Ночной гость

Она дёрнулась и подняла голову. Перед ней стоял Какаши. В свете настольной лампы его маска отбрасывала тень на стену. — Извини, — сказал он тихо. Сакура провела рукой по лицу, прогоняя сон, и только потом заметила, что он смотрит на её щёку. На столе остались каракули последних формул — отпечатались, конечно. — Потом, — она махнула рукой. — Что принёс? Какаши протянул ей красный свиток. Сакура напряглась. Такие просто так не приносят. Она убрала свиток в карман халата. — Сегодня без чая. Пойдёшь со мной в лабораторию? — Зачем? — Поможешь. Она направилась к выходу, даже не обернувшись — чувствовала, что пойдёт. Через секунду за спиной раздалось едва уловимое движение. Бесшумные шаги. В лаборатории Сакура щёлкнула выключателем — белый свет залил помещение. После слабого освещения в коридоре глаза неприятно резануло. — Накинь. — Она сняла с вешалки халат и протянула ему. Какаши послушно надел. Анбу в медицинском халате поверх брони — зрелище то ещё. — А тебе идёт, — Сакура хохотнула. — Особенно в этой маске. Он замер. Секунду смотрел на неё немигающим взглядом. Она замерла в ответ — шутка была беззлобной, но вдруг он не понял? А потом Какаши чуть наклонил голову. Будто рассматривал её заново. И в этом наклоне почудилось что-то похожее на улыбку. Или просто показалось. — Работаем? — спросил он, поворачивая маску собаки на бок. — Работаем. Она развернула свиток на столе. — У этих свитков особая печать. Одной моей чакры может не хватить — мне нужно сохранить силы для работы. — Она подняла на него глаза. — Складывать придётся вдвоём. Одну руку ты, одну — я. Как одну двуручную печать. Какаши моргнул и глаза чуть расширились. Он понял. — Готов? — спросила Сакура. Он кивнул. Она протянула ему правую руку. Он осторожно обхватил её. Пальцы у него были тёплые, несмотря на ночную прохладу, и очень спокойные. Никакой лишней дрожи. — Смотри на свиток, — сказала Сакура, хотя он и так смотрел. — Повторяй за мной. Начали. Она сложила пальцы правой руки в первый знак — и одновременно его пальцы в её левой руке сложились в тот же знак. Ей пришлось на мгновение задержать дыхание — ощущение было странным. Чужая рука в твоей, послушная, точная, повторяющая каждое движение, будто они давно репетировали это. Их пальцы перетекали из позицию в позицию. Его большой палец скользнул по её ладони, нащупывая нужное положение. Сакура почувствовала мозоль у основания его указательного пальца — там, где кунай лежит годами. Она уже не смотрела на свиток — смотрела на их руки. Свои пальцы, сплетённые с его. Как они двигаются синхронно, будто единый механизм. Это было... завораживающе. — Замыкаем, — выдохнула она. Их ладони сжались, пальцы переплелись в последнем знаке. Сакура вдохнула, собирая чакру, и почувствовала, как его чакра откликнулась — тёплая, тягучая, совсем не такая, как у Шизуне или Цунаде. Облачко дымки вырвалось из свитка. На столе оказались два тела, неестественно сложенные друг на друга. Сакура выдохнула и отдёрнула руку. Быстро, может, слишком быстро. — Спасибо, — сказала она, не глядя на него. — Помог. Какаши молча убрал руку в карман. — Работаем? — спросил он. — Работаем, — ответила Сакура и шагнула к телам, заставляя себя думать о деле. Но в пальцах ещё несколько секунд держалось тепло. Сакура уже натягивала халат. Она привычно подошла к нему спиной, как обычно подходит к медсестрам. Через несколько секунд она поняла, что он просто не знает, что должен делать ассистент в подобном случае. — Завяжи, пожалуйста. Какаши замер на секунду — будто не сразу понял, чего от него хотят. Потом шагнул ближе и аккуратно стянул завязки на спине. Сакура даже не обернулась — смотрела на тела. — Помоги переложить второго на тот стол. Какаши подхватил тело так, словно это был мешок риса — без усилий, без лишних эмоций. Переложил, вернулся и встал рядом, наблюдая. Сакура разрезала одежду ножницами, осмотрела кожу, нашла следы инъекций. — Записывай. — Она кивнула на стол с бумагой. Какаши послушно взял ручку. — Тело номер один — инъекция на сгибе локтя. Тело номер два — инъекция в ягодицу. Она наклонилась ближе к первому телу, осмотрела трупные пятна. — Экспериментируют. Проверяют скорость действия. Смотри: внутривенное сработало быстрее, чем внутримышечное. Пятна здесь темнее — смерть наступила раньше, хотя кололи примерно в одно время. Она выпрямилась и посмотрела на Какаши. Он стоял неподвижно, с ручкой в руке, и смотрел на неё поверх бумаги. Из-под халата всё так же топорщилась катана. — Что? — спросила Сакура. Он чуть заметно качнул головой: — Ничего. Смотрю, как ты работаешь. Сакура почему-то смутилась. Она отвернулась к столу, стянула перчатки. — Нужно брать анализы. Крови, тканей... Если повезёт, найдём что-то новое. — Я подожду, — сказал Какаши. И сел на стул в углу, положив руку на рукоять катаны, поправляя ее за спиной. Сакура обернулась. Он сидел в халате, в маске набок, с оружием, посреди стерильной лаборатории, и ждал. — Долго, — предупредила она. — Сегодня я уже никуда не спешу. Сакура кивнула и вернулась к работе. В лаборатории было тихо. Только звон инструментов о металл и её собственное дыхание. И его дыхание — едва слышное, ровное — где-то за спиной.