Обет непокоренных

Горная дорога была почти пустой. Ночной ветер гнал по асфальту мелкую пыль, и фары машины прорезали темноту длинным белым коридором.  Какаши вёл машину уверенно и быстро. Серпантин извивался между чёрными скалами, и редкие отражатели на обочине вспыхивали в свете фар один за другим, словно короткая цепочка холодных звёзд.  На пассажирском сиденье Шикамару смотрел вперёд, но на самом деле его внимание было сосредоточено не на дороге. Он уже мысленно раскладывал ситуацию на части, как делал всегда, когда дело доходило до боя.  — Если они ещё живы, — сказал он наконец, — их нельзя убивать на месте.  Какаши не повернул головы.  — Это и так понятно.  — Не совсем, — спокойно продолжил Шикамару. — Саске сейчас в драконьей форме. Если один из них попытается ударить Сакуру, он их просто разорвёт.  Неджи сидел на заднем сиденье и молча слушал. Его бледные глаза были полуоткрыты. Он уже начал использовать свой дар, пытаясь уловить отголоски энергии, которые доносились с перевала.  Шикамару продолжал:  — Поэтому план такой. Я связываю их тенью. Если кто-то попробует двигаться — он остановится вместе со мной. Неджи блокирует их каналы силы. После этого можно будет спокойно забрать их в убежище.  Он слегка повернул голову.  — Если, конечно, они доживут до нашего приезда.  Несколько секунд в машине стояла тишина.  Потом Какаши тихо сказал:  — Один из них из моего клана.  Теперь он всё-таки взглянул на Шикамару.  — Если он переживёт эту ночь, я разберусь с ним сам.  В его голосе не было ни злости, ни угрозы. Только спокойная уверенность.  Шикамару кивнул.  — Логично.  Неджи внезапно выпрямился.  — Мы почти там.  — Что видишь? — спросил Шикамару.  — Шесть.  Он говорил медленно, прислушиваясь к ощущениям.  — Шесть чужих энергий. И две… слишком сильные, чтобы перепутать.  Какаши чуть сильнее нажал на газ.  — Значит, они ещё дерутся.    Высоко на перевале бой действительно продолжался.  Дорога была усеяна разбросанными камнями и пятнами крови. Ночной воздух дрожал от глухого рычания дракона.  Саске стоял посреди дороги.  Его огромное тело казалось почти чёрным в ночи, но, когда он двигался, серебристо-синяя чешуя вспыхивала холодными отблесками. Крылья были раскрыты наполовину, словно он в любую секунду мог либо взлететь, либо броситься вперёд.  Напротив него стояли шестеро.  Амарок-предатель тяжело дышал, но всё ещё держался на ногах. Его плечо было рассечено когтями дракона, и кровь пропитала одежду, однако в его взгляде оставалась та же упрямая решимость.  Рядом с ним стоял оборотень — массивный, с широкой грудью и длинными когтями. Его морда была перепачкана кровью, и дыхание вырывалось короткими рывками.  Чуть позади держался человек-воин с длинным клинком.  По правую сторону дороги находилась женщина из горного народа, всё ещё сжимавшая своё копьё. У её ног лежала ещё одна воительница — лучница, которая только что поднялась после удара хвоста дракона.  Шестым был второй амарок — худой, быстрый, больше похожий на разведчика, чем на бойца.  Они окружали дорогу неровным полукольцом.  Сакура стояла немного впереди Саске.  Её длинные розовые волосы растрепались от ветра, а зелёные глаза внимательно следили за каждым движением противников. Платье было разорвано после боя, но её дыхание оставалось ровным.  Она сделала шаг вперёд.  — Вы всё ещё можете остановиться.  Оборотень усмехнулся.  — После всего, что мы начали?  Амарок покачал головой.  — Слишком поздно.  В этот момент второй амарок рванулся вперёд.  Он двигался быстро, рассчитывая проскочить между Сакурой и драконом. Его нож блеснул в руке, и удар был направлен прямо в бок.  Но Саске оказался быстрее.  Огромная лапа дракона опустилась на дорогу с грохотом, перекрывая путь. Камень треснул под когтями.  Разведчик едва успел отскочить назад.  Рёв Саске прокатился по перевалу.  Он уже едва сдерживал себя.  И в этот момент далеко внизу на дороге появился свет фар.  Машина вырвалась из очередного поворота горного серпантина и остановилась на дороге, освещая фарами пространство перевала. Свет лег на разбитый асфальт, на камни, выбитые из обочины тяжёлыми ударами, и на фигуры, между которыми всё ещё сохранялось напряжение недавней схватки.  Какаши сразу понял, что они прибыли в тот момент, когда исход боя уже был практически решён, но равновесие всё ещё оставалось хрупким. Огромная фигура дракона возвышалась над дорогой, занимая почти всё пространство между скалами. Чешуя Саске мерцала холодным металлическим блеском, когда он медленно двигался, а тяжёлое дыхание вырывалось из его груди глухими потоками горячего воздуха. В этой неподвижности чувствовалась не усталость, а сдерживаемая ярость, словно любое движение со стороны противников могло снова превратить перевал в поле боя.  Шикамару некоторое время молча рассматривал происходящее, оценивая расстояния, положение фигур и состояние тех, кто только что сражался. Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять, насколько опасной оставалась ситуация, потому что даже если бой формально закончился, дракон за спиной Сакуры всё ещё находился на той грани, когда любая искра могла вновь разжечь разрушительную силу.  — Если они попробуют продолжить, Саске их просто уничтожит, — тихо сказал он, обращаясь скорее к самому себе, чем к остальным.  Какаши не ответил, но его взгляд уже был направлен на одного из тех, кто стоял напротив дракона. Он узнал его сразу, и это узнавание заставило его на мгновение остановиться, прежде чем он сделал несколько шагов вперёд.  Амарок из его клана тоже заметил прибытие машины и теперь смотрел прямо на него, не скрывая ни напряжения, ни холодной решимости. Между ними повисло молчание, наполненное тем тяжёлым пониманием, которое возникает между двумя существами, знающими друг друга слишком давно, чтобы притворяться.  — Значит, это действительно ты, — спокойно произнёс Какаши, когда расстояние между ними сократилось.  В ответ амарок лишь усмехнулся, словно уже давно ожидал этой встречи.  — Ты же не думал, что никто из нас никогда не попробует изменить правила.  Какаши не стал продолжать этот разговор, потому что сейчас было гораздо важнее остановить последствия боя, чем выяснять причины предательства. Напряжение вокруг становилось всё ощутимее, поскольку Саске сделал медленный шаг вперёд, и под тяжестью его лапы камень на дороге треснул с сухим звуком. Сакура почувствовала это движение сразу, потому что за последние минуты научилась различать каждое изменение в его состоянии. Ярость, которая ещё недавно была направлена на противников, постепенно превращалась во что-то более опасное — в страх, оставшийся после того мгновения, когда удар едва не достиг её.  Она тихо произнесла его имя, надеясь вернуть его внимание, но дракон почти не отреагировал, продолжая смотреть на тех, кто стоял перед ним. Его крылья медленно расправились, и поток воздуха прокатился по перевалу, подняв пыль и мелкие камни.  Именно в этот момент Шикамару решил, что медлить больше нельзя.  Он слегка наклонился вперёд, позволяя своей тени вытянуться по асфальту, и направил её к тем, кто стоял на дороге. Движение было почти незаметным, но через мгновение тёмная полоса коснулась ног противников, соединяя их движения с его собственными.  Первым понял, что происходит, один из нападавших, когда попытался шагнуть вперёд и обнаружил, что его тело больше не подчиняется ему. Его рука, в которой всё ещё находилось оружие, застыла в воздухе, словно невидимая сила удерживала её на месте. Через секунду то же самое произошло и с остальными, потому что тень Шикамарураспространилась достаточно широко, чтобы связать всех сразу.  Он медленно поднял руку, и шесть фигур на дороге замерли вместе с этим движением.  — Думаю, на этом всё закончится, — спокойно сказал он.  Несмотря на попытки вырваться, ни один из них больше не мог сделать ни шага, и именно тогда Неджи двинулся вперёд. Его глаза светились бледным серебром, когда он проходил между застывшими фигурами, внимательно ощущая потоки силы внутри их тел. Каждое его прикосновение было точным и уверенным, потому что он знал, какие точки нужно заблокировать, чтобы лишить противника возможности использовать свою силу.  Через несколько минут энергетические каналы всех нападавших были перекрыты, и они окончательно превратились из бойцов в пленников.  Только после этого Какаши снова подошёл к амароку из своего клана. Теперь между ними уже не было угрозы немедленного боя, но напряжение не исчезло.  — Почему? — тихо спросил он.  Амарок некоторое время молчал, словно взвешивая, стоит ли вообще отвечать.  — Потому что мы устали жить по правилам, которые не выбирали, — наконец произнёс он.  Какаши долго смотрел на него, прежде чем ответить.  — Предательство никогда не делает мир лучше.  — Зато иногда даёт шанс его изменить.  Эти слова повисли в холодном воздухе перевала, но продолжать разговор не имело смысла.  — Совет решит вашу судьбу, — спокойно сказал Какаши.  Когда он отступил назад, Шикамару всё ещё удерживал тени, не позволяя пленникам двигаться, однако основная опасность уже миновала.  И всё же тишина на перевале оставалась напряжённой, потому что дракон по-прежнему стоял посреди дороги, тяжело дыша и не сводя горящих янтарных глаз с происходящего.  Сакура медленно повернулась к нему и в тот же момент поняла, что настоящий бой для неё только начинается. В его взгляде она увидела то же состояние, которое однажды уже едва не разрушило его изнутри — страх, настолько сильный, что он превращался в ярость.  Она сделала осторожный шаг в его сторону, понимая, что теперь только она сможет вернуть его обратно.  Теперь, когда бой закончился и напряжение вокруг постепенно ослабевало, она могла яснее почувствовать состояние дракона. В нём всё ещё кипела сила, слишком долго удерживаемая на грани, и эта сила не исчезала сразу после того, как опасность проходила. Она оставалась внутри, медленно затихая, как буря, которая не может мгновенно рассеяться после того, как ветер уже стих.  Саске смотрел на неё, не двигаясь, и в этом взгляде по-прежнему оставалось слишком много того чувства, которое он испытал несколькими минутами раньше. Он видел, как оружие коснулось её тела, и этот короткий миг отпечатался в памяти слишком ярко, чтобы исчезнуть сразу. Страх, пережитый драконом, редко проявлялся так явно, но, когда это происходило, он становился почти разрушительной силой.  Сакура знала это.  Она медленно приблизилась ещё на шаг, позволяя ему привыкнуть к её присутствию, и только после этого осторожно подняла руку. Огромная голова дракона находилась достаточно низко, чтобы её пальцы смогли коснуться чешуи у основания шеи. Металлические пластины были тёплыми, и под ними чувствовалось напряжение мышц, которое постепенно начинало ослабевать.  — Всё закончилось, — тихо сказала она.  Её голос звучал спокойно и ровно, но в нём появилась едва уловимая мелодия — та самая интонация, которую Сакура уже однажды использовала. Она знала, что её голос способен менять пространство вокруг, заставляя страх и ярость отступать перед древней силой, связанной с её истинной природой.  Лёгкая вибрация прошла по воздуху, словно звук, который не был полностью слышимым, но всё же ощущался каждой клеткой тела.  Дракон медленно опустил голову ещё ниже.  Сакура продолжала гладить чешую, проводя ладонью вдоль холодных металлических пластин, пока напряжение в его теле постепенно не начало уходить. Янтарные глаза больше не сверкали той опасной яркостью, которая ещё недавно могла означать новый всплеск разрушения. Теперь в них возвращалось узнавание.  Она сделала ещё один шаг и остановилась совсем близко, так что её лоб почти коснулся огромной морды дракона.  — Саске, — тихо произнесла она.  Её голос звучал мягко, но в нём оставалась уверенность человека, который не сомневается в том, что делает.  Несколько долгих секунд дракон смотрел на неё, словно убеждаясь, что опасность действительно исчезла, а затем его крылья медленно опустились. Огромное тело слегка дрогнуло, и по чешуе прошла волна света, похожая на отражение далёкой молнии.  Трансформация началась почти незаметно.  Сначала исчезло напряжение в крыльях, затем огромная фигура дракона стала постепенно уменьшаться, словно сила, удерживавшая его истинную форму, уступала место другой, более привычной. Сине-серебристая чешуя растворялась в воздухе, как если бы её поглощал ночной ветер, а тяжёлое дыхание, которое ещё недавно наполняло перевал гулом, становилось всё тише.  Через несколько мгновений на месте дракона уже стоял человек.  Саске слегка покачнулся, как это часто происходило после возвращения из истинной формы, но Сакура сразу же удержала его за плечи, не позволяя потерять равновесие. Они стояли очень близко друг к другу, и некоторое время ни один из них не говорил ни слова.  Потом Сакура медленно подняла голову.  Их лбы коснулись.  Они оба закрыли глаза, словно в этом коротком прикосновении было больше покоя, чем в любых словах.  Сакура тихо улыбнулась.  — Я же говорила, что верну тебя снова.  Саске ничего не ответил, но на его лице появилась едва заметная улыбка — редкая, спокойная и совершенно настоящая.