Вожак. Её вожак. Он улыбался ей — подбадривающе, тепло, любяще. Рядом с ним — Сэм, серьезный, торжественный, с амулетами старейшины на груди. — Мы собрались здесь, — начал Сэм, и голос его разнесся по поляне, отражаясь от деревьев, — чтобы принять новую сестру. Ту, что пришла к нам не по крови, но по духу. Ту, что доказала свою преданность. Кэсси чувствовала, как дрожат колени. Рядом с ней стояла Лия — не как подружка, а как свидетель. Странно, но за этот год они сблизились. Наверное, потому что Лия была единственной, кто никогда не притворялся. — Кэсси Эванс, — Сэм шагнул к ней. — Ты прошла через страх. Через боль. Через сомнения. Ты приняла нашу природу, когда могла отвернуться. Ты полюбила нашего вожака не вопреки тому, кто он, а благодаря. Сегодня мы признаем тебя сестрой. Навсегда. Без права отречения. Ты готова? — Готова, — ответила Кэсси. Голос не дрогнул. Первый подошел Сэм. Положил ладонь ей на плечо — тяжелую, теплую. Кэсси почувствовала, как по телу разливается что-то новое, незнакомое. Частица его силы. Его спокойствия. Его мудрости. — Принимаю, — сказал он. За ним — Эмбри. Легкое касание, улыбка. Частица его доброты, его мягкости. — Принимаю. Коллинз. Короткое, но искреннее. Частица его верности. Джаред. Пол. Один за другим они подходили, касались плеча, передавали частицу себя. Кэсси чувствовала, как внутри неё растет что-то новое. Не её сила — общая. Стайная. Билли подъехал на коляске последним из старших. Его ладонь, морщинистая и мудрая, легла на её плечо с особой тяжестью. — Ты стала той, кого мы ждали, — тихо сказал он. — Добро пожаловать домой, дочка. Кэсси едва сдерживала слезы. Лия подошла последней. Они стояли друг напротив друга — две девушки, которые когда-то ненавидели друг друга. Которые прошли через столько, что могли бы стать врагами. Но стали сестрами. — Ты меня бесила, — честно сказала Лия. Голос её звучал хрипло — она тоже волновалась. — Бесишь до сих пор. Твоя привычка оставлять кружки везде, твоя манера спорить по любому поводу, твоя дурацкая улыбка, когда ты смотришь на Джейкоба... Всё бесит. Кэсси улыбнулась сквозь слезы. — Но ты своя, — Лия положила ладонь ей на плечо. Крепко, по-настоящему. — Ты пришла в грозу. Ты стояла у маяка. Ты не сбежала, когда стало страшно. Ты выбрала нас. — Она сжала плечо. — Добро пожаловать в стаю, сестра. Кэсси разрыдалась. Она не хотела, но слезы потекли сами. От облегчения. От счастья. От чувства, что она наконец-то дома. — Спасибо, — выдохнула она, глядя на Лию. — Спасибо. Лия кивнула и отошла, давая место Джейкобу. Он подошел медленно. Осторожно. Будто боялся спугнуть этот момент. Остановился в шаге, глядя на неё сверху вниз. — Ну чего ты? — спросил он тихо, касаясь её мокрой щеки. — Я просто... счастлива, — всхлипнула Кэсси. — Это только начало, — он улыбнулся. — Только начало, слышишь? — Слышу. Он обнял её, прижал к себе. Кэсси уткнулась носом в его грудь, вдыхая знакомый запах — леса, дыма, его самого. Родной. Домашний. Её. — Я люблю тебя, — шепнула она. — Я знаю. — Наглый. — Твоя школа. Стая вокруг них завыла. Радостно, торжествующе, свободно. Волчий хор взметнулся к небу, отражаясь от деревьев, уходя ввысь, к звездам. Кэсси отстранилась, глядя на Джейкоба. На этого парня, который полтора года назад бесил её одним своим видом. Который ломал её заборы и шарахался от неё как от чумы. Который теперь смотрел на неё так, будто она была центром вселенной. — Джейкоб, — сказала она. — М? — Я хочу, чтобы мы поженились. По-настоящему. Он замер. — Что? — Ты слышал. Я хочу свадьбу. Со свидетелями. С платьем. С тортом. С цветами. Со всей этой дурацкой романтикой, которую я всегда ненавидела. Он смотрел на неё, не веря. — Ты серьезно? — А ты думал, я забуду твое предложение? — она усмехнулась. — Целый год прошёл. Я ждала, когда ты повторишь. А ты молчал. — Я думал, ты захочешь подождать... Колледж, работа... — Наждалась. — Она взяла его лицо в ладони. — Я хочу быть твоей женой, Джейкоб Блэк. Хочу просыпаться с тобой каждое утро. Хочу, чтобы у нас были дети — маленькие волчата, которые будут бегать по этому лесу. Хочу состариться с тобой. Хочу всё. — Кэсси... — Так что давай уже. Не тяни. Он рассмеялся. Громко, счастливо, запрокинув голову. Смех разнесся по поляне, вторил волчьему вою, поднимался к небу. — Да! — закричал он. — Конечно да! Ты выйдешь за меня? — Да, дурак! Он подхватил её на руки, закружил. Кэсси визжала и смеялась, цепляясь за его шею. Стая вокруг одобрительно выла, хлопала, свистела. — С ума сошли, — констатировала Лия, но улыбалась. — Завидуй молча, — крикнула ей Кэсси из объятий Джейкоба. — И не мечтай! Эмбри подошел к Лии, толкнул локтем. — Ты тоже когда-нибудь... — Заткнись, — оборвала она, но без злости. --- Вечером они сидели у костра на пляже. Вся стая. Эмили пекла зефир, Пол и Джаред спорили о чем-то, Сэм с Билли обсуждали детали церемонии. Джейкоб сидел на бревне, прижимая Кэсси к себе, и молчал. Счастливо молчал. — О чем думаешь? — спросила она. — О том, как я боялся, что ты откажешь. — Глупый. — Знаю. — Я люблю тебя. — Знаю. — Скажи тоже. — Я люблю тебя, Кэсси Эванс. Будущая миссис Блэк. — Звучит странно. — Привыкнешь. Она улыбнулась, глядя на огонь. — Джейкоб? — М? — А как мы назовем детей? Он поперхнулся воздухом. — Детей? Мы ещё не поженились! — Планировать надо заранее. — Ты невозможна. — Знаю. Так как? Он задумался. Потом улыбнулся той самой улыбкой, от которой у неё внутри всё таяло. — Девочку — в честь твоей мамы. Мальчика — в честь моего отца. — Эмили и Билли? — Эмили и Билли. — Договорились. Она поцеловала его в щеку. — Я так тебя люблю, — шепнула она. — Сильнее, чем вчера? — Сильнее, чем минуту назад. — Это хорошо, — он прижал её крепче. — Потому что я тоже. Каждую секунду сильнее. Где-то вдалеке завыли волки. Стая пела свою вечную песню. — Это они нас поздравляют? — спросила Кэсси. — Это они говорят «добро пожаловать домой». — А я уже дома. Джейкоб посмотрел на неё. На свою девочку, которая пришла в грозу. Которая стояла у маяка. Которая выбрала его. Которая теперь была его навсегда. — Да, — сказал он тихо. — Ты дома. --- Свадьбу назначили на лето. Чтобы солнце, чтобы зелень, чтобы весь Ла-Пуш гулял. Чтобы океан шумел в такт музыке, чтобы ветер играл фатой, чтобы стая выла от счастья. Кэсси сидела в своей комнате, глядя на эскиз платья, который нарисовала Эмили. Белое, легкое, с вышивкой волчьих следов на подоле. — Нравится? — спросила Эмили, заглядывая в дверь. — Очень. — Ты будешь красивой невестой. — Я буду счастливой женой. Это важнее. Эмили улыбнулась и села рядом. — Ты не жалеешь? — спросила она тихо. — Что связала жизнь с нами? — Ни разу. — Даже когда страшно? — Особенно когда страшно. Потому что рядом есть те, кто защитит. Эмили кивнула, понимая. — Сэм тоже так говорит. Что страх — это не причина бежать. Это причина быть вместе. — Мудрый у тебя муж. — А у тебя — любящий. Они помолчали, глядя в окно на лес. — Кэсси? — М? — Добро пожаловать в семью. По-настоящему. Кэсси улыбнулась. — Спасибо. Я рада, что вы у меня есть. — Мы тоже. --- Ночью, лёжа в кровати, Кэсси слушала дыхание Джейкоба. Он спал, уткнувшись носом ей в плечо, и во сне улыбался. — Спи, волк мой, — шепнула она. — Завтра новый день. За окном шумел океан. В лесу перекликались волки. А в маленьком доме в Ла-Пуше спала будущая миссис Блэк, которой снился все тот же сон.