Ночной гость

Две недели прошли в мучительном ожидании между важными обязанностями. Они составили формулу потенциального противоядия, изготовили его и раздали всем шиноби, кто находился ближе всего к потенциально опасной зоне. Работа кипела, отчёты множились, анализы ложились в папки ровными стопками. За две недели — ни одного трупа. Только один пострадавший из Анбу, который напоролся на засаду. Его доставил другой боец — незнакомый, в маске лиса. Сакура извлекала остатки яда самостоятельно. Только ей доступны эти техники. И только ей — общение с элитным подразделением. Она попыталась аккуратно узнать, что там с Псом. — Как там ваш... — она запнулась, подбирая слово, — коллега? Который обычно приносит свитки? Лис поднял на неё взгляд сквозь прорези маски. Молчание длилось ровно секунду. — Не могу знать, — ответил он ровно. Сакура кивнула и больше не спрашивала. Накамура притих. Выжидал удобный момент, чтобы вцепиться в любую её ошибку. А вместе с ним затих и Мори. Не было Какаши, никто не мелькал перед глазами — не было и поводов её задеть. — Сакура-сама, все собрались в кабинете Шизуне-сама на совещание. Ждут только вас, — худенькая медсестра, помощница Шизуне, как обычно заглянула в кабинет ровно за пять минут. — Да, я уже бегу. Она спешно собрала отчёты в папку, поправила халат и вышла в коридор. Когда вошла в кабинет — все зааплодировали. Даже Накамура вяло поддержал остальных, хотя без особого энтузиазма. Мори сидел с каменным лицом, но хлопал — куда деваться. — Сакура, сегодня после рабочего дня мы все ждём тебя в столовой, — Шизуне улыбалась так, словно этот день рождения был её личной победой. У врачей не много поводов для праздников. А тут ещё и пятница. Планерка прошла быстро. Обсудили сложные случаи, выписки, плановые операции. Накамура пару раз дёрнулся что-то вякнуть, но под взглядом Шизуне осел обратно в стул. К вечеру Сакура сняла белый халат и принарядилась настолько, насколько смогла. Лёгкое летнее платье — белое, в мелкий цветочек, купленное года два назад и так ни разу не надетое. Туфли-лодочки на небольшом каблуке — неудобные, но красивые. Длинные розовые волосы она собрала в высокий хвост, оставив несколько прядок у лица. В зеркало на себя смотреть было странно. Из отражения глядела не заведующая отделением, не ученица Цунаде, а просто молодая женщина, собравшаяся на праздник. — Ну, — сказала она своему отражению, — с днём рождения. Отражение улыбнулось. Столовая была закрыта на санитарный день. Столы выставили в ряд, накрыли белыми скатертями — откуда только взяли? — и уставили тарелками с закусками, бутербродами и парой салатниц. За столами уже сидели медсестры с дневного поста, несколько врачей из других отделений, все заведующие. Такие мероприятия не пропускал никто. Но важнее всего было то, что пришли Мао и Иноуэ. Этим людям она доверяла почти так же, как себе. Когда Сакура вошла, столовая вновь залилась аплодисментами. Она улыбнулась, махнула рукой — да ладно вам — и направилась к свободному месту. — Сакура-сама, позволите? — Мао возник рядом раньше, чем она успела сообразить. Он отодвинул для неё стул с таким видом, словно ухаживал за ней в дорогом ресторане, а не в больничной столовой. — Мао, ты чего? — Она засмеялась, но села. — Спасибо. Иноуэ, сидящий напротив, хмыкнул в усы и пододвинул к ней тарелку с бутербродами: — Ешьте, Сакура-сама. Вы сегодня именинница, можно всё. — Кроме спиртного, — строго добавила Шизуне, появляясь рядом с графином сока. — Шизуне-сама, вы как всегда, — вздохнула Сакура, но в голосе не было обиды. Она уже взялась за стакан с соком, когда дверь столовой приоткрылась и на пороге показалась Сатоми. — Это что ещё за безалкогольный балаган? — Сатоми подошла к столу и с грохотом поставила на скатерть четыре бутылки. — У меня в морозилке полгода лежало. Ждала повода. Шизуне открыла рот, но Сатоми подняла палец: — Ну праздник ведь! Сакура невольно вспомнила, что именно Сатоми тогда сказала, что она не будет против неё. — По бокалу, — сдалась Шизуне. — И не больше. — Ура! — закричали медсёстры. Сакура засмеялась и протянула стакан. Шипучая жидкость плеснулась через край, когда Сатоми щедро наливала. — За именинницу! — провозгласила она. Все подняли кто стаканы, кто кружки, кто вообще пластиковые стаканчики из-под сока. Сакура сделала глоток. Шампанское было ледяным, сладковатым и немного отдавало морозилкой. Лучший напиток в её жизни. — Спасибо, — сказала она, и неясно было кому, Сатоми или всем сразу. Рядом Мао осторожно пригубил свой бокал и скривился: — Ой, а оно... — Не нравится — не пей, — тут же одёрнула его какая-то медсестра. — Мне больше достанется. Сакура прыснула в кулак. Вечер тянулся медленно и тепло. Кто-то травил байки, кто-то жаловался на пациентов, кто-то просто пил сок и слушал. Шампанское быстро закончилось. Сакура смеялась, шутила, кивала, но краем глаза то и дело ловила дверь. И окно. Окно особенно. Пусто. Он не успеет. Он же сказал — миссия. — Сакура-сама, вы чего ищете? — спросила молоденькая медсестра Хина, та самая, что тогда застукала Какаши. — Ничего, — Сакура улыбнулась. — Воздуха мало. Открыть бы окно. — Так откройте, — пожала плечами Хина. Сакура усмехнулась и покачала головой. Когда вечер закончился и столовая опустела, Сакура помогла медсёстрам убрать посуду. Сатоми, уже слегка розовая от выпитого, опустила руку на её плечо: — Хокаге-сама гордится вами. Я знаю, я видела. Сакура улыбнулась, поблагодарила за поддержку и пошла в кабинет. Каблуки натирали. Хотелось скинуть туфли и идти босиком, но вокруг были пациенты — пришлось терпеть. Кабинет встретил тишиной и запахом бумаг. Она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула. Хороший день. Голова чуть кружилась — то ли от усталости, то ли от того самого шампанского. Она подошла к столу, скинула туфли, погладила босыми ногами прохладный пол. Потом подошла к дивану, села и просто сидела. Там, за стеклом, была ночь. Тёмная, тихая, звёздная. — С днём рождения, — сказала она тишине. Тишина не ответила. Сакура вздохнула, встала и пошла в уборную — смывать праздник и готовиться ко сну. Когда она вышла из уборной, в кабинете что-то изменилось. Она замерла на пороге, всматриваясь в полумрак. И поняла вмиг. Тень на подоконнике. Знакомый силуэт. — Вернулся, — выдохнула она одними губами. Он, заметив её движение, аккуратно спустился с окна и сделал пару тихих шагов в кабинет. Лунный свет скользнул по его фигуре, выхватил край маски, блеск нагрудника. — Это, конечно, не то, что я читаю, — сказал он тихо, протягивая ей свиток. — Но думаю, тебе понравится куда больше. Сакура взяла свиток. Старый, обветшалый, с потёртыми краями. Пергамент пожелтел от времени, печать на шнурке была незнакомой, чужой. Она осторожно развернула его, подошла ближе к лампе. Глаза забегали по строкам. — Где ты это взял? — голос дрогнул. Она подняла на него удивлённый, неверящий взгляд. — Это же... это уникальный медицинский свиток. Я такие только в списках Цунаде видела. Считается, что оригиналы утеряны. — На задании попалось, — он чуть наклонил голову. Тот самый жест, за которым — улыбка. — Решил, что тебе пригодится больше, чем тем, у кого я его взял. Сакура снова уткнулась в свиток, пробегая глазами знакомые термины, техники, описания. То, над чем она билась месяцами, здесь было так просто описано. Она подняла глаза. Он стоял рядом, спокойный, чуть усталый, с этой своей дурацкой маской и катаной за спиной. Живой. Вернулся. — С днём рождения, — добавил он тихо. И тогда Сакура бросилась ему на шею. Она не думала. Не рассчитывала. Просто шагнула вперёд и обхватила его руками — первый раз за всё время. Первый раз, когда позволила себе не контролировать эмоции. Он окаменел. Она чувствовала, как под её руками напряглись его плечи, как замерло дыхание. Он не двигался, будто забыл, как дышать. Сакура застыла тоже, вдруг осознав, что наделала. — Прости, — выдохнула она в его водолазку, пахнущую металлом и ночным воздухом. — Я просто... ты вернулся. Я так... Она не договорила. Попыталась отстраниться. Но в тот же миг его руки — осторожно, будто спрашивая разрешения — легли ей на спину. Сначала едва касаясь, потом чуть крепче. — Всё хорошо, — сказал он тихо, куда-то в макушку. Она замерла в его руках, боясь пошевелиться. В груди было горячо и тесно одновременно. Так они и стояли посреди кабинета, в тишине, при свете настольной лампы. За окном светила луна. Сакура не знала, сколько прошло времени. Может, минута. Может, вечность. Потом он чуть отстранился, заглянул ей в лицо. — С днём рождения, — повторил он. Она улыбнулась сквозь слёзы, которых не замечала. — Ты уже говорил. — Мало ли. — Он наклонил голову. — Заслуживаешь, чтобы тебе говорили чаще. Сакура всхлипнула и уткнулась ему в плечо снова. Он не возражал.