Венерина мухоловка

Соблюдая выработанный за прошедшие дни порядок, Минхо ушел на самый дальний ряд аудитории, откуда наблюдал, как суетятся студенты, настраивая самопишущие перья, чтобы убежать на другую лекцию или в библиотеку. В библиотеке можно не только учить, но и поспать, воспользовавшись пологом тишины. И до столовой от нее недалеко. Уйти из здания во время основных занятий — означало получить прогул, разбирательство и отработку. Поэтому по всему университету имелось много мест, где можно учиться дополнительно или от учебы увильнуть. Минхо решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Спать можно не выходя из аудитории. Профессора считали — неважно, что студент делал на лекциях, сдавать он будет, как будто слушал и все записывал. Хёнджина, предсказуемо, не наблюдалось. Очень уж его подсосали вчера фейри. Наверняка уже отметился и нашел себе тихий уголок для сна. Сами фейри устроились на первой парте и хихикали, как ни в чем не бывало. Неужели их не накажут за устроенный погром? Недолго думая, Минхо постучал по макушке сидевшего перед ним парня, которого точно видел вчера в таверне. — Ты знаешь, почему зубастых не выгоняют из универа? — не дав жертве опомниться, спросил он. — Не ходить же им голодными? — пожал плечами парень. — Штраф впаяют за разгром и все. А что им тот штраф, они богаче короля. Старшекурсники с бытового все в миг восстановят, еще и зачет получат по практике. — Хорошо устроились, — хмыкнул Минхо и откинулся на спинку скамьи. — А зачем они вообще сюда пришли? В университет? — Говорят, что учиться, а там кто их знает, — ответил парень. На этом их беседа завершилась. В аудиторию вошел профессор, наколдовал шумопоглощение и начал говорить. В первые дни Минхо не понимал, как самопишущие перья не записывают все подряд, потом увидел, что и тут замешана магия. Особое заклинание отсекало лишние звуки, оставляя лишь голос лектора. Живые занятия были только по «основам магии» и «трансфигурации», когда профессор заставлял проверять продиктованное заклинание немедленно. Отвратительная система. Достаточно не туда поставить ударение или ошибиться в одном звуке, как гроза превращалась в козу. Или наоборот. Вторая лекция тоже прошла тихо, а на перемене его нашел Хёнджин. В помятой одежде и с не менее мятым лицом, он вывернул из-за угла и врезался в Минхо. — Хоть смотри, куда идешь! — возмутился Минхо, потирая плечо. — Я тебя искал! — потер грудь Хёнджин и присел собирать вывалившиеся из сумки пергаменты. Один свиток укатился довольно далеко, и его пинали все дальше и дальше. Вместо того, чтобы бежать за ним, Хёнджин прищурился, щелкнул пальцами и потянул к себе невидимую нить. Сбежавший свиток устремился к нему, будто живой, пролетая между ног, едва не застрял в чужой сумке, забился рыбиной и с размаха влетел Хёнджину в руки. — И какая у тебя дальность захвата? — с тщательно выверенным равнодушием поинтересовался Минхо. — Метров двадцать, может больше, давно не проверял, — запихнул пергамент в сумку Хёнджин. — Как ты что-то находишь в таком бардаке? Вынь лишнее и все поместится, — похлопал свою тощую сумку Минхо. — Сегодня вынь, завтра положи, а расписание изменится. А так все под рукой, — тряхнул сумку Хёнджин, утрамбовывая содержимое. — Я к ней магическое расширение прикрутил, хоть слона можно положить. — Ты его утащишь, слона? — фыркнул Минхо и внезапно понял, почему Хёнджин часто таскает сумку за собой, а не носит. — Можно? Хёнджин поднял сумку и передал Минхо, тот ухватился за ручку, предполагая, что она тяжелая, но не ожидал, что настолько. Получалось, что Хёнджин не просто силен, а буквально атлант, подпирающий небо. — Ой, — сделал испуганные глаза Хёнджин и скастовал заклинание. Сумка так резко стала легче, что Минхо покачнулся и сделал шаг назад, стараясь удержать равновесие. — Прости, заклинание легкой ноши вечно отваливается, когда сумку берет кто-то другой, — забрал свои пожитки Хёнджин. — Я, собственно, что тебя искал. Слышал, завтра объявят пары по совместимости. Интересно, кто с кем совпадет. Знаешь, фейри совпадают на девяносто шесть процентов. Говорят, это самое сильное совпадение за последние четыреста лет. У меня больше тридцати пяти ни разу не было. И каждый год моего напарника забирает кто-то другой с большим совпадением. Микош совпадает со мной всего тридцатью процентами. Это мало, наверняка кто-то перебьет. Опять привыкать к новому человеку. Я так волнуюсь, даже руки замерзли. Он приложил холодные пальцы к горящей щеке Минхо и сразу отдернул, прочитав по лицу все, что думает Минхо о магах с их сумками и холодными руками. — Извини. Ой, звонок, мне надо бежать, — спохватился Хёнджин. — Встретимся еще. Минхо прислушался, никакого звонка не было, студенты продолжали кучковаться в коридорах и рекреациях, чинно прогуливался дежурный профессор, под потолком с характерным бумажным шуршанием летали самолетики магической почты. И пары совместимости должны объявить только в понедельник, а завтра суббота, не учебный день. Минхо хотел крикнуть этому олуху, что тот ошибся днем, но тут и правда прозвенел звонок и пришлось быстро искать свой кабинет. Ох уж это его особое расписание. Выходил из универа Минхо в преотвратнейшем настроении. Две последних пары были по практической магии, а значит почти три часа он пытался не облажаться в самых простых заклинаниях, а остальные старались не лопнуть от смеха. В следующий раз он будет брать деньги за это шоу. Озолотится! Собственная магическая криворукость бесила. Чем больше он злился, тем хуже получалось. Чем хуже получалось… Замкнутый круг, да. Когда он строевым шагом человека, готового убивать, проходил мимо цветника во дворе университета, в его ноги впились тысячи кинжалов. — Да блять! — взвыл Минхо. Испуганный котенок молнией взлетел ему на плечо и там впился когтями в окаменевшие от напряжения мышцы, шипя и поднимая шерсть дыбом. Минхо думал, что котенок шипит на него, но тут из-за его спины, задрав носы, выплыли фейри в сопровождении кузенов. Пройдя вперед метров на пять, один из них, Умути, обернулся и показательно облизнулся. Вот же заразы, почувствовали эмоции Минхо и прилипли полакомиться. Так бы и сосали, если бы котенок не вспугнул. — Ты мой защитник, — почесал Минхо котенка одним пальцем по горлу. Котёнок довольно заурчал, потоптался мягкими лапками и улёгся на плече, как прилепленный. Выходные дни Минхо отличались от выходных простых смертных тем, что он работал больше, чем в учебные дни. Запустив сразу несколько котлов, он непрерывно помешивал, резал и толок в ступках, передвигаясь короткими перебежками. Некоторые зелья могли вариться только на улице, другие не могли стоять рядом, поэтому весь дом и двор превращались в большую зельеварню. Даже ночью приходилось постоянно вставать, чтобы перемешать густеющие субстанции. Ко всему прочему постоянно приходили клиенты. Люди в округе быстро расчухали, что у них появился новый зельевар, и начали наведываться с вопросами что-почем. Еще только приехав в город, Минхо выяснил уровень цен и примерный перечень продаваемых другими зельеварами зелий. Удивился столичным ценам, посмеялся над скудостью вариантов и быстренько набросал мелом на доске, что он мог бы предложить, от банальных снотворных и энергетиков, через универсальные исцеляющие к экзотическим — изменяющим разные части тела. Маленький член был проблемой во все времена. Со временем у него образовался круг постоянных покупателей. Один фермер оптом брал зелье, повышающее надои для своих коров. Местный курьер прибегал за зельем ускорения. Пекарь оценил личное изобретение Минхо — зелье нечерствеющего хлеба. Вкус от него совершенно не менялся, а свежесть сохранялась гораздо дольше. Покупатели часто останавливались поболтать, отнимая остатки свободного времени, но Минхо не жаловался. Ему хорошо платили, советовали другим, постепенно создавая определенную репутацию, и он ею дорожил. После той выходки с неизвестным ингредиентом, котенок больше ничего не портил. Наоборот, Минхо заметил, что пока все варится правильно, котенок играет с какой-нибудь бумажкой, листиком или собственным хвостом, но стоит чему-то начать подгорать, как он принимается истошно мяукать, недовольно вертя носом. Несколько раз Минхо чуть медлил, проверяя наблюдения, и убедился, что если не поспешит к нужному котлу, то получит тысячу кинжалов в многострадальную ногу. Видя, что Минхо не реагирует на его призыв, Уголёк забирался ему на плечо и орал прямо в ухо. Зараза горластая. Посетители котенка не интересовали ровно до очередного стука в дверь. — Войдите! — крикнул Минхо не оборачиваясь. Он как раз разливал готовое зелье по пузырькам и был немного занят. — Ого, я и не знал, что новая ведьма, о которой только и говорят на рынке, это ты. Голос говорившего показался до боли знакомым. И говорил этот голос традиционную ерунду. — Здравствуй, Хёнджин. Какими судьбами? — обернулся Минхо, проигнорировав незаслуженное звание "ведьмы". Где настоящие ведьмы, а кто он? Смех, да и только. — Не поверишь, за зельями, — рассмеялся Хёнджин, с любопытством разглядывая котлы и прочую утварь. — Говорят, что твои самые лучшие. — И самые дорогие. У городского зельевара в два раза дешевле. — Зато работают, — не смутился Хёнджин. — А чего не сделаешь автопомешивание? — Такой умный, возьми и сделай, — огрызнулся Минхо. Пробовал он уже, только хорошее зелье испортил. Надо было на воде тренироваться, а он сразу на зелье, ступил, но не признаваться же. — Так надо от тебя же… ну… подпитываться, — растерялся Хёнджин. — Давай я сам как-нибудь с этим разберусь? За какими зельями пришел? Ума? Покупай и иди, не мешай работать, — накинулся на него Минхо. Каждый школяр будет указывать, что ему делать. Поникший Хёнджин быстро перечислил что ему надо, расплатился без споров и ушел. Было ли стыдно Минхо за его неприветливость? Нет. Пусть скажет спасибо, что пинка не дал для ускорения. За всеми делами Минхо совершенно забыл о магическом распределении в пары. А зря. В понедельник университет гудел, как осиный улей. Минхо еще никогда не видел студентов такими взволнованными. Будто решался вопрос жизни и смерти. Больше всего внимания уделяли первокурсникам, которые и внесут изменения в пары прошлого года. Минхо не очень понимал систему и необходимость, но со всех вновь поступивших снимался слепок ауры. Потом эти слепки сравнивали и на их основе создавали пары для прохождения особых практических заданий и выпускного испытания. Совместимость выражалась в процентах, самая высокая сейчас была у фейри. Их фото висело в фойе на специальной доске в золотой рамке, ниже пирамидой располагались остальные пары. Сейчас перед этой доской толпился народ, ожидая магической смены фотографий. Вот всю стену заволокло туманом перемен, раздался бой часов, все замерли, затаив дыхание. С последним ударом туман рассеялся, открывая новые сочетания. — Серьезно? — раздалось изумленное прямо над ухом Минхо, зажатого в толпе. — Не может быть. По всему фойе пронесся удивленный гул, перекрытый возмущенным криком фейри. — Пустите, пустите меня! Я иду к своей паре! — раздался радостный голос Хёнджина совсем рядом. Минхо приподнялся на носочки и обернулся на звук. Интересно, кому же достался этот болтун? Вот не повезло парню. И тут он посмотрел на фото в золотой рамке. — Твою налево. Ну, нет!