Право на тебя

После той ночи что-то изменилось. Я перестал контролировать даже то, что ещё пытался контролировать раньше. Я ждал его. Жил от одной встречи до другой. Считал часы, смотрел на телефон, ловил себя на том, что улыбаюсь, когда думаю о нём. Это было неправильно. Я знал. Но ничего не мог с собой сделать. Мы снова встречались. Два раза, три, четыре. Я перестал считать. В какой-то момент ключ в почтовом ящике стал таким же естественным, как зубная щётка в ванной. Я просто знал: сегодня он придёт. И он приходил. Всегда. Иногда мы занимались сексом. Иногда просто лежали. Иногда я засыпал в его объятиях и просыпался от того, что он гладил меня по голове. Я привык к его запаху, к его рукам, к тому, как его сердце билось под моей щекой. Я перестал думать о том, что будет дальше. Просто плыл по течению.

***

Но в один из дней иллюзия моей нормальной жизни лопнула, как мыльный пузырь. В тот день я увидел Джухо снова. Я шёл по коридору после пары, листая расписание в телефоне, и чуть не врезался в него. Он стоял прямо передо мной, загородив проход. Я поднял глаза и замер. Он смотрел таким взглядом, что у меня внутри всё переворачивалось. И не от трепета или радости, от всепоглощающего ужаса, что сейчас произойдёт что-то, что сломает мою жизнь окончательно. — Что хотел? — равнодушно спросил я. Он криво усмехнулся, складывая руки на груди. — Ты даже не представляешь, Чонгук, — сказал он тихо приторно-сладким голосом. — Думаешь, ты такой умный? Думаешь, всё под контролем? — Отвали, — я попытался обойти его, но он схватил меня за руку. — Ты знаешь, кто он? — прошипел Джухо мне в лицо. — Ты хоть понимаешь, с кем спишь каждую ночь? Я отдёрнул руку. — Не твоё дело. — Не моё? — его истеричный смех разнёсся по коридору. — Это я привёл его к тебе! Это я помог ему засунуть член в твою задницу! И теперь ты говоришь, что это не моё дело? Я смотрел на него и не верил. Он сам это говорил. Сам признавался. С такой злобой, с таким наслаждением, будто это было его главное достижение. — Зачем? — выдохнул я. — Зачем? — Джухо шагнул ближе. — Затем, что ты у меня всё забрал. Он должен был быть моим. А ты... ты даже не знаешь, кто он. Ты трахаешься с ним, но даже понятия не имеешь, чьи руки тебя трогают. — Заткнись. — А хочешь узнать? — ядовитая улыбка исказила его лицо вперемешку с истеричным хохотком. — Я скажу тебе. Только тс-с. Это секрет. Тот альфа — это Ким Тэхён. Тот самый, которого ты боялся до усрачки. Кого так шарахался. Он трахал тебя, пока ты был в отключке, а теперь ты сам к нему приходишь. И даже не знаешь, что это он. У меня потемнело в глазах, в горле встал липкий ком, а в ушах нарастал противный звон. — Я тебе не верю. — Проверь, — Джухо развернулся и пошёл по коридору. На прощание он бросил через плечо: — Он сейчас у своей машины. На задней парковке. Я стоял и смотрел ему вслед. В голове пусто. Я не мог поверить в это. Но внутри уже что-то щёлкало. Волк... волк молчал. Не выл, не метался. Он просто ждал. Будто знал что-то, чего не знал я. Я вспомнил, как он успокаивался рядом с Тэхёном в столовой или в аудитории. Как смотрел на него с любопытством. Как тянулся. Нет. Нет, это бред.

***

Задняя парковка была почти пуста. Несколько машин, фонарь, тусклый свет. Я увидел его сразу. Тэхён стоял у чёрного внедорожника, прислонившись спиной к двери, и смотрел в телефон. Он поднял голову, когда услышал шаги. Наши взгляды встретились. И по его лицу я всё понял. Мне даже не нужно ничего говорить. Он уже знал. Я не думал. Не давал себе времени на размышления. Потому что если бы я начал думать, то, наверное, развернулся бы и ушёл. Я просто рванул к нему. Схватил за воротник, притянул к себе и впился в его губы. Это был не тот поцелуй, что мы дарили друг другу ночами. Никакой нежности, осторожности. Это был поцелуй ярости, отчаяния, проверки. Я хотел, чтобы он почувствовал, как я зол. Хотел убедиться, что это реально. Его губы были тёплыми. Знакомыми. Я не задерживался дольше необходимого. Разорвав поцелуй, я дёрнул его голову в сторону и уткнулся носом в его шею. А затем замер. Запах был. Жжёный кедр. Тот самый, который я вдыхал каждую ночь. Который стал для меня родным. Я чувствовал его. Едва уловимо, но ощущал. Я отпустил его воротник и отшатнулся. Когда я посмотрел на него, внутри у меня что-то оборвалось. — Это был ты, — прошептал я, до сих пор не веря. — Чонгук... — начал он. — Это был ты! — тихий шок сменился злостью. Каждое слово резало горло. — Это ты... всё это время... ты! — Гуки, нет, подожди, послушай... — он шагнул ко мне, протянул руку. Я отшатнулся. Затряс головой. Слова застревали где-то в груди, рвались наружу, но выходили рваными, бессвязными кусками. — Ты... я думал... Как ты мог? Как ты мог молчать? Каждую ночь... ты приходил ко мне каждую ночь, а я не знал, кто ты! Я боялся тебя! Я боялся тебя столько лет, а ты... ты был рядом, ты трогал меня, ты... а я не знал! — Я не мог сказать, — голос Тэхёна дрожал. — Если бы я сказал, ты бы ушёл. Ты бы не дал мне шанса. — Шанса?! — я засмеялся. Истерично, некрасиво, со всхлипами. — Какого шанса?! Ты насиловал меня! Ты пользовался мной, пока я был без сознания! А теперь говоришь про шансы?! — Я не трогал тебя! — выкрикнул он. — Чонгук, клянусь, я не трогал тебя до той ночи! Я замер. Внутри нарастало что-то тёмное. Я чувствовал, как оно съедало меня. Съедало заживо. — До той ночи я только лежал рядом, — он говорил быстро, сбивчиво, будто боялся, что я перебью. — Да, я удовлетворял тебя. Твои потребности. Но я не трогал тебя для себя. Ни разу. А в ту ночь... в ту ночь я не смог себя контролировать. Джухо подсыпал мне в виски возбудитель. Я не знал. Я просто... я сорвался. — Ты... — Я сразу понял, что ты моя пара, — перебил он. — В первый же день. Четыре года назад. Четыре года, Чонгук. Но ты шарахался от меня. От любой моей попытки к тебе приблизиться. А мой волк сходил с ума. У меня начались вспышки агрессии. Я чуть не убил человека в баре, потому что не мог себя контролировать. И я не знал, что делать. Я слушал и не верил. Не мог поверить, что это всё случилось со мной. — Джухо сам пришёл ко мне, — продолжал Тэхён. — Он придумал этот план. Сказал, что твоему волку нужно привыкнуть ко мне. Я не знал про снотворное. Думал, ты просто крепко спишь. Первое время я просто лежал рядом. Просто вдыхал твой запах. Этого почти хватало. — Почти, — эхом повторил я. — Я знаю, что это не оправдание, — у него сел голос, сорвавшись на тихие хрипы. — Я знаю, что поступил отвратительно. Но я не мог по-другому. Ты моя пара. Мой волк без тебя не жил. И я... я сам этого хотел. Каждую ночь, когда приходил к тебе, я хотел быть рядом. Хотел касаться тебя. Хотел, чтобы ты меня узнал. Но не мог. Он провёл рукой по лицу. — Ты даже не представляешь, каково это — когда твоя пара тебя боится. Когда ты не можешь подойти, не можешь заговорить, потому что от одного твоего взгляда он вздрагивает. Я пытался. Четыре года пытался забыть, отпустить, найти кого-то другого. Но мой волк... он выбирал только тебя. Я стоял и смотрел на него. В голове было пусто. Ни одной мысли. Только этот голос, только эти слова, только запах жжёного кедра, который теперь заполнял всё вокруг. — Почему я не чувствовал твой запах? — Это… Это проклятье нашей семьи. Его может почуять только пара, но если сама захочет принять тебя. Если её волк тебя примет. — Я ненавижу тебя, — сказал я тихо. — Знаю. — Я хочу, чтобы ты исчез. — Знаю. Он смотрел на меня. В глазах — столько боли, что мне стало физически плохо. — Я не прощу тебя, — прошептал я, сжимая кулаки. — Не сейчас. Может, никогда. Я развернулся и начал уходить. Меня шатало, перед глазами пелена из слёз. Я до сих пор не верил. Это не правда! Тэхён окликнул меня. Один раз. Второй. Но я не обернулся. Потому что если бы обернулся, то, наверное, упал бы на колени и разрыдался. Или бросился бы ему на шею. Или сделал бы ещё что-то, о чём потом жалел бы ещё сильнее. Я шёл и чувствовал, как внутри всё горело. Волк выл, скулил, бился о рёбра. Он не понимал, почему я ухожу от своей пары. Он чувствовал только одно: мы его бросили. А я думал лишь о том, что сегодня вечером не оставлю ключ в почтовом ящике. И завтра не оставлю. И послезавтра. Что теперь всё будет по-другому. Или не будет ничего.