Ночной гость

Под утро они вернулись в кабинет. Сакуре оставалось дописать формулу заготовки — а утром передать её в спецотряд и Хокаге. Она села за стол и снова взялась за ручку. За спиной было тихо — настолько, что она обернулась. Какаши задремал на её диване. Свернулся в углу, положив голову на сгиб локтя — поза человека, который привык спать в неудобных местах и просыпаться от любого шороха. Он дёргался каждый раз, когда она переворачивала лист. Сакура посмотрела на окно. Ночь была прохладной, а диван стоял прямо под сквозняком. Она встала и бесшумно прикрыла створку. Просто чтобы не дуло. Просто чтобы он не замёрз. Шиноби, конечно, редко болеют, но... мало ли. Какаши не проснулся. Она вернулась к столу и дописала последние строки, стараясь шуршать как можно тише. Сакура заметила, что синяки под его глазами стали ещё чернее, чем когда он только пришёл. Да и сама она, наверное, выглядела не лучше. — Готово. Она повернулась. Какаши уже стоял — резко, мгновенно, будто и не спал. Выпрямился, поправил маску и подошёл к ней. — Я сам передам. — Спасибо. — Она протянула папку, но не сразу отпустила. — Подожди. Сакура подошла к раковине и сняла с крана перчатку. За ночь ткань высохла и стала мягче. — Вот. Ты вчера забыл. Он взял перчатку, задержал на ней взгляд на секунду дольше, чем нужно. — Спасибо. — Да не за что. — Сакура уже открывала дверь. — Только сегодня выйди через дверь. А то медсёстры скоро начнут гадать, почему у начальницы окно всегда открыто. Какаши чуть наклонил голову — в этом жесте снова почудилась улыбка. И вышел в коридор. А Сакура осталась стоять на пороге, потому что по коридору уже ходили медсёстры. И одна из них — молоденькая, из нового набора — проводила Какаши удивлённым взглядом, потом перевела его на Сакуру, потом снова на удаляющуюся спину в броне. Сакура вздохнула. — Доброе утро, — сказала она максимально будничным тоном и закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. «Вот теперь начнётся», — подумала она. Но в груди было почему-то тепло. Этим утром она отменила планерку. Сначала — заморозить тела, навести порядок в лаборатории, а потом — хотя бы пару часов сна. Иначе сил на остаток дня и важные задачи не хватит совсем. Она рухнула на диван прямо в халате и отключилась мгновенно — даже сон не снился. Просто провал во времени. Когда Сакура открыла глаза, за окном уже стояло яркое утро. Солнце светило прямо в лицо — она забыла закрыть шторы. Она села, потёрла лицо, прислушалась к себе. Голова больше не гудела, руки не дрожали. Три часа — не идеал, но жить можно. Сакура встала, умылась, переоделась в свежий халат и, причесавшись на ходу, вышла в коридор. Нужно было проверить пациентов. И заодно послушать, что говорят в кулуарах. После того, как медсёстры видели выходящего от неё Какаши, нужно обязательно послушать. Первым на пути оказался Мао. Он сидел в ординаторской, уткнувшись в истории болезней. Увидев Сакуру, вскочил. — Сакура-сама! Доброе утро. Как вы? — Нормально. Как пациенты? Мао замялся, но быстро взял себя в руки: — Палата семь без изменений, кома глубокая, показатели стабильны. Палата три — после вашей вчерашней чистки раны выглядит лучше. — Хорошо. Анализы после вчерашнего пришли? — Ещё нет. Лаборатория обещала к обеду. — Поторопи. Мао кивнул, записал что-то в блокнот. Помялся, поднял глаза: — Сакура-сама... А тот человек... ну, который утром... это кто-то важный? Сакура посмотрела на него спокойно, без тени улыбки: — Да, кто-то важный. Если нужно будет — расскажу подробнее, но пока не нужно. Он понятливо кивнул и уткнулся в бумаги. Она прошла дальше по коридору. В палате три всё было спокойно. В палате семь — тот самый шиноби в коме — лежал всё так же неподвижно. Сакура проверила пульс, заглянула в карту. Стабилен. На выходе из палаты она столкнулась с Иноуэ. — Сакура-сама. — Он, как всегда, был краток. — У меня вопрос. — Слушаю. — По вчерашним поступлениям. — Иноуэ понизил голос. — Два тела. Мне нужен доступ к протоколу вскрытия. — Будет, когда закончу отчёт. Что-то срочное? Иноуэ помялся: — Медсёстры болтают. Про гостей. Я сказал, что не моё дело. Но если это создаст проблемы... — Не создаст. — Сакура посмотрела ему в глаза. — Если кто-то будет слишком любопытен — направляй ко мне. Я объясню лично. Иноуэ усмехнулся: — Понял. Он ушёл, а Сакура выдохнула. Хоть один, с кем можно работать без лишних вопросов. Она дошла до регистратуры. Та самая молоденькая медсестра сидела за стойкой и при виде Сакуры заметно напряглась. Сакура остановилась. — Доброе утро. — Д-доброе, Сакура-сама! — Как вас зовут? — Хина. — Хина. — Сакура говорила спокойно, без давления. — Вы сегодня на посту с утра? — Да. — Значит, видели, как от меня вышел человек. Хина побледнела: — Я... я никому не скажу! — Не скажете — что? — Сакура чуть наклонила голову. Хина растерялась: — Ну... что он был... что я видела... — Хина. — Голос Сакуры стал чуть жёстче. — Вы видели, как из моего кабинета вышел человек. Это всё, что вы видели. Кто он, зачем приходил и что мы делали — вас не касается. Это вопросы государственной важности. Вы меня понимаете? Хина часто закивала: — Да, Сакура-сама! Я ничего не скажу! — Вот и правильно. — Сакура кивнула. — Работайте. Она пошла дальше по коридору, чувствуя спиной взгляд Хины. «Надо будет заменить её», — подумала Сакура. — «Слишком впечатлительная». Она вернулась в кабинет, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Усталость снова навалилась. На столе лежала копия формулы. Оригинал с Какаши был отправлен Цунаде и в спецотряд. Всё, как положено. Она подошла к окну, открыла створку — впустить воздух. За окном был обычный день. Солнце, птицы, пациенты. И где-то там, за этими стенами, ходил человек, который сегодня утром держал её за руку. И который может быть вернется сегодня ночью.