Лунарис. Сердце Полумесяца.

Снаружи бушевала гроза — горы словно решили скрыть их от глаз гвардейцев, затянув ущелье стеной ливня. Внутри пещеры было сухо, но воздух казался наэлектризованным. Джаред развел небольшой костер, стараясь, чтобы дым уходил в расщелину в своде. Макс сидела на расстеленном плаще, привалившись к теплому боку Лунариса. Черный дракон дремал, но его хвост мерно постукивал по камням, контролируя каждое движение Джареда. — Мои парни... они знают, где искать, если отобьются, — нарушил тишину Джаред. Он сидел напротив, помешивая угли кончиком кинжала. — Но сегодня они не придут. Слишком опасно летать в такой шторм. — Тебя это пугает? — Макс посмотрела на него сквозь языки пламени. — Остаться наедине с «ошибкой»? Джаред отложил нож и поднял на неё взгляд. В неверном свете огня его лицо больше не казалось наглым — оно выглядело усталым и непривычно открытым. — Меня пугает то, что я не могу тебя просчитать, Макс. Я привык к барышням, которые плачут и умоляют. Я привык к парням, которые понимают только язык силы. А ты... ты прыгаешь со скалы просто чтобы доказать, что ты свободнее нас всех. Он помолчал, а затем добавил тише: — Знаешь, почему я стал всадником-изгоем? Мой отец был капитаном гвардии. Он верил в честь и верность королю. А потом король приказал сжечь деревню, в которой якобы скрывались мятежники. Мой отец отказался. Его казнили как предателя, а меня выбросили на улицу. Я научился быть задирой и подонком, потому что в этом мире либо ты бьешь первым, либо тебя стирают в порошок. Макс почувствовала, как ком подкатил к горлу. Она не ожидала такой исповеди от парня, который еще утром насмехался над ней. — Мы оба изгои, Джаред, — тихо сказала она. Она невольно провела рукой по стене пещеры, за которой сидела. Под слоем пыли и копоти её пальцы нащупали странные борозды. Макс взяла обгоревшую ветку и очистила камень. На стене проступили рисунки. Это не были просто каракули — древняя резьба изображала всадников на огромных черных драконах. У каждого всадника на руке был выжжен символ, точь-в-точь повторяющий метку на груди Лунариса. — Джаред, посмотри... — прошептала она. Он подошел и замер у неё за спиной. Его дыхание коснулось её затылка, вызывая дрожь. — Это Хранители Луны. Легенда гласила, что их кровь никогда не иссякнет, она просто затаится в тени, ожидая своего часа. В этот момент Лунарис внезапно открыл глаза. Макс почувствовала странный толчок в голове — не звук, а образ. Она увидела эту пещеру сотни лет назад, увидела мужчину с такими же зелеными глазами, как у неё, который прикладывал руку к этому самому камню. — Он... он показывает мне их, — выдохнула Макс, её рука сама потянулась к изображению. Как только её ладонь коснулась камня, метка на груди Лунариса вспыхнула серебром, и вся пещера наполнилась мягким, пульсирующим светом. Макс покачнулась от избытка чувств, но сильные руки Джареда подхватили её, не давая упасть. Он не отпустил её. Его ладони жгли кожу сквозь тонкую ткань рубашки. Макс подняла на него взгляд, и в полумраке пещеры время словно остановилось. Опасность, древние тайны, погоня — всё это отошло на второй план. Остался только стук двух сердец и запах дождя. — Если ты та, о ком говорят эти камни, — прошептал Джаред, медленно сокращая расстояние между ними, — то я совершил самую большую ошибку в жизни, когда решил, что смогу тобой командовать. Его губы были в сантиметре от её, когда Лунарис внезапно вскочил на лапы и издал утробный, предупреждающий рык, глядя в сторону входа в пещеру. — Нас нашли? — Макс мгновенно подобралась, адреналин вытеснил романтику. Джаред выхватил меч, заслоняя её собой. — Нет. Это не гвардейцы. Это Кайл. Но он не один.