Певчья клетка

Гарри не помнил, как вернулся в комнату. Он просто шёл — мимо пруда, мимо развалин беседки, мимо кустов самшита. Пожиратель ждал у входа в сад, молча повёл его обратно по коридорам, втолкнул в знакомую дверь. Лязгнул засов. Гарри стоял посреди комнаты с балдахином и смотрел на свои руки. В одной всё ещё было зажато надкусанное яблоко. Он сел на кровать. Откусил ещё кусок. Кислое. Вкус свободы. «Ты — мой последний крестраж». Голос Тома звучал в голове — не холодный, не шипящий. Тёплый. Почти родной. «Мы никогда не сможем быть по-настоящему чужими». Гарри закрыл глаза. Перед внутренним взором снова встало лицо Тома — того, из сада. Карие глаза, тёплая улыбка, пальцы, сжимающие его руку. А потом — красные глаза, змеиное лицо, холодная усмешка. Одно и то же. Два в одном. — Что мне делать? — прошептал Гарри в пустоту. Яблоко закончилось. Остался только огрызок. Гарри повертел его в пальцах и вдруг вспомнил — точно такой же огрызок он когда-то выбросил в кусты под яблоней. В другом мире. В другой жизни. Или в этой? Время здесь текло иначе. Скрипнул засов. Гарри напрягся, но это был Драко. С мертвенно-бледным лицом и трясущимися руками. — Ты как? — спросил он, прикрывая дверь. — Не знаю, — честно ответил Гарри. — А ты? Драко прислонился к стене, сполз по ней на пол. — Я только что видел, как казнили троих, — сказал он глухо. — Из твоего Сопротивления. Их поймали в лесу, когда они пытались подобраться к поместью. Гарри похолодел. — Кто? — Я не знаю имён. Молодые. Девушка и двое парней. — Драко закрыл глаза. — Лорд сам это сделал. "Авада" — и всё. А потом повернулся ко мне и улыбнулся. Сказал: "Драко, присмотри за моим мальчиком. Сегодня важный вечер". Гарри смотрел на него и чувствовал, как внутри закипает что-то страшное. Ярость? Отчаяние? И то, и другое. — Зачем ты мне это говоришь? — спросил он. — Чтобы ты знал, — Драко поднял на него глаза. — Чтобы ты понимал, с кем имеешь дело. Он не Том, Поттер. Он монстр. И если ты сегодня скажешь "да"... — Я не скажу "да", — перебил Гарри. — А что ты скажешь? Гарри молчал. — Если ты скажешь "нет", — продолжил Драко, — он убьёт твоих друзей. Прямо на твоих глазах. А потом, возможно, и тебя. Или оставит жить — как напоминание. — Я знаю. — И что ты будешь делать? Гарри посмотрел на него долгим взглядом. — А ты? — спросил он. — Что будешь делать ты, Драко? Драко усмехнулся — горько, без веселья. — Я уже сделал. Я помог тебе. Если узнают — меня убьют. Медленно. — Зачем ты это сделал? Драко молчал долго. Потом заговорил — тихо, сбивчиво. — Помнишь, на шестом курсе... я не смог убить Дамблдора. Стоял и трясся, а палочка опускалась. Я думал, что я трус. А теперь понимаю — это был мой последний человеческий поступок. После него я стал тем, кем стал. А сегодня... сегодня я снова почувствовал себя человеком. Он поднял глаза на Гарри. — Ты не должен быть с ним, Поттер. Даже если он покажет тебе Тома. Даже если ты его любишь. Он чудовище. И он сожрёт тебя. Гарри смотрел на Драко и видел в нём себя. Такого же сломленного, разбитого, но всё ещё пытающегося держаться. — Спасибо, — сказал он просто. — Не за что. Они сидели в тишине — один на кровати, другой на полу. Каждый думал о своём. А время тянулось. Лязг засова прозвучал как выстрел. Вошли двое Пожирателей. — Пора, Поттер, — сказал один. — Лорд ждёт. Драко встал, отряхнулся. Встретился взглядом с Гарри. — Держись, — шепнул он. Гарри кивнул и вышел за Пожирателями. *** Его вели не в столовую. В ванную. Старую, с чугунной ванной на львиных лапах, ту самую, где он мылся в первые дни. Только теперь здесь горели свечи, на полу лежали чистые полотенца, а на стуле — аккуратно сложенная одежда. — Мойся, — приказал Пожиратель. — Переодевайся. Лорд не хочет видеть тебя грязным. Дверь захлопнулась. Гарри остался один. Он разделся медленно, будто во сне. Залез в горячую воду — она обожгла кожу, но это было даже приятно. Сидел, глядя на свои худые руки, на выступающие рёбра, на синяки, оставшиеся после плена. Вода темнела, смывая грязь и усталость. Гарри закрыл глаза и попытался представить, что будет через час. Том. Улыбающийся, тёплый, любящий. И монстр. Красноглазый, холодный, убивающий. Одно лицо. Одна душа. «Я — часть тебя. Ты — часть меня». Гарри вылез из воды, вытерся жёстким полотенцем. Одежда на стуле оказалась знакомой — тёмно-синяя рубашка, чёрные брюки. Такие же, как носил во сне. Он оделся. Посмотрел на себя в мутное зеркало. Оттуда смотрел Гарри Поттер. Живой. Почти. — Что бы я ни сказал, — прошептал он своему отражению, — это будет правильно. Потому что это мой выбор. Отражение молчало. Дверь открылась. — Идём, Поттер. Гарри вышел. Они шли по коридорам. Мимо зеркала в холле — Гарри мельком увидел своё отражение и отвернулся. Мимо лестницы. К столовой. У двери Пожиратель остановился. — Заходи. Гарри глубоко вздохнул. Положил руку на ручку. Толкнул дверь. Свечи горели. Стол ломился от еды. Во главе стола сидел Волан-де-Морт. Красные глаза, змеиное лицо, чёрная мантия. Увидев Гарри, он улыбнулся — и на секунду, всего на секунду, Гарри снова увидел Тома. — Проходи, Гарри, — сказал он. — Садись. Нам есть о чём поговорить. Гарри шагнул в столовую. Дверь за ним закрылась.